Часть 1. Эхо Угасших Звезд

Июль 2013 года. Аркадия-Бэй, Орегон. Смерть была обжигающей, быстрой и на удивление… бесславной. Последним, что увидел Армитаж Хакс, был потолок звездного разрушителя, искаженный вспышкой бластерного выстрела. Никакого последнего слова, никакого грандиозного финала для генерала Первого Ордена. Лишь короткая, резкая боль и погружение в небытие. Он ожидал вечного покоя, заслуженного или нет, но точно не этого. Этим «этим» было пробуждение. Резкое, дезориентирующее, в теле тринадцатилетнего подростка, которое его собственное, уставшее тридцатишестилетнее сознание поглотило, словно черная дыра поглощает заблудшую звезду. Ассимиляция прошла почти мгновенно, оставив после себя лишь призрачные тени детских воспоминаний, которые теперь ощущались как просмотр чужого фильма. Имя осталось прежним – Армитаж Хакс. Но мир был другим. До смешного примитивным, лишенным гипердвигателей, бластеров и вечной галактической войны. И, хвала Силе, или чему бы то ни было, что устроило этот фарс, в этом мире не было Кайло Рена. Одно это уже делало его существование почти сносным. Самым странным и оглушающим открытием стала семья. Здесь у него были родители. Не отец-тиран, видевший в сыне лишь инструмент для удовлетворения собственных амбиций, а Брендан Хакс – высокий, немного уставший, но добрый мужчина с мозолистыми руками и честным взглядом. Полицейский. И Элеонора Хакс – женщина с теплыми ладонями и запахом свежей выпечки, которая обнимала его не по расписанию, а просто так. Они его любили. По-настоящему. Понимание этого простого факта заняло у Хакса почти год, год недоверия и подсознательного ожидания удара в спину, который так и не последовал. Четыре года он прожил этой новой, чужой жизнью, которая постепенно становилась его собственной. Четыре года он был прилежным сыном, гениальным учеником, чьи знания далеко опережали местную научную доктрину, и подростком, пытающимся мимикрировать под окружающую среду. Месяц назад судьба, или скорее служебная необходимость, забросила их семью в сонный прибрежный городок Аркадия-Бэй, штат Орегон. Отца перевели в местное полицейское управление, а мама, не желая сидеть без дела, устроилась официанткой в закусочную «Два кита». Для Хакса, с его багажом знаний, поступление в престижную местную академию Блэквелл на полную стипендию было не сложнее, чем рассчитать траекторию турболазерного залпа. Он даже не вспотел, проходя тесты. Это было скучно. Сегодняшнее утро было типичным для Аркадии-Бэй в июле. Солнце пробивалось сквозь вечнозеленые сосны, воздух был наполнен влажным запахом океана и хвои. Хакс шел по направлению к «Двум китам», наслаждаясь редким моментом умиротворения. Он не носил форму Первого Ордена, отутюженную до хруста. На нем были простые черные джинсы, серая футболка и легкая черная куртка. Рыжие волосы, которые он раньше зачесывал с военной строгостью, теперь были немного длиннее и лежали в управляемом беспорядке. В свои семнадцать он выглядел старше. Не физически, а взглядом. Во взгляде его зеленых глаз иногда проскальзывало нечто такое, от чего собеседники невольно ежились – холодная оценка, привычка анализировать и видеть слабые места. Он старался это скрывать. На парковке у закусочной он увидел знакомый побитый пикап. Возле него, прислонившись к двери, стояла Хлоя Прайс. Дым от сигареты лениво поднимался к чистому небу. Хакс познакомился с ней почти сразу по приезде. Их матери, Джойс и Элеонора, быстро нашли общий язык, работая в одном месте, и как-то раз представили детей друг другу. Для любого другого Хлоя была бы проблемой. Ходячей катастрофой с синими волосами, вызывающим поведением и аурой гнева, которую можно было почувствовать за милю. Но Хакс, бывший генерал, видевший ярость, отчаяние и фанатизм в галактических масштабах, смотрел на нее и видел нечто иное. Он видел не бунт ради бунта, а отчаянную попытку удержаться на плаву в океане горя. Он видел боль от потери отца, усугубленную предательством лучшей подруги Макс и недавним, таинственным исчезновением Рэйчел Эмбер. Ее гнев был броней, и Хакс, как никто другой, понимал ценность хорошей брони. Он кивнул ей и негромко окликнул: — Прайс. Хлоя обернулась. Ее лицо, обычно напряженное и настороженное, на мгновение смягчилось. — Хакс. Какого черта так рано? Пришел мамочку проведать? Ее голос был хриплым от сигарет, пропитанным сарказмом, но беззлобным. Это была их манера общения. — Кто-то должен следить, чтобы ты не спалила это место дотла своим дурным настроением, — ровным тоном ответил он, подходя ближе. — И да, пришел выпить кофе, который не похож на разбавленную грязь, в отличие от того, что ты пьешь. Хлоя фыркнула, выпустив колечко дыма. — Эй, не наезжай на мой кофе. Он черный, как моя душа. — Твоя душа не черная, она просто в синяках, — заметил Хакс, и это было сказано так обыденно, что не прозвучало ни как оскорбление, ни как жалость. Просто констатация факта. Это было то, что притянуло Хлою к нему. Он не пытался ее «исправить». Не читал нотаций, не сыпал банальностями вроде «все наладится». Он просто… понимал. Когда она в ярости рассказывала о Дэвиде, своем отчиме-солдафоне, Хакс слушал с непроницаемым лицом и кивал, а потом мог заметить: «Тактика запугивания и тотального контроля эффективна для подавления воли необученных рекрутов, но абсолютно контрпродуктивна в семейных отношениях. Он плохой стратег». Это было так странно и так по-взрослому, что Хлоя не могла не проникнуться уважением. Во всем этом сонном городке, полном фальшивых улыбок и скрытых тайн, у Хакса было всего два человека, которых он мог назвать… союзниками. Хлоя Прайс, девятнадцатилетняя бунтарка с разбитым сердцем, и Стеф Гингрич, двадцатилетняя королева настольных игр, которую они встретили в парке у маяка. Странная компания, если задуматься. Бывший имперский генерал, панк-девушка и гик. Но это работало. Он помог Хлое расклеивать плакаты о пропаже Рэйчел. Ночью, когда город спал, они бродили по улицам, и пока Хлоя яростно мазала клеем столбы и стены, Хакс методично выбирал самые заметные точки, рассчитывая пешеходный трафик и угол обзора. А потом он сделал то, за что Хлоя была ему по-настоящему благодарна. Он попросил отца. Неофициально. — Пап, тут у подруги девушка пропала, Рэйчел Эмбер. Полиция, кажется, не особо чешется. Ты мог бы просто… посмотреть, что там на самом деле? Какие есть зацепки, о которых не говорят гражданским? Брендан Хакс посмотрел на сына долгим, внимательным взглядом. Он давно понял, что его сын – не обычный подросток. Но он был его сыном. — Я посмотрю, Армитаж. Но ничего не обещаю. И ты в это не лезешь, понял? Хакс кивнул. Он и не собирался лезть. Пока. Информация – вот что было главным оружием. И он получил ее. Ничего конкретного, но достаточно, чтобы понять: дело Рэйчел было куда грязнее, чем казалось. Отец упомянул о ее связи с местным наркоторговцем Фрэнком Бауэрсом и о том, что в ее деле было слишком много «слепых зон». Хакс передал это Хлое, опустив некоторые детали, чтобы не давать ложных надежд, но дав понять, что поиски нужно продолжать. — Есть новости от твоего отца? — спросила Хлоя, потушив сигарету о подошву своего ботинка. — Ничего нового, — покачал головой Хакс. — Тихо. Слишком тихо. Это нехороший признак. Они замолчали. Хлоя смотрела на плакат с улыбающимся лицом Рэйчел на доске объявлений у входа в закусочную. Хакс смотрел на Хлою. Он видел, как за секунду ее лицо прошло через калейдоскоп эмоций: надежда, гнев, отчаяние и снова глухая боль. — Пойдем внутрь, — сказал он. — Уверен, Стеф уже там. Сегодня финал нашей кампании. Твой варвар должен наконец разнести череп тому личу. Именно Хакс затащил Хлою в мир настольных ролевых игр. Сначала она отнекивалась, называя это «херней для ботаников». Но Хакс и Стеф были настойчивы. Стеф, с ее заразительным энтузиазмом, создала для Хлои персонажа – яростную варваршу с огромным топором, которая решала все проблемы самым прямым способом. И это сработало. Выплескивать свою ярость на кубики и воображаемых монстров оказалось на удивление терапевтическим занятием. Иногда к ним присоединялась Стеф. Она была мозговым центром и душой их маленькой компании. Хакс, с его тактическим гением, отыгрывал хитроумного плута, просчитывающего каждый ход наперед, а Хлоя… Хлоя просто крушила все на своем пути. Это был идеальный баланс. Они вошли в закусочную. Запах жареного бекона, кофе и чего-то сладкого окутал их. За стойкой стояла Джойс, мама Хлои, и с улыбкой протирала стакан. Рядом с ней, принимая заказ, стояла Элеонора Хакс. Она подмигнула сыну. — Привет, мам, — сказала Хлоя, плюхнувшись на стул у стойки. — Привет, милая. Привет, Армитаж. Кофе? Блинчики? — Мне двойной эспрессо и порцию ваших лучших блинчиков с черникой, миссис Прайс, — с вежливой улыбкой сказал Хакс. — А мне просто кофейную жижу и сигарету, — буркнула Хлоя. — Сигарету ты получишь на улице, а кофейную жижу я тебе сейчас организую, — беззлобно ответила Джойс. Джойс Прайс была искренне рада, что в жизни ее дочери появился Хакс. После исчезновения Рэйчел Хлоя замкнулась, стала еще более агрессивной и связалась с этим мутным типом, Фрэнком. Армитаж был совсем другим. Сын полицейского, гений, получивший полную стипендию в Блэквелле. Да, он был странным. Иногда в его суждениях проскальзывала такая холодная, взрослая логика, что Джойс становилось не по себе. Но она списывала это на его выдающийся интеллект. Главное, он хорошо влиял на Хлою. Он не потакал ее худшим порывам, но и не осуждал их. Он просто был рядом. И он привел с собой Стеф, милую, улыбчивую девушку, которая смогла увлечь Хлою чем-то, кроме саморазрушения. За одним из столиков в углу уже сидела Стеф Гингрич, раскладывая на столе листы персонажей, кубики и ширму Мастера. На ее лице играла предвкушающая улыбка. — Ну что, команда «Хаос и Порядок», готова к гранд-финалу? — весело спросила она, когда Хакс и Хлоя подошли к ней со своими заказами. — Мой топор жаждет крови! — прорычала Хлоя, делая большой глоток кофе. — Мои отмычки и кинжалы наготове, — спокойно добавил Хакс, аккуратно разрезая блинчик. Их игра была для Хакса любопытным экспериментом. В мире, где все решала огневая мощь и численность, концепция маленького отряда, полагающегося на хитрость, удачу и уникальные навыки, была свежей. Он подходил к игре со всей серьезностью бывшего генерала. Анализировал слабости врагов, составлял планы атак, использовал окружение. Стеф, как Мастер игры, была в восторге. Она никогда не видела, чтобы кто-то играл в плута с такой дьявольской эффективностью. Хлоя же просто наслаждалась возможностью безнаказанно крушить. Внезапно дверь закусочной открылась, и на пороге появился Дэвид Мэдсен. В своей вечной униформе охранника Блэквелла он выглядел неуместно в уютной атмосфере «Двух китов». Его взгляд тут же нашел Хлою. Лицо напряглось. — Хлоя. Я думал, мы договаривались, что ты помоешь посуду, прежде чем уходить. — Я помою, — огрызнулась Хлоя, не отрываясь от своего листа персонажа. — Когда закончу. — Ты закончишь сейчас. Атмосфера за столом мгновенно накалилась. Хлоя уже открыла рот, чтобы выдать тираду, но Хакс поднял руку, даже не посмотрев на Дэвида. — Доброе утро, мистер Мэдсен, — ровным, холодным тоном произнес он. — Мы сейчас заняты. Хлоя поможет вам, как только мы завершим наше важное дело. Взгляд Дэвида переместился на Хакса. В нем читалась неприкрытая неприязнь. С самого начала этот парень ему не нравился. Слишком умный, слишком спокойный, слишком… взрослый. Но потом Дэвид узнал, кто его отец. Сержант Брендан Хакс. Человек, с которым ему теперь предстояло работать. И это меняло все. Устраивать сцены перед сыном коллеги, да еще и офицера полиции, было бы крайне неразумно. — Важное дело? — фыркнул Дэвид. — Играете в свои детские игры? — Мы занимаемся развитием стратегического мышления и навыков командной работы, — все так же бесстрастно ответил Хакс. — Уверен, вы, как человек военный, понимаете важность подобных тренировок. Мы не будем долго. Максимум час. Формулировка сбила Дэвида с толку. Он ожидал подросткового хамства, но получил вежливый, почти официальный ответ, который, тем не менее, ясно давал понять: «отвали». Поколебавшись секунду, он бросил на Хлою гневный взгляд и процедил: — Час. И ни минутой больше. Он отошел к стойке, чтобы взять кофе с собой. Хлоя с ненавистью смотрела ему в спину. — Ненавижу его, — прошипела она. — Казарму дома устроил. — Его проблема в том, что он пытается применять армейский устав там, где нужны дипломатия и компромисс, — заметил Хакс, делая глоток эспрессо. — Это обречено на провал. Не обращай внимания. Итак, Стеф, на чем мы остановились? Ах да. Мой плут пробрался в крипту и готов деактивировать магические ловушки у саркофага лича. Стеф с благодарностью улыбнулась ему и снова погрузилась в мир фантазий, увлекая за собой Хлою. Напряжение спало. Хакс снова победил, не обнажив оружия. Его оружием были слова и знание психологии противника. Дэвид был простым солдатом. Против генерала у него не было шансов. Это перерождение было шансом. Шансом на жизнь без постоянного давления, без страха быть убитым за малейшую ошибку. У него не было грандиозных планов по захвату этого мира. Зачем? Он был слишком примитивен и хрупок. Хакс хотел покоя. Он нашел двух неплохих подруг, которых понимал и которые, как ни странно, принимали его таким, какой он есть. Впереди была учеба в Блэквелле. Скучная, но необходимая формальность. Он уже знал физику и математику на уровне, который местным ученым и не снился. Генерал Первого Ордена по определению не мог быть неучем, даже если его специализацией была тактика и вооружение. Чем заняться после школы? Мысль была новой и непривычной. В прошлой жизни его путь был предопределен с рождения. Здесь… здесь были варианты. Он мог бы пойти по стопам отца. Физическая форма у него была отличной – ежедневные тренировки стали неотъемлемой частью его жизни еще со времен академии Первого Ордена. Но мысль о подчинении местным офицерам вызывала у него внутреннее содрогание. Возможно, стоило выбрать что-то совершенно иное. Что-то, что было бы полной противоположностью его прошлой жизни. Он посмотрел на увлеченное лицо Стеф, которая с азартом описывала древние руны на стенах подземелья. Разработка игр. Создание целых миров, подчиняющихся своим законам. Вместе со Стеф поступить в колледж в Сиэтле… Эта мысль была неожиданной и странно притягательной. Создавать, а не разрушать. Какая ирония. Он бросил взгляд на Хлою. Она смеялась, громко и немного надрывно, когда ее персонаж одним удачным броском кубика снес голову скелету-стражу. В ее глазах на мгновение зажглась жизнь. Да, эта компания была странной. Но, возможно, именно в этой странности и заключался его шанс на искупление. Не перед кем-то, а перед самим собой. За окном проехала патрульная машина. За рулем сидел его отец, Брендан Хакс. Он мельком взглянул на закусочную, увидел сына в компании девушек и едва заметно улыбнулся. Он был рад, что Армитаж нашел друзей. Хакс поймал его взгляд и коротко кивнул. В этом простом жесте было больше тепла и взаимопонимания, чем во всех его разговорах с отцом в прошлой жизни. Да. Определенно, это был шанс. Но тень Рэйчел Эмбер все еще висела над этим городом. И Хакс, с его опытом чтения между строк и пониманием того, как устроен мир – любой мир – чувствовал, что буря только начинается. И когда она разразится, его навыки генерала могут оказаться куда нужнее, чем он предполагал. Аркадия-Бэй была не так проста, как казалась. И в ее тихих омутах водились чудовища похуже вымышленных личей.