Часть 1

Тайлеру не нравится в Неверморе. Как бы он ни старался убедить себя в обратном. Форменный пиджак жмет в плечах и постоянно хочется курить. Пагубная привычка прилипла к нему от соседа по палате в Уиллоу-Хилл Рэнди. Парнишка не гнушался забористыми косяками, которые ему приносили друзья, но большую часть времени курил густодымный Чапман. Галпин тоже втянулся, потому что больше нечем было себя занять. Он должен был окончить школу еще в прошлом году, но все эти события с ожившим пилигримом и арест неслабо скорректировали его жизнь. Полгода после он провел в стенах психбольницы, периодически посещая заседания суда и беседуя с десятком чиновников. Аттракцион абсурда закончился тем, что присяжные отстояли право на реабилитацию Галпина в обществе. Решением верховного судьи штата отправили в Невермор для того, чтобы он смог сжиться со своей изгойской сущностью и научиться контролировать обращения. Если бы самому Тайлеру предоставили право выбора, он бы с большим удовольствием остался в стенах Уиллоу-Хилл. Там его ненормальность была обыденностью, и никто не смотрел на него, как на врага. В академии же все было иначе. Никто не хотел общаться с убийцей и косвенным виновником в смерти директора Уимс. Прямо об этом не заявлялось, однако осуждающие взгляды, в первую очередь — черные глаза Уэнсдей Аддамс, говорили красноречивее слов. Тайлер понимал, что виноват перед девчонкой. Хотя она в самом деле нравилась ему, она была необычной. Но Лорел четко обозначила парню задачу — навести Аддамс на ложный след. Галпин следовал указаниям своей хозяйки, хоть и чувствовал к Уэнсдей нечто большее, чем должен был. К счастью, медикаментозная терапия и адские боли от неконтролируемых обращений в стенах больницы смогли вытеснить из его головы все эти глупости относительно светлых чувств к кому бы то ни было. Тайлер был сломлен под самое основание когда-то ранимой души. Ему требовалось пережить год в этой изгойской тюрьме, а после он отчаянно надеется уехать подальше от Джерико и своей прошлой жизни. Начать заново, стать просто Тайлером Галпином — парнем из захолустья, а не монстром-убийцей, порешившим шесть человек. Туша носком ботинка окурок и потирая глаза в попытке прогнать остатки беспокойного сна, он не замечает, как к заднему бамперу школьного автобуса подходит невысокая девушка в темных очках и встает рядом с ним. — Твою же мать! — вскрикивает Галпин, когда видит ее. — И тебе доброе утро, — равнодушно отзывается девчонка и прикуривает сигарету. — Ты что тут забыл? У парней есть своя курилка. — Я не в курсе, — супится Тайлер и прячет руки в карманы брюк. — Приветственной экскурсии мне никто не провел. Ты разве не знаешь, кто я? Девушка выпускает дым, отводит в сторону ладонь с дымящейся сигаретой, а второй рукой сдвигает очки, смотря на Галпина, как на последнего идиота. Она кажется ему смутно знакомой, не исключено, что они раньше встречались как минимум во Флюгере. — Ты обиженный жизнью придурок, который повелся на россказни помешанной истерички, — заключает она, внимательно обведя его взглядом. — А ты что, провидица или вроде того? — небрежно ухмыляется Тайлер. Не то чтобы ему в удовольствие слушать оскорбления, просто это самый длинный диалог с кем-либо за последний месяц. Девушка снова затягивается сигаретой, продолжая смотреть на него снисходительно. — Я вампир, — сообщает она, выдыхая. — О, повезло, можно не опасаться умереть от рака легких, — чуть веселее ухмыляется, кивая на сигарету в тонких девичьих пальцах. Какая ж дерьмовая шутка. — Обхохочешься, — кривит губы девушка. — Твоими шутками только таких диких, как Аддамс цеплять. — Поверь, подцепить кого-то — это последнее, что мне сейчас нужно, — насмешливо вздыхает Галпин и опускает глаза, пиная свой окурок подальше от заднего колеса. Он не хочет говорить, что в действительности был бы не против, если б кто-то хотя бы иногда с ним просто говорил. Тайлер чертовски скучает по своей прошлой жизни, где у него были друзья, девушка и несанкционированные ночные посиделки всей этой толпы во Флюгере. С появлением Лорел испортились отношения сначала со школьной любовью, а потом с парнями во главе с Лукасом Уокером. Незаметно для себя Галпин остался один. Казалось, на фоне огромной цели возмездия за потерю матери, тупые подростковые развлечения — ерунда. Работать на Лорел было важнее. Убивать ему даже начало нравиться. Было ощущение, будто в эти моменты, когда он заносит когтистую лапу над жертвой, от него хоть что-то зависит. Теперь-то парень понимает, что то были умелые манипуляции Гейтс, но тогда он казался себе вершителем судеб. В целом, вампирша права: перед ней обиженный жизнью придурок, который повелся на сказки помешанной истерички. — Забей, — нарушает ход его мыслей коллега по вредной привычке. — М? — он поднимает голову и непонимающе хмурится. — Игнорируй, — повторяет она и бросает окурок под ноги. — Они не знают ничего о хайдах, потому и боятся тебя. В этой школе уже тридцать лет есть негласное правило делать вид, что вас не существует. — Я думал, меня осуждают, — он непроизвольно вскидывает брови. — Не без этого, — хмыкает. — Но в целом, Роуэн нам не особо нравился, поэтому мы не сильно скучаем. А до погибших нормисов вообще никому, кроме твоего отца, дела нет. Но за собственные задницы боятся все без исключения. Она отвлекается на звук уведомления и спешно достает гаджет из кармана брюк. — О, черт, опаздываю на урок, — недовольно фыркает и разворачивается, чтобы уйти. — Эй, подожди, — Гаплин останавливает ее. — Как тебя зовут? Ты не сказала. — Йоко, — скалится девушка. — Йоко Танака. А мужская курилка за фехтовальным залом, возьми на заметку. — Учту, — Тайлер поднимает ладонь и немного улыбается впервые за черт знает сколько времени.