Акт 4. Глава 13. Ты – Циклон!

Братья вышли в коридор, их сразу подхватил плотный, медленно движущийся поток. Люди стекались со всех сторон, из боковых проходов, с верхних этажей, по лестницам, и все двигались в одну сторону, к распахнутым дверям главного зала, откуда бил яркий свет. Тюфель молча двигался вперёд, низко опустив голову засунув руки в карманы, и изредка косясь по сторонам. Человек держался рядом, и краем глаза замечал, как люди расступаются, давая дорогу, как кто-то кивает, а кто-то отворачивается. Главный зал находился в самом сердце завода, в помещении, которое когда-то, видимо, служило цехом или сборочным участком. Теперь помещение переоборудовали, убрав лишние перегородки, расчистив пространство, и поставив длинные скамейки со стульями, сколоченными из досок и фанеры. Но их всё равно не хватало. Большинство людей стояло, прижавшись друг к другу плечами. Человек оглядывался по сторонам. – Сколько же тут людей... Они с трудом протиснулись внутрь, нашли место у стены, и Тюфель тихо выругался сквозь зубы, потирая плечо, которое кто-то задел локтем. Свет выключили внезапно. Толпа затихла, и в густой темноте слышалось только тяжёлое дыхание, шорох ткани, и где-то в конце зала жалобно скрипнула половица. Яркая вспышка света ударила сверху, на мгновение ослепив толпу. Свет лился с балкона, который выглядел как смотровая площадка. Одна лампа била резким жёлтым светом, выхватывая из темноты фигуру, стоящую на балконе. Вортекс не спеша вышел, и остановился у самых перил. Он провёл ладонью по рукаву, одёрнул манжет, потом поправил стрелку на брюках и едва заметно кивнул сам себе, глядя на свои туфли, которые тускло блестели в свете лампы. Приглаженные волосы были убраны назад, и слегка блестели. Мерл стоял чуть позади, на полшага от мужчины. Тюфель поднял голову и сразу наткнулся на его взгляд, смотрел он не на толпу, он смотрел прямо на них. Тюфель дёрнул брата за рукав, кивнул вверх, и презрительно шепнул. – Щас мы будем слушать недо-речь. Человек толкнул его локтем в бок, не отрывая глаз от балкона. Шум в толпе стих. Вортекс молчал несколько секунд, и в этой тишине его слова прозвучали особенно весомо. – Я знаю, что многие из вас уже слышали, – Спокойно начал он, и его ровный голос разнёсся по залу. – А некоторые, возможно, ещё нет. Недавно произошёл несчастный случай. На вылазке, за периметром, на одного из наших людей напали. Его доставили в Циклон, медики делали всё, что могли, но травмы оказались слишком тяжёлыми, и он умер совсем недавно... Вортекс сделал паузу, опустил голову, поглядывая на толпу. Внизу никто не шевелился, где-то в глубине зала тяжело вздохнул грузный мужчина. – Его звали Джон, – продолжил Вортекс, поднимая голову. – Он был сыном одного из наших поваров. И Джон был одним из тех, кто выходил наружу, чтобы циклон мог жить. Кто приносил еду, воду, лекарства, запчасти, топливо - всё, что нужно, чтобы мы могли здесь оставаться. Парень делал это не раз, он знал, на что идёт. Он медленно перевёл взгляд куда-то в толпу, туда, где, наверное, стоял его отец. – Я не намерен говорить, что смерть Джона была подвигом... – сказал Вортекс, в его голосе слышалась твёрдость. – Он просто делал свою работу, делал её хорошо. И благодаря ему, и таким, как он, циклон стоит. Благодаря им у нас есть еда, вода, крыша над головой. Благодаря таким смелым, и самоотверженным людям, мы можем не бояться, что завтрашний день не наступит. – Складно говорит – Заметил Тюфель. Вортекс снова замолчал, в этой тишине кто-то кашлянул, а кто-то переступил с ноги на ногу. – Фрэнк... – сказал Вортекс, глядя в ту же сторону, уже более тихим и мягким голосом. – Мы с тобой. Если тебе что-то нужно - скажи. Мы тебе поможем, я лично помогу тебе... Мужчина выдержал паузу, давая этим словам осесть, потом выпрямился, и его голос стал громче. – Но я хочу, чтобы вы поняли, чтобы знали. Джон погиб не зря. Всё, что он делал, всё, что делаете вы, - это не просто работа. Это то, благодаря чему циклон растёт. Нас становится больше. С момента развала всего мира, в поселении появились первые дети. Это значит, что мы здесь не просто выживаем, мы по настоящему живём. Мы строим то, что останется после нас. Мы строим место, где можно не бояться, где можно растить детей, где можно быть людьми, а не зверями, которые прячутся по норам, и убивают друг друга. Взгляд его медленно скользнул по залу, от первых рядов до самых дальних углов, и в глазах зажглось что-то живое. Он снова начал, тихим голосом. – Посмотрите на себя. Посмотрите на тех, кто стоит рядом с вами. Мы не просто выжившие. Мы - Циклон! – Мужчина указал пальцем на толпу. Казалось, он обращается к каждому по отдельности. – Мы - те, кто не сдался, кто не ушёл умирать в лес, кто не стал частью той орды, что бродит в Чикаго. Мы остались людьми, построили цивилизацию. И пока мы вместе, пока работаем, пока держимся друг за друга - никто и ничто нас не сломает. Ни мертвые, ни голод, ни холод. Потому что мы - это циклон. И мы сильны. Он замолчал, на секунду в зале повисла плотная тишина. А потом кто-то неуверенно хлопнул. Потом другой. И через несколько секунд искренние аплодисменты разнеслись по всему залу. Люди хлопали, кивали друг другу. Тюфель посмотрел на людей вокруг себя, много кто улыбался, а кто-то просто гордо стоял с поднятой головой. – Черт, Фрэнк. Надо будет... поговорить с ним. – Человек положил руки на пояс, и опустил голову. Вортекс в это же время медленно поднял руку, и аплодисменты стихли. Он подождал, пока в зале воцарится тишина, и глядя на людей сверху вниз, он сказал. – А теперь, пора. Возвращайтесь к своим делам. Работа не ждёт. Он развернулся и ушёл с балкона. Мерл задержался на секунду, глядя вниз, туда, где стояли братья, а потом скрылся следом. Толпа начала постепенно расходиться. Люди двигались к выходу, переговариваясь, и голоса их звучали иначе. В них не было ни напряжённой тишины, ни приглушённого страха. Они звучали намного живее. Человек стоял, прислонившись к стене, и смотрел на опустевший балкон, нахмурившись. – А начинал то он, с мёртвого солдата... Так осторожно съехал с темы. Тюфель покосился на брата, и кивнул. – Хм, я даже как-то не уловил... Человек задумался, и сказал. – Знал я одного, кто тоже любил говорить перед толпой.– Тюфель снова открыл рот, чтобы что-то сказать, но Человек перебил. – Не важно. Идём проситься на вылазки, и не ворчи. Тюфель скривил лицо, и посмотрел на него. А затем сказал. – Ты меня уже достал. Мы только пришли, а ты наружу хочешь? Там эти... – Он посмотрел на Человека, Пилящего его своим взглядом, и на секунду замолчал. – Если нас сожрут - я тебе всё припомню. – Припомнишь. Они вышли в коридор и пошли к выходу. Мимо них то и дело проходили люди, но никто не смотрел в их сторону, каждый был занят своим делом. У двери, у самой стены, стоял солдат с чёрными полосами на рукавах, крепко сжимая свой навороченный автомат. Солдат смотрел куда-то в сторону, но когда братья подошли, перевёл взгляд на них. – Мы хотим предложить себя, – Спокойно сказал Человек. – Для вылазок. Ну, за периметр. Солдат оглядел их с ног до головы. – Если вам нужно оружие, рюкзаки, или защита, то это не бесплатно, предупреждаю. – Ещё чего, – фыркнул Тюфель, шагнув вперёд. — Мы же для вас работать идём, рисковать башкой, а вы с нас ещё... – И сколько? – спросил Человек, даже не глядя на брата. – Десять шайб, на двоих. Да, дорого, но как есть. Тюфель поднял брови, и открыл рот, чтобы высказаться, но Человек уже полез в карман. Он вытащил дюжину монет, и отчитал от них десять. – Хорошо, ждите здесь, – произнёс солдат, взял монеты и ушёл в боковой проход. – Это же охренеть как дорого, – сказал Тюфель, когда солдат скрылся из виду. – Какого хера? За что мы заплатили? На эти деньги можно неделю хату снимать... – Он взялся за голову. Человек сунул две оставшиеся монеты обратно в карман, поднял глаза, и посмотрел на открывающуюся входную дверь. Внутрь вошли две фигуры. Девушка шла первой, винтовка висела у неё на плече, пристёгнутая ремнём. Волосы, собранные в хвост на затылке, когда-то красные, теперь потемнели. Краска выцвела, и они стали ближе к бурому. Она вытерла грязь со своего усталого лица, глаза её смотрели на всё цепко. Парень, идущий рядом с ней был в бронежилете, надетом задом наперёд. Он то и дело поправлял его, будто никак не мог привыкнуть. Девушка подняла голову и встретившись с Человеком взглядом, замерла на месте. Она стояла не двигаясь. Глаза её расширились, рот приоткрылся, она будто хотела что-то сказать, но слова не шли. Человек смотрел на девушку, на её лицо, на волосы, на винтовку, и почувствовал, как его сердце ускоряется. – Чё застыл? – Произнёс всё ещё недоумевающий Тюфель. – Ты как хочешь, а я сейчас спать, не до вылазок мне.