Начало конца

      — Здоровая конкуренция никому не повредит! — выдал как-то старый руководитель отдела, похлопывая, согнувшихся в якобы поклоне, бывших наставника и подопечного.       Если Гарольд чувствовал от всей этой ситуации огромную неловкость, так как его отпустили в самостоятельное плавание спустя всего год обучения под пристальным, но при этом мягким надзором, то вот Шепард, казалось, ничего не испытывал, пусть и держал привычную улыбку — просто не видел в коллеге соперника. Конечно, кто-то посчитал бы это огромным самомнением и тщеславием, но в действительности Шепард понимал банальную правду. Они представители разных подотделов, а потому двигались в своих направлениях — пусть Трафэл и не знал о том, что его учитель давно собирался перейти к «мясникам». Это как заставить лиса пускать яд, а змея применять в охоте мышкование.       И всё же Шеп идею поддержал, ведь это был отличный шанс для нового метафизика показать себя и раскрыть потенциал, который видел руководитель. Полноценно влиться в коллектив, попробовав себя не только в теории, — в познаниях Трафэл перестали сомневаться на втором месяце стажировки, потому что этот некогда буйный агент впитывал учения прошлого как губка, — но и в практике. На радость начальства и многих теоретиков, Гарольд продемонстрировал свою гениальность довольно быстро, при первой же самостоятельной попытке создания простого изобретения. Точнее, он проявил особенность, которую, уже на огромное разочарование Шепарда, не стоило скрывать за стопками книг.       — Возлюбленный материи, — горько усмехнулся Дасбист, демонстрируя непривычную даже для себя выдержку. Хотелось кого-нибудь ударить, но на друга руку поднять он ни физически, ни морально не мог, так что пришлось посильнее впиться ногтями себе в ладони. — Теперь понятно, почему тебя так хотели перевести к нам.       Не сказать, что Шепард мечтал о таком навыке, но всё же… Быть любимым дитя матери всего сущего, а потому иметь возможность видеть её собственными глазами и касаться, не опасаясь ожогов, своими руками — это благословение для практиков. Но заслужить такое могли только редкие теоретики, считавшие это проклятием. Чтоб их, неблагодарных идиотов…       — Я всё равно не признаю в этом практической пользы, — открыто ответил Гарольд, позволяя бесплотной материи, переливающейся в его глазах перламутром, мягко обвить руку. — Она же так прекрасна… Как из неё можно что-то сделать? Как можно… разорвать её?..       Шепард лишь смотрел со стороны на эту отвратительно красивую картину, поправляя одной рукой очки, специально созданные им, чтобы видеть треклятую материю… Пока второй держал за спиной серп, так же созданный им лично, чтобы отрезать лоскуты плоти от тела пустой первородной матери. А про себя принимал с горечью грядущие последствия — их дружбе скоро настанет конец. Благо, скоро произойдёт разделение в отделе. Будет не так обидно.       — Как? — тихо усмехнулся Шепард. — Сейчас покажу. Будет тебе первый мастер-класс от меня.       Такова проблема отдела метафизики — теоретику никогда не понять практика.