Глава 56: Трон Льда и Пламени (Эпилог)

Глава 56: Трон Льда и Пламени После того как Золотой Отряд и железнорождённые Эурона были стерты с лица земли, Джон и армии Вестероса взяли Королевскую Гавань, объединив королевство впервые со смерти Роберта. Первые дни ушли на то, чтобы очистить город от всего, что принадлежало Баратеонам, Ланнистерам или Грейджоям, а также от всех, кто был им верен. К тому времени, когда ситуация стабилизировалась, народ с облегчением узнал, что их новый король — не бледный безумец с мертвыми глазами, а почти бог, если верить половине солдат. Даже вторая половина считала его по-настоящему храбрым и добрым человеком, равных которому не видели со времен задолго до Эйриса II. Их королевы принесли не меньшее облегчение. Большинство слышало о Сансе, и то, что она была законнорожденной дочерью Эддарда Старка, давало людям надежду: их король будет так же справедлив и внимателен к ним, как Десница в свое краткое пребывание у трона. Хотя Дейнерис и не выросла в Вестеросе, ей удалось превратить дотракийцев, о которых ходило столько страшных легенд, в мирную армию, повинующуюся как своей Кхалиси, так и Кхалу. Не мешало и то, что у неё было три дракона, которые видели в ней мать и подчинялись новому королю и королевам. Дрогон утратил часть своего упрямства после освобождения от «Укротителя драконов», хотя Дейнерис чувствовала, что это скорее его собственное стремление искупить свое поведение, чем остаточные эффекты заклинания. Рейгалю и Визериону не потребовалось много времени, чтобы снова привыкнуть к нему; она чувствовала, что троица стала ближе, чем когда-либо, утратив настороженность по отношению к старшему брату после того, как они сошлись с ним в битве и выжили. Самым потрясающим моментом стало то, когда толпа собралась посмотреть, как люди вытаскивают Железный Трон из Красного Замка на открытый двор. Солдаты оттеснили народ, когда король встал рядом с троном, и все три дракона спустились вниз. — Веками этот трон был пределом мечтаний людей, добрых и жестоких, — сказал Джон, глядя в толпу. — Это был трон Короля Семи Королевств, но как Король Вестероса, простирающегося от Дорна до Глубокого Севера, я принимаю новый трон. — Он повернулся и указал на Железный Трон. — Дракарис! По этой команде все три дракона изрыгнули пламя на трон. Толпа в благовейном трепете наблюдала, как Джендри подходил и разбирал трон по частям каждый раз, когда пламя стихало, отправляя бочки с железом прочь, пока от него ничего не осталось. Эту суматоху использовали как возможность тайно вывезти и уничтожить все запасы дикого огня, оставленные Серсеей или Эйрисом. Остатки Железного Трона были переплавлены в новый стальной трон, установленный в Большом Чертоге. Вместо того чтобы украшать стены черепами драконов, единственные упоминания о них были на самом троне. На подлокотниках красовались волчьи головы, а на высокой спинке по бокам сидели два дракона, а третий в центре распростер крылья к своим братьям. Ножки кресла представляли собой смесь волчьих лап и драконьих когтей. Первые дни на новом троне прошли в принятии присяги на верность от лордов, которые помогли ему выковать новое королевство, объединенное под его знаменем. Поскольку Стены больше не было и отправлять преступников было некуда, он решил освободить тех братьев Ночного Дозора, которые доказали свою верность и исправились. Вместо него он сформировал Дозор Рейнджеров, который приносил многие из прежних клятв, но их задачей стало руководство экспедициями на Дальний Север и охрана Королевского тракта. Это стало местом, где люди могли обрести честь и доказать свое исправление, посвятив жизнь помощи королевству. Больше не нужно было беспокоиться об одичалых или вихтах, и их добычей стали шайки разбойников и бандитов. Спустя поколения Дозор Рейнджеров ненадолго пришел в упадок, когда слишком много преступников воспользовались им без желания исправляться. Предавшие корону были уничтожены, и был объявлен «Гнев Рейнджера», чтобы помочь воссоздать орден таким, каким его задумывал король Джон. Хотя Эдд остался Лордом-командующим Дозора Рейнджеров, он также помог Джону и Йону Ройсу реформировать Долину. Убрав тех немногих, кто остался верен Мизинцу, они столкнулись с сопротивлением: никто не хотел признавать Лордом Орлиного Гнезда и Хранителем Долины никого, кроме Арренов. В итоге нашли решение, легитимизировав бастарда Харольда Хардинга как Элис Аррен и отдав её на воспитание в верную семью. Спустя годы она вышла замуж за сына Андара Ройса, внука Йона Ройса, и их дети взяли фамилию Аррен, чтобы успокоить тех, кто не желал видеть своим лордом никого, кроме сокола. Поскольку Эурон забрал почти всех мужчин с Железных островов, те оказались на грани катастрофы, пока Яра не вернулась, чтобы стать Верховной Леди Железных островов. Она отказалась от титула королевы и независимости в обмен на поддержку материка. Они пообещали прекратить грабежи и набеги, взамен получив более активную роль в военном флоте королевства. На Севере снова правили Старки. Бран уступил место Лорда Винтерфелла и Хранителя Севера Риккону. Младший Старк под мудрым руководством стал лордом и объединил Север и Вольный народ, женившись на Джонне. Вскоре она родила Джона Старка, наследника Винтерфелла, а затем его брата Бенджена и их младшую сестру Карси Старк. При поддержке короля и своего лидера Тормунда, вольный народ поселился в Даре и помогал в экспедициях на Дальний Север, в то время как те, кто пожелал отправиться на юг, были интегрированы и радушно приняты. Именно во время одной из поездок на юг Тормунд нашел присяжный меч Сансы (Бриенну), которая сменила доспехи на свободные платья, чтобы скрыть живот, и поселилась на юге, воспитывая своих детей. Как он и предсказывал, они были великанами; их младший служил в Королевской гвардии преемника Джона, и многие провозгласили его возродившимся Дунканом Высоким. Лианна Мормонт помогла возвеличить свой дом, приняв часть вольного народа и объединившись с ними для экспедиций на Север. Вскоре она вышла замуж за охотника из вольного народа с темными кудрями. Их старший сын, Джеорн Мормонт, унаследовал глаза матери и более крепкое телосложение, чем у обоих родителей, подружившись с королевской семьей и Старками. Бран оставался в Винтерфелле несколько лет, помогая Риккону и даже Джону, когда король призывал его. Лишь через пятнадцать лет правления Джона Бран исчез на Дальнем Севере, оставив Миру с их детьми — Олейфом Ридом и Жойеном Старком. Эдмур занял свое место Лорда Риверрана и Хранителя Речных земель, вернувшись к жене и сыну. Спустя несколько лет Бринден Талли скончался во сне, так и не женившись, но к тому времени семья Талли снова начала расти, оставив будущее за старшим сыном Эдмура, Хостером. Люди винили Западные земли в отсутствии у короля надлежащей Королевской гвардии в первые годы. Пока Тирион исполнял роль Лорда Утеса Кастерли и Хранителя Запада, он не спешил заводить собственных детей. Вместо этого, по настоянию короля, Джейме Ланнистер женился на женщине из Западных земель, которая подарила им наследников. Джейн Вестерлинг родила девочек-близнецов Джоанну и Тайеллу, затем Деймона Ланнистера и второго сына Джейсона. Вскоре после его рождения Джон позволил Джейме Ланнистеру снова надеть белый плащ, и тот стал Лордом-командующим при Джорахе Мормонте, Теоне Грейджое и Сандоре Клигане. Даже вернувшись к клятвам, Джейме помогал воспитывать детей в Королевской Гавани, прежде чем отправить сыновей на воспитание к Тириону в Утес Кастерли. Западные земли и Простор приняли основную массу дотракийцев и других людей, которых привела Дейнерис. Хотя некоторые разъехались по другим королевствам, большинство «конных владык» предпочли теплые поля западных краев. После многих лет жизни в страхе Леонетта, жена Гарлана Тирелла, вернулась в Хайгарден к мужу, ставшему новым Хранителем Простора. В первые годы им пришлось нелегко, как и остальным, но со временем слова Джона подтвердились: Хайгарден расцвел заново, а с ним и Простор. Спустя годы Бриенна Тарт посвятила в рыцари их старшего сына Мейсена Тирелла, а сир Подрик Пейн — второго сына, Леонаса. Легитимизированный, проявивший себя на войне и поддерживаемый короной, Джендри вернул себе Штормовые земли и Дом Баратеонов. Помимо того что он стал Лордом Штормового Предела и Хранителем Штормовых земель, он прославился как один из величайших кузнецов в истории. Люди со всего мира съезжались, чтобы предложить ему несметные богатства за валирийскую сталь, но часто уходили разочарованными, когда он объяснял, что на это нужно разрешение короля. Для ковки требовалось не только драконье пламя, но и драконья кровь, поэтому он не мог работать без помощи королевской семьи. Хотя некоторые получали валирийскую сталь в дар или в качестве награды, Джендри принимал и заказы. Он брал лишь справедливый процент, а остальное шло короне, которая финансировала его кузницу и припасы. Эти доходы позволили выплатить большую часть долгов королевства Железному Банку, сделав обе стороны богаче, чем когда-либо мечтали эти двое бастардов. Арья проводила большую часть времени в разъездах между Севером, Королевскими и Штормовыми землями. Она оставалась незамужней до того дня, когда Джону сообщили, что она беременна. — Пожалуйста, — сказал он, сжав её руки, к её удивлению и поднятым бровям Дейнерис и Сансы, которая кормила их собственного ребенка. — Какое тебе дело, замужем я или нет? — фыркнула Арья. — Арья, ты не понимаешь… — Он вздохнул, взглянув на Джендри, который мрачно нахмурился; они обменялись понимающими взглядами. Снова посмотрев на Арью, Джон печально улыбнулся. — Я знаю, что вы чувствуете друг к другу. Клянусь, я легитимизирую любого вашего ребенка без вопросов, но не давай другим повода сомневаться в них ни на миг. Пожалуйста. Арья нахмурилась, видя отчаяние в глазах Джона: она поняла, что он боится за её будущего ребенка так же, как за своего собственного. Взглянув на Джендри, она увидела, что, хотя он никогда не хотел давить на неё, он явно хотел избавить их ребенка от того, через что прошли они сами как бастарды. — Ладно, — буркнула она, высвободив руку и скрестив руки на груди. — Я выйду за этого идиота. На юге Арианна Мартелл правила как Леди Солнечного Копья и Верховная Леди Дорна, отказавшись от титула Принцессы, чтобы помочь объединить королевство под властью одной королевской семьи. Джон прилагал усилия, чтобы Дорн был вовлечен в дела страны, не желая рисковать раздорами, которые преследовали их после смерти Элии и даже со времен Завоевания Эйгона. Со временем Арианна родила детей под фамилией Сэнд (Песок), но Джон быстро легитимизировал их как наследников Дома Нимерос Мартелл. Это было сделано в основном во избежание конфликтов и сомнений, связанных с Элларией Сэнд и Песчаными Змейками, однако отсутствие мужа давало почву для слухов о том, кто отец детей. Некоторые даже думали, что это дети короля Джона — этим объясняли его спешку с легитимацией, хотя подтверждений тому не было. Когда кто-то осмеливался намекнуть на это, Джон только раздражался, королевы отмахивались от слухов, а Арианна смеялась, но все отрицала, заявляя, что отцы её детей — «дикие люди», на которых она не может предъявить прав. Вскоре после окончания войны королевство узнало, что королева беременна наследником нового Трона Льда и Пламени. Пока страна праздновала, король обнаружил, что это породило новые споры. — Он отдыхает, — сказала Санса, приложив руку к округлившемуся животу, когда Дейнерис спросила, как малыш. Подойдя к ванне, Дейнерис просияла, села на табурет рядом и прижала руку к животу Сансы. — Не дождусь встречи с тобой, маленький Рейгар. — Нет, — сказал Джон, разворачивая кресло от стола. Дейнерис посмотрела на него с вызывающей ухмылкой, а Санса закатила глаза. — Он был твоим отцом, Джон, — возразила Дейнерис, выпрямляясь. — Я знаю, что он тебя не растил, но он был твоим отцом и моим братом. — Которого ты знала так же мало, как и я, — проворчал Джон, чувствуя, что втягивается в старый спор. Он решил сменить тему. — А если девочка? Мы могли бы назвать её Висенья. — Хотелось бы, — вздохнула Дейнерис. — В ней есть много того, что я уважаю, но… я боюсь, что имя проклято. Её родословная прервалась на её единственном сыне, и я боюсь обрекать ребенка на имя, напоминающее о Визерисе, и рисковать тем, что он будет хоть вполовину таким же жестоким. — Не будет, — заверила Санса. — Не при нашем воспитании. — Неважно, — покачала головой Дейнерис. — Это мальчик, и его зовут Рейгар. — Я бы лучше назвал его Эйнисом. — Не искушай меня, — предупредила Дейнерис. — Думаю, всегда остается Эйгон, — без энтузиазма предложила Санса. — Боги, нет, — Джон покачал головой. — Их и так уже штук шесть. — Эймон? — предложила Дейнерис, вспомнив, как тепло Джон отзывался об их двоюродном дедушке в Дозоре. Джон задумался. Он знал, что Сэм когда-то думал об этом, но передумал. — Возможно. — Ты всегда был Эймоном Рыцарем-Драконом, — с улыбкой сказала Санса. — Он был Эймоном? — с усмешкой спросила Дейнерис. — Всегда, — воодушевленно подтвердила Санса, а затем поправилась. — Ну, почти всегда. — Тем самым, который втайне любил сестру, которая не могла ему принадлежать? — Дейнерис дразняще улыбнулась. — Замолчи, или мы назовем его Тормундом. Дейнерис сердито взглянула на него: — Никогда. — А как насчет Дункана? — предложила Санса. — Это имя Таргариена, одного из самых известных рыцарей Королевской гвардии, но звучит не слишком по-валирийски. Дейнерис кивнула. — Думаю, это могло бы сработать. — Посмотрев на Сансу и Джона, она спросила: — А как насчет Эддарда? Санса взглянула на Джона; они обменялись хмурыми взглядами. Санса пристыженно опустила глаза. — Я думала об этом, но… Я знаю, что Север все еще любит его и уважает, но когда я слышу это имя, я думаю только об отце. Я думаю о человеке, которому на моих глазах отрубили голову, который лгал Джону всю его жизнь. Я не представляю с этим именем младенца у себя на руках. Джон поднялся, нежно провел рукой по щеке Дейнерис, подошел к ванне и поцеловал Сансу в лоб. Он подставил второй табурет и сел рядом. — Я не хочу, чтобы у нашего ребенка было чье-то чужое имя, — серьезно сказал он, глядя на обеих. — Я не хочу, чтобы на них давила история. На них и так будет давить груз того, что они наши дети, пусть их имена не станут еще одной обузой. Женщины переглянулись и кивнули. — Значит, оригинальное имя, — Дейнерис задумчиво склонила голову. — Придумать будет сложнее. — Вообще-то, у меня есть кое-что на примете, — виновато признался Джон. — Я просто не хотел сразу отвергать ваши варианты, но, думаю, это подойдет. Я вспомнил это из северной легенды, но в этом есть связь и с Таргариенами. Санса заинтересованно улыбнулась: — Северная легенда? — Баэль Бард, — усмехнулся Джон. — Похоже на Бейлора или Бейлона, но мы изменим окончание, сделаем что-то вроде Баэльрад или Баэльрик. — Мне нравится Баэльрик, — сказала Санса. Дейнерис кивнула. — Принц Баэльрик Таргариен. Когда рождался кронпринц Баэльрик Таргариен, Дейнерис отвесила Джону пощечину за то, что он напугал бедную служанку, которая предложила ему выйти, крикнув: «Никогда!». Впрочем, она быстро его простила, так как было ясно, что Джон обезумел от беспокойства. — Моя мать умерла, рожая меня, — сказал Джон, наблюдая за тем, как Сэм и Лилли помогают Сансе, когда Дейнерис отвела его в сторону. — Твоя мать умерла, рожая тебя. Что, если что-то пойдет не так? Дейнерис улыбнулась их общей тревоге, но покачала головой, глядя на Сансу. — Она не такая, как наши матери, — Дейнерис нахмурилась. — Наши матери были слабыми и отчаявшимися. Твоя потеряла любовь всей своей жизни, а моя была пленницей, дрожащей за жизни своих детей и свою собственную. Я сомневаюсь, что они могли сражаться хоть вполовину так сильно, как будет сражаться Санса. В ней в три раза больше силы. Джон взглянул на Сансу, кивнул и улыбнулся Дейнерис: — У неё есть мы. Дейнерис улыбнулась, взяла руку Джона и прижала к своему животу: — У нас есть мы. Глаза Джона расширились, когда Санса застонала и, обернувшись, увидела, как он целует Дейнерис. — Хватит уже! — простонала она. — О её детях поговорим после того, как я рожу своего! К Баэльрику присоединился не только первенец Дейнерис и Джона, Эймор Таргариен, но и второй сын Сэма (его первый законный сын от Лилли) — бедный Диккон Тарли. Хотя дружба с кронпринцем спасала его от лишних насмешек, это не помогло избежать шуток, когда Баэльрик стал королем и назначил его своим Десницей, что породило лавину каламбуров о «Дикконе — Руке (Деснице) Короля». Впрочем, мало кто удивился, что Баэльрик, который был очень похож на отца, но с синими глазами почти фиолетового оттенка, выбрал Тарли своим Десницей, ведь он всю жизнь видел Сэмвелла в этой роли при своем отце. Вскоре после рождения Баэльрика Призрак исчез, а через несколько месяцев прилетел ворон от Риккона с известием: Призрак объявился с выводком щенков. Двоих он оставил там, а с двумя другими прибыл в Королевскую Гавань; щенки облюбовали постели будущего короля и «серебряного принца». Так происходило периодически: он исчезал и возвращался с щенками, которые привязывались к детям Джона. Спустя несколько лет в открытой драконьей яме нашли яйца. Баэльрику досталось багряное яйцо, а Эймору — серебряное. Золотое яйцо досталось первой дочери Джона, что вызвало новые споры об именах. Они пробовали новые варианты и даже комбинировали старые, как сделали для сереброволосого и сероглазого Эймора, но долго не могли прийти к согласию. Лишь когда Санса взяла на руки темноволосую девочку и заглянула в её сапфировые глаза, она назвала её: «Дейна». У Дейнерис расширились глаза, она не смогла сдержать слез и обняла Сансу с ребенком. Неудивительно, что когда Дейнерис забеременела в следующий раз, она решила, что это будет девочка по имени Саня. Она настояла на этом, даже когда прижала к себе темноволосую принцессу, чьи глаза были такого бледного фиолетового цвета, что казались драгоценными камнями. Следующую беременность Дейнерис потеряла, не успев объявить королевству, но вместе они оправились и приветствовали вторую дочь Сансы. Она была единственным ребенком, которого Санса родила с валирийским серебром волос. Тогда Санса и нашла способ называть детей дальше, назвав девочку Лиэлла. — Лиэлла? — спросил Джон, глядя в лазурные глаза дочери. — В честь твоих матерей, — сказала она, переводя взгляд с Джона на Дейнерис. Вскоре после неё родился Роббард с буйными черными кудрями и лазурными глазами. Он появился на свет за несколько недель до Джейгона, которого многие называли возродившимся Рейгаром. Хотя Робб был авантюристом, а Джей — более тихим, они были близки как близнецы, несмотря на разный цвет волос. Когда родилась третья дочь Джона и Сансы, Санса не решалась предложить имя, пока Джон не заставил её. — Арелин? — спросил Джон, кивнув и поняв задумку. — В честь Арьи и Кейтилин. — Я знаю, что она никогда не была добра к тебе, — хмуро сказала Санса, — и я знаю, что у Эдмура есть дочь, названная в её честь, но я хочу сохранить память о ней. — Я считаю дни до того момента, когда смогу взять на руки маленькую Линни, — с ободряющей улыбкой сказал Джон. Со временем он находил забавным называть дочь Арель или Линни, хотя та очень напоминала ему Сансу в детстве. Его сереброволосая и сероглазая дочь от Дейнерис вызывала больше всего вопросов об имени. — Мелис? — спросил Тирион, качая девочку на колене. — В честь Мелеис, Красной Королевы, на которой летала Рейнис, Почти Королева, — объяснила Дейнерис, а затем её улыбка стала печальной. — И в честь Мелисандры, чья смерть позволила мне дать жизнь. Их последним ребенком стал третий сын Сансы, Бракон, названный в честь её братьев незадолго до исчезновения Брана. Темно-рыжий мальчик успел познакомиться с дядей и, повзрослев, унаследовал часть его тихой задумчивости. К двенадцати годам Баэльрик безумно влюбился в Маргану Тирелл и позже женился на ней. Хотя Дейнерис была рада, что её род продолжится, она все же немного расстраивалась, что на троне её линия не будет прямой. Так было до тех пор, пока Маленький Джон Тарли не начал ухаживать за Саней Таргариен. Несмотря на доброе сердце, Маленький Джон сочетал в себе интеллект отца и инстинкты одичалых, став грозой всех детей в округе. Он вечно ввязывался в приключения с принцами, но именно Саня усмиряла его, заставляя стать настоящим рыцарем. И именно их дочь, Мирабель Тарли, вышла замуж за Сорана Таргариена, который взойдет на трон после Баэльрика. Их дети окончательно объединили линии Дейнерис и Сансы. Королевство было отстроено. И пока Баэльрик наследовал трон и меч «Ночной Жнец», серебряный принц Эймор получил Драконий Камень и меч «Песнь Дракона», а Дейна — «Слезу Леди» и Дредфорт, переименованный в Снежный Форт (Snowfort). Были восстановлены и другие замки для королевской семьи: Королевская Корона, Летний Замок, Ров Кайлин и даже Башня Радости. Джон победил в Долгой Ночи и объединил Вестерос так, как не смог даже Эйгон Завоеватель. Он сделал это не ради себя, а ради своей семьи, создав династию, которая будет править веками, распространяясь по всему миру. Но как бы далеко они ни заезжали и как бы ни росло их королевство, они оставались стаей драконов и волков, рожденных северным завоевателем.