chapter 9

Приём в особняке Макмилланов оказался шумнее, чем Тео привык. В воздухе витал запах алкоголя, духов, тонкого парфюма и магии статуса. В каждой улыбке была ядовитая любезность, в каждом приветствии — скрытая проверка.  Аристократия играла в свои вечные шахматы, и королева была здесь как всегда. Ханна Аббот. Живая. Громкая. Гибкая в словах и теле.  В платье цвета вина, с высоким вырезом, с локонами, обрамляющими лицо. Она вовсе не изменилась, и в этом было что-то пугающее. Теодор застыл, когда увидел её. Как будто старый порез на пальце вдруг начал кровоточить прямо в зале, на глазах у всех.   — Ты можешь быть с ней. — проговорила Ханна тихо, как будто между делом. Она стояла близко, даже слишком близко к женатому мужчине, который уже не принадлежал ей, — Можешь исполнять долг, можешь молчать, как умеешь. Но, Тео... никто не заменит настоящую женщину. Нотт сглотнул. Она наклонилась к нему, не агрессивно, не вызывающе, а просто по праву того, кто был внутри твоей жизни слишком долго. А он не отстранился. Поцелуй был быстрым. Привычным. Почти таким же, каким был тогда, когда они прятались в коридорах Хогвартса. Она схватилась за его пиджак, а он обнял ее за талию, как ни разу не обнимал Роузи.  И Роузи это увидела.  Она не заплакала, лишь слегка вздрогнула. Лицо как маска: безупречно собранное, спокойное, почти благословляющее. Она просто смотрела, ровно, прямо, до самого конца. До того, как губы Ханны коснулись его снова. До того, как Тео на мгновение закрыл глаза. "Вот так выглядит любовь," — подумала она. — "Не тёплая, не чистая, но — настоящая. Вот она. Прямо передо мной. Вот почему он никогда не полюбит меня." Через секунду она резко повернулась, словно из груди вырвали воздух, и тихо без шороха исчезла в толпе. Роузи нашла уединение на балконе второго этажа. Там, где свечи были приглушены и где никто вероятно не искал компанию. Только ветер и голос собственных мыслей. Она сжала руки на перилах. Сначала медленно, потом сильнее. Пальцы задрожали. "Ты не имеешь права ревновать, Роузи. Ты не жена. Ты просто договор." Но внутри что-то предательски, едва слышно, хрустнуло. Как лед, тронутый каблуком. Позже, когда люди вновь окружили её, кто-то случайно в разговоре назвал имя.   — Ханна Аббот? Конечно, ты не знала. Она старше Нотта младшего. Они были вместе ещё в школе. Она всегда была... яркая. А он — вот этот твой мрак. Их как магнитом тянуло. Роузи улыбнулась. Как всегда безупречно и сильно.    — Какая красивая пара. — прошептала она в ответ и снова удалилась. Тео вернулся домой ближе к полуночи. Ханна давно исчезла с каким-то мужчиной, которого он даже не узнал. Она смеялась громко, пила вино, касалась чьих-то плеч, весьма свободно, по-хозяйски, как будто уже ничего не боялась. И в этом смехе что-то звенело фальшиво.  Или это звенело в нём. В холле было темно, не было ни слуг, ни света. Он не знал, почему поднялся к её комнате. Просто ноги сами шли. Он даже не успевал сообразить. Роузи сидела у окна, не спала. Держала в руках книгу, но взгляд был не в буквы, а в окно. У нее все как обычно. На улицу, где никто не проходил. Тео стоял в проёме несколько долгих секунд. Потом снова хотел уйти, но тут заметил: её руки тряслись. Она крепче сжала книгу, когда услышала шаги. Но не повернулась. "Она видела." "Она знала." Нотт не смог сказать ни слова. А Тэтчер не спросила. Потому что уже знала ответ. И потому что сердце уже трещало слишком красиво, чтобы жаловаться.