Часть 3

Начнём с того, что в этой истории главная героиня — не я и не Винсент. Мой рассказ начнётся в момент, когда я появилась на свет… вернее, появилась вновь. Первое, что я ощутила, — холод воздуха и тепло слёз, катившихся по щекам. Но плач оборвался, когда до моего слуха донеслись тихие, безжалостные слова: мать умерла при родах. Я увидела мужчину, склонившегося над безжизненным телом женщины. Его руки сжимали её так крепко, словно он пытался удержать ускользающую душу. На моих глазах он изменился: яркие бордовые волосы в один миг побелели до самых кончиков, а взгляд потемнел. Я сразу поняла — это мой отец. От него исходила аура, густая и тяжёлая, как предгрозовое небо. Его глаза, цвета потемневшего янтаря, сияли в тусклом свете факела, словно в их глубине тлели угли вечной ненависти. Он посмотрел на меня так, что воздух между нами будто остыл; этот взгляд был острым, как лезвие, и в нём читалось мрачное обещание возмездия. В его голосе слышалась боль, смешанная с яростью: — Ты забрала у меня Карен… Я не прощу этого. Никогда. Ночью, наполовину пьян, он вошёл в комнату, где я лежала в колыбели, и молча забрал меня у няни. Мы мчались на коне под звёздным небом. Я помню, что в ту ночь звёзды горели особенно ярко, но луна… луна почему-то исчезла, словно отвернулась от нас. И было чувство, будто сияние звёзд — лишь её последний подарок. Ветер был холоден и пах сырой землёй. Лес всё ближе обступал нас, его чёрные силуэты тянулись к дороге, словно хотели схватить заездившегося всадника. Там, где заканчивалась тропа, воздух стал гуще, а тьма — почти осязаемой. Казалось, что здесь даже время боялось идти вперёд. Он остановился, спешился и пошёл по шуршащему ковру из опавших листьев. Каждое его движение отдавалось в тишине громким, хрустким эхом. Когда он поднял меня и бросил на землю, холод мгновенно проник в кожу. К счастью, я упала на что-то мягкое и влажное — позже я узнала, что это был комок слизи, обитающей в этих краях. В ту секунду, когда его руки отпустили меня, в голове пронеслась мысль: Я ведь даже не начала жить… и уже должна умереть? Я хотела закричать, но не могла — моё тело было слишком слабым, а горло будто сжалось от страха. Неужели вот так всё и закончится? Здесь? Одной? Я слышала, как он уходит, его шаги постепенно растворялись в ночи, а над ними глухо шумел лес. Перед самым исчезновением он произнёс: — Для меня ты — ничто. Так, в день своего рождения, я осталась сиротой… даже не успев прожить и одного дня. Позже я узнала, что место, где он оставил меня, называли «Тёмным лесом» — местом, где небо вечно скрыто тучами, где тени живут собственной жизнью, а каждый вдох может оказаться последним. Там среди демонических созданий и проклятых растений даже тишина умеет шептать. И всё же… я не была полностью одна. Сквозь густые ветви, в глубине тьмы, за мной наблюдали два блестящих глаза — слишком высоко, чтобы принадлежать зверю, и слишком неподвижно, чтобы быть человеческими.