Глава 17. Восьмой Разлом: Эсперо, Озера Страха (часть 2)

Вода постепенно спадала, оставляя за собой скользкие следы и останки чудищ. Воздух становился суше и теплее. Через несколько шагов проход резко расширился, открывая просторную пещеру. В её центре находился небольшой водоём, в который с высоты стекал водопад. Роксана подошла ближе и взглянула в гладь воды. — Какая чистая… — прошептала она, и вдруг её взгляд потускнел. Мир вокруг начал расплываться. Алый блеск исчез, сменившись серыми тонами воспоминаний. Её мать, Лукреция, была ведьмой из старого рода, некогда известного в кругах тёмной магии. Но сама она родилась слабой — её сила едва дотягивала до уровня начинающей колдуньи. Заклинания давались с трудом, зелья часто не удавались, а внешность… Лукреция не могла похвастаться ни красотой, ни изяществом. Грубые черты лица, тусклые волосы, болезненно-бледная кожа — всё это вызывало лишь жалость или насмешки. С годами её горечь превратилась в навязчивую идею. Она мечтала о силе, вечной молодости и красоте, готова была продать душу, лишь бы обрести то, чего у неё не было. Но вместо этого судьба подарила ей ребёнка. Когда родилась Роксана, мир Лукреции словно рухнул и возродился заново. Девочка была как луч света — необычайно красивая, с мягкими чертами лица, кожей как фарфор, глазами, в которых отражалась магия, и даром, что ощущался даже младенцем. Первое чувство Лукреции было не материнской любовью, а шоком и завистью. — Почему не я?.. — часто шептала она, глядя на спящую дочь. Эта зависть разъедала её изнутри. Сначала она просто игнорировала Роксану — не прикасалась, не разговаривала, не называла «дочкой». Но со временем холодная зависть превратилась в неприязнь, граничащую с ненавистью. Каждый раз, когда Лукреция видела, как Роксана смеётся, как сияют её глаза или как волшебство само тянется к её маленьким ладоням — внутри матери что-то ломалось. Она не могла вынести того, что её дочь уже в детстве превзошла её саму. Однажды всё изменилось. Лукреция, в бесконечных поисках запретных знаний, наткнулась на древнее заклинание, утерянное ещё во времена расцвета тёмных колдунов. С этого дня её отношение к Роксане резко изменилось. Мир, в котором девочка жила в холоде и равнодушии, вдруг стал тёплым и ласковым. Лукреция начала называть её «моя драгоценная», «моя красавица», ухаживать, кормить, хвалить, одевать в лучшие одежды. Но за этой заботой скрывался мрак. Каждое утро начиналось одинаково — с проверки. — Подойди, — говорила мать, держа в руках зеркало. — Посмотрим, не потускнела ли кожа, не появились ли тени под глазами. Если Роксана чуть набирала в весе, Лукреция мрачнела, и в её взгляде появлялась опасная искра. Она не позволяла дочери есть сладости, запрещала выпечку. — Красота требует дисциплины, — холодно произносила она, отбирая кусок пирога из рук девочки. Каждый день Лукреция тренировала её магию. Если заклинание не удавалось — следовала плеть. Тонкие удары, быстрые, как вспышки молнии. А после — лечебные зелья, чтобы не осталось ни рубца, ни синяка. — Прекрасное тело не должно иметь шрамов, — тихо говорила она, нанося мазь на свежие раны. Роксана плакала, но улыбалась. В её сердце теплилась наивная надежда — «Мама, наконец, обращает на меня внимание… Значит, я ей нужна». Годы пролетели, и Роксана росла — с каждым годом всё изящнее, всё прекраснее. Она любила бабочек так, будто те были частью её души: собирала их в лёгкие сети, шептала им ласковые заклинания, и вскоре бабочки не просто кружили вокруг неё — они слушались. Она приручила их и играя, создала для себя опасную магию. Когда Роксане исполнилось шестнадцать, мать показала своё настоящее лицо. В один осенний вечер они пошли в лес — туда, где деревья стояли гуще и шёпот ветвей заглушал посторонние звуки. Лукреция шла молча, в руках держала свёрток с травами и свитком, а в глазах у неё нетерпение, от которого Роксана почувствовала холод в груди. — Куда мы? — спросила она, голос дрожал от тревоги, но мать молчала. Они пришли на поляну, где земля была вымощена кругом камней. В центре — большая пентаграмма, вычерченная линиями. Лукреция повела дочь к центру и посадила её прямо на узор; потом взяла мел, белый порошок и, не глядя на объяснения, покрыла кожу Роксаны рунами. В сердце Роксаны зазвенело дурно. Было дурное предчувствие, тяжёлое и холодное. Она хотела встать, отойти, уйти — но не осмелилась перечить матери. Все годы мать учила послушанию, и теперь послушание сыграло против неё. Лукреция начала ритуал. Слова — старые, колкие — лились из её уст, и воздух вокруг стал гуще. Свет от луны сдавливался, и даже звуки леса затихли, словно слушая. Тело Роксаны внезапно охватило острое пламя боли, которое шло изнутри и ломало всё до костей. Она зажмурилась, губы сжались, и первым порывом было закричать, умолять — остановиться. — Мама, пожалуйста, остановись! — выдавила она между сдавленными зубами, голос пронзил тишину. — Больно… Но Лукреция не слушала. Ритуал поднимал из Роксаны что-то бесценное: магию, тепло, каплю за каплей — словно выжимали свет из живого цветка. Время потеряло границы; Роксана не знала, шло ли это час, день или вечность. Только боль знала счёт и шла дальше. Наконец всё оборвалось. Тишина была тяжёлая. На востоке уже пробивался рассвет. Роксана открыла глаза и поняла, что силы у неё нет совсем: плечи свисали, ноги не слушались, речь едва давалась. Небо над ними начало светать от утра, а в её груди — пустота, словно кто-то вынул оттуда огонь и оставил остывший холод. Она, слабея, спросила мать, не в силах скрыть боль и растерянность: — Что это было? Почему ты ничего не говорила? Почему не остановилась, когда мне было так плохо? Лукреция посмотрела на дочь и рассмеялась. Смех её был острым и чужим, в нём не было ни тени утешения. Она произнесла слова, от которых у Роксаны потемнело в глазах: — Совсем скоро твоя красота, твоя сила, твоё тело станет моим. Я уничтожу твою душу и сама вселюсь в твоё юное тело. В глазах Лукреции полыхало безумие, и тот огонь не скрывалась. Роксана всхлипнула, и сердце её сжалось: — Мама… неужели ты меня совсем не любила…? Я хоть капельку была для тебя важна...? Лукреция снова рассмеялась — тихо, но в этом смехе не было ни капли человеческого тепла. Её лицо исказилось в нечто жуткое — кожа натянулась, глаза потемнели, а губы растянулись в хищной улыбке. — Любовь? — произнесла она, почти насмешливо. — Ах, глупая девчонка… Любовь — это роскошь, которой я не могла себе позволить. Она медленно подошла ближе, подняв подбородок Роксаны пальцами, холодными как змея. — Ты — мой шедевр. Моё творение. Я вылепила тебя, как скульптор — из глины. Сделала из тебя совершенную оболочку. Лицо ведьмы исказилось от фанатичного восторга. — Разве ты не понимаешь? Без меня ты бы осталась ничем — слабой, жалкой девчонкой без силы и красоты. Всё, чем ты стала — это моё достижение! Ритуал не закончился — наоборот, становился всё яростнее. Круг вокруг Роксаны вспыхнул мрачным алым светом, руны на её теле начали светиться, словно изнутри кожу прожигали раскалённые линии. Воздух сгустился, наполнился стонами магии, и Роксана почувствовала, как нечто вырывает её изнутри. Она не сразу поняла, что это — её душа. Сначала просто холод, потом лёгкость… а затем страшная пустота, будто сердце сорвалось в бездну. — Прекрати… — прошептала она, но голос почти не звучал. — Мама… пожалуйста… Лукреция стояла рядом, глаза горели как у хищницы, а руки дрожали от восторга. Она шептала заклятие, и чем дальше, тем быстрее стекала жизнь с дочери. Юная ведьма поняла — ещё немного, и она исчезнет. Всё. Её не станет. Собрав последние остатки силы, Роксана подняла руку. Пальцы дрожали, но воля оставалась. Из воздуха, из крупиц магии и последнего дыхания она соткала маленькое существо — хрупкую бабочку, сияющую розово-сиреневым светом. Она выдохнула: — Прости меня… Бабочка взмахнула крыльями и, повинуясь её воле, полетела прямо к матери. Лукреция заметила движение и вскрикнула: — Что ты делаешь, глупая девчонка?! Она попыталась отмахнуться, отступить, но бабочка уже опустилась ей на лицо — прямо на кожу, покрытую морщинами и следами магии. В следующее мгновение раздался отчаянный крик. Тело женщины начало разрушаться. Сначала лицо потом рука, которой она пыталась отмахнуться, осыпалась пылью, потом плечо, волосы, тело — всё превращалось в серую пыль, растворяясь в воздухе. Пентаграмма потускнела, свет исчез, и ритуал распался, будто его никогда не было. Роксана почувствовала, как душа, оторвавшаяся, возвращается в тело. Сильный толчок — вдох — и всё внутри обрушилось волной боли. Мир поплыл. Последнее, что она увидела — рассветное небо, просвечивающее сквозь ветви. Она выдохнула и потеряла сознание. Нимфея обернулась, услышав странный звук — тихий плеск воды. — Роксана?.. — позвала она. Ответа не последовало. Ведьма стояла у самого края водоёма, будто зачарованная. Глаза её были прикованы к отражению в воде. Лицо побледнело, а пальцы дрожали, сжимаясь в кулак. Нимфея подошла ближе, но остановилась — в зрачках Роксаны отразилось не спокойное озеро, а нечто иное: боль, ужас, гнев, застывшие в одном взгляде. — Роксана! Что с тобой?! — Нимфея шагнула вперёд, но девушка не реагировала. Она прищурилась и активировала «Опознание». Имя: Роксана Агриче Возраст: 23 Раса: Человек Класс: Ведьма Магия: Тьма Здоровье: 9140 / 10 000 Мана: 9600 / 10 500 Уровень: 14 Характеристики: Сила: 39 Ловкость: 43 Интеллект: 45 Выносливость: 49 Обаяние: 51 Титулы: {Ведьма Тьмы}, {Озорная}, {Мастер Иллюзий}, {Выпускница Академии Обелий}

Состояние: Физическое: тело стабильно, признаки лёгкой дрожи, зрачки расширены. Ментальное: сознание частично захвачено воздействием озера; наблюдаются глубокие галлюцинации и потеря ориентации. Эмоциональное: сильное потрясение, чувство ужаса, стыда и вины; повторное переживание травматичных воспоминаний. Примечание системы: Обнаружено воздействие проклятия [Видение Страха] — иллюзорная проекция подавленных эмоций, усиленная магией древнего источника. Объект видит собственные кошмары как реальность. Риск психического срыва — 87%. Нимфея бросилась к Роксане, схватив её за плечи, но ведьма не двигалась. Слёзы текли по её лицу, а губы беззвучно шептали одно и то же — «мама». — Роксана! Очнись! Это иллюзия! — крикнула Нимфея, чувствуя, как из воды исходит мрачная энергия. — Чёрт, так нельзя… Она понимала — если оставить всё как есть, Роксана утонет в собственных страхах. Нимфея прикусила губу и произнесла заклинание: — Поглощение! В тот миг пространство содрогнулось. Потоки тьмы сорвались с Роксаны и вихрем устремились к Нимфее, врезаясь в её грудь. Её отбросило назад — дыхание перехватило, сердце сжалось от боли. В голове промелькнули чужие воспоминания: крики, детство, пентаграмма, предательство… и тот страшный крик матери, превращающейся в пепел. Боль была настолько сильной, что Нимфея упала на колени, едва удерживая сознание. Она чувствовала, как её тело дрожит, а грудь будто пронзает ледяной кинжал. Поток тьмы рассеялся, и Роксана, будто очнувшись от кошмара, задышала часто, судорожно. Она упала рядом с Нимфеей, обе тяжело дышали, едва держась на ногах. Роксана закрыла лицо руками — и впервые за долгое время просто разрыдалась. Громко, без сдержанности, с болью, накопленной годами. Нимфея, едва отдышавшись, обняла Роксану, удерживая её за плечи. Голос её был мягким, но в нём чувствовалась стальная твёрдость: — Роксана… успокойся. Я понимаю, тебе больно. Но сейчас — не время. Наверное, мои слова покажутся черствыми, но слёзы потом. Сначала — закрываем разлом. Роксана всхлипнула, глубоко вдохнула и кивнула, стараясь взять себя в руки. Но в этот момент из водоёма раздался резкий, пронзительный визг — жуткий, нечеловеческий. Вода взметнулась фонтаном, и из-под поверхности выскользнуло нечто тёмное, склизкое, со рваными плавниками и зубастыми пастями. Рыбоподобное чудовище бросилось прямо на них. Нимфея успела поднять руку, но опередила её Роксана. Её глаза вспыхнули алым, и вокруг ладони закружились десятки магических бабочек, светящихся алым светом. Бабочки сорвались с пальцев, пронеслись по воздуху и окружили монстра. В одно мгновение его тело начало рассыпаться на мельчайшие светящиеся частицы. Тишина снова опустилась на пещеру. Роксана вытерла глаза, горько усмехнувшись: — Да ты права… Я ведьма, а не глупая фея, чтобы так распускать нюни. — Она выпрямилась, собирая волосы в хвост. — Пошли. Нимфея коротко кивнула, глядя вперёд. Воздух перед ними задрожал, и в глубине пещеры открылась огромная трещина. Из неё вырывались волны тьмы и ревущие щупальца, извивающиеся и царапающие воздух, будто пытаясь схватить всё живое. С земли поднялся порыв холодного ветра. Камни дрожали, вода вокруг вздыбилась. Щупальца взвились в их сторону, змеясь и хлеща воздух. — Назад, Роксана! — крикнула Нимфея, расправляя серебристые крылья. — Не подходи ближе! Она сосредоточилась, направляя ладони к разлому. Тонкие нити устремились к краям трещины, охватывая её словно швы, и начали медленно стягивать края разрушенного пространства. Но вдруг… — Стой! — резко крикнула Роксана, вглядываясь в центр разлома. — Там… что-то есть! Нимфея не сразу поняла: — Что? Где? — В разломе! — голос Роксаны дрогнул, в нём было тревога и страх. И прежде чем Нимфея успела что-то ответить, из разлома прорвалось человеческое тело. Сначала — рука. Потом — плечо, грудь, и наконец голова. Серебристые глаза Нимфеи расширились. — Что за…? Когда свет магий Нимфеи коснулся его лица, обе девушки замерли. Перед ними стоял Иджекил. — Иджекил…? — прошептала Нимфея, чувствуя, как дрожат пальцы. — Ты… жив?! Не веря глазам, она ослабила шов, позволяя ему вылезти из трещины. Он тяжело дышал, выглядел истощённым, его кожа была бледной, с прожилками чёрной энергии. Но... было что-то не так. Что-то ужасно не так. — Опознание. Имя: Иджекил Альфиос Возраст: 26 Раса: Человек Класс: Рыцарь-Маг Магия: Тёмная магия Здоровье: 0/19 000 Мана: 16 000/16 000 Уровень: 18 Характеристики: Сила: 54 Ловкость: 60 Интеллект: 51 Выносливость: 59 Обаяние: 45 Титулы: {Тёмный Маг}, {Рыцарь}, {Верный}, {Защитник Чести}, {Непоколебимый}, {Боец}, {Мертвец} Состояние: Физическое: тело сохранено, признаки разрушения клеточной структуры отсутствуют. Ментальное: сознание полностью уничтожено. Эмоциональное: отсутствует. Особое: · душа покинула тело, следов духовной сущности не обнаружено. · тело используется как сосуд. Управление полностью перехвачено сущностью — [Древний Тьма].

Глаза Нимфеи расширились. — Нет… — выдохнула она, но уже было поздно. «Иджекил» поднял голову. Его зрачки стали полностью чёрными. Прежде чем она успела среагировать, он резко схватил её за горло. И одним движением он бросил Нимфею прямо в разлом. — Нимфея!!! — закричала Роксана. Разлом вспыхнул и взрывом тьмы разорвал все швы, что удерживали его. «Грань момента». Мир мгновенно застыл. Шум, свет, движение — всё исчезло, словно кто-то выдернул реальность из-под ног. Только Нимфея продолжала дышать. Сердце билось в груди гулко и быстро, а вокруг застыли: Роксана с вытянутой рукой, капли воды повисшие в воздухе, и Иджекил, чья рука всё ещё тянулась к ней. — Ещё бы секунда… и всё было бы кончено, — выдохнула она. Она резко взмахнула крыльями и отлетела назад, приземлившись у каменной стены пещеры. Воздух вокруг неё дрожал от остаточной энергии навыка. ***СИСТЕМА*** Оставшееся время остановки: 1 секунда… 0. Мир ожил. Вода рухнула вниз, Роксана закричала: — НЕТ! Нимфея!.. Фея стояла на ногах, тяжело дыша. — Я здесь, — тихо сказала она, глядя на подругу. — Как? Что произошло?.. Почему Иджекил… — Это не он, — мрачно ответила Нимфея, глаза её потемнели. — Его телом управляет Тьма. Она вскинула руку, и из тени под её ногами вырвались теневые тентакли, стремительно обвившие тело Иджекила. В тот же миг разлом взревел, из него вырвался поток чёрной субстанции — вязкой, живой. Она растекалась по земле, затягивая всё, к чему прикасалась: камни, воду, тела мёртвых существ. Почва буквально проваливалась под ногами. Нимфея прикусила губу, чувствуя, как силы убывают с каждым мгновением. ***СИСТЕМА*** Мана на исходе. 1375 / 17000 Иджекил освободился и метнул в них серию энергетических шаров. Нимфея подняла руку — теневой щит распахнулась перед ней. Энергетический снаряд ударил в него, разлетаясь искрами. — Роксана! Отвлеки его! — крикнула фея, сквозь шум битвы. — У меня почти не осталось маны! Я должна собрать энергию, иначе этот проклятый разлом нас всех поглотит! Ведьма рванулась к Иджекилу, создавая рой чёрных бабочек, каждая из которых взрывалась при соприкосновении с его телом. Он рычал, защищаясь всполохами искажённой энергии, но внимание его теперь было полностью приковано к Роксане. Нимфея тем временем отступила к дальнему краю, стараясь не касаться зловонной субстанции, растекающейся из разлома. Она опустилась на колени, закрыла глаза и сосредоточилась. ***СИСТЕМА*** Активирован навык «Ритуал Тени». Под её телом расползлись узоры — магический круг, наполненный символами древнего языка. Воздух стал тяжелее, время будто замедлилось. Нимфея сжала руки, и тьма стекался в её тело — мана начала возвращаться. ***СИСТЕМА*** Мана восполнена: 13800 / 17000. — Отлично… теперь…осталось сшить этот разлом, — прошептала она. Фея вытянула руку — нити тьмы вновь прорезали воздух, зашивая рваную ткань пространства. Роксана продолжала бой. Её заклинания вспыхивали одно за другим, но в тот момент, когда она отвлеклась на новую атаку, из-за спины вырвались два чудовищных монстра — слипшиеся из чёрной слизи и костей. — Роксана! Сзади! — крикнула Нимфея. Одной рукой удерживая структуру шва, другой — создала серию теневых стрел. Они вспыхнули в воздухе и ринулись в чудовищ. Первая пробила одного в голову, вторая разорвала второго на куски. +1 к силе Нимфея тяжело выдохнула. Пот на лбу стекал по щеке. Разлом дрожал, будто ощущая, как его границы постепенно сжимаются. Из густой чёрной субстанции внезапно вырвались шипастые лозы. Они с невероятной скоростью обвили ноги Нимфеи. Фея вздрогнула, чувствуя, как шипы пронзают плоть до кости. Боль была настолько остра, что мир перед глазами на миг потускнел. Кровь хлынула по коже, пропитывая землю алыми каплями, смешиваясь с чёрной жижей. Лозы, словно живые змеи, ползли выше, до самых бёдер, вонзаясь всё глубже, тянули вниз — прямо в чернильную бездну. +1 к Выносливости. — Чёрное пламя! Из-под её ног взметнулись столбы огня цвета бездны. Огненные волны разошлись кольцом, сжигая всё вокруг: лозы, монстров, саму субстанцию, из которой они появились. ***СИСТЕМА*** [Навык повышен: Чёрное Пламя — уровень 3 (мах)] Уровень 3 — Вечное Пламя Ночи. Последняя, высшая форма заклинания. Пламя поднимается из самой земли и не угасает, пока не уничтожит всё живое в радиусе. Оно подчиняется воле Призывателя, может менять форму — превращаться в клинки, крылья или целые вихри Тьмы. Эффекты: ·  Колоссальный урон по области. ·  Поглощает магию и жизненную силу. ·  После себя оставляет Проклятую Землю, где живое больше не растёт. Когда последний клочок тьмы обратился в прах, огонь начал стихать. Нимфея стояла на коленях, тяжело дыша. Кожа её была покрыта рваными ранами и следами крови. Собрав остатки сил, она снова подняла руки и потянула нити своей силы, зашивая последние трещины между мирами. Магические линии дрожали, но подчинялись, и наконец — разлом сомкнулся. В воздухе повисла звенящая тишина. Нимфея, утратив последние силы, рухнула на землю. Её феичья трансформация рассеялась, а крылья из света растворились в воздухе. Тело было изранено, дыхание сбивалось, но разлом — был закрыт. ***СИСТЕМА*** Поздравляем! Разлом закрыт. 8 / ? Награда: + 2000 очков опыта. Иджекил рванулся вперёд. Роксана не успела ничего сделать — чёрная волна силы отбросила её к каменной стене пещеры. Ведьма вскрикнула, теряя сознание. В следующий миг Иджекил уже стоял перед Нимфеей. Он поднял руку — из его ладони вырвалось копьё из сгустившейся тьмы. Острие копья вошло в грудь Нимфеи, пробив её тело насквозь. Воздух заполнил хрип, кровь заструилась по губам, капнула на землю. Но даже в этот миг, когда жизнь ускользала, её глаза не потухли. В них разгорелся всепоглощающий мрак, знакомый лишь самой бездне. — Вечное Пламя Ночи.... — прошептала она. Из её спины вырвались чёрные крылья, сотканные из черного пламени. Они распахнулись, охватывая её в кокон из огня. Иджекил отступил, прикрывая лицо, но было поздно — Пламя охватило его целиком. Он закричал, голос древнего существа слился с ревом магии, пока его тело не обратилось в прах, не оставив даже тени. Потом вовсе исчез. Она глухо прошептала: — …прости… И мир померк. ***СИСТЕМА*** ВНИМАНИЕ! Здоровье критическое! Текущий уровень здоровья: 128 / 13600 Анализ... Очки опыта достигли необходимого значения. Поздравляем! [Вы достигли 18 уровня.] Мана, здоровье восстановлена. Параметры Характеристиков: сила, выносливость подняты +1 Получено новый навык: Усиление