Часть 2

Карина проснулась от тихого скрипа двери. В комнату заглянула Маша, с кружкой в руках и растрёпанными волосами, явно только что проснувшаяся сама. — Подъём, спящая красавица, — зевнула она. — И да, это не кофе, так что не обольщайся. Она с трудом приподнялась на локтях, чувствуя, как тёплый плед лениво удерживает её в объятиях. Ночь прошла без кошмаров, само по себе чудо после вчерашнего. Но тело всё ещё помнило холодный ветер, когда она перелезала через подоконник, и напряжение, которое не отпускало до самой Машиной квартиры. — Что за дискриминация? — пробурчала Карина, откидывая одеяло. — Кофе не заслужила, значит? — Заслужила, но у меня нет молока. А чёрный ты не пьёшь, — Маша поставила кружку на тумбочку. — Пей чай. С мятой. Успокаивающий. — Мне не успокоительное надо, а что-то, что даст дожить до вечера, — отозвалась Карина, но кружку всё-таки взяла. Чай был горячим, пах травами, и, к её удивлению, пить его оказалось приятно. Маша устроилась на краю кровати, поджав под себя ноги. — Ну что, готова к новому дню? — спросила она с тем самым тоном, который использует только перед тем, как подколоть. — К новому дню, где первая пара у… — Карина осеклась, закатив глаза. — Да, у него. Маша усмехнулась. — О, у нас снова «он» без имени? — Это чтобы день не начинался с плохих слов, — серьёзно пояснила Карина и сделала глоток чая. Они сидели в тишине пару минут. Карина потянулась за телефоном, но Маша тут же перехватила его и отложила в сторону. — Нет, сегодня с утра никаких новостей, соцсетей и прочего мусора, — сказала она. — У нас миссия: выжить до конца занятий и не вляпаться в скандал. — Ты как-то слишком часто используешь это слово — «скандал», — хмуро заметила Карина. — Потому что оно как магнит к тебе липнет. Шатенка фыркнула, но спорить не стала. Через сорок минут они уже были на улице. Январское утро встретило их ледяным воздухом и мягким светом, который пробивался сквозь облака. Дома казались чуть припорошенными сахаром, тротуары блестели тонкой коркой льда. — Осторожно, — сказала Маша, когда Карина чуть не поскользнулась. — Ты у нас ещё упадёшь перед своим любимым преподом. — Я тебя сейчас в сугроб отправлю, — буркнула Карина. Они шли в сторону университета, иногда обгоняя сонных студентов с рюкзаками. — Слушай, а может, он просто проверяет тебя? — внезапно начала Маша. — Кто? — машинально спросила Карина. — Ну… — Маша сделала невинное лицо. — Наш местный гений сарказма. Ты ведь с ним с первого дня сцепилась, может, он решил, что ты — проект на семестр. — Я не его проект, — резко сказала Карина. — И вообще, он ведёт себя так, будто я ему чем-то обязана. — Может, ты просто зацепила его? Карина закатила глаза. — Да я зацепила его только тем, что не сижу тихо и не киваю на каждое слово. Они свернули к центральной улице. Впереди, у пешеходного перехода, толпились люди. Среди них была женщина с огромным золотистым ретривером, который, кажется, очень спешил куда-то попасть. В момент, когда загорелся зелёный, пёс рванул вперёд, чуть не увлекая хозяйку за собой, и едва не задел Карину. — Вот видишь, — ухмыльнулась Маша, — даже собаки тянутся к тебе. — Да уж, прям магнетизм, — сухо ответила Карина, но уголки её губ всё-таки дрогнули. Университет встретил их привычной суетой: кто-то спешил к аудиториям, кто-то стоял у стендов с объявлениями, а в гардеробе уже выстроилась очередь. — Ты уверена, что хочешь на эту пару? — спросила Маша, когда они раздевались. — А что, прогулять и потом писать объяснительную? — Карина вскинула брови. — Нет уж, я лучше потерплю его умные комментарии. — Ладно, ведьмочка, — сдалась Маша. — Но если он опять начнёт, я брошу в него учебником. Карина хмыкнула, представив эту картину, и настроение чуть-чуть улучшилось. Аудитория была почти заполнена, когда они вошли. Дмитрий Сергеевич стоял у стола, листая какие-то бумаги, и на мгновение поднял взгляд, когда Карина прошла мимо. Взгляд был коротким, спокойным, но почему-то от него внутри что-то сжалось. Она упрямо уселась за средний ряд, вытащила тетрадь и сделала вид, что увлечена заголовком темы. Маша заняла место рядом, шепнув: — Он тебя только что просканировал. — Не начинай, — отрезала Карина. Пара началась как обычно, но уже через десять минут Дмитрий, не отрываясь от доски, бросил: — Карина, раз вы у нас такая активная, объясните группе суть предыдущего материала. Она моргнула. — Я? — Ну да, — он даже не повернулся. — Это же не сложно для вас, правда? Внутри закипело раздражение. Но Карина поднялась и, сдерживая тон, чётко и подробно пересказала тему. — Хорошо, — сказал он, когда она села. — Значит, сегодня вы получите дополнительное задание. — За что? — вырвалось у неё. — За активность, — в его голосе не было ни капли сарказма, но взгляд говорил другое. Маша под столом толкнула Карину коленом, мол, «не ввязывайся». Карина сжала ручку так, что костяшки побелели. Но промолчала. Пока. Дмитрий продолжал вести пару, иногда задавая вопросы группе, но, казалось, его внимание то и дело возвращалось именно к катастрофе. Она чувствовала это как лёгкое давление в затылке, и от этого сердце стучало чуть быстрее, чем хотелось бы. — А теперь мы перейдём к проектной части, — объявил он спустя минут двадцать. — Будете работать в группах. Я уже распределил вас. Он начал зачитывать фамилии, соединяя студентов по два-три человека. Карина слушала вполуха, пока не услышала: — Карина… со мной. Она резко подняла голову. — Простите, что? — на автомате переспросила она. Дмитрий поднял бровь. — Что-то непонятно? У нас с вами будет мини-группа. Я проверю, как вы умеете мыслить в реальном времени. — Но… — начала было Карина, но Маша тихо пихнула её локтем. — Поздно, ведьмочка, — прошептала она. — Сдавайся без боя. Та недовольно втянула воздух и осталась на месте, пока остальные пересаживались по своим группам. Он подошёл, положил перед ней лист с заданиями. — Нам нужно проанализировать эти данные и предложить решение. У вас есть идеи? — сказал он, как будто они уже были в середине разговора. — Сначала надо понять, что это за данные, — сухо ответила Карина, пробегая глазами таблицу. — Отлично, вы уже на шаг впереди, — спокойно заметил он. Она бросила на него короткий взгляд. Ему явно нравилось выводить её из равновесия. И это бесило. — Здесь ошибка, — сказала Карина спустя пару минут, ткнув пальцем в третью строку. — Не ошибка, — возразил он, чуть наклонившись, чтобы посмотреть ближе. — Это умышленное искажение. Задача найти все такие моменты. Она почувствовала, как он почти рядом. Запах его парфюма: не резкий, а еле уловимый, с ноткой свежести,неприятно смешался с её раздражением. — Значит, вы специально вставили бракованные данные? — прищурилась она. — Я? — он чуть усмехнулся. — Это методика. Они проработали оставшиеся минуты пары в напряжённой тишине, обмениваясь короткими репликами. Дмитрий, похоже, наслаждался её упорством. Карина терпела, потому что сдаваться было хуже, чем тратить нервы. Когда прозвенел звонок, Карина почувствовала облегчение. — Перемена, — протянула Маша, вцепившись в руку подруги и потянув к выходу. — Ты сейчас выглядишь, как будто готова кого-то придушить. — Одного конкретного человека, — мрачно ответила Карина. Они направились в столовую, лавируя между толпами студентов. Запах кофе и свежей выпечки ударил в нос. — Ну? — спросила Маша, когда они заняли стол у окна. — Каково это — работать в «мини-группе» с самим Дмитрием Сергеевичем? Карина отпила из кружки компота, чтобы выиграть время. — Всё, как я и думала, — сказала она. — Он придирается к каждому слову. Смотрит так, будто заранее знает, что я ошибусь. — Может, это его способ мотивировать? — предположила Маша. — Да он просто… — Карина запнулась, подбирая слово. — Контролёр. Манипулятор. И… — И? — Маша подняла бровь. — И ещё этот его тон, как будто он в любой момент может сказать что-то, что выбьет тебя из колеи, — раздражённо закончила Карина. Маша усмехнулась. — Знаешь, иногда мне кажется, что ты с ним в каком-то перетягивании каната. Только канат этот — твои нервы. — И он, видимо, получает от этого удовольствие, — буркнула Карина. Оставшиеся десять минут перемены они провели в спокойном молчании, наблюдая за суетой в столовой. Карина пыталась не думать о предстоящей второй половине дня, но в голове уже мелькали варианты, как бы избежать новой «мини-группы» На следующей паре Дмитрий снова уделял ей больше внимания, чем остальным. Не в лоб, но достаточно, чтобы она это почувствовала. Каждый раз, когда он задавал вопрос в аудиторию, его взгляд сначала останавливался на ней. Карина делала вид, что не замечает. Но сердце снова и снова давало сбой в ритме, когда он говорил её имя. После занятий они с Машей вышли из корпуса. Вечерний воздух был ещё холоднее утреннего, и под ногами скрипел свежий снег. — Ну, выжила, — сказала Маша. — Не так уж и страшно было. — Легко тебе говорить, — ответила Карина. — Ты не сидела с ним в одном ряду весь урок. Они смеялись, но Карина всё равно ощущала странное послевкусие от сегодняшнего дня. Как будто она участвовала в каком-то матче, где никто не сказал, что игра уже началась. Они шли по тротуару, тихо переговариваясь. Снег усилился, и фонари начинали превращаться в размытые золотые круги в белой пелене. Карина подтянула шарф к лицу, чтобы спрятаться от ветра, и машинально оглянулась. Вдалеке к корпусу всё ещё подтягивались студенты, кто-то бежал на вечерние занятия, а кто-то спешил к автобусу. — Слушай, ты домой пойдёшь или ко мне? — спросила Маша. Карина помедлила. — Давай… ко мне. Но только если мама в нормальном состоянии. — Могу зайти с тобой, — предложила Маша. — Если что, прикрою. — Я не хочу, чтобы ты в это лезла, — тихо сказала Карина. — Но спасибо. Они свернули к остановке. В этот момент из-за угла выехал чёрный внедорожник, колёса с хрустом переехали через ледяную лужу, брызги полетели прямо на них. Карина отпрянула, но всё равно почувствовала, как холодная капля упала на щёку. — Прекрасно, — процедила она. — День можно считать официально испорченным. — Да ладно тебе, — попыталась подбодрить Маша, но в этот момент к ним подошли двое парней в тёмных куртках. — Девчонки, сигаретки не будет? — спросил один, при этом не особо заботясь о дистанции. — Нет, — коротко ответила Карина и потянула Машу в сторону. Но парни переглянулись и пошли следом. — Эй, мы же просто спросили, — сказал второй, чуть ускорив шаг. Карина сжала зубы. Она чувствовала, как напряглись плечи подруги. — Отстаньте, — сказала она уже громче. — Мы спешим. — Да ладно, не кипятись, — ухмыльнулся первый, но голос стал неприятно вязким. И тут из-за поворота, словно из ниоткуда, появился Дмитрий. Он был без пальто, в тёмном свитере и шарфе, волосы чуть растрёпаны от ветра. — Что здесь происходит? — его голос прозвучал спокойно, но с той твёрдой ноткой, которая не требовала повторений. Парни замялись, переглянувшись. — Мы просто спросили… — начал один. — Вы уже всё спросили, — перебил Дмитрий, глядя прямо в глаза говорившему. — А теперь идите. Это было сказано так, что даже Карина почувствовала, как в воздухе что-то изменилось. Парни медленно отступили, бросив напоследок что-то невнятное, и скрылись за углом. Маша выдохнула первой. — Ого… вот это вы удачно вынырнули. — Я просто шёл мимо, — сказал он, переводя взгляд на Карину. — Вы в порядке? — Мы справились бы сами, — упрямо ответила Кари. — Не сомневаюсь, — коротко кивнул он, но почему-то угол его губ дрогнул. — Всё равно лучше, когда за спиной есть кто-то, кто может вмешаться. Он посмотрел на Машу: — Проводи её домой. И… — вернулся к Карине, — на будущее, не ходите вечером этой дорогой. Карина не ответила. Они стояли несколько секунд, глядя друг на друга, и в этих секундах было что-то неуловимо неприятное и в то же время… странно цепляющее. Он кивнул и пошёл дальше, быстро скрывшись в снегопаде. — Ну и день, — тихо сказала Маша. — Мне кажется, это не последняя ваша встреча. — Замолчи, — выдохнула Карина, но внутри у неё всё ещё гудело — от злости, от напряжения и, возможно, от чего-то ещё, что она пока не хотела признавать. Дверь квартиры поддалась с привычным скрипом, но почему-то этот звук сегодня прозвучал громче, чем обычно. Карина переступила порог, стряхивая снег с каблуков, и уже собиралась, как всегда, кинуть сумку на пуфик в прихожей… но остановилась. У стены, прямо напротив входа, стоял её чемодан. Тот самый старый, с облезлыми углами и замком, который всё время заедал. Он был не просто поставлен, он был выставлен. Ручка выдвинута, боковые карманы застёгнуты, а на молнии болталась бирка с её именем, которую она прикрепила ещё на летних сборах по волейболу. Сердце неприятно кольнуло. — Что за… — выдохнула она почти беззвучно. Из кухни донёсся звон стекла. Потом глухой стук,что-то упало. И вместе с этим хрипловатый, слегка пьяный смех. Карина вздохнула, скинула пальто и подошла ближе. В нос тут же ударил резкий запах дешёвого вина, вперемежку с табачным дымом. Это был тот запах, который невозможно спутать ни с чем другим. — Мам? — осторожно позвала она. Ответа не было. Только шорох пакета и тихое бормотание, словно кто-то разговаривал сам с собой. Она заглянула на кухню, и всё встало на свои места. Мать сидела за столом в растянутой футболке, волосы растрёпаны, перед ней полупустая бутылка вина, рядом пепельница, переполненная окурками. Щёки налились красным, глаза блестели неестественным блеском. — О, пришла… — протянула она с какой-то ленивой усмешкой. — Как там, в твоём… институте? С парнями дерёшься, да? Карина нахмурилась. — Что за вопросы, мам? И что с чемоданом у двери? — А-а, чемодан… — мать мотнула головой, откидываясь на спинку стула. — Чтобы ты… долго не собиралась. Карина почувствовала, как внутри всё сжалось. — В смысле? — В прямом! — резко повысила голос мать. — Надоело мне это всё! Ты думаешь, я не знаю, что ты там шляешься? С утра до ночи, дома тебя нет, приходишь и всё тебе не так! — Мам, я учусь. — Голос Карины дрогнул, но она старалась держаться. — У меня пары, проект… — Проект, проект… — передразнила мать, наливая себе ещё вина. — А мне твои «проекты» что? Жить на что, а? Ты даже дома помочь не можешь! Карина сжала кулаки, но всё ещё пыталась говорить спокойно: — Я убирала вчера. И продукты купила. — Да ну! — мать резко встала, покачнувшись. — Думаешь, я не вижу? Думаешь, я тут просто так сижу? Я всю жизнь на тебя положила! А ты… Ты выросла и решила, что я тебе никто! Слова хлестали, как пощёчины. — Мам, перестань… — прошептала Карина, чувствуя, как к горлу подступает ком. — Нет, ты перестань! — выкрикнула мать, и голос её сорвался. — Собирайся и уходи. Раз такая умная, раз у тебя там «университет» и «своя жизнь» , вот и живи сама! Девушка сглотнула, глядя на чемодан, и в груди закипала смесь злости и боли. Она уже знала, что спорить бесполезно это не первый скандал, но в этот раз было иначе. Взгляд матери был стеклянным, а в голосе звучала та холодная решимость, которая означала только одно: сегодня она действительно её выгонит. — Ладно, — тихо сказала Карина, и этот холод в собственном голосе удивил её саму. — Раз так, уйду. Она развернулась, пошла в комнату и начала собирать в сумку самое необходимое, что возможно осталось.Слёзы предательски жгли глаза, но она не собиралась плакать здесь, при ней. Девушка быстро перекидывала в сумку вещи: зарядку для телефона, блокнот с конспектами. Каждый звук молнии или упавшей вещи казался в тишине комнаты слишком громким, словно подчеркивал, что это не временный порыв, а реальный уход. Из кухни раздался стук мать уронила стакан. — Ты думаешь, я шучу? — крикнула она. — Я говорю серьёзно, Карина! Уходи и больше сюда не возвращайся! — Я поняла, — бросила Кари,не выходя из комнаты. — А ещё скажи спасибо, что я тебе чемодан собрала! — в голосе матери звучала странная гордость, будто она совершила великое одолжение. — Пусть твои подружки теперь кормят тебя! Девушка сжала зубы, чтобы не ответить. Но молчание, похоже, только злило её сильнее. — И знаешь что? — продолжала мать, шаги становились всё ближе. — Ты неблагодарная! Всё, что я делала, всё, что я тебе давала — всё зря! Ты считаешь меня обузой, да? Она закрыла глаза. — Я так не считаю… — Считаешь! — мать ворвалась в комнату, запах вина и сигарет обжёг воздух. — Ты вон как смотришь на меня! С жалостью! А мне твоя жалость не нужна! Слёзы подступили, но та сдержалась. Она знала: стоит заплакать,мать воспримет это как признание вины. — Мам, давай завтра поговорим, — сказала она тихо, натягивая куртку. — Сегодня… не время. — Сегодня самое время! — мать перекрыла ей путь, но, пошатнувшись, всё же отошла в сторону. — Давай, иди! Карина вытащила чемодан в прихожую, накинула шарф и, не глядя, взяла сумку. Она уже тянулась к двери, когда мать в спину бросила: — И не вздумай сюда возвращаться, поняла? Дверь захлопнулась громко, словно поставила жирную точку. В подъезде стоял холод, и от резкой смены температуры дыхание Карины стало частым и тяжёлым. Она спустилась на пару ступенек и села прямо на них, прислонившись к стене. Руки дрожали. Телефон завибрировал — уведомление из чата группы: напоминание о проекте. Она глубоко вдохнула и открыла личные сообщения с Дмитрием Сергеевичем. Пальцы сами начали набирать: <Не смогу завтра принести проект. Сегодня был скандал с матерью, она выгнала меня из дома. У меня нет вещей и материалов, чтобы его доделать.> Нажала «отправить» и положила телефон на колени. Ответ пришёл быстро: <Понимаю. Но нам всё равно нужно поговорить. Завтра после пар зайдите ко мне.> Она уставилась на экран. Никаких «держитесь» или «сочувствую», просто «понимаю». И от этого ей стало ещё тяжелее. Она убрала телефон в карман, встала и потянула чемодан к выходу из подъезда. Впереди была ночь, которую надо было где-то пережить, и утро, где её ждал разговор, к которому она совсем не была готова. Холод ночи впивался в кожу, будто хотел убедиться, что она не передумает. Карина шла по пустым улицам с чемоданом в одной руке и телефоном в другой. Время было далеко за полночь, и каждый её шаг отдавался в тишине так, что казалось его слышит весь район. Уличные фонари горели жёлтым, усталым светом, а снег под ногами тихо хрустел. Казалось, этот хруст громче собственного дыхания. Она не торопилась. Не потому, что не хотела скорее оказаться у Маши наоборот, хотелось поскорее нырнуть в её тёплую квартиру. Но в голове всё ещё крутились слова матери, и они мешали сосредоточиться на дороге. “Неблагодарная… И не возвращайся!” — эхом отозвалось в памяти. Карина невольно ускорила шаг. Подъезд Машиного дома был старый, с облупленной краской и мутным стеклом в дверях. Чтобы попасть внутрь, надо было позвонить в домофон, но Карина не хотела будить соседей. Она вспомнила, что Маша часто оставляет ключ под ковриком для курьера, если ждёт доставку. Но сейчас — ночь, и вдруг ключа нет? Она вздохнула, достала телефон и написала: — Я у подъезда. Откроешь? Ответа не было. Либо Маша спала, либо телефон был на беззвучном. Карина посмотрела на тёмные окна и почувствовала, как внутри нарастает тревога. “Неужели я зря пришла?..” Она поставила чемодан у стены и поднялась по ступенькам. Постучала в дверь подъезда тихо, но настойчиво. Шум в тишине ночи казался почти криком. Минуты тянулись мучительно медленно. Карина уже собиралась стучать сильнее, как вдруг в верхнем окне мелькнуло движение. Потом на лестнице послышались быстрые шаги. Дверь открылась, и на пороге появилась её подруга в длинной футболке, накинутой поверх тёплого халата, с растрёпанными волосами. Глаза сонные, но в них сразу же появилась тревога. — Кари? —голос был ещё хриплым от сна. — Что случилось? Карина не ответила сразу — просто шагнула вперёд и крепко обняла подругу. От её тепла и запаха домашнего порошка в груди что-то надломилось, и из глаз сами потекли слёзы. — Эй, — тихо сказала Маша, — пойдём, не стой на холоде. Они поднялись на четвёртый этаж, чемодан глухо стучал по ступенькам. В квартире было темно, только свет с кухни мягко освещал коридор. — Раздевайся, — подруга кивнула на вешалку, — я чай поставлю. Карина молча сняла куртку и села на диван, прижимая к себе подушку. Всё ещё дрожали руки, но теперь от тепла в комнате становилось немного легче. Через пару минут Маша вернулась с кружками чая и поставила одну перед ней. — Говори. — Мамина пьянка… и чемодан у двери, — выдохнула Карина. — Сказала, чтобы я ушла. Маша сжала губы. — Ночью. В такой холод. Одна… Карина кивнула. — Я не знаю, что делать дальше. Чай остывал, но они долго сидели молча. Маша иногда спрашивала что-то тихо: про учёбу, про то, есть ли у Карины где остановиться ещё, про то, хватит ли ей денег. Но Карина отвечала односложно. Гораздо громче любых слов звучало то, как Маша просто была рядом — принесла плед, положила рядом коробку с печеньем, поставила чемодан в угол, чтобы он не мешал. — Ложись у меня, — сказала она, когда стрелки на часах перевалили за три. — Диван раскладывается, я принесу тебе одеяло. Карина кивнула. Она не помнила, как легла и укрылась, но помнила, что Маша ещё долго сидела в соседнем кресле, пока она засыпала. И перед тем как окончательно провалиться в сон, Карина подумала, что, может быть, всё ещё не так плохо, раз у неё есть такой человек. Карина проснулась от будильника Маши, который звучал так раздражающе звонко, что хотелось просто захлопнуть глаза и спрятаться под одеялом. Но сегодня нельзя было позволить себе лениться. Пара начиналась через час, и опаздывать было просто нельзя — особенно после вчерашнего. Она потянулась, почувствовав на коже легкий холод окно было приоткрыто, и свежий весенний ветер играл занавесками. Несмотря на то, что календарь показывал начало марта, снега уже не было. На улице даже было немного тепло — ветерок шелестел сухими листьями, а где-то далеко слышался смех детей. Всё это создавалось ощущение лёгкого пробуждения, новой главы. Карина села на кровати, потянулась и медленно встала. Накинув халат, она направилась в ванную. Быстро умылась, не забывая при этом смотреть на своё отражение в зеркале. Сегодня нужно выглядеть так, будто всё под контролем, несмотря на разбитое сердце и усталость. Вернувшись в комнату, она начала одеваться. На ней было тёплое светло-серое кашемировое пальто с капюшоном, под которым чёрные узкие джинсы и белая водолазка с высоким воротом. На ноги надела удобные кожаные ботинки — не слишком высокие, но достаточно стильные, чтобы не чувствовать себя ущербно. В карманах — перчатки и шапка, на случай, если ветер станет слишком резким. Карина подошла к зеркалу и внимательно осмотрела себя. В свои 19 она выглядела значительно моложе максимум на 16. Узкое лицо с мягкими чертами, чуть вздёрнутый нос, большие голубые глаза с лёгким блеском усталости. Каштановые волосы, немного взъерошенные, обрамляли лицо. Фигура стройная, но без излишней хрупкости, с плавными линиями и аккуратной осанкой. В этом была её особенность: несмотря на молодой возраст, в ней читалась внутренняя сила и стойкость. «Выглядишь так, будто способна пройти через всё», — мысленно похвалила себя Карина и выдохнула, отпуская остатки тревог. В этот момент в комнату вошла Мария, приподняв брови и усмехнувшись: — Ну что, готова к новому дню? Или планируешь снова устраивать шоу с нашим любимым Дмитрием? — Если бы я могла выбирать, я бы просто исчезла с его пар, — пробурчала Карина, застегивая пальто. — Ну-ну, не будь такой драматичной, — поддразнила подруга. — Сегодня у тебя будет шанс показать ему, что ты не просто ведьмочка из прошлой главы. Карина лишь фыркнула и взяла тетради аккуратно переписанные, как всегда, несмотря на всю её хаотичность. Тетради были заполнены заметками, схемами, формулами — всё то, что могло помочь не потеряться в предмете Дмитрия Сергеевича. — Поехали, — сказала она и направилась к двери, а Мария шла следом, уже щебеча о том, как они смогут вместе пройти этот день. Выходя из дома Маши, Карина почувствовала, что дорога к университету отсюда куда ближе. Даже дышалось легче — меньше километров, меньше времени в пути. Она шла по улице, впитывая в себя утреннюю свежесть, когда неожиданно врезалась в знакомую фигуру. — Чёрт, — выдохнула она, поднимая глаза, — опять ты. Дмитрий Сергеевич стоял перед ней, чуть наклонив голову и улыбаясь с той самой своей иронией, что сводила её с ума. — Карина, приветствую тебя, — сказал он спокойно, словно это была обычная утренняя встреча, а не очередное столкновение судеб. Она промолчала, слегка наклонив голову в знак приветствия и уже мысленно собираясь уйти. — С тобой всё в порядке? — спросил он неожиданно мягко. — Почему бы и нет? — ответила она, стараясь не показать, как сильно её эта встреча выбила из колеи. Он чуть улыбнулся, и Карина почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Но это было ненадолго — она быстро собрала себя и шагнула дальше, уже собиралась уйти, но внезапно почувствовала лёгкое прикосновение к руке,Дмитрий остановил её. — Стой, — сказал он тихо, глядя прямо в глаза, — у меня есть предложение. Пожалуйста, пройди со мной в кабинет. Она замерла, сердце забилось быстрее, но сдержала эмоции и последовала за ним, ощущая, как в груди загорелся новый, странный огонёк, смесь любопытства и недоверия. Войдя в кабинет, он закрыл дверь, повернулся к ней и, глубоко вздохнув, начал: — Карина, скоро моя семья уедет из города. Несколько месяцев — максимум полгода. Это не просто переезд, это что-то серьёзное. И вот я подумал… — он задумался на секунду, — может, мы попробуем… фиктивные отношения? Пока я здесь. Она взглянула на него с недоумением. — Фиктивные отношения? Зачем тебе это? — В свои 29 у меня нет ни жены, ни детей, даже девушки, — сказал он честно, — хотя многим кажется, что я должен быть идеальным женихом. Но нет. Это не так. А мне нужна девушка, чтобы получить наследство, и естественно семейное дело. А тебе… — он слегка улыбнулся, — взамен я могу предложить поддержку: помощь с учебой, с проектами, и… ну, дом, деньги. Карина, не ожидавшая такого предложения, смотрела на него, пытаясь понять, что за игра начинается и насколько она в ней нужна. — Ты серьёзно? — спросила она наконец. — Абсолютно, — ответил он. — Полгода. Без обязательств, без драмы. Просто договор. Что скажешь? Внутри неё боролись страх и любопытство, но слово «поддержка» звучало заманчиво. — Я подумаю, — тихо сказала она, чувствуя, что это начало чего-то нового — сложного и непредсказуемого. Через полтора часа она вышла из аудитории, чувствуя, как лёгкое оцепенение постепенно сменяется волной решимости. В голове словно засела мысль, которая раньше казалась невозможной — согласиться на предложение Дмитрия. Он всё ещё казался ей странным, пугающим, но в этой странности таилась и возможность — шанс вырваться из того, что тянуло её вниз. Теперь осталось только сделать первый шаг. После последнего звонка она уже не торопилась к выходу. Вместо этого, сидя на скамейке в коридоре, она пыталась успокоить дрожь в руках и мысленно представить, что её ждёт впереди. Сердце билось слишком громко, словно напоминая о том, что её выбор повлияет на многое. Внезапно рядом появилась знакомая фигура. Дмитрий. Его привычная холодная улыбка была на месте, но в глазах мелькало что-то иное — ожидание, возможно, уважение. — Ты решила? — спросил он тихо, глядя прямо в её глаза. — Да, — ответила Карина, чуть дрожа, — я согласна. — Хорошо, — он встал, поправил пиджак и жестом пригласил её идти за собой, — я заберу тебя прямо сейчас. Не хочешь возвращаться домой, правильно? Вещи,думаю, что можно и новые, не вижу смысла, чтобы брала старое. Девушка кивнула, понимая, что другого варианта у неё нет. В её голове всплывали образы пустой комнаты, скандалов и слёз, от которых хотелось сбежать куда угодно. Они вышли на улицу. Ветер играючи трепал её волосы, но в этот раз холод не казался таким пронизывающим. Дмитрий шёл рядом, уверенный и спокойный. Карина понимала, что сейчас начинается новая глава её жизни — и даже если она пугает, она должна пройти этот путь. — Куда мы идём? — спросила она, пытаясь отвлечься от навязчивых мыслей. — К себе домой, — ответил он просто, — ты увидишь, что там не так уж и страшно. Путь до его квартиры был короче, чем она ожидала. За это время Дмитрий рассказал о том, как долго его семья живёт в этом городе, почему сейчас у них кризис, и как он рассчитывает, что фиктивные отношения помогут сгладить острые углы. Карина слушала, иногда вставляя вопросы, но главным было то, что он не давил и не требовал молчания. Это уже было лучше, чем она могла представить. Когда они вошли в квартиру, Карина почувствовала лёгкий шок — просторная и светлая, с аккуратной мебелью и уютной атмосферой. Её проводили в отдельную комнату, где уже стояла кровать, небольшой письменный стол и шкаф. — Здесь твоя комната, — сказал Дмитрий, — пока будешь у меня, можешь считать это своим убежищем. Карина взглянула вокруг, и впервые за долгое время почувствовала немного покоя. Её трясло от эмоций, но сейчас было важно взять себя в руки. — Спасибо, — выдохнула она. — Но помни, — продолжил Дмитрий, — это только начало. Тебе нужно будет поддерживать образ девушки, поэтому я расскажу, как себя вести, что говорить. Карина кивнула, понимая, что впереди будет много сложных разговоров и встреч. Вечером, когда они ужинали, Дмитрий рассказал о своих друзьях и знакомых, с которыми ей предстоит познакомиться, — чтобы всё выглядело максимально естественно. Он был строг, но не жесток, и Карина ценила это. Несмотря на формальность их договорённостей, между ними всё же проскальзывали искры человеческого понимания, он не был таким, каким казался на первый взгляд. Лёгкая тревога всё ещё сидела в груди, но Карина знала, что сделала правильный выбор. На часах было ровно 19:00. Карина сидела на краю кровати в своей новой комнате и чувствовала себя… как не в своей тарелке, но комната была красивой. Комната, которую выделил ей Дмитрий, оказалась неожиданно уютной и совсем не похожей на холодный, «мужской» интерьер, каким она себе всё представляла.Стены были выкрашены в мягкий, светло-бежевый цвет, а у окна висели плотные, глубокого синего оттенка шторы, которые легко закрывали солнечный свет. Большое окно выходило во внутренний двор, и сквозь него в комнату проникал мягкий рассеянный свет, делая атмосферу спокойной. Посреди комнаты стояла широкая кровать с белоснежным покрывалом и парой аккуратно сложенных пледов в изголовье. Слева небольшой письменный стол из светлого дерева, на котором уже стояли аккуратные стопки чистых тетрадей и коробочка с ручками, словно кто-то заранее подумал о том, что ей может понадобиться. В углу стоял высокий шкаф-купе с зеркальной дверцей, отражавшей комнату почти полностью. Рядом — узкий стеллаж, на котором стояло несколько книг, пара керамических фигурок и небольшая настольная лампа с мягким золотистым светом. Пол был тёплый на ощупь, с толстым пушистым ковром кремового цвета у кровати. У изголовья, на тумбочке, стоял небольшой будильник и ваза с искусственными цветами, которые неожиданно оживляли пространство. В этой комнате было то, чего у Карины не было уже давно,тишина, порядок и ощущение, что здесь можно выдохнуть, не боясь, что за дверью начнётся очередной скандал. Всё выглядело так, будто это место действительно ждет её,но ей нужно привыкнуть к тому, что теперь живёт в просторной квартире, а не в тесной, прокуренной кухне с вечными скандалами за стеной. Тишину нарушил стук в дверь. — Можно? — голос Дмитрия прозвучал спокойно, но с ноткой делового тона. — Заходи, — неуверенно ответила она. Дверь открылась, и он вошёл с папкой в руках. — Раз уж мы договорились, — сказал он, — давай закрепим условия. Чтобы потом никто не говорил, что я что-то придумал на ходу. Он сел напротив, раскрыл папку и вытащил аккуратно напечатанный договор. Карина едва сдержала смешок. — Ты серьёзно? бумажка? — поддела она его. — Полгода фиктивных отношений, Карина, — серьёзно ответил он. — Это не шутки. Так что читай внимательно. ДОГОВОР о фиктивных отношениях сроком на 6 месяцев 1. Обязанности : Всегда сопровождать Дмитрия на важных встречах, где требуется подтверждение «отношений».Вести себя вежливо и уверенно перед его знакомыми, не выдавая фиктивность.Придерживаться образа «девушки Дмитрия» в социальных ситуациях, кроме университета.Предупреждать заранее, если не сможет присутствовать на мероприятии.Держать в тайне всё, что касается его семьи и семейного дела. 2. Что она получает: Отдельная комната в квартире Дмитрия.Полное обеспечение (питание, бытовые нужды, транспорт). Финансовую помощь на личные расходы в пределах разумного.Помощь в учёбе и с проектами.Защиту от любых проблем, связанных с её прошлым жильём. 3. Срок действия: — 6 месяцев с момента подписания. 4. Запрещено: Раскрывать настоящую природу отношений посторонним.Флиртовать или состоять в романтических отношениях с другими во время действия договора.Устраивать публичные сцены, способные испортить репутацию Дмитрия.Пропадать без предупреждения.Использовать его имя или связи в личных целях без разрешения. — Ну что, подпишешь? — спросил он, слегка приподняв бровь. — А если я не подпишу? — Карина скрестила руки на груди, пытаясь выглядеть дерзко. — Тогда придётся искать другую… партнёршу, — ответил он, улыбнувшись краешком губ. — Но мне почему-то кажется, ты не упустишь такой шанс. — Самоуверенный, — фыркнула она. — Реалист, — парировал он. Она взяла ручку, подписала договор и протянула его обратно. — Ну что ж, поздравляю, — усмехнулся Дмитрий, убирая папку. — С сегодняшнего дня ты официально моя… фиктивная девушка. — Счастье-то какое, — с притворной радостью сказала Карина. — Осталось только купить matching футболки. — Даже не надейся, — рассмеялся он Он поднялся, накинул пиджак и бросил ей короткий взгляд: — Одевайся. Сегодня ужин в ресторане. Встреча с одним человеком. — Ты же не говорил про встречу… — она нахмурилась. — И не обязан был. По договору ты сопровождаешь меня на таких мероприятиях. Она закатила глаза, но пошла к себе в комнату. В шкафу висело несколько платьев, которые оказались здесь благодаря каким-то чудесным «заботам» Дмитрия. После коротких раздумий она выбрала тёмно-синее приталенное платье чуть выше колена, с длинными рукавами. Оно подчёркивало фигуру, но не выглядело слишком вызывающе. На ноги — чёрные колготки и сапоги на невысоком каблуке. Волосы оставила распущенными, чуть выровняв утюжком. Накинула на плечи бежевое пальто и, подойдя к зеркалу, скользнула взглядом по отражению. «Вполне подойдёт для того, чтобы раздражать его своим идеальным видом», — подумала она. Выйдя в прихожую, она застала Дмитрия, который уже стоял, опершись о стену, и проверял телефон. На нём был идеально сидящий тёмный костюм, светлая рубашка и пальто. Он поднял глаза, провёл ими по ней сверху вниз, но ничего не сказал. — Что? — прищурилась Карина. — Просто проверяю, насколько убедительно мы будем выглядеть, — ответил он ровно. — Тогда учти — половина успеха на мне. — А вторая половина — моё терпение. Ресторан оказался дорогим, но не кричащим о своём статусе. Мягкий свет, приглушённая музыка, дорогие ткани на креслах, официанты, которые словно передвигались по залу без звука. Дмитрий выбрал столик у окна — стратегически удобное место. Сел так, чтобы видеть весь зал, оставив Карине место напротив. — Сегодня просто ужин, — сказал он, — но будь готова к разговорам. — У тебя есть ещё один скрытый пункт договора, о котором я не знаю? — Да. Он называется «не спорить за столом». Они успели только заказать еду — Карина выбрала тёплый салат с курицей и бокал вина, Дмитрий — стейк и кофе, — как к их столику подошёл мужчина лет тридцати пяти. Высокий, спортивного сложения, с лёгкой небрежной улыбкой. — Дим! — он хлопнул Дмитрия по плечу, потом перевёл взгляд на Карину и будто забыл обо всём. — А это… — Карина, — спокойно представил её Дмитрий. — Моя… девушка. Мужчина явно не уловил, или сделал вид, что не уловил холодную ноту в голосе Дмитрия. Он протянул Карине руку, задержал её чуть дольше, чем прилично, и сказал: — Очень приятно. Дмитрий редко приводит кого-то… И теперь я понимаю почему. Карина слегка улыбнулась, понимая, что идёт лёгкий флирт. Дмитрий же молча смотрел, но пальцы его, лежавшие на столе, слегка сжались. — Так ты студентка? — наклонился чуть ближе знакомый. — Угу. А вы, простите, тоже учитесь… флиртовать с чужими девушками? — невинно спросила она. Мужчина засмеялся, а Дмитрий холодно сказал: — Алексей, отойди, мы ждём заказ. Но тот явно не спешил уходить. Он сел на стул сбоку, продолжая говорить с Кариной, и та, понимая, что это бесит Дмитрия, иногда даже поддерживала разговор чуть живее, чем надо. И когда Алексей позволил себе слегка коснуться её руки под предлогом «посмотреть кольцо», Дмитрий резко перехватил его взгляд. — Алексей, я сказал — мы ждём ужин. Встретимся позже. Тон был настолько холодным, что мужчина поднялся без лишних слов. Карина, едва он ушёл, тихо усмехнулась: — Ты что, ревнуешь? — Я — соблюдаю договор, — сухо ответил он. — И там, кстати, есть пункт про приличия. — А я думала, что там есть пункт про то, что ты должен терпеть меня. Он посмотрел на неё так, будто мысленно переписывал половину пунктов. Дмитрий молча налил себе воды, сделал глоток, потом поднял глаза на Карину. — Ты специально флиртовала с ним, да? — Нет, — она изобразила удивление, — я просто вела себя вежливо. — Вежливо? Когда он чуть не залез тебе в декольте под предлогом «посмотреть кольцо»? — Ну, может, у него плохое зрение, — она хмыкнула. — И вообще, ты так скучно сидишь, что хоть кто-то должен был оживить атмосферу. Дмитрий чуть откинулся на спинку кресла, сцепив пальцы. — Ты знаешь, за такие выходки я могу добавить в договор пару новых пунктов. — Например? «Не смотреть на других мужчин»? — она усмехнулась. — Например — «не дразнить меня». — Ой, боюсь-боюсь, — протянула Карина и сделала вид, что рассматривает меню, хотя заказ уже был сделан. Официант принёс их блюда. Карине поставили аккуратную тарелку с тёплым салатом, Дмитрию — сочный стейк с гарниром. Карина демонстративно придвинула свою тарелку к нему: — Хочешь попробовать? — Нет. — А я всё равно дам, — и она ловко подцепила вилкой кусочек курицы, протянула через стол. Дмитрий посмотрел на неё, потом медленно взял вилку, но вместо того, чтобы съесть кусочек, он спокойно перехватил её руку, отодвинул её вилку и сказал: — Не играй с едой. — Это была не еда, а проявление заботы. Вино было лёгким, и Карина позволила себе второй бокал. Лицо у неё чуть порозовело, глаза блестели. Дмитрий это заметил. — Ты собираешься завтра на пары встать? — спросил он, глядя на бокал. — Конечно. А что? — Просто проверяю, не придётся ли мне завтра тащить тебя в университет на руках. — Хм, а это идея, — она лукаво посмотрела на него. Дмитрий улыбнулся уголком губ. — Сомневаюсь, что тебе понравится мой способ переноски. — Ты же не станешь меня ронять? — Не знаю. Всё зависит от того, как ты будешь себя вести. Десерт они заказали один на двоих — «чтобы выглядеть как идеальная пара», как выразился Дмитрий. Карина сразу же поняла, что это ловушка: официант принёс высокий стакан с мороженым и ложку. Одну. — Ага, значит, мы должны есть одной ложкой? — приподняла бровь Карина. — Да, — невинно ответил он, — так делают влюблённые. Карина не хотела признавать, но эта близость её немного смущала. Она нарочито долго ковыряла десерт, будто пыталась выбрать идеальный кусочек, а Дмитрий, не дожидаясь, просто поднёс ложку к её губам. — Давай. — Я сама могу. — Нет, — он чуть склонил голову, — влюблённые кормят друг друга. Карина всё-таки взяла ложку в рот, но в этот момент он ухмыльнулся так, что она поняла — «месть» началась. На обратной дороге в машине он специально включил тихую романтичную музыку, а перед домом, когда они вышли, слегка наклонился к её уху и тихо сказал: — В следующий раз, когда будешь флиртовать с моими знакомыми, я поцелую тебя прямо при них. Карина замерла, потом быстро пошла к подъезду. — Даже не думай! — бросила она через плечо. — Поздно, я уже думаю. И он шёл за ней, явно наслаждаясь её реакцией. Карина едва дождалась, пока Дмитрий откроет дверь своим ключом, и, едва переступив порог, молниеносно юркнула в коридор, бросив пальто на вешалку. — Даже не мечтай! — крикнула она из прихожей, не оборачиваясь. — Мечтать? — его голос был почти насмешливым. — Карина, ты явно недооцениваешь мою решимость. Она не стала отвечать. Вместо этого быстро схватила полотенце из шкафа в ванной и закрылась там, повернув замок. Сняла платье, стянула колготки, включила горячую воду. Шум душа приглушил её мысли, но сердце всё ещё стучало от его слов. «Поцелует при них… Этот наглец…» — мысленно бурчала она, смывая остатки макияжа. Через пятнадцать минут она вышла из ванной уже в мягкой пижаме — свободная розовая кофта с маленькими сердечками и шортики того же цвета. Волосы чуть влажные, запах шампуня тянулся за ней. Она прошла в гостиную, намеренно игнорируя, что Дмитрий сидит на диване с ноутбуком. Но он всё-таки оторвался от экрана, окинул её взглядом сверху вниз, задержавшись на шортах. — Ага… Значит, у нас сегодня «девчачий вечер». — Это называется «комфорт». — Она уселась на противоположный край дивана, включив телевизор. — Угу, — он вернул взгляд на ноутбук, но уголки его губ чуть дрогнули. — Идеальный наряд, чтобы в любой момент быть готовой к интервью для семейного журнала. — Очень смешно, — бросила она, но чувствовала, что он её дразнит специально. В этот момент телефон Карины зазвонил. На экране — видеовызов от Маши. — О, Маша! — Карина быстро приняла звонок и, устроившись поудобнее, включила фронтальную камеру. — Привет, подруга! — Машка появилась на экране с кружкой чая в руках. — Ну что, как ты там? Карина хотела повернуть камеру так, чтобы в кадр не попал Дмитрий, но он в этот момент потянулся за своей кружкой, и его плечо, а потом и лицо мелькнули в углу экрана. — Эм… — Маша прищурилась. — А это у тебя кто там? — Никто, — поспешно сказала Карина, но в этот момент Дмитрий, явно поняв ситуацию, сел ближе к ней и лениво сказал: — Добрый вечер. Маша округлила глаза: — Карин… Ты что, уже кого-то нашла?! Карина чуть не захлебнулась воздухом, а Дмитрий сидел рядом с самым невинным видом, как будто вообще не понимает, в чём проблема. — Нет! — выдохнула Карина. — Это просто… сосед! — Очень… близкий сосед, — добавил он, откинувшись на спинку дивана. Карина только что успела отключить звонок, как резко повернулась к Дмитрию и, не сдержавшись, хлопнула его по затылку — щелбан, будто маленькому ребёнку. В её глазах горел огонь раздражения и скрытой усталости. — Вот тебе за все твои “добрые” советы, — с едкой усмешкой бросила она. Дмитрий вздрогнул от неожиданности, тронул затылок, где оставался тёплый след её ладони, и, не теряя самообладания, широко улыбнулся. — Куда бьют, туда и целуют, — произнёс он с игривым блеском в глазах, приближаясь чуть ближе, — знаешь, Карина, ты мне всё больше нравишься именно за этот характер. Она скрестила руки на груди и прищурилась, пытаясь сохранить серьёзность, но губы предательски дрогнули. — Не знаю, Дмитрий, — ответила она с вызовом, — иногда у меня складывается впечатление, что ты просто получаешь удовольствие, раздражая меня. — О, это правда, — усмехнулся он, — но и ты не отстаёшь. Дмитрий рассмеялся, и между ними повисло лёгкое напряжение, полное невыраженного понимания. После того, как Карина поставила кофе на стол и сделала пару глотков, у Дмитрия зазвонил телефон. Он взглянул на экран — звонок от отца. Мужчина, которому было уже 61 год, всегда был строг и требователен, особенно когда дело касалось личной жизни сына. — Алло, папа, — ответил Дмитрий, стараясь не выдать волнения в голосе. — Дмитрий, — голос отца прозвучал резко и сдержанно, — я слышал, ты был сегодня с девушкой. Кто она? Я хочу её увидеть, пока не уехал на полгода. Не думай скрывать от меня такие вещи. Дмитрий почувствовал, как сердце сжалось. Он посмотрел на Карину, которая внимательно следила за разговором, держа чашку в руках. — Папа, — начал Дмитрий осторожно, — это… всё не так просто. Она у меня стеснительная. — Мне всё равно, — перебил отец. — Ты взрослый человек. Если эта девушка — часть твоей жизни, я хочу знать её лично. Не устраивай никаких тайн, тем более от его зависит получишь ты бизнес, или нет. Дмитрий промолчал, пытаясь подобрать слова. Было понятно: отец настроен серьёзно и не настроен терпеть какие-либо отговорки. — Хорошо, — наконец сказал он, — я организую встречу. Но, пожалуйста, не нужно создавать лишних проблем. После этого он положил трубку, и в комнате снова повисла тишина. Карина с интересом смотрела на Дмитрия — теперь ситуация приобрела ещё более сложный оттенок. Это было неожиданно, но одновременно ясно — их фиктивным отношениям предстоит пройти через ещё больше испытаний. — Ладно, — тихо сказала она, направляясь к своей комнате, — спать пора. Дмитрий кивнул, тоже вставая. — Верно. Нам завтра рано вставать. Он провёл рукой по волосам, подошёл к своему телефону и поставил будильник на 7:00. — Подъём ранний, — сказал он уже в полутёмной гостиной. — Утром помогу тебе с конспектом. Видел, что в паре мест у тебя пробелы. Карина, уже почти скрывшись за дверью, обернулась и чуть иронично заметила: — Будешь меня учить даже дома? — А куда я денусь? — усмехнулся он, но в голосе слышалась усталость. — Ложись, тебе силы понадобятся. Она тихо захлопнула дверь, оставив его одного в тишине, и впервые за долгое время почувствовала, что за завтрашнее утро можно не переживать — с конспектом и учёбой она будет не одна. Дмитрий же, укладываясь в свою кровать, поймал себя на мысли, что завтрашнее утро будет совсем не таким, как обычно. Карина, наконец-то оказавшись в своей комнате забралась под одеяло и обняла подушку, словно это могло заменить всё тепло и спокойствие, которого ей так не хватало. Она уже почти начала погружаться в сон, когда экран телефона вспыхнул. сообщение от Маши: «Ты там как? Не пропала? И не вздумай отмалчиваться, я всё равно узнаю!» Карина улыбнулась уголком губ. Даже сквозь усталость и эмоциональное выгорание она почувствовала, как привычный голос подруги в её голове оживляет вечер. Она медленно напечатала: «Жива. Просто день был… странный. Очень странный. Потом расскажу.» Через пару секунд пришёл ответ: «Странный? Карина, ты же знаешь, я терпеть не могу ждать. Давай, колись!» Карина выдохнула, вжалась в подушку и уставилась в экран, разрываясь между желанием выложить всё и опасением, что Маша начнёт задавать слишком много неудобных вопросов. Пальцы сами набрали: «Скажем так… я живу не дома. И мой сосед по крыше — тот самый, кого я терпеть не могла.» Три мигающих точки на экране показали, что Маша печатает. Карина даже на секунду задержала дыхание, представляя, какая реакция будет дальше