Пауза перед откровением

«Если бы ты узнала всё… ты бы осталась?»   ⸻   Она нашла его на крыше.   Сонхва сидел у парапета, закутавшись в шарф, и, казалось, не замечал холода. В его руках — наушники и какой-то старый плеер, потертый, с трещиной на корпусе. Он всё ещё слушал музыку не с телефона.   — Здесь не курят, — сказала она, подойдя.   — Я не курю, — он повернул голову и улыбнулся. — Просто иногда нужно немного… тишины.   — Даже тебе?   Он кивнул. — Особенно мне.   Джиюн молчала. Ветер подхватил прядь её волос, бросил на лицо, и она убрала её за ухо.   — Я думал, ты уже ушла, — сказал он, тихо. — Из всей этой игры.   — Хотела. Она опустилась рядом, согнув колени. — Но внутри всё ещё слишком много вопросов.   — Иногда ответы — хуже вопросов.   — Не в этот раз.   Пауза. Мягкий ветер. Тихий скрежет плеера, будто он тоже дышал. Она повернулась к нему.   — Ты ведь знал Союн, да? До всего этого?   Он чуть напрягся. Почти незаметно, но Джиюн поймала это движение.   — Немного, — ответил он. — Все мы знали друг друга… тогда.   — Ты знал, какой она была?   — Да, — он улыбнулся, но в глазах было что-то другое. — Я видел, какой она могла быть.   — Я всё думаю… Эдем, он же не сразу стал тем, кем стал, да?   Он посмотрел на неё.   — А если он не стал? Если он всегда был?   — Значит, он прятался. Хорошо прятался.   Сонхва не ответил. Он протянул ей один наушник.   — Послушаешь?   Она надела его. Тонкая мелодия, без слов, без ритма — просто дыхание клавиш. Оно было будто неоконченной фразой.   — Это ты написал?   Он кивнул.   — После того, как Союн исчезла. И после того, как ты… исчезла тоже.Я боялся, что больше не услышу тебя.   Её сердце сжалось. Что это? Признание? Манипуляция? Или просто боль?   Он медленно посмотрел на неё.   — Если бы ты узнала, что я не тот, за кого себя выдаю… Ты бы осталась?   Она не ответила. Ветер снова сорвался с крыши, где-то внизу замигал неон.   Он продолжил:   — Иногда я думаю, что правда — это просто другой способ потерять человека. А ложь — это возможность сохранить хоть что-то.   Она сняла наушник и вернула его.   — Иногда правда — это единственное, что нас ещё может спасти.   Сонхва ничего не ответил. Только опустил голову.   А потом тихо сказал:   — Ты слишком близко. Я боюсь, что если ты шагнёшь ещё на полшага — сад тебя сожжёт.