63 часть: Незабываемый день рождения

Непривычно для себя Шарлотта проснулась очень рано. С пяти утра девушка уже была на ногах и суетилась по комнате — то в поисках серёжек, то галстука, то волшебной палочки. Движения её были торопливыми, а в глазах горел огонь: сегодня особенный день! — Я что, проспала?! — нервно соскочила со своей кровати Лили и взглянула на часы, которые показывали лишь 5:17. — Лотти, в чём дело? — Ну, Лили, — протяжно заговорила Шарлотта, застёгивая при этом свои любимые чёрные туфли на каблуках, — сегодня же день рождения у Сириуса! Я хочу прямо сейчас пойти в комнату мародеров и поздравить его первой. — А, точно… Всё как всегда, — улыбнулась Лили. — Кажется, год назад ты точно так же соскочила в этот день в страшную рань. — Кажется, да, — кивнула Шарлотта, — но тогда я встретила его в гостиной, поэтому в этот раз я встала ещё раньше. Хочу сделать всё идеально! — Не переживай, если что, у тебя будет ещё одна попытка в следующем году, — шутливо подмигнула подруге Эванс. — Я надеюсь, у меня и в этом получится, — с лёгкой улыбкой ответила Поттер. — Ты собираешься его разбудить? — поинтересовалась Лили. — Нет, зачем? — смутилась девушка. — Я думаю, Лунатик уже проснулся. Я посижу вместе с ним и просто подожду, пока проснётся Сириус. Главное, чтобы Джим не проснулся раньше него — а то он точно его разбудит громким «С днём рождения, Бродяга!». — на последней фразе Шарлотта значительно повысила голос и попыталась спародировать брата. — Ну да, это на него похоже, — засмеялась Лили, — Ну тогда удачи! — Спасибо! Шарлотта взяла с подоконника заранее приготовленную коробку с подарком — она старательно упаковала её вчера вечером, выбрав самую красивую бумагу, перевезав её алой лентой, — и с довольной улыбкой направилась прочь из комнаты. Спустившись в гостиную, девушка проскользнула к лестнице, ведущей в комнаты мальчиков, и быстро забежала наверх к хорошо знакомой ей двери в комнату мародёров. Сердце билось чуть быстрее обычного — как всегда и бывает перед чем‑то радостным. Поттер негромко постучала в дверь и принялась ждать. В комнате послышались чьи‑то шаги, дверь немного приоткрылась — и из‑за неё показалась голова Римуса. — Привет! — широко улыбаясь, произнесла девушка, и её глаза засияли. — Ой, Лотти, привет, — чуть растерявшись, отозвался парень, но тут же отошёл от двери и шире открыл её. — Проходи. Я почему‑то так и думал, что ты придёшь. Бродяга ещё спит. — Ну и хорошо, — облегчённо выдохнула Шарлотта. Поттер прошла в комнату, села в кресло в углу и опустила коробку на стоявший рядом столик. Римус сел рядом с девушкой на соседнее кресло. В комнате царила уютная утренняя атмосфера — сквозь не до конца задёрнутые занавески пробивались первые лучи солнца. — Как дела? — шёпотом спросила Шарлотта, стараясь не нарушить тишину. — Всё хорошо, ты как? — привычным тихим и спокойным голосом отозвался Люпин. — Тоже хорошо. Джим что‑нибудь говорил насчёт Лили? — Что именно? — Не знаю, просто… — пожала плечами Шарлотта. — Ну, он много чего говорил. Он теперь, мне кажется, раз в пять больше о ней говорит, чем раньше. А до этого я считал, что он и тогда много о ней говорил. Ну, в общем, как‑то так. Говорит, какая она красивая, умная, что он теперь самый счастливый человек на свете. Шарлотта слушала это всё и тихо посмеивалась. Её очень забавило такое поведение брата, но больше она была искренне рада за него и за подругу. Наконец страдания Джеймса от безответной любви, длившиеся шесть лет, закончатся — и это наполняло её сердце теплом. Вдруг Сириус резко сел на своей кровати. Сонными глазами он смотрел в угол, где в кресле тихо разговаривали друзья. Шарлотта даже не сразу поняла, во сне ли он сел или уже проснулся, потому что парень больше не двигался и ничего не говорил — просто смотрел в одну точку, словно ещё не до конца вернулся в реальность. — Он уже проснулся? — тихо спросила девушка у Люпина. — Да, — кивнул Римус в ответ и так же тихо добавил: — Он последнее время всегда так просыпается. Я первое время его боялся — думал, вдруг с ним что‑то не так. На лице Шарлотты тут же появилась широкая улыбка, и она, встав со своего места, направилась к кровати друга. — Сириус, с днём рождения! — тихо сказала девушка, подойдя к самой кровати Блэка и стараясь не разбудить остальных. — Спасибо, — сонно улыбнувшись и чуть хриплым заспанным голосом ответил парень. Его глаза всё ещё были затуманены сном, но улыбка выдавала радость. Шарлотта развернулась и направилась обратно к месту, где она оставила свой подарок для Сириуса. Сам же именинник потянулся на кровати, после чего быстро слез с неё. Он был, как и спал, в одних каких‑то чёрных штанах, с голым торсом — растрепанные волосы и сонный вид делали его ещё более обаятельным. — С днём рождения, бродяга, — негромко, но так, чтобы друг услышал, сказал Римус, всё так же сидя в кресле. — Спасибо, — отозвался Блэк, и в его голосе прозвучала искренняя благодарность. — Это тебе, — протягивая достаточно большую и увесистую коробку, произнесла Шарлотта. Её руки слегка дрожали от волнения. — Merci, — Сириус принял подарок и широко расставил руки для объятия. Шарлотта крепко обняла парня. Наверное, они стояли так в объятиях друг друга намного дольше, чем того требовалось, но для них время будто остановилось в этот момент. В этом объятии было столько тепла, искренности и чего-то большего, чем просто дружбы, что оба на мгновение забыли обо всём на свете. Сириус прикрыл глаза и вдохнул аромат волос Шарлотты. Никогда ещё запах вишни не казался ему настолько приятным — он будто наполнил его силой и радостью нового дня. — М, я сейчас засну на ходу, — наконец, отпуская девушку, произнёс Блэк, слегка покачиваясь от остатков сна. — Мы тебя разбудили своими разговорами? — чуть обеспокоенно и виновато спросила Шарлотта, вглядываясь в его лицо. — Нет‑нет, — замотал головой Сириус. — Я обычно в это время и просыпаюсь. Просто ещё не до конца пришёл в себя. — Ну ладно, — кивнула Поттер. — Тогда я пойду. До встречи на завтраке! — Угу, ещё раз спасибо за подарок, — улыбнулся Сириус, крепче прижимая коробку к груди одной рукой. *** — Как собираешься отпраздновать Рождество? — спросила Марлин у Шарлотты по дороге в кабинет трансфигурации. Её голос звучал оживлённо, а глаза блестели от предвкушения наступающих зимних каникул. — Наверное, поеду домой, — задумчиво отозвалась Поттер, глядя куда‑то вдаль. — А ты? — Тоже. Но прошлое Рождество я запомню навсегда, — с тёплой улыбкой произнесла Марлин, и её взгляд на мгновение затуманился воспоминаниями. — Да‑а‑а, было весело, — улыбаясь, отозвалась Шарлотта и задумчиво добавила: — Тогда мы с Сириусом начали встречаться… — На её лице появилась мечтательная улыбка, а щёки чуть порозовели. — Повторите снова, пусть это будет ваша рождественская традиция! — с энтузиазмом предложила Маккинон. — Да иди ты, — шутливо отмахнулась Поттер, слегка толкнув подругу в плечо. — А что? Отличная идея! — уже переступая порог кабинета, засмеялась Марлин. Но вдруг будто что‑то вспомнила и остановилась, бросив на Шарлотту виноватый взгляд. — Лотти, я обещала Мэри, что сяду с ней. Ты же не обидишься на меня? — Очень обижусь и буду плакать в три ручья, — с нарочито трагичным выражением лица произнесла Шарлотта, приложив руку ко лбу. — Ну Лотти… — Иди уже, — улыбнулась Поттер и чуть толкнула подругу в плечо, подмигнув ей. Шарлотта осмотрела кабинет, где уже собралось достаточно много учеников. Этот урок был совместным для Гриффиндора и Слизерина, и атмосфера в помещении была напряжённой — студенты двух факультетов старались держаться своих. Но девушке всё‑таки удалось отыскать одну из свободных парт — да ещё и последнюю у окна. Поттер быстро прошла к ней, заняла место, откуда открывался вид на уже чуть заснеженный двор, и достала всё необходимое для урока: пергамент, перо и чернильницу. — Я сяду с тобой, — вдруг раздался голос Сириуса рядом с ней. Не дожидаясь ответа, Блэк положил свою школьную сумку на стол и с широкой улыбкой плюхнулся на стул. — Хорошо, — кивнула девушка, не сумев сдержать ответной улыбки. — Представляешь, Сохатый, тварь, променял меня на Лили! — с наигранным возмущением воскликнул Сириус, театрально закатывая глаза. — О, бедный, — театрально жалея парня, ответила Шарлотта и погладила его по плечу. — Как ты это пережил? — Как видишь, тяжело, — скрывая улыбку, отозвался Сириус. — И это в мой день рождения! Он ушёл от меня к какой‑то рыжей женщине. — Ужас. Бедный мой мальчик, ну не переживай ты так. Я тебя не брошу, — Шарлотта шутливо обняла его за плечи. — Не ври, ты тоже с ней часто сидишь и обо мне не думаешь, — притворно надул губы Сириус, — ты даже живешь с ней в одной комнате. Звонок на урок прервал весь этот театр двух актёров. В класс забежало ещё несколько опоздавших учеников, все расселись по местам и притихли, готовясь к занятию. В кабинет, как всегда, плавной, почти величественной походкой вплыла Минерва Макгонагалл и начала что‑то громко объяснять, уверенно держа в руках стопку пергаментов. Шарлотта, не особо заинтересованная в уроке, быстро отыскала взглядом брата и подругу, сидящих в нескольких партах от них с Сириусом. Джеймс и Лили сидели рядом, склонившись над одним пергаментом, и тихо переговаривались, время от времени улыбаясь друг другу. — Смотри, смотри, — чуть толкнула она в бок друга, — вон Джим, сидит со своей Лили. — Не сыпь мне соль на рану, — покачал головой Блэк, но всё равно бросил взгляд в сторону пары. — И не смотрит даже на меня. — Ладно, ну серьёзно, смотри, какие они милые. Они так подходят друг другу, — настаивала Шарлотта. — Ну всё, — протяжно сказал Сириус, — началось. У вас на все пары одна и та же фраза. — Да ну нет, ну правда. Ну скажи, что они хорошо смотрятся. Сириус, скажи! — Шарлотта настойчиво тряхнула его за рукав мантии. — Да‑да, они хорошо смотрятся, — сдался Сириус с нарочитым вздохом. — Вот, то‑то же. Кстати, — немного замявшись, начала Шарлотта, стараясь говорить очень небрежно, будто ей было совершенно всё равно, — как там твоя Агата? — Почему моя? — удивлённо поднял брови Сириус. — А чья? — Не знаю. — Я была уверена, что вы начнёте встречаться. Кажется, она очень любит тебя. — К несчастью для неё, но к моей большой радости, свое сердце я уже отдал другой, — с загадочной улыбкой произнёс Сириус, чуть понизив голос. — Другой? — чуть громче, чем хотела, вторила Шарлотта, и её сердце на мгновение замерло. — Мистер Блэк и мисс Поттер, — раздался строгий голос профессора Макгонагалл. — Я вам не мешаю разговаривать? — Нет‑нет, не переживайте, — усмехнулся Сириус. — Можете продолжать. — Мистер Блэк. — Да? — поднял на неё глаза ученик, и на лице его красовалась широкая, почти озорная улыбка, за которой не было ни тели стыда. — Я настоятельно вас прошу вести себя подобающе. — Простите, профессор, — на этот раз серьёзно произнёс Сириус. — Я продолжу. — Ведёшь себя как шут, — тихо заметила Шарлотта, стараясь скрыть улыбку. — А тебе не нравится? — резко повернувшись к подруге и будто став серьёзнее, спросил Блэк. Его взгляд на мгновение стал пронзительным. — Ну не знаю, не знаю… Ха, смотри на Нюнчика! — Шарлотта указала на предпоследнюю парту через ряд от них. Северус сидел там рядом с одним из своих чистокровных дружков из Слизерина. Он буквально прожигал взглядом парту, где сидели Джеймс и Лили. Он внимательно следил за тем, как Поттер тихо дразнил девушку: то забирал у неё перо, то что‑то рисовал на её листе пергамента. Эванс лишь улыбалась и старалась скрыть смех, наигранно ругаясь на него. — Ревность съедает, — усмехнулся Блэк. — Сейчас лопнет от зависти. — Ему‑то никто не светит, — фыркнула Шарлотта. — С его внешностью и поведением навряд ли хоть одна девушка когда‑нибудь на него просто посмотрит дольше секунды, — добавил Сириус с пренебрежительной усмешкой. — Какой он мерзкий, — поморщилась Поттер. — Мистер Блэк и мисс Поттер! — вновь раздался строгий голос Минервы. — Ещё одно слово от вас я услышу — и вы будете сидеть в разных частях кабинета. Сириус с Шарлоттой лишь переглянулись и молча улыбнулись друг другу. В их глазах читалось понимание: они оба знали, что не смогут долго молчать. Но всё‑таки взяли себя в руки и до самого конца урока действительно не произнесли друг другу ни слова, лишь изредка обмениваясь многозначительными взглядами. Правда, Шарлотта не смогла полностью удержаться от шалостей. Несколько раз она незаметно тыкала Сириуса в бок под рёбра — легко, почти невесомо, но достаточно ощутимо, чтобы он вздрагивал всем телом. Каждый раз парень резко втягивал воздух, на мгновение стискивал зубы и бросал на подругу предостерегающий взгляд, но упорно молчал, лишь слегка покачивался на стуле от неожиданности. Его плечи подрагивали от сдерживаемого смеха, а в глазах плясали озорные искорки — было видно, что он изо всех сил старается сохранить серьёзное выражение лица. Шарлотта, заметив его борьбу, едва заметно ухмылялась и уже заносила палец для очередного тычка, предвкушая новую реакцию. Но в этот момент Сириус, будто предугадав её замысел, молниеносно перехватил её руку. Его пальцы мягко, но уверенно сомкнулись вокруг её запястья — тепло его ладони контрастировало с её прохладными руками. Он слегка сжал её руку, не причиняя дискомфорта, но лишая возможности продолжать шалость, и тихо, почти беззвучно прошептал одними губами: «Попалась». Шарлотта на мгновение замерла, удивлённо распахнув глаза, а затем беззвучно рассмеялась, чуть склонив голову. Она не стала вырывать руку — вместо этого просто слегка сжала его пальцы в ответ, давая понять, что признаёт своё поражение в этой маленькой игре. Сириус едва заметно кивнул, улыбнулся уголком рта и наконец отпустил её руку, но ещё несколько секунд они продолжали смотреть друг на друга, обмениваясь безмолвным весельем, пока профессор Макгонагалл не повернулась в их сторону, заставив обоих мгновенно принять вид прилежных учеников, что-то пишущих в своих листах. *** Когда звонок с урока прозвенел, Шарлотта с Сириусом одними из первых соскочили со своих мест и начали собирать вещи. Движения их были торопливыми — обоим не терпелось покинуть душноватый кабинет и обсудить всё, что осталось недосказанным во время урока. Но, собравшись первыми, они всё равно были вынуждены ждать. Парень с девушкой встали рядом с дверью, прислонившись к прохладной каменной стене, и, пока мимо проходили ученики, они дождались Джеймса, Римуса и Питера. — А Лили где потерял? — с лёгкой улыбкой спросила Шарлотта, когда брат подошёл один, поправляя мантию. — Ей там надо что‑то у Минервы спросить, — бросил Поттер и кивнул в сторону двери кабинета. — Идём. Мародёры вместе с Шарлоттой вышли из уже практически пустого кабинета и направились прочь по коридору. Их шаги гулко отдавались в тишине, а настроение было приподнятым — впереди ждали обед и пара свободных часов. Но вдруг их остановил чей‑то резкий крик: — Поттер, стой! — послышался знакомый голос Снейпа. Друзья остановились и повернулись к источнику звука. Северус стоял рядом с парочкой таких же чистокровных «змей», как он, — прихвостней Тёмного лорда. Его лицо было искажено злобой, а пальцы нервно сжимались и разжимались. — Что тебе, Нюнчик? — лениво, с насмешкой спросил Джеймс, слегка наклонив голову. — Как тебе общаться с грязнокровками? — выплюнул Снейп, и его голос дрожал от ненависти. — Что ты сказал?! — вспылил было Поттер, делая шаг вперёд, но из своего кабинета очень вовремя показалась Минерва Макгонагалл. — Что здесь у вас происходит? — громко спросила профессор, окинув всех строгим взглядом. — Вы что, затеяли разборки около моего кабинета? Да и в целом в стенах этой школы? Живо сейчас все отправитесь к директору! — Мы просто разговаривали, профессор, — спокойно, почти небрежно отозвался Сириус, но в его глазах мелькнуло напряжение. — Мистер Блэк, вы сегодня особенно отличились. По тонкому льду ведь ходите, — строго произнесла Минерва, сдвинув брови. — Идите все отсюда, но я слежу за вами. Ученики медленно направились прямо по коридору, стараясь не показывать, насколько их задел этот инцидент. — Ревнуешь, Нюнчик? — сквозь зубы тихо проговорил Поттер, с торжествующей, но злой улыбкой на лице. — Ну ревнуй, ревнуй. А мы с Лили уже вместе, а ты нахрен никому не нужен. — Закрой свой рот, Поттер! — закричал Северус и уже хотел броситься на парня, но друзья его остановили, схватив за плечи. И вновь подоспела строгая Минерва, которая, как и обещала, следила за учениками. Её появление было столь внезапным, что все невольно замерли. — Да что ж это такое, вы сегодня всё моё терпение испытываете? — воскликнула профессор, её голос звучал устало, но твёрдо. — Вот что мне с вами делать? К директору идти? — Но профессор Макгонагалл, — начал Джеймс, вскинув руки в жесте невинности, — мы тут при чём? Это вон они до нас докапываются! — Уж вы бы помолчали, мистер Поттер, — отрезала женщина. — Слизеринцы, идите уже на следующие уроки, но не думайте, что это сойдёт вам с рук. Я ещё доложу вашему декану о том, как вы себя ведёте. А вы, — она повернулась к мародёрам и Шарлотте, — задержитесь, мои дорогие. Компания слизеринцев направилась дальше по коридору — они и правда пошли на следующий урок, бросая на мародёров злобные взгляды и проклиная их вполголоса. — Профессор Макгонагалл, а у меня сегодня день рождения, — как маленький ребёнок похвастался Сириус, пытаясь сменить тему. Он даже слегка улыбнулся, надеясь смягчить настрой профессора. — Очень рада за вас, мистер Блэк, поздравляю, — устало отозвалась женщина, потирая висок. — Поэтому вы решили меня сегодня окончательно довести? — Нет, вы что! Это случайно. И они сами к нам пристали, мы им слова не сказали, — поспешно заверил Сириус. — В честь вашего дня рождения, мистер Блэк, я прощаю вас, — вздохнула Минерва. — Но ещё хоть одна оплошность сегодня… Их было и так слишком много. Я только начала радоваться, что вы взялись за ум, и мне наконец‑то перестали жаловаться на вас профессора, а вы решили в один день всё это испортить. — Простите, профессор, — виновато заговорил Римус, опустив взгляд. — Оно правда как‑то случайно вышло. — Ладно уж, идите. Друзья улыбнулись, переглянулись между собой — в этих взглядах читалось и облегчение, и лёгкая насмешка над ситуацией — и прошли прочь по длинному коридору, громко смеясь над всей этой историей. Шарлотта шутливо толкнула Сириуса в плечо, Питер что‑то оживлённо рассказывал, а Джеймс, всё ещё немного взвинченный, размахивал руками, изображая Снейпа. Напряжение постепенно уходило, уступая место привычному дружескому веселью. —Постой, Джим, — вдруг опомнила Шарлотта, — а вы с Лили правда встречаетесь? —Не, я просто хотел его позлить, было интересно, что он может сделать кроме того, как ныть и угрожать. Да это и на угрозы то не особо похоже. —Ясно. *** Шумная компания мародёров вышла из гостиной Гриффиндора, они весело переговаривались и громко смеялись, нарушая привычную тишину замка. Они немного задержались: в это время практически все ученики уже были на ужине в большом зале. Друзья хохотали, вспоминая недавние шалости и смешные истории, которые случились с ними на прошлой неделе, — то, как они подшутили над Филчем, и как едва не попались, прячась в заколдованном шкафу. Ребята спустились на самый нижний этаж: от Большого зала их отделял всего один коридор, и они уже отчётливо слышали гул голосов и звон посуды, доносившиеся оттуда. Но вдруг дорогу им резко перегородили. Слизеринцы, решившие, что днём они не договорили, пришли расставить все точки над i. Северус Снейп, Эйвери, Мальсибер и Эван Розье — все четверо стояли плотной группой, с вызывающими выражениями лиц, явно готовые к «переговорам» с мародёрами. Воздух между двумя группами словно наэлектризовался, напряжение нарастало с каждой секундой. Но диалог не задался — и началась дуэль. — Вердимиллиус! — без лишних слов и предупреждений произнёс Эйвери и резко направил палочку на первого, кто попался на глаза, — им оказался Поттер. Из кончика его палочки вырвалась струя изумрудно‑зелёного света, но Джеймс ловко отразил заклинание: взмахнул палочкой, выкрикнул «Протего!» — и перед ним вспыхнул полупрозрачный серебристый щит. Заклинание Эйвери с шипением отскочило, оставив на каменной стене тёмное пятно. Джеймс не стал терять времени: — Фурункулюс! В сторону парня устремился пучок багровых искр, но тот с насмешливой улыбкой парировал атаку: — Рефлекто! Заклинание отразилось, рикошетом ударив в потолок — с него посыпалась штукатурка. В этот момент в бой вступил Эван Розье Он прицелился в Петтигрю: — Локомотор Мортис! Питер, совсем не ожидавший нападения, даже не успел среагировать. Его ноги мгновенно скрючились, будто скованные невидимыми цепями, и он, потеряв равновесие, отлетел на пару метров, врезавшись в стену. Глухой стук — и Питер сполз на пол, но тут же, задыхаясь от ярости, рванул палочку вверх: — Экспеллиармус! Заклинание пронеслось мимо Розьн, выбив щепки из дверной рамы. Питер с трудом поднялся, растирая ноющую спину, и приготовился к новой атаке. Сириус, не дожидаясь, пока на него кто‑нибудь нападёт, с горящими от азарта глазами развернулся к Снейпу: — Серпенсортиа! Из его палочки вылетела сверкающая серебристая лента, которая в воздухе мгновенно превратилась в шипящую чёрную змею. Она бросилась вперёд, но Снейп лишь холодно усмехнулся: — Протего! Магический щит вспыхнул голубоватым светом, и змея, наткнувшись на него, рассыпалась россыпью искр. Тем временем Мальсибер и Римус Люпин вступили в свою дуэль. Слизеринец атаковал первым: — Инкарцеро! Верёвки, возникшие из воздуха, устремились к Римусу, но тот увернулся, перекатился в сторону и выкрикнул: — Люмос Солем! Яркий луч солнечного света вырвался из его палочки, ослепив Мальсибера на мгновение. Тот инстинктивно заслонился рукой, а Римус уже готовил новое заклинание. Коридор наполнился хаосом: со всех сторон звучали резкие выкрики заклинаний, разноцветные вспышки озаряли стены, искры сыпались на каменный пол, а эхо магических разрядов гулко отдавалось в узких проходах. Воздух дрожал от напряжения, пахло озоном и чем‑то едким — вероятно, от столкновения мощных чар. — Что здесь происходит?! — раздался недоумевающий и сердитый голос профессора Макгонагалл. Она появилась в конце коридора, её строгие глаза метали молнии, а губы были сжаты в тонкую линию. — Ах, это опять вы… Но никто не успел отреагировать: Северус, не обращая внимания на появление профессора, резко выкрикнул: — Сектумсемпра! — и направил палочку прямо на Блэка. Сириус, на секунду отвлёкшийся на голос профессора, даже не заметил, как в него летит заклинание. Воздух перед ним рассекла невидимая сила — его резко отбросило в сторону, а на одежде в мгновение проступили тёмные пятна. На теле появились глубокие кровоточащие раны, будто нанесённые невидимым мечом. Испуганные слизеринцы переглянулись — в их глазах читался ужас от содеянного. Эйвери побледнел, Мальсибер отшатнулся, а Розье судорожно сглотнул. Не дожидаясь последствий, они бросились прочь, исчезая за поворотом так стремительно, что их мантии лишь мелькнули в полумраке коридора. В коридоре повисла тяжёлая тишина. Никто не понял, что это было за заклинание и что произошло на самом деле. В голове у каждого промелькнула пугающая мысль об убийстве, произошедшем прямо у них перед глазами, — но становиться соучастниками никому не хотелось. Джеймс бросился к другу, а Римус, побледнев, достал волшебную палочку, готовясь оказать первую помощь. *** Очнулся Сириус уже лёжа на кушетке в больничном крыле. Перед глазами всё плыло и двоилось, голоса эхом отдавались где‑то далеко — он едва мог разобрать, что именно говорили. В ушах стоял противный звон, а тело казалось невероятно тяжёлым, будто его придавило каменной плитой. — Мистер Блэк, — наконец услышал он знакомый голос мадам Помфри, и звук стал постепенно обретать чёткость. — Как вы себя чувствуете? — Нормально, — слабо отозвался парень, но ему показалось, что сделал он это совсем беззвучно: собственный голос прозвучал едва различимым шёпотом. — Посмотрите налево. Кто это — девушка рядом с вами? Узнаёте? Сириус с усилием повернул голову. Рядом стояла хрупкая девушка с каштановыми волосами, её лицо показалось хорошо знакомым. — Лотти, — тихо проговорил Сириус, но, чуть внимательнее вглядевшись, заметил, что вместо красного галстука Гриффиндора на шее девушки красуется синий — знак Когтеврана, — Агата... — Верно. Ну, почти узнаёте людей. Думаю, своего друга точно узнаете? — в голосе мадам Помфри прозвучала лёгкая улыбка. Сириус перевёл взгляд чуть дальше и увидел Джеймса, который стоял прямо за мадам Помфри, весь взъерошенный и нервный. — Джеймс, — сказал Блэк, и на мгновение его губы дрогнули в слабой улыбке. — Так, всё. Больному требуется отдых. Идите все из палаты, — решительно произнесла мадам Помфри. — Поправляйся, Сириус, — тихо сказала Агата, погладив парня по руке. Она бросила на него тревожный взгляд и быстро вышла из палаты. Вслед за девушкой мадам Помфри выпроводила и троих друзей Сириуса. Вот только не надолго. — Ну прошу вас, — умоляюще повторял Джеймс, выглядывая из‑за двери. — Ну две минуты я с ним поговорю, ну позвольте! Я только пару слов скажу, честное гриффиндорское! — Мистер Поттер, ему нельзя нервничать. А надо лежать и отдыхать. Вы же хотите, чтобы ваш друг поскорее поправился? — строго, но не без сочувствия ответила мадам Помфри. — Ну две минуты, — не унимался Джеймс. — Я тихо, честно! — Ладно, — вздохнула целительница. — Но только один человек, и только на минуту. И без лишних эмоций! Джеймс, не дослушав слов женщины, буквально влетел в палату, едва не споткнувшись о порог. — Бродяга, как ты нас напугал! — затараторил Джеймс, присаживаясь на край кушетки и сжимая руку друга. — Мы уж думали — всё, конец. Этот нюнчик… Ну мы ему потом ещё ответим! Кстати, с этой Агатой сейчас забавно вышло. Она и правда чем‑то на Лотти похожа — вот ты и перепутал. Странно, что она никак не отреагировала, что ты её сперва другим именем назвал. Будто бы здесь можно было и обидеться, а? — А где, кстати, Лотти? — с трудом выговорил Сириус. — Слушай, она, по‑моему, ничего и не знает… Мы не успели ей ничего сказать. А Агата эта узнала от своей подружки, которая сюда пришла за какими‑то лекарствами — а ты как раз тут лежишь. — Так, всё, — послышался голос мадам Помфри, которая зашла в палату и строго посмотрела на Джеймса. — Мистер Поттер, время вышло. Больному надо отдохнуть. — Ну пока, бродяга, — Джеймс слегка сжал руку друга. — С днём рождения тебя. Отличный праздник получился, да? — Просто незабываемый, — через боль усмехнулся Блэк, и в его глазах мелькнула искра привычного озорства.