Акт 4. Глава 4. Шансы.

Они ехали до самого вечера. Солнце уже касалось горизонта, вытягивая длинные тени от деревьев, воздух стал заметно холоднее. Кега не считал километры, просто давил на газ, пока дорога не кончится, или пока не кончится бензин. Впереди показался чёрный, обугленный остов с выгоревшим салоном. Из переднего бампера торчала кривая, ржавая арматура, а на ней шевелился насаженный, как на вертел, мертвец. Его кожа обуглилась, потрескалась и облезала кусками, открывая чёрное, обгоревшее мясо. Он ещё двигался, дёргал головой, открывал рот и щёлкал челюстью, тянув руки к проезжающей машине. На борту, машины читалось одно слово, "СЭНДИ". Оно, кажется, было написано кровью ещё живого владельца, сейчас насаженного на арматуру. Кега замедлился, объезжая машину по встречке. Он всмотрелся в надпись, затем в мертвеца, который всё ещё тянул к ним обугленные пальцы. Ничего не сказав, парень просто зажал газ, и поехал дальше. Кто-то на заднем сидении тяжело вздохнул. – Это они так... – Отворачиваясь в противоположную сторону сказал Зиокс. Потрескавшаяся дорога тянулась до горизонта, с обеих сторон сжимаемая деревьями. Молчаливый лес по сторонам стоял глухой стеной. Ни птиц, ни зверей, ни ветра, как будто всё живое давно ушло отсюда, или никогда не жило. Тишину нарушал лишь шелест шин. Дорога тянулась бесконечной лентой, лес стоял стеной, а они ехали молча, вжавшись в сиденья. Через пару минут, Кега остановил машину. – Всё. – Он выдохнул, и откинулся на сиденье. – Нужно где-то переночевать. Темнеет. Зиокс бросил взгляд на лес, и на темнеющее небо. – Как в тот раз? – спросил он. – Прям вот так, в лесу? – Кега кивнул, затем открыл дверь и вышел, держась за перевязанное плечо. Они зашли в лес чуть глубже, отойдя от дороги на несколько десятков метров. Даша шла, отпустив глаза к ногам. Лес был пустым – ни шороха, ни писка, тут не было даже ветра. Но ей всё время казалось, что кто-то смотрит из-за каждого ствола. Слышно было лишь из движение, и дыхание. Кега сделал несколько шагов и вдруг остановился. Деревья разошлись, открыв маленький, заросший травой пятачок. – Костер кто-нибудь умеет разводить? Я сейчас не смогу. – спросил он, глядя на остальных. – Да, учили. – отозвался Зиокс. – Вперёд. – кивнул Кега, а сам направился к машине. Он открыл багажник, порылся внутри. Нашёл какие-то старые и пыльные тряпки. Вытащил их, отряхнул от пыли как смог. К нему тихо подошла Даша, она молча протянула стеклянную бутылку. Кега взял, плеснул на тряпку, и прижал к ране на плече. Жидкость тут же впилась в открытую плоть, он зашипел сквозь зубы, сжимая челюсти. Перевязав рану одной рукой, парень протянул бутылку обратно Даше, слегка кивнув. – Спасибо. Девушка кивнула в ответ, пряча глаза. Когда он вернулся к поляне, костёр уже горел. Зиокс сидел на корточках, подкладывая ветки. С боку лежал лом. – Тут кстати трупов совсем нет, ни следа. – обратился он к шедшему в его сторону Кеге. Аконит и Даша устроились рядом на поваленном бревне. Костёр разгорелся, и впервые за весь вечер в лесу застрекотали сверчки, заполняя тишину привычным ночным звуком. Кега присел к костру, и вытянул ноги к огню. Сверху, сквозь поредевшие кроны, уже проступали яркие звёзды. Некоторое время все сидели молча. Слышно было лишь как потрескивают ветки в костре, и сверчков где-то за пределами слышимости. – Нам... Нужно об этом поговорить, – Тихо сказала Аконит, глядя в огонь. Кега снова кивнул, будто ждал повода, затем начал. – Они нелюди. То, что я видел, пока бегал по коридорам... Полный мрак. Творили они всё, на что фантазии хватало. – Он помолчал. – Я там, в коридоре убил живого человека. Вы видели. Аконит зажмурилась, сжала веки, будто пыталась стереть картинку из памяти. Зиокс положил руку Кеге на здоровое плечо, чуть сжал. – Он человеком не был. – тихо сказал Зиокс. Голос его звучал почти без сомнений. – Он... делал очень плохие вещи. Очень. Он заслужил. Когда меня тащили в комнату, я пытался сопротивляться. И вот... – Он указал пальцем на свой фиолетовый фингал. Даша подняла свои красные глаза. – Да, – сказала она тихо. – Они заслужили... это точно, все они. Кега тяжело вздохнул. Он смотрел в огонь, пытаясь не думать о том, как его лезвие вошло в глаз, как хрустнуло, как тело оседало на пол. Как он сделал это осознанно, и целенаправленно. Затем парень перевёл взгляд на Дашу. – Тебе идёт, – Сказал он, указывая пальцем. – Прическа. – И улыбнулся. Чуть-чуть, только уголками губ. Даша дотронулась до коротких волос, и убрала руку. Она немного покраснела, попыталась улыбнуться, не вышло. Но взгляд стал чуть теплее. Минуту или две все молчали. Сверчки запели громче. Костер потрескивал, выбрасывая искры в тёмное небо. Потом Аконит снова заговорила. – Я скучаю по нему, – сказала она. Голос дрогнул. – По Форчизу... Он мне очень часто снится. Мы сидим где-то, разговариваем, всё хорошо... А потом я просыпаюсь, и его нет. Она замолчала, сглатывая ком в горле. Глаза её наполнились слезами, они блестели в свете костра. – Я скучаю... – повторила она совсем тихо. – Очень. – Даша подвинулась ближе, положила руку ей на плечо, притянула к себе, и обняла. Аконит уткнулась лицом ей в плечо, и затихла. Кега смотрел в огонь. Дождался, пока она немного успокоится, потом заговорил снова. – Они спрашивали нас про Циклон, – сказал он. – Мы ведь видели те документы. Помните? В каком-то сарае. Там ещё... На двери дома были какие-то знаки. – Он помолчал, смотря на всех троих. – Наверное, это что-то большое. Зиокс кивнул. – Да, блин. Можно... поехать туда, – сказал он. – Ну, в Чикаго. – Кега посмотрел на него, и перевёл взгляд на девушек. – Да, – сказал он медленно. – Думаю, есть шанс, что наши с фермы... – Он сглотнул, пытаясь правильно подобрать слова. – Что мы их не встретим. Но... мы можем поехать в Циклон. И, может, у нас будет шанс, не встречать больше таких, как те психи. Сверчки пели сильнее. Костер трещал, выбрасывая искры в звёздное небо. Где-то вдалеке тихо запели птицы. Четверо сидели у огня, каждый глядел в темноту, и думал о чем-то своём.