Глава 15

Настала пятница, 15 октября, а это означало, что сегодня Элли, отложив все тревожные мысли о расследовании происходящего в школе и исчезновении её родителей, сойдётся в дуэли с заносчивой и бесцеремонной Асторией Криккет. На завтраке из их разношёрстной слизеринской компании присутствовали исключительно девочки. Двое самых горячих и желанных пятикурсников слизерина снова запропастились невесть где, но и без них разговор шёл достаточно слаженно. Лишь Нерида сидела неподвижно, так и не притронувшись к горячей еде, что остывала на её тарелке, полностью погружённая в свои мысли. Её взгляд был пуст, словно она смотрела сквозь стены замка, в свою собственную, невидимую печаль. Элли же была не на шутку встревоженной. Ощущение тяжести нарастало в желудке, словно там лежал не завтрак, а булыжник, из-за предстоящего сражения, вызывая нестерпимый, острый приступ изжоги. Она понимала переживания подруги, всё ещё терзавшей себя из-за поражения на прошлой неделе, и решила её подбодрить. — Нэри, как дела? О чём задумалась? — голос Элли был мягким, но в нём слышалось напряжение, которое она старалась скрыть. — О, да так, о своём, — неразборчиво пробормотала она, едва шевеля губами, и снова замолчала, отстраняясь. Но Гринн не готова была так просто отступить. К тому же, это отвлекало и её саму от навязчивых мыслей о ненавистной когтевранке. — Слушай, мне-то можешь сказать, если тебя кто-то или что-то тревожит, — тепло улыбнувшись, с заботой в голосе сказала новенькая. Понизив голос Робертс прошептала так, чтобы никто кроме Элли её не мог услышать: — Я получила письмо от представителя Водного народа, с которым пыталась связаться с начала года, — её голос звучал возбуждённо, но в нём слышались нотки печали. — Он просит прибыть меня на встречу с ним в подводную пещеру… — Так это же замечательно, — воскликнула Гринн, но тут же оборвала себя, увидев, что приковала к себе взгляды сокурсников-слизеринцев. — Что именно тебя так обрадовало? Неужто ты и Сэллоу последовали моему совету и воспользовались рекомендациями из книжки? — ехидно спросила Имельда, устремив на соседку самый ядовитый из своих взглядов. Элли медленно поднялась из-за стола, поспешно закончив завтрак, который и без комментариев Имельды, не лез в горло. Бросив взгляд, полный снисхождения и презрения, скривив губы, она зашипела: — Знаешь, Рейес, тебе пора заканчивать так общаться, пока тебе кто-то не навалял. Нерида, последовав примеру подруги, тоже встала, намереваясь покинуть Большой зал, так и не съев ни крошки. — Зря ты так, она это надолго запомнит, — предостерегла она Элли. — Она до сих пор не может забыть, что я перестала приходить на тренировки по квиддичу… Даже закрылась от меня после этого. — Насрать на неё. Расскажи лучше, что там у тебя с Водным народом? Гринн чувствовала, что не была хорошей подругой для Робертс, которая всегда поддерживала её. Острое чувство вины кольнуло её, когда она узнала, что пока соседки пили эльфийское вино и выслушивали истерики Нериды, стараясь поддержать и вернуть хотя бы подобие уверенности в себе, она бегала по заброшенной башне с Фигом и пререкалась с Мраксом. Друзья, как сказал профессор, — свет, в беззвёздную ночь. Сегодня Элли решила быть хорошей подругой. Самой лучшей. — Я не умею плавать… — тихо призналась Нерида, когда они проходили мимо разноцветных часов факультетов, наполненных драгоценными камнями. — Я научу тебя! — обрадовалась Элли, осознав, насколько легко решить эту проблему. — Приходи вечером к Чёрному озеру, потренируемся, — улыбнулась она и в глазах зажглись огоньки энтузиазма. — Холодно… и страшновато как-то, — Робертс дёрнула плечами и поёжилась. Её тело содрогнулось от одной мысли о снующих неподалёку топеройках и Тёмных волшебниках. Она остановилась, глядя прямо в глаза подруге, обдумывая её предложение. — Хорошо, уговорила! — серьёзно заключила она. — Отлично, тогда в девять вечера буду ждать тебя на причале для лодок под лачугой смотрителя. Сумерки сгущались над Хогвартсом, окрашивая небо в золотисто-лиловые тона, и холодный, свежий воздух заполнил Часовую башню, неся с собой запах сырости и предвкушение. Зал был полон зрителями не меньше, чем в прошлый раз, а может, и больше. Первой парой, исходя из жеребьёвки, были Дженкинс и Сэллоу. Гектор, неплохо показавший себя в команде с Элли, значительно уступал Себастьяну в ловкости и напоре. Сэллоу, не изменяя привычной тактике, беспрерывно атаковал его. Боевые Бомбарда, Диффиндо и Конфринго — последнему он обучил и Гринн в перерывах между поцелуями — сыпались на противника неугасающим потоком. Себастьян имел слишком предсказуемую тактику постоянного, непрерывного нападения, необременённого защитными чарами. Но невозможно было догадаться, что именно он сделает в следующий момент — увернётся и попробует обезоружить или сделает кувырок и бросит Бомбардой Максима. Его движения были хаотичными, но, без преувеличения, эффектными. Вымотанный Дженкинс был побеждён на седьмой минуте поединка, лишившись палочки и обессиленно рухнув на шершавый каменный пол. Гринн молча наблюдала за этим с места, отведённого для участников турнира, и пыталась разработать хоть какую-то стратегию ведения собственного поединка, но в голову ничего не лезло. Единственное, к чему она пришла, — хорошенько припомнить, как её раздражает оппонентка, и сыграть на этом непреодолимом, всепоглощающем, словно живой огонь, ощущении злости и желании отомстить. В этот раз Астория была аккуратнее, щепетильнее выбирала необходимые в тот или иной момент чары, чаще ставила щит, который хорошо работал, пропитанный сильным желанием защититься, больше уклонялась и использовала более сильные связки заклинаний, от чего обе девушки быстро устали. — Остолбеней! Силенцио! — пыталась пробить защиту противницы когтевранка. — Протего! — защищалась запыхавшаяся Элли. И тут же нападала, выкрикивая слова чётко и громко: — Петрификус Тоталус! — Депульсо! — не унималась Криккет, чеканя заклинание. Оно попало точно в цель, и Элли отбросило к стене, сильно приложив о неё спиной, но она, несмотря на боль, приподнялась, выставив щит, и быстро вернулась в положение стоя, приняв боевую стойку. Зал молча наблюдал за развернувшимся противостоянием. В воздухе потрескивало напряжение. Пространство затянуло тяжёлое ощущение неизбежности, словно бой не может закончиться без жертв. Никто из девушек не собирался уступать, готовые сражаться до последнего. Их движения, их взгляды, их дыхание были пронизаны решимостью. Ярость захлестнула слизеринку волной, в боку сильно болело, а глаза затянуло пеленой боли от удара. Нужно было срочно придумать что-то! Но сил на это, казалось, уже не было. — Бомбарда! — истерично воскликнула когтевранка, надеясь добить противницу. Гринн, преисполненная злости и отчаяния, вложила все оставшиеся силы в Протего, от которого мощно отскочила Бомбарда Астории, потоком неудержимой энергии отрикошетив ей же в грудь. Криккет, не ожидающая такого поворота событий, просто не успела выставить защиту и была сильно ранена своим же заклинанием. Отлетев от ударной волны к самой трибуне, она распласталась на полу. Бросив на обездвиженное острой болью тело короткий, полный гордости за саму себя взгляд, Элли увидела, как из широко распахнутых глаз Астории, уставленных в потолок, потекли горькие слёзы поражения. Победа в дуэли была за новенькой, но заслуженных лавров та не получила, сразу ретировавшись в компании Сэллоу и Робертс зализывать раны. В укромном уголке общей гостиной, пока объявляли результаты боя, сокурсники подлечивали её явно сломанное ребро, или даже несколько. «Ребята, ничего, не впервой. Не беспокойтесь вы так», — отнекивалась от помощи Элли. Но друзья были неумолимы, и после импровизированного лечения, залив в неё снотворное зелье, отправили отдыхать. Перед тем, как забыться в сладостном сне, она успела подумать, что со стороны Себастьяна было очень мило пропустить оглашение победителей, чтобы помочь ей. Вечером её разбудила Нерида, напоминая о запланированной тренировке по плаванию. Гринн не могла позволить, чтобы то неприятное чувство стыда снова обременило её, ложась тяжёлым грузом на сердце, и нехотя поднялась с тёплой постели. Накинув на плечи шерстяную мантию, она поплелась за подругой. Сонная, помятая, с отголосками боли в спине, она была счастлива. Иметь друзей, с их простыми проблемами и заботами, — отвлекало от её собственных проблем и забот. Проспав почти до обеда, она осознала, что впервые за долгое время действительно выспалась и отдохнула. Рёбра ещё немного ныли, но работа ребят в их «починке» точно не прошла даром, а постоянно ноющие мышцы наконец расслабились благодаря длительному пребыванию в водах Чёрного озера. Она надела свой новый кожаный наряд, расчесала блестящие волосы цвета пшеницы, оставив их распущенными, нанесла несколько капель розовой воды на них, шею и запястья и, первым делом, решила наведаться к Люкану за выигрышем. За несколько дней до дуэлей она сделала неприлично большую ставку, из почти всех своих накопленных денег, на себя и Сэллоу. Поскольку обе ставки сыграли, девушка собиралась отказаться от одного рабочего дня у Пепина, оставив только среду. Пусть ей и нравилось летать, но это отнимало много драгоценного времени. Лучше в один день будет больше клиентов. — Люкан, рада, что ты на месте! Привет! — шумно раскрыв дверь, девушка ворвалась в кладовку-кабинет юного букмекера, сразу же заполнив тесное помещение энергией. Одним ловким движением он скинул монеты со стола в его ящик и поприветствовал внезапно вошедшую: — Доброе утро, Элли. Нужно стучать! Напугала меня до чёртиков, дементор тебя поцелуй. Последнее время здесь постоянно шастает мистер Мун, что-то вынюхивает! — Шумсби сегодня сам на себя похож не был: дёрганый, нервный, да и говорил как обычный человек, а не как обычно — галантно и с ненавязчивым шлейфом флирта. — У тебя всё в порядке? — встревожилась она, заметив его беспокойный вид. — Да, да, конечно, — с ложной уверенностью протянул он, — вот, твои… Ничего себе! Шесть галлеонов. Миледи, вы сделаете меня банкротом, — возвращая привычную манеру улыбнулся гриффиндорец. — Ещё и твой парень с меня три забрал перед тем, как улететь домой утром. Нельзя так хорошо дуэлировать. — Спасибо. Уверена, ты не в ноль здесь сидишь, правда же? — обворожительная улыбка украсила её лицо. — Слушай, я тут вспомнила, что ты мне так и не сказал, кто внёс за меня три галлеона. — Я же говорил, анонимный благодетель. — Не хочу портить отношения, но позволь объясню тебе кое-что. Я, насколько понимаю, одна из фавориток этого года… — её тон, внезапно переменился на стальной, и хищная ухмылка расползлась по лицу. Это заставило парня немного скукожиться. — И будет очень грустно и… пожалуй, убыточно для тебя, если я выйду из турнира прямо сейчас. Согласен? — Мракс, это был он, — безэмоционально бросил он, не решившись дальше продолжать свои игры. — Спасибо, Люкан! — с наигранным восторгом в голосе улыбнулась она, перегнулась через стол, и быстро поцеловала кудрявого парнишку в щёку. — Хороших выходных! Три золотых монеты звонко покатились по столу. Остановившись о руку Мракса, они упали, нарушая тишину библиотеки, и заставив вздрогнуть до этого мирно сидящего парня. — Что это? — с неким раздражением спросил он, не отрывая палочки от страниц. — Три галлеона. Мне не нужны твои подачки! — вспылила Элли, стоя напротив. Её лицо вспыхнуло, едва она заметила его, и теперь щёки горели, доставляя дискомфорт. — Не понимаю о чём ты, — наигранно фыркнул он, медленно поднимая голову от книги. Он состроил такое лицо, что ей захотелось врезать ему. Она говорила медленно, чтобы каждое сказанное ею слово было чётко услышано собеседником: — Это три галлеона. Которые ты заплатил, чтобы я участвовала в дуэлях. — Ах, да, припоминаю теперь, — спокойно ответил он, устремив невидящий взгляд в сторону девушки. — Унизить меня хотел?! — крикнула она, и это было слишком громко для библиотеки. — Помочь. — Так, нечего здесь шуметь. — цыкнула на них, шустро прибежавшая на шум библиотекарша. — Вы слизеринцы, считаете, что правила не для вас писаны. Взять только вашего дружка Сэллоу. Быстро собрались и бегом из библиотеки. — Пойдём в крипту, — приказывая, как умеет только он, сказал Оминис. — Хах, с чего ты решил, что я с тобой куда-то пойду? — её нервный смешок резанул слух обоих. — Мы не разговаривали почти неделю. После ты врываешься и способствуешь тому, чтобы меня выперли из библиотеки, явно желая объяснений. И я хочу дать их тебе. Но не здесь. Гринн, прекращай этот спектакль. С тех пор, как девушка узнала о тайном убежище друзей, там стало чище, пропал назойливый запах пыли и сырости и прибавилось мебели: к диванчику добавились два кресла. На одно из которых и сел наследник Слизерина. — Кто дал тебе право платить за меня? — уже немного успокоившись, спросила Элли. — Я просто хотел, чтобы ты показала свой талант. На ЗоТИ ты превосходно выступила и… Я знал, что у сироты не будет такой суммы, Гринн. Я и Себастьяну добавил немного, — он закусил губу. — Ты не имел права, Мракс. В конце концов, ты мог спросить меня. — она, так и не присев, начала маячить по комнате. — Ты считаешь себя лучше остальных, только потому… Оминис не дал ей закончить: — Я считаю себя хуже остальных! — подскочив с места, он натурально выкрикнул эту фразу, благо крипта это прощала, не пропуская ни звука наружу. — Я только то и могу, что помочь лишним галлеоном. Ты правда не понимаешь? — его светлые брови нахмурились, съехав к переносице. — Не нужно этой театральщины, — фыркнула она. — Слушай, мы знакомы почти два месяца, и за это время ты не сделала ни одного, сука, правильного вывода, — он шумно выдохнул. — Я просто хотел помочь. Вот, забери монеты. — Они твои, и мне не нужны, — твердо заключила она, наконец приземлившись на диван, чувствуя, что градус разговора упал. — Так же, если я одержу победу, — выигрыш получишь ты — я вообще не должна была участвовать без взноса. — Не говори глупостей, Гринн, — он широко улыбнулся, обнажая зубы, — ты не победишь. Меня тебе не одолеть. И деньги возьми, купишь Сэллоу подарок на день рождения. — Протянув руку, он вложил золотые кругляшки в её ладонь. — Когда? — так и застыв с раскрытой ладошкой, спросила она. — Он не сказал тебе? 31 октября. — В Хэллоуин? И почему я не удивлена? Деньги на подарок у меня есть — я, как-никак, работаю. Забери! — Элли протянула ладонь и Оминис вложил в неё свою, немного сжав её пальцы своими. — Тогда уволься, Гринн… — Он встал, и быстрым шагом покинул тайное убежище.                                     *** — Мистер Уикс! Добрый день! — ворвалась она в магазин спортивных товаров, испугав стоящих там клиентов, как и самого Алби. Внутри было прохладно, пахло новой кожей и смазкой для мётел. Звон колокольчика над дверью ещё не успел стихнуть, а она уже стояла посреди зала, сияя от энтузиазма. — Элли, здравствуй, — смирившись с её поведением, протянул тот, улыбнувшись краешком губ. — Прошу прощения. Я подожду, пока вы закончите. Усевшись на небольшую скамейку, предназначенную для примерки обуви, она стала рассматривать давно знакомые плакаты спортивных команд. Её взгляд скользил по выцветшим фотографиям, на которых запечатлелись легенды квиддича. В голове всплыли воспоминания о первом посещении этого магазинчика и о событиях предшествующих этому. Элли прикоснулась рукой к щеке, где не так давно красовался синяк. Как она могла забыть, что всё началось с драки Мракса и Крауча? Что вообще эти двое могли не поделить?! Звон дверного колокольчика, возвестивший, что посетители ушли, выдернул её в реальность. — Как успехи? — добродушно улыбнулся торговец, опираясь на прилавок. — Я принесла вам заключение о полётах. Мистер Уикс, Алби, я не смогу больше так часто заходить, поэтому всё изложила на бумаге и хочу оплатить метлу. — Элли, это точно лишнее. Благодаря тебе я начал разработку чертежей новой метлы. Вот, взгляни. -Вытянув из-под стола большой свиток, он развернул его, демонстрируя рисунки девушке. Ничего знакомого, кроме карандашного наброска метлы она не увидела, но огорчать мужчину не стала. Слишком уж он светился от гордости и вдохновения. — Невероятно! Рада была помочь вам, — улыбнулась она, внимательно разглядывая мужчину и пытаясь уловить в его глазах отголоски былой тоски. — Тебе. Просил же, не старить меня своим «выканьем», — улыбнулся он в ответ. — Будешь кофе? — словно тоже ностальгируя, предложил он. — Нет, у меня работа. Опаздываю уже, но я буду иногда забегать к… тебе. Делиться впечатлениями. — Хотел попросить… Точнее попросить: нужна ли тебе будет метла на каникулах? Думал кое-что подправить в ней и получить полный отзыв. — О, да, конечно! С радостью занесу её тебе перед отъездом. Предварительно сломав голову, придумывая подарок для парня, с которым её связывали тёплые разговоры и горячие поцелуи, Элли выпорхнула из «Круголётки», и отправилась на поиски этого самого подарка. Конечно, можно было присмотреть новые наколенники или шлем для игры в квиддич, но Себастьян был прекрасным охотником и в старом обмундировании. Она хотела, чтобы подарок отражал её отношение к имениннику, только какое именно, она и сама не знала. Оббежав все лавки Хогсмида, так и не найдя искомое, слизеринка отправилась доставлять заказы. Мистер Пепин был не рад, что она просит оставить всего один рабочий день, но из-за накалявшейся, вследствие неконтролируемого роста банд и их бесчинств, обстановке, выбора у него не было. Посетителей в волшебной деревне становилось меньше, а желающих, так же как Гринн, бороздить просторы на метле, и вовсе не было. Все, в округе Хогвартса, вели себя насторожено, лишний раз не покидая родные и безопасные края. Чувствуя, как отчаяние медленно подкрадывается к ней, Гринн отправила с почты сову, в лавку, занимающуюся скупкой и продажей сильных и приметных волшебных вещей, — «Горбин и Бэркес». Надежда на успех зажглась в её сердце, когда коричневый филин унёс в клюве послание, в котором говорилось, что она ищет мощный оберег для дорогого ей парня. По привычке она поплелась в «Три метлы». Улицы Хогсмида были так нарядно украшены к приближающемуся празднику, что она решила сделать крюк, пройдя несколько лишних поворотов. Резной орнамент из тыкв и гирлянд из сушёных листьев создавал уютную, домашнюю атмосферу. Из паба Сироны донёсся тёплый и сладкий запах пряного сливочного пива, обволакивая желудок и заставляя слюну собраться во рту. На секунду задержав взгляд на тыквах, аккуратно стоящих на маленьких стогах сена у входа в паб, Гринн вошла. Сильный аромат осени ударил в нос, а тепло, исходящее от ярко горящего камина, манило её. Она скинула с себя мантию, шапку и перчатки и заняла самый ближний к камину столик. Посетителей было много — из-за банд в округе Хогсмид, и в особенности «Три метлы», оставались оплотом безопасности в Высокогорье. Сирона, окинув строгим взглядом уставшую девушку, принесла ей горячее эльфийское вино со специями. Женщина коротко поздоровалась и ушла, озабоченная большим скоплением клиентов, остро желающих выпить. Там Элли просидела до самой ночи, тупо уставившись на пламя, полыхавшее в камине в метре от неё, и медленно попивая алкогольные напитки. Из-за усталости, внезапно нахлынувшей от тепла и выпитого, она пропустила отбой. Всего на десять несчастных минут, а сколько неприятностей это вызвало. — Мисс Гринн, если вы думаете, что дезиллюминационные чары вас спасут, вы сильно ошибаетесь, — проскрипела профессорка Уизли, словно караулившая её за дверями главного входа в школу. Элли неуверенным движением сбросила с себя прикрытие. — Простите, профессор, — промямлила она, — я потеряла счёт времени… — Это не объясняет вашего состояния, — бросила, словно приговор, рыжеволосая женщина, принюхиваясь. Её лицо не выражало ни гнева, ни разочарования, лишь строгую, непоколебимую решимость, которая говорила сама за себя. — Сейчас вы отправитесь спать, а утром, до завтрака, жду вас у себя в кабинете.