Начало конца

— Стар!  Тишину горной долины разорвал резкий шепот. Бывшая принцесса, нежась в объятиях Марко, не сразу услышала, что кто-то её зовет. Раскрыв глаза от испуга, она резко повернулась в сторону говорящего и обомлела. В темноте утренних сумерек стояла словно сотканная из теней королева Эклипса.  — Эклипса?... — она быстро натянула футболку, скрывая наготу и шагнула ближе — что ты здесь делаешь? Как ты меня нашла?  — Неважно, как я смогла тебя найти, но если я это сделала, то и твоя мама сможет, причем в ближайшее время, — королева говорила быстро и четко, — а в битве против её армии тебе не выстоять. Остатки сонного марева сошли, в груди поднялась тревога, и Стар начала стремительно обдумывать варианты нового побега. — Сейчас безопасности не существует, я её и не обещаю, — Эклипса послала ей тяжелый взгляд, — но я предлагаю тебе попробовать побороться за Мьюни и свою свободу. Предлагаю стать союзниками.  — Ты ведь хочешь свергнуть мою мать? — Стар пыталась остаться беспристрастной.  — Ох, дорогая, мне не нужен трон, — Эклипса улыбнулась своей привычной нежной и чуть насмешливой улыбкой, — я бы с большим удовольствием посадила туда тебя, мне нужен только мой любимый, — королева явно не могла быть серьёзной дольше пары минут.  — Тот самый, закованный в кристалл монстр?  — Да, и я знаю, что только такая смышленая девушка как ты может мне помочь, — она скосила смешливый взгляд на спящего неподалеку Марко.  Стар нахмурилась. Если она останется, то их найдут люди Мун, заберут свободу и явно доберутся до Марко, он может пострадать. В другом случае, придется оставить Марко здесь, на Мьюни она снова может провалиться и попасть в руки к маме, а до него они, может, и не доберутся. Где-то на периферии сознания проскользнула мысль о том, что можно вообще стереть ему память, заставить забыть все магическое, но это было слишком жестоко и больно для самой Стар.  — Дашь мне 20 минут? — тихо спросила она.  — Да, но чем меньше, тем лучше, — отозвалась Эклипса и присела на пригорок у озера, она не хотела лезть в личные дела принцессы.   Стар постаралась тихо отворить дверь машины и вытащить из горы вещей одну определенную. Там же она отыскала блокнот и карандаши. Времени на изысканные слова не было, нужно просто объяснить ситуацию так, чтобы Диаз не возненавидел её после этого, а главное, не бросился спасать. Буквы выходили крупными и размашистыми, сильно клонились в сторону. Она торопилась все объяснить и быстро выводила короткие предложения. Сердце снова билось рвано, руки мелко дрожали, с ресницы сорвалась слезинка, расплываясь по бумаге тусклым пятном.    Подойдя к Марко, она опустилась на колени, положила письмом у его головы. Бережно поправила плед, осторожно погладила по щеке.  Как же сейчас хотелось остаться. Забыть обо всем, кроме его мерного дыхания и тепла тела. Старнаклонилась и оставила быстрый, почти невесомый поцелуй на губах Марко. — Прости, — шепнула она и, не оглядываясь, шагнула в переливчатый переход.  … Марко проснулся, когда первые яркие лучи солнца щекотали ему лицо. Он хотел, не открывая глаз,пожелать возлюбленной доброго утра, но никого не обнаружил возле себя. Рука потянулась к пустому месту — там только холод постели и смятый плед.Глаза распахнулись мгновенно. Он резко сел, озираясь по сторонам, сердце гулко застучало где-то в горле. Все вокруг было как прежде - гладь озера, зеленые сосны и потухший костер, но её не было.  — Стар..? — хрипло позвал он.  Тишина. Никаких шагов, никакого смеха, никакого «Бу!» за спиной. Только тихий порыв ветра.   Он вскочил на ноги, едва не запутавшись в одеяле, скинул его с себя. Судорожно огляделся вокруг. Пустота. Первая пугающая мысль пронеслась в голове, а после он увидел лист бумаги, свернутый в двое и прижатый камнем.  Этот почерк он узнал сразу. Красивые округлые буквы, кривые строчки, в одном месте круглое пятно, как будто бы… Он читал письмо быстро, запинаясь на каждом слове, будто от этого зависела его жизнь. 

Если ты читаешь это письмо, значит, я где-то далеко борюсь за свободу Мьюни.

Мир накренился. Марко вцепился пальцами в бумагу так, что побелели костяшки.

Поэтому я и забрала твои межпространственные ножницы.

— Нет, нет, пожалуйста, — голос его задрожал, он отшатнулся, как будто от удара, — ты ведь не могла…

…если бы ты попросил меня остаться, то я бы осталась. Но это было бы крахом наших с тобой жизней.

Стар ушла. Оставила его. Марко попытался глубоко вдохнуть, но внутри все сжалось, будто невидимые тиски давили на его грудную клетку.

Ты бы в ту же секунду рванул за мной, сделал бы все, чтобы быть рядом. А я не прощу себе, если ты пострадаешь.

— Ну почему, Стар? — обреченно спросил он, — Почему ты снова приняла решение за нас двоих? — вопрос сорвался с губ в пустоту, а эхо пронеслось по долине. Волна невыразимой боли прошла по всему телу. Он с силой ударил кулаком по капоту машины. А потом еще. Пусть болит рука, пусть трещит кость, но это все перенести легче, чем утрату Стар.

Я не знаю, увидимся ли мы еще когда-нибудь. Возможно, очередное спасение Мьюнизатянется или я попаду в ловушку своей матери, но ты должен знать:

Все, что было между нами, — по-настоящему. Я люблю тебя больше своей собственной жизни.

  — Тебя никто не просил быть героиней, — прошептал он, опускаясь на колени, — я бы пошел с тобой, я бы сражался. Я бы погиб, но, черт возьми, рядом с тобой! 

Я мечтаю прожить с тобой еще тысячу жарких вечеров под звездами, но возможно, у нас была только одна ночь. И если такова судьба, то и ты должен её принять. Умоляю, не ищи способы связаться со мной, будь благоразумным.

Он закрыл лицо руками. Внутри все горело. Он был в бешенстве - на неё, на себя, на её чертов королевский титул, который снова отнимает у него то единственное, что делает его мир лучше и светлее.

Прости, что сбежала, когда мы только начали жить по-настоящему.

Навсегда твоя,

Стар

Капля горячих слез упала на красивые буквы Стар. Марко не стал их вытирать.  Зачем?  Он ведь снова остался один. С последним следом от его Стар и болезненной пустотой в груди.  … Первое, что ощутила Стар — запах сырой хвои и горький вкус свежего лесного воздуха. Громоздкие еловые ветки тяжело склонялись под каплями росы, почти касаясь макушки. — Где мы вообще? — спросила она тихо, оглядываясь по сторонам.  — В лесах, где ты пару лет назад каталась на единорогах, — Эклипса раздвинула ближайшие ветви, — Совсем недалеко от штаба, — она отряхнула свои штаны, смахивая с них зеленые иголки, и пошла вдоль тропинки.  — Штаб? Что ты здесь устроила вообще? — Бывшая принцесса поспешила за собеседницей, боясь потеряться в лесной глуши. — Не поверишь, Стар, но это все устроила не я, это люди… точнее, в большей степени монстры, но и мьюманы, недовольные политикой твоей мамы, — она говорила спокойно и размеренно, без злобы и злорадства, — они искали того, кто мог бы вести их… — И ты взялась за это? — бывшая принцесса прекрасно понимала, что в этой партии является всё ещё важной фигурой и королева явно строит на неё свои планы. — Почему бы и нет? — Эклипса улыбнулась самой решительной из своих улыбок, — Я взялась и хотела бы, чтобы ты говорила перед моими соратниками, — перед новой стеной деревьев Эклипса сделала несколько пассов руками и ветви разошлись в стороны.  Перед Стар предстал настоящий мятежный лагерь – шумный и живой. Повсюду шатры с купольными крышами, снующие повсюду монстры и мьюманы, небольшие костры, над огнем которых греются кастрюльки. Пахло дымом и травяным чаем.  — Это…— она едва сдерживала удивление, —настоящий мятеж. Зачем тебе вообще моя речь? — продолжила она, поражено оглядывая лагерь.  — Пойдем, — Эклипса направилась к одному из крупных шатров и исчезла внутри. Стар бросила еще один восторженный взгляд вдаль и направилась за королевой. Внутри шатра царила полутьма, минимум мебели - стол с парой стульев, небольшой шкаф, тахта. — Ты должна понимать. Это — только начало.Недовольство растет, усиливаются конфликты. Пока Мун у власти, мир между монстрами и людьми невозможен. Она не ищет компромиссов, а время перемен пришло, — она скосила взгляд на Стар и с горечью добавила, — Если мы с тобой не найдем мирный способ уладить этот конфликт, то они могут и не пощадить твою мать. Ты нужна мне как символ перемены, способный всех нас объединить, — она выразительно посмотрела на девочку. Стар ощутила холод и сомнения. Эклипса возлагает на неё слишком большую ответственность, непосильную для семнадцатилетней девочки.  — Ну хорошо, даже если я найду, что сказать, — голос дрогнул, — что потом? Что будет с людьми, что будет с ним? — воспоминание о Марко пронзило её сознание, она ощутила новый прилив стыда за свой поступок. В глазах Эклипсымелькнула искра понимания. — Я не обещаю, что будет просто, но если ты попробуешь, то наши люди получат свободу и защиту своих прав, а твой мальчик обретет тебя вновь так быстро, как ты сможешь добраться до Земли, — Стар стиснула зубы. Она уже подписалась на этот план, отступать некуда. — Хорошо, давай попробуем.  …   Подул неприятный холодный ветер, хотя голова пылала и разрывалась от нескончаемого потока мыслей. Как же выбраться из этого кошмара?Голова болела от бессилия. Еще один стук кулаком по стволу ближайшей сосны не принес облегчения – заболела ещё и рука.  Самая большая любовь его жизнь вновь его провела. Выпорхнула как птица из рук. Как она вообще могла так поступить? Тревожные и логичные мысли сбивались ночными образами о том, как нежно улыбалась ему Стар, как целовала, как просто была рядом.    Марко резко поднялся. Нужно искать выход. Он тут же рванулся к машине, вставил в телефон сим-карту, набрал выученный наизусть номер.  — Дженна, я буду в Эхо-Крик через 6 часов и тыдолжна будешь помочь мне спасти Стар, — безапелляционно проговорил он в динамик.  — Хорошо, я буду дома, — выдала она и отключилась. Марко невольно улыбнулся. Удивительная девчонка. Вот почему она и является лучшей подругой Стар на Земле. Чувство вины все равно съедало Диаза изнутри. Как он мог не понять, не предположить, не остановить?   Он сделал глубокий вдох, вставил ключ зажигания.  Готов был уже завести машину, но что-то заставило его оглядеться в последний раз.  — Какого… — Марко не мог поверить своим глазам, прямо на соседнем место, где еще вчера сидела Стар, сейчас лежала её волшебная палочка. Та, которую в последний раз он видел на полу в комнате подруге. Та, которая должна была оказаться в тех руках, которым больше всего нужна. Еще несколько секунд он смотрел на волшебный артефакт как на маяк в океане отчаяния. — Сейчас ты правда мне пригодишься, — он бережно взял палочку в руки и та начала своё привычное изменение - синие крылья, зубчик на вершине и фиолетовый кристалл, — но ты ведь сейчас явно нужна ей, — он отчаянно выдохнул и прижал её к груди. Палочка появилась у него, потому что только он наверняка отдаст её законнойвладелице, осталось только найти Стар.  Он повернул ключ и посмотрел в зеркало заднего вида. Пора возвращаться домой.  Дорога тянулась длинной и монотонной лентой – утомительной и безрадостной. Все, что его окружало, ассоциировалось со Стар. С его Стар, которая всегда была рядом. Сердце ныло нещадно где-то в глубине груди, но Диаз только чаще пил кофе и рвался в сторону Эхо-Крик, где у него была хотя бы надежда.    У ворот дома Дженны он был ближе к вечеру. Весь в дорожной пыли и с тяжестью на сердце, он поднялся на верхний этаж и оказался в комнате подруги. Ордония уже ждала его. На столе дымилась кружка с каким-то ароматным чаем, были разложены какие-то листы, исписанные мелким почерком, а сама Дженна нервно грызла кончик карандаша.  — Она сбежала от меня, — без предисловия начал Марко, — она снова спасает мир в одиночку, а я обязан ей помочь, — голос был тверд. — Она просила тебя о помощи? — спросила она тихо, будто боясь говорить правду, — может она просто не хочет, чтобы ты рисковал? Ты же знаешь, как она за тебя боится, — Ордония переложила некоторые листы, вглядываясь в надписи.  — Нет, — он покачал головой и откинулся на спинку стула, — Стар забрала мои ножницы, зная, что это мой единственный путь к ней, но сама судьба указывает мне другой путь, — он вынул из сумки палочку и положил на стол. У Дженны глаза расширились, когда она увидела волшебную вещицу.  — Это всё меняет… — она удивленно выдохнула и продолжила что-то искать, — помнишь, когда Стар только приехала в Академию, я просила у неё волшебную книгу и сумела сделать копию нескольких страниц. Но здесь ничего нет, ничего не подходит, — она прикрыла лицо руками, — Видимо, невозможно перемещаться между мирами с помощью палочки.  — Нам нужно поступить так, как поступила бы Стар, только такое решение будет правильным, — решительно проговорил Диаз и взял в руки магический жезл.  — Стар бы придумала что-нибудь новое и невероятное, чего еще никогда не было, — Ордонияеще раз оглядела свои записи, — в магическом мире очень многое связано с зеркалами, можем попробовать превратить одно из них в переход, — она указала на огромное, в полный рост зеркало у шкафа. Диаз решительно кивнул и встал напротив.  — Зеркало, — начал он угрожающим тоном, — превратись в портал на Мьюни! — Яркая синяя искорка вылетела из палочки, но достигнув гладкого стекла рассыпалась и погасла. Диаз ощупал поверхность - та осталась холодной и твердой. Еще две попытки не увенчались успехом. Ребята напряглись. Марко беспорядочно прокручивал в голове мысли: «Как Стар умудрялась делать такие таки вещи? Что я упускаю?» Вдруг идея пронзила его сознание и слова почти мгновенно сорвались с губ. — Зеркало на стене, стань переходом на Мьюнимне! — новая искорка рассыпалась на краю стекла, но теперь зеркало оказалось очень теплым. Будто идея придумать заклинание в виде стишка очень даже работала. Он вернулся за стол, и они с Дженной еще полчаса посвятили размышлениям о поэтичном и логичном заклинании. Они спорили, зачеркивали, пытались уловить ритм, и в итоге что-то все-таки получилось.  Марко вновь встал к зеркалу, выпрямился,направил палочку прямо на стекло и начал с решимостью: — Отрази не лицо, а дорогу в дали, Пусть станет стекло вратами земли. Сквозь блеск серебра, сквозь мерцанье огня Путь проложили, где она ждет меня!  Его голос звучал твердо с затаенной надеждой на лучший исход. На этот раз из палочки вырвался мощный поток энергии и пропал где-то в глубине зеркала. Поверхность засеребрилось и подернулось как вода от дуновения ветра. Марко вновь коснулся стекла кончиком пальца. Оно удивительным образом поддалось и стало будто мягким.  — Спасибо тебе за помощь, — он коротко обнял подругу, не желая терять ни секунды.  — Только спаси её, — отозвалась Дженна, её глаза блестели от волнения. — Обещаю, — тихо ответил Марко и пропал в переходе.  … — Народ Мьюни! — громко и ясно начала она, становясь на постамент, — Меня зовут Стар, вы знаете меня как наследную принцессу нашего королевства и дочь королевы Мун, — она ловила взгляды собравшихся монстров и мьюманов, которые нервно переговаривались, держали друг друга за руки, искали в соратниках поддржку. Вот так и должен выглядеть мир на Мьюни – без вражды и разделения на две стооны — Я восхищаюсь вашим мужеством, вашим желанием бороться за свой дом, который никакая власть не имеет права отобрать, — она быстро перевела дух, — Я надеюсь на самое мирное решение данного конфликта, ведь… — договорить ей не дали. Эклипса быстро поднялась на помост и громко огласила:  — Простите, у принцессы Стар появились срочные дела, она обязательно договорит свою речь чуть позже, — королева говорила немного неуверенно и Стар, понимая, что что-то не так, дала себя увести.  — Твоя мама в опасности, — прошептала ей на ухо Эклипса.  — Ты говоришь об этом в лагере мятежников? Конечно, она в опасности, — тут же отозвалась Стар.  — Нет, ты не понимаешь, мы получили информацию о внутреннем заговоре против Мун, — она была серьёзна и посмотрела ей в глаза, — твоей матери грозит серьёзная опасность, скорее всего, эти рыцари настроены серьезно и попытаются отобрать власть любым способом, — в груди у Стар затрепетало, тревога холодными волнами расходилась по организму.  — Я должна спасти её, — она огляделась по сторонам, думая, как же поскорее добраться до замка.  — Ножницы не помогут, но ты можешь обратиться в бабочку и попасть внутрь, — она коротко кивнула. Все-таки волшебная форма Баттерфляй осталась каким-то элементом прошлого, Стар надеялась, что никогда больше не будет её использовать, но время пришло. Она напряглась, вновь ощутила покалывание в кончиках пальцев, прилив энергии изнутри и… округу озарил ярко-желтый свет, а у Стар снова шесть рук и две пары крыльев.  — Веди своих людей к замку как можно быстрее, ты нужна мне, — они с Эклипсой коротко обнялись, она открыла портал и нырнула внутрь.    Стар кубарем выкатилась из перехода. Голова слегка кружилась, а локти жгло от неудачного падения. Она попыталась оглядеться в подвальной полутьме и резко застыла. — Марко? — она аж голову потерла, от удивления,не веря своим глазам, Диаз с счастливой улыбкойот уха до уха стоял рядом.    — О, Стар, — он подскочил и помог ей подняться, заключая в крепкие объятия.  — Но что… что ты здесь делаешь? Я ведь… — непонимающе пролепетала она, прижимаясь ближе и вновь ощущая прилив спокойствия, она чуть отстранилась, складывая ладони на его щеках и смотря в глаза, — я ведь забрала твои ножницы, как ты вообще здесь оказался? — Вместо ответа он стремительно поцеловал её. Жадно, боясь снова её потерять, будто эта волшебная девочка способна растворяться в пространстве как дым.  — Ты снова меня недооценила, принцесса, я всегда найду способ найти тебя, — он аккуратно приложил свой лоб к её, а на глазах у Стар засверкали слезинки.  — И я тебя люблю, — тихо отозвалась она.  — Я знаю, но сейчас нам нужно спасать твое королевство, рассказывай план, — он улыбнулся и сжал её ладонь.  Стар оглядывалась, пока пыталась рассказать Марко, как провела последние несколько часов и что предстоит делать. Она поняла, что они самом нижнем этаже замка, поэтому пришлось собирать силы и побежать вверх по ступенькам. Возле входа в королевское крыло она застыла.  — Марко, пока что ты должен остаться здесь. Если что, поможешь защитить нас от предателей, я поговорю с мамой, попытаюсь все ей объяснить, — она смотрела на закрытую дверь, а ладони предательски дрожали. Нельзя показать, что это всего лишь неопасная штука, сейчас Стар обязана все изменить.  — Я буду здесь, — он нежно поцеловал её в лоб, заправляя прядь ей за ухо, — я буду защищать тебя.    Стар отчаянно шагала по длинному коридору, под высокими сводами гулко разносится каждый звук. Она была единственным человеком, способным спасти свою мать. Сердце колотилось, будто хотело вырваться из груди. Она резко толкнула двери в тронный зал и тут же увидела Мун. Королева сидела в мягком кресле изящная и неподвижная как статуя.  — Значит, ты все же вернулась, дочка, — голос её звучал тихо, но холодно, — решила сдаться?  — Нет, — ответила Стар, приближаясь к матери, я пришла тебя спасти. — Меня спасти? — Мун медленно моргнула, пытаясь понять, шутит дочь или нет.  — Да, — голос Стар дрогнул, но она взяла себя в руки, — прямо сейчас в этом замке на тебя готовится нападение. И это не мятежный народ Мьюни, это твои собственные рыцари и генералы. Те, кому ты доверяешь.  — Я могу сама себя защитить, — Мун прищурилась, на лице мелькнула тень раздражения.  — Нет! — голос Стар сорвался, эхом разлетевшись под куполом зала. — На этот раз ты не справишься. Они не будут ждать, не будут вести переговоры. Они ударят в спину. И когда ты поймёшь, что это правда — будет слишком поздно. Мун нахмурилась, но промолчала. Стар сделала ещё шаг — теперь между ними было всего несколько метров.   — Я знаю, что ты не веришь мне. Я знаю, что я для тебя — всего лишь непослушная девчонка, сбежавшая из дома за приключениями. Но я твоя дочь, я пришла сюда, чтобы помочь, — на секунду в глазах Мун мелькнуло сомнение, но тут же исчезла за привычной холодной маской. — И что ты предлагаешь? — Довериться мне. Хотя бы сегодня. Мы должны выйти к народу вместе. Если ты встанешь рядом со мной — мы сможем остановить бойню, пока кровь ещё не пролилась. В этот момент за окнами раздался глухой грохот, затем — крики. Где-то далеко завыла тревога. Мун резко обернулась, вслушиваясь в шум. Стар сделала последний шаг, оказавшись почти вплотную. Её голос стал тише, но в нём звенела сталь: — Видишь? Время закончилось. Либо мы выходим вместе, либо ты останешься одна. Мун встретилась с дочерью взглядом. В её глазах боролись гордость, недоверие… и страх. Она видела в Стар то, чего не хотела признавать — силу. Молча Мун поднялась с кресла. Подошла ближе, остановилась на расстоянии дыхания. И, почти не глядя, тихо сказала: — Сегодня… я слушаю тебя, — Старпочувствовала, как ком подступил к горлу, но лишь коротко кивнула. — Хорошо, — она глубоко вдохнула и сжала кулаки, — нам нужно выступить перед людьми. Сказать им, что перемены неизбежны, мы должны сделать все для мира в нашем королевстве — иначе придется сражаться.  Двери вновь с грохотом распахнулись, в тронный зал почти бегом ворвались Эклипса и Марко. Королевы обменялись тревожными взглядами, но без слов встали по обе стороны от неё. Она чувствовала себя почти защищённой.  Вдали по коридору зашагала десятки людей с оружием в руках, готовые отвоевать свое благополучие у королевской семьи. Все в комнате резко обернулись к дверям. Стар выкинула руку вперед и огромные двери вновь захлопнулись. Она почувствовала бурление магии под кожей, потянулась ей навстречу. Все окна и двери тронного зала, кроме выхода на балкон, затянули густые стебли плюща с мелкими светлыми цветками. Такова была магия принцессы – созидающая и защищающая. Главное, что здесь все были в безопасности. — Позвольте мне говорить первой, я думаю, что могу все исправить, — она закусила губу, раздумывая, — но мне нужно знать, у кого из вас моя палочка, — она посмотрела на Мун и Эклипсу, те только непонимающе переглянулись.  — А она не у тебя? — Стар уже хотела выругаться, но её перебил Марко.  — Вот она, — он шагнул вперед и протянул ей магический жезл. Стар взяла палочку, а та словно откликнулась на её прикосновение. Ей ладони окружило голубое свечение и палочка приняла свою истинную форму, а принцесса вновь ощутила себя собой.  — Ты не перестаешь меня удивлять, Диаз, — она вновь кинулась ему на шею и крепко обняла. Где-то внизу зароптала толпа.  — Время не ждет, — произнес Марко, подбадривая девушку. Три величественные особы вышли на балкон, а толпа на площади замерла. Голос Стар рассек гул. — Народ Мьюни! Меня зовут Стар, вы все знаете меня. Не так давно на суде с Высшей Магической комиссией мы выяснили, что ни я, ни мая мама - королева Мун, не являемся наследниками рода Баттерфляй. Такова наша судьба. Сейчас Мьюни на грани раздора, потому что существует нетленное расовое различие, которое нам внушали веками - монстры и мьюманы разные, не способны на общую жизнь и труд. Я считаю, что это не так, —толпа внизу заволновалась, в воздухе висело всеобщее волнение. Вы видите рядом со мной двух королев. Королева Эклипса, прозванная вами Любительницей Монстров, — она взяла её за руку, — Королева Мун, уважающая больше права мьюманов, — она взяла свою маму за руку. — Вот только ни одна из них не может быть достойной правительницей всего королевства, — из толпы послышались испуганные возгласы. — Ни они, ни я, ни один из вас никогда не сможет знать наверняка, что будет лучше для такого неоднозначного и многообразного королевства как Мьюни. Но у меня есть решение, — толпа внизу затихла.  — Мы создадим совет. Да, мы с мамой не из королевского рода, но у нас есть знания и, — она всплеснула руками и над головами горожан зависли сотни и тысячи сияющих звездочек, — магия. Мы можем помочь в управлении, соберем представителей всех рас и сословий, постараемся учесть все-все мнения и найти верное решение, — её голос на мгновение затих, — я обещаю, у нас не получится с первого раза, можно, даже со второго или с третьего, но у нас есть вы, а значит, всегда будет за что бороться, — толпа внизу разразилась одобрительным ревом.  … Два человека мчались по коридору древнего замка, стараясь не расшибиться.  — Не забудь, что должен мне романтический ужин сегодня вечером! — со сбитым дыханием крикнула Стар, догоняя Марко. — С чего это? — он улыбнулся, обогняя её на очередном повороте. — Это по твоей воле мы начали планировать праздник дружбы в десять вечера, а я почти не спала, — добравшись до дверей Залы Советов они чуть не упали от усталости. — Как скажешь, любовь моя, — он при обнял её за талию, — надеюсь, сегодня мы как можно скорее окажемся на Земле, — он очаровательно улыбнулся. — Ну-ну, — она тоже улыбнулась и распахнула двери залы, — заседание обещает быть долгим.