Глава 6

День рождения Гермионы Грейнджер, начавшийся с чопорного приема в дорогом ресторане, наконец-то перетек в более уютную обстановку ее дома. Солнце практически село, окрашивая небо в оттенки пылающего золота и нежной лаванды. Гости и виновница торжества сидели в большой беседке, увитой цветущими розами, где воздух был напоен ароматом трав и легкой музыкой. Некоторые пары кружились в танце, их силуэты расплывались в мягком свете фонарей. Остались только самые близкие, человек двадцать, те, кто прошел через ад вместе с Гермионой. И атмосфера, казалось бы, должна была быть расслабленной, наполненной радостью и благодарностью. Но напряжение висело в воздухе, как заклинание, которое вот-вот сорвется, готовое разрушить хрупкое равновесие. - Я так скучаю по Сью, – тихо произнесла Гермиона, ее голос дрожал от невысказанной тоски. Она водила пальцем по краю кружки с остывающим чаем, ее обычно живые глаза были полны печали. Рон Уизли, сидевший рядом, с мрачным лицом, кивнул: – Почему она уехала, ничего нам не сказав? Это так… не похоже на нее. Мы же были как семья! Гермиона вздохнула и скользнула взглядом по Гарри: – Мы даже не знаем, где она теперь живет. Я пыталась найти информацию в данных Министерства, но там лишь скупое «уехала из страны». Никаких деталей. Рон повернулся к Поттеру: – И почему она отменила вашу свадьбу, Гарри? Ты так и не рассказал нам толком. Гарри почувствовал, как напряжение сковало его. Он отвел взгляд, рассматривая танцующие пары, их счастливые лица казались издевкой. Признаться друзьям в том, что произошло шесть лет назад, было бы равносильно признанию в собственной слабости, в том, что он выбрал путь героя, а не чувства своего сердца. Он не мог сказать им, что это он, Гарри Поттер, Герой, бросил Сьюзан Дейвис, чистокровную волшебницу, которая прошла с ним через огонь и воду, через всю войну. - Вам больше говорить не о чем? – прозвучал резкий голос Джинни ее лицо было непроницаемым, а в глазах читалось раздражение. – Уехала и уехала! Ее выбор! - Сью – наша подруга, она была мне как сестра, и я по ней скучаю, – возразила Гермиона твёрдым голосом. Джинни презрительно фыркнула и, повернувшись к танцующим парам, пробежала по ним оценивающим взглядом. - Откуда у Вивьен такое платье? – спросила она с неприкрытым любопытством и завистью. Платье Вивьен из тончайшего шелка цвета морской волны, расшитое серебряной нитью, действительно выглядело роскошно. – Оно точно ручной работы! Рон посмотрел на переговаривающихся Симуса и Вивьен, затем перевёл взгляд на сестру и усмехнулся: – Джинни, у тебя самой новое платье, и, я думаю, оно стоит недешево. Угомонись! Жена Поттера разгладила несуществующие складки на своем собственном платье, которое, без сомнения, стоило баснословных денег. – И не только платье, – она демонстративно пошевелила пальцами, унизанными дорогими колечками, и, как бы невзначай, поправила бриллиантовые серьги, сверкающие на ее ушах. Драгоценности явно не принадлежали к числу тех, которые можно было найти в обычном магазине. - Джинни, когда ты стала такой стервой? – Уизли не мог сдержать своего возмущения. Он видел, как его сестра, некогда такая живая и искренняя, превратилась в холодную расчетливую женщину, одержимую материальными благами и статусом. Гарри почувствовал, как слова Рона эхом отдаются в его собственной душе. Он тоже задавался этим вопросом. Когда-то Джинни была его лучшей подругой, его опорой. Теперь она стала чужой, холодной и расчетливой. Он видел, как ее глаза, когда-то полные жизни и огня, теперь лишь отражали блеск драгоценностей и холодный расчет. - Я просто ценю комфорт, – ответила Джинни ровным голосом, лишенным всяких эмоций. – И я не вижу смысла жить в бедности, когда есть возможность наслаждаться жизнью. Особенно после всего, через что мы прошли. -  Сьюзан всегда была другой, – тихо произнесла Гермиона, ее взгляд был устремлен куда-то вдаль, словно она видела там образ подруги. – Она была настоящей. Она бы никогда не стала такой… – Грейнджер замолчала, словно боясь произнести вслух то, что крутилось у нее в голове. Джинни Поттер презрительно фыркнула: – Сьюзан была наивной дурочкой. Она не понимала, как устроен мир. А я понимаю. И я не собираюсь жертвовать своим благополучием ради иллюзий. - Сью, имея огромные средства, никогда не выставляла их напоказ, – вмешался Рон с горечью в голосе. – Она никогда не считала меня, Джорджа, Фреда и тебя, Джинни, хуже из-за того, что мы были бедны. Она всегда была рядом, поддерживала нас. А ты… ты стала такой же, как те, кого мы победили. Гарри молчал, наблюдая за разгорающимся спором. Он чувствовал себя опустошенным -Гарри, давай отойдем, – Симус Финниган, подошедший к ним незаметно, положил руку ему на плечо. Поттер с облегчением поднялся. Мужчины отошли в сторону и остановились под раскидистой яблоней, наблюдая за последними лучами солнца. - Гарри, что ты знаешь об «окраинах»? – Симус закурил, выпуская тонкую струйку дыма, которая растворялась в вечернем воздухе. Его голос был тихим, но в нем звучала какая-то новая, незнакомая Гарри, глубина. Вопрос застал Поттера врасплох. Он нахмурился, пытаясь собрать воедино обрывки информации, которые Министерство так старательно ему предоставляло. – Их пять, – ответил он ровным голосом, но внутри уже зарождалось беспокойство. – Там живут бывшие Пожиратели Смерти, чью вину не удалось доказать. Им предоставили убежище, чтобы избежать дальнейших разбирательств и сохранить хрупкий мир. – Он посмотрел на Симуса, пытаясь понять причину такого вопроса. – Почему ты спрашиваешь? Симус поднял бровь, его взгляд был проницательным, словно он видел Гарри насквозь. – Тебе не кажется, что пять «окраин» для избежавших наказания Пожирателей как-то многовато? Гарри действительно никогда об этом не задумывался. Его внимание было сосредоточено на восстановлении мира, на борьбе с последствиями войны, на жизни после нее. Но если подумать, Симус был прав. Пять отдельных поселений для тех, кто когда-то служил Темному Лорду, казалось избыточным. Это было нелогично, неэффективно. - Министерство хорошо позаботилось о твоём вакууме, – Финниган усмехнулся, но в его глазах мелькнула тень боли, которая не ускользнула от Поттера. Это была усмешка человека, который видел больше, чем ему хотелось бы, и понимал то, чего Гарри пока не мог постичь. – Всё не так, как ты думаешь, Гарри. Симус задумался, стоит ли говорить дальше. Слова застревали в горле, словно комок пепла. Он видел, как Гарри Поттер, герой, победитель, жил в своем мире, окруженный славой и всеобщим уважением, но при этом оставался в неведении. Но вспомнив, как накануне нес избитого пятилетнего ребенка, как его крошечное тельце дрожало от страха и боли, Финниган понял, что молчать больше нельзя. Вивьен права: только так можно было, по-настоящему, помочь Сьюзан и её сыну, Мэтью. - Хочешь узнать правду, наведайся на «окраины». И начни с «окраины номер три», – Симус произнес это с такой уверенностью, что Гарри не мог не почувствовать, как внутри него разгорается тревога. Привычный мир, построенный на его победе и идеалах, начал трещать по швам. Вопросы, которые он задавал себе о Джинни, о том, как изменились люди, о том, что на самом деле произошло после победы, теперь обретали новый, зловещий оттенок. - Почему с «номера три»? – голос Гарри был напряженным, в нем звучало недоверие и страх перед неизвестностью. - Просто поверь, так надо, – Финниган отвернулся, его взгляд устремился к темнеющему горизонту, словно он видел там нечто, недоступное Гарри. – Там ты найдешь ответы на свои вопросы, которые ищешь. И, возможно, поймешь, почему я так беспокоюсь. – Симус затушил окурок и оставил Поттера одного. Гарри остался стоять под яблоней, чувствуя, как холодный вечерний воздух проникает под мантию. Слова Симуса эхом отдавались в его сознании, пробуждая давно забытые страхи и сомнения. «Окраины». Места, о которых он знал лишь по сухим отчетам Министерства. Места, где, как ему казалось, обитали лишь тени прошлого.