Тот, кто исчез

«Когда тишина становится оглушающей, значит, ты стоишь на краю шторма.» ⸻  Когда умер Лин, это была уже третья смерть — третья потеря за полгода. Первая — была названа "переутомлением". Вторая — "несчастным случаем" на тренировке. Но теперь это стало невозможно игнорировать.   Трое бывших участников закрытой программы «AEON» — и ни один не дожил до полноценного дебюта.   У Лина было имя. Фанаты. Песни. В его интервью можно было заметить осторожные признания. Он говорил, что система отбирает не только тело, но и память. Что внутри проекта что-то неправильное.  А теперь — он исчез. Не оставив ни следа. Кроме одного.   ⸻   — Я не могу больше молчать, — сказала Джиюн.   Они собрались в старой студии — месте, где всё когда-то начиналось. На стенах — фотографии участников, графики, вырезки. Посреди — панель с досье. Цифровая доска, где имя Лина теперь светилось красным.   Кастиэль скрестил руки.   — Ты уверена, что это убийство?   — Я уверена, что это не совпадение, — отрезала Джиюн.   Минхёк открыл новую вкладку. На ней — внутренняя переписка одного из тренеров проекта.   — Перед смертью Лин встречался с Донхёном. Камеры были выключены. У них был личный конфликт — по слухам, Лин собирался раскрыть кое-что о первом этапе «сада».   Лиа скривилась.   — Донхён слишком чистый. Слишком… идеальный.   — Именно, — сказала Джиюн. — Слишком «правильный», чтобы быть настоящим. Он лидер, харизматичный, умеет вдохновлять — и подавлять. Если кто-то мог построить Эдем — это он.   —А что же Сонхва? — вдруг спросила Лиа.   — Сонхва? — Джиюн нахмурилась. — Он… вообще ни при чём. Он был в проекте, да. Но он тихий. Пишет музыку, всегда помогает. Он всегда был просто рядом.   — Идеальное прикрытие, — буркнул Кастиэль. — Хватит. Он не мог.   Никто не спорил. Именно потому, что она защищала его с таким жаром — он остался вне подозрений.   ⸻   Информация, которую нашёл Минхёк, была спрятана в старом ноутбуке Лина. Отрывки аудио и фрагмент записи, как Лин разговаривает с кем-то:   — Ты не понимаешь: это не проект, это идея. Он не просто учит. Он наблюдает. Он решает, кто выживет.   — Кто? Кто он?   — Они зовут его Эдем. Но это имя только часть. Остальное — он скрывает. Даже его настоящее лицо.   Файл оборвался. Но IP, с которого велась передача — вел к корпоративному серверу… …зарегистрированному на имя DDH Project.   DDH — Джу Донхён.   ⸻   В это время Сонхва сидел за пианино в студии. Он не знал, что его имя обсуждают. Что его защищают. Что он — вне круга.   Он писал музыку. Но глаза — часто соскальзывали на фотографию, стоящую у окна. На ней — Джиюн. Снимок, сделанный во время их чайной посиделки. Она смеялась.   Он не был уверен, когда влюбился. Наверное, не в момент, а в пространство между моментами.   Он знал, что она ищет правду. Он знал, что она приближается.   Но он всё ещё надеялся, что сможет уберечь её от ответа.   ⸻   Ночью Джиюн вернулась в архив. Открыла папку с заголовком AEON: Последняя волна. Снова просмотрела смерть Лина. Снова — вырезку, где он говорил:   «Сад — не место. Это он. Он смотрит. Он решает.»   Её пальцы дрогнули.   — Значит, он — не миф, — прошептала она. — Он… реальный.   Она закрыла файл.   А в голове вдруг мелькнуло:   «А если Эдем — не Донхён? А если…»   Нет. Сонхва не мог.