11.

После напряженного разговора с Драко, Гермиона вышла из его номера, чувствуя, как с плеч свалился тяжкий груз. Она отдалась ему полностью, и теперь, как бы ни складывались дела, ей было сложно держаться от него на расстоянии. Это было неподвластно ее воле. Драко сидел на краю кровати, вдумываясь в происходящее. Теперь Гермиона окончательно принадлежала ему, несмотря на все сомнения и страхи. Он знал, что она не сможет уйти от него — она сама прыгнула к нему в объятия, приняв его таким, какой он есть, со всеми его недостатками. Когда они встретились в холле отеля, магия их первой встречи снова наполнила пространство вокруг. Ощущение близости было таким сильным, что, казалось, они вот-вот растворятся друг в друге. В мгновение ока они оказались на пороге Министерства Магии. Им нужно было спешить к Кингсли, чтобы предоставить отчет о своей командировке, и волнение перед встречей с Министром слегка отвлекало их от темных мыслей о будущем. Они вошли в лифт, поднимаясь на нужный этаж, чтобы завершить дела и, наконец, отдохнуть. Драко не хотел расставаться с Гермионой, но ему предстояла трудная беседа с Нарциссой, которая настойчиво ждала его в Малфой-мэноре. Когда лифт достиг нужного этажа, Гермиона окончательно погрузилась в свои мысли. В тот момент, когда двери открылись, Драко, не раздумывая, схватил ее за руку, решительно заявляя права на собственность. Она попыталась высвободиться из его мертвой хватки. — Малфой, не сейчас… — прошептала она, оглядываясь. — Нас не должны так видеть. В конце концов, мы на работе. — Тш-ш, Грейнджер. Хватит! Нет смысла прятаться! Ты моя, — резко произнес он. В этот момент Гермиона, хоть и пыталась сопротивляться, поняла, что поддается его напору. Когда они вышли из лифта, их сцепленные руки неизбежно привлекли внимание окружающих. Одни смотрели с осуждением, другие — с пониманием. Гермиона опустила глаза в пол, ощущая, как Драко с дерзкой ухмылкой осматривает толпу. «Как же этот невыносимый придурок действует мне на нервы,» — подумала она. Ее взгляд внезапно наткнулся на Гарри, а затем… Рона. Нет, только не Рон! Мысли пронеслись в ее голове. Как назло, именно он. «Только его здесь и не хватало.» Они стояли в стороне, что-то оживленно обсуждая, но потрясенно замерли при виде Малфоя в компании Грейнджер. Сердце девушки забилось быстрее. Ноги будто приросли к полу, и она почувствовала, как липкий холодок пробежал по спине. Гарри, ошарашенно глядя на них, казался совершенно сбитым с толку, а Рон был готов взорваться от негодования. Драко, заметив их реакцию, остановился, не отпуская руку Грейнджер. Рон подбежал к ним, словно в замедленной съемке, а Гермиона почувствовала, как она теряет землю под ногами. — Герми, это что? Ты теперь с ним? Ты совсем с ума сошла? — произнес он угрюмым голосом, сжатые в кулаки руки становились белыми от напряжения. Поттер же лишь молчал, непонимающе глядя на повторяющуюся ситуацию. — Привет, Уизли, — холодно бросил Малфой. — Я не с тобой разговариваю, слизняк! — Рон, потрясенный открытием, выпалил гневные слова. Драко нахмурил брови и шагнул вперед. — Не смей оскорблять меня, ублюдок, — процедил он с угрозой. — Я не позволю этого. Гарри попытался разрядить накаленную обстановку. — Не здесь и не сейчас, — произнес он. — Мы просто поговорим с Гермионой. Гермиона отпустила руку Малфоя и посмотрела на него. — Драко, можно я поговорю с ними? Прошу, не устраивай сцену, я скоро вернусь. — Как она его назвала? Драко? — вскрикнул Рон, чувствуя, как закипает его кровь. — Успокойся, Рон, — тихо, но настойчиво сказала Гермиона. — Иди, Гермиона. Я буду ждать тебя у Кингсли. Не дай Мерлин, если они причинят тебе вред, я спущу с них шкуру, — произнес Драко, его голос был полон решимости. Рон открыл рот, чтобы что-то ответить на это, но Гарри остановил его. Безмолвно они вышли из холла, направляясь в кабинет Гарри. Тишина, которая окутала их, давила на Гермиону, и никому не удавалось произнести ни слова. В тот момент, когда они перешагнули порог кабинета, Гермиона рухнула на стул, словно подкошенная. Давление последних дней обрушилось на нее всей тяжестью, как проклятие, долго сдерживаемое в глубине души. Больше всего она боялась именно этого – разговора с друзьями. Разговора, который неумолимо надвигался, как буря, от которой невозможно укрыться. — Только, пожалуйста, не начинайте, – взмолилась она, чувствуя, как последние крупицы сил покидают ее. Слова сорвались с губ, прежде чем она успела их обдумать, и сразу же в кабинет ворвался Рон. — Рон, какого черта ты здесь забыл? – спросила она, вкладывая в голос больше усталости, чем злости. – И можно хоть чуточку деликатности? Хотя бы ради приличия? Гарри перевел тяжелый взгляд на Рона, всем своим видом выражая просьбу о такте. «Пожалуйста, дай нам поговорить спокойно,»- беззвучно произнес он одними губами, надеясь, что Рон поймет без лишних слов. – Деликатности?! – взревел Рон, игнорируя протест Гарри. Его голос пронесся по комнате, как раскат грома, сотрясая воздух вокруг. – Ты что, спятила, Гермиона? Крутить роман с этим… слизеринским выродком? Это ни в какие ворота не лезет! Мы развелись неделю назад, а ты уже… с ним?! Это плевок в лицо! Гермиона, отчаявшись, закрыла лицо ладонями. Ей было стыдно, больно и страшно. Реакция Рона, как всегда, была взрывной и непредсказуемой, и сейчас она ощущалась, как удар под дых. — Убирайся, Рон! Я взрослая женщина и делаю, что хочу! И я тебе не изменяла! Как это получилось… это моя жизнь, и тебя она не касается! – ее голос дрожал от накативших эмоций, от ощущения полной беспомощности. Она виновато посмотрела на Гарри. Она знала, что ему сейчас так же тяжело, как и ей. Поддерживать ее, когда все вокруг рушится – вот что он всегда делал. Ее верная опора. — Прости, Гарри, что не сказала раньше… Все закрутилось так внезапно… Я просто не знала, как… как это объяснить, как это принять самой… Гарри опустился на корточки рядом с ней, бережно сжав ее похолодевшие пальцы. — Гермиона, успокойся, – мягко произнес он. – Я всегда буду рядом, что бы ни случилось. У меня куча вопросов, но знай, что я всегда тебя поддержу. Главное, чтобы ты была счастлива. Он не причинил тебе вреда? Ты уверена, что он… что он относится к тебе хорошо? Гермиона всегда ценила Гарри за его чуткость и умение понимать ее с полуслова, в отличие от прямолинейного и порой грубого Рона. — Все… сложно, – прошептала она, борясь со слезами. – Я пока ни в чем не уверена, но я должна попробовать… Мне нужно это понять. Сама не знаю, что из этого выйдет… Прости, что скрывала. Я хотела поговорить с тобой позже, когда все немного уляжется, но Драко, как всегда, решил устроить из этого громкое представление. И это признание совсем не входило в мои планы. Рон стоял в молчании, стараясь успокоить собственный гнев, который ощущался, как кипящая лава, готовая извергнуться в любой момент. Гарри бросил на него укоризненный взгляд, надеясь, что Рон уже остудил свои эмоции. Но тот прервал тишину, словно не замечая предостережений Гарри. — Ты в своем уме, Гарри?! Ты прощаешь ее после того, что произошло? После того, что она с нами сделала? Она пала в моих глазах! – в голосе Рона звучало отчаяние и разочарование. Гермиона не выдержала и вскочила со стула. — Мне не нужно твое одобрение, Рон! Мне плевать, что ты думаешь обо мне! Мы больше не женаты, и между нами больше ничего нет! – злилась она, чувствуя, как гнев разжигает ее слова и дает сил сопротивляться. — Ты мне больше никто, Гермиона, – произнес Рон, последние слова прозвучали как приговор. Он резко развернулся и, хлопнув дверью, вышел из кабинета, оставив за собой лишь гулкое эхо и горькое чувство вины. Гермиона, почувствовав, как слезы вновь наполняют ее глаза, не могла удержаться. Вся уверенность, которую она с таким трудом собирала, рассыпалась в прах. Гарри крепко обнял ее, пытаясь передать ей хотя бы частичку своего спокойствия и поддержки. — Он вспыльчив, понимаешь. Ему нужно время, чтобы все обдумать, переварить… Он успокоится, и все станет на свои места, – пытался он успокоить подругу, хотя сам не был уверен в своих словах. — Мне нет дела до него больше… И что он здесь забыл? Я не ожидала увидеть его сегодня,– тихо ответила она, смахивая слезы. – Мне просто обидно. Я, как идиотка, больше всего на свете боялась именно твоего гнева и неодобрения. Ты мне очень дорог, Гарри. — Рон сегодня пришел в Министерство, чтобы решить какие-то свои дела с документами, я пока не вникал в этот процесс, не успел… - Гарри ошеломленно покачал головой. — Да, я был шокирован, я не спорю, но я приму твой выбор. Если ты нашла с ним счастье, – заверил он, – я поддержу тебя. Но не надейся, что я подружусь с Малфоем, этого никогда не произойдет. Уголок губ Гарри тронула тень неверящей улыбки. — Приходи к нам с Джинни в гости, в любое время. Хочу, чтобы ты знала, что мы всегда поддержим тебя. Гермиона улыбнулась, почувствовав тепло поддержки. — Спасибо тебе, Гарри. Я очень ценю это, — сказала она с искренней благодарностью и обняла его. — Ты лучший. Он мягко отстранился. — Пора работать, — сказал Гарри с легкой улыбкой. — Да, верно, до встречи, — ответила она, когда выходила из кабинета. Гермиона направилась в кабинет Кингсли, быстрым шагом преодолевая коридоры. В это время Драко расслабленно развалился в кресле, ожидая начальство. Когда девушка вошла, он окинул ее взглядом с ног до головы. — Ты в порядке? Стоит ли кому-то отвесить по морде? — с легкой ухмылкой произнес он. Гермиона закатила глаза. — Все в порядке, не нужно… — она присела напротив, стараясь выглядеть уверенной. Их разговор прервал вошедший в кабинет Кингсли. Как всегда, он похвалил мозг Грейнджер и красноречие Драко, и работа пошла своим чередом. Когда они покидали кабинет, Драко вновь взял ее за руку. Она вспыхнула от неожиданности, но его напористая улыбка смягчила напряжение воздуха. Их близость привлекала взгляды, и многие удивленно перешептывались. — Прекрати так делать, — прошептала она, указывая на поведение Драко. — Как хочу, так и делаю, Грейнджер, — он весело усмехнулся и, наклонившись ближе, прошептал: — Веди себя хорошо. Завтра я приеду к тебе. И смотри мне, я слежу за тобой. Окинув ее взглядом, он удалился, оставив ее один на один с множеством любопытных глаз. Сердце стучало яростно, когда она направлялась к выходу… как же ей хотелось домой!