Часть 3

Глава 3 Он снова был там. Словно никуда не уходил. Словно его никто не ждал и никто не звал — он просто был. На том же месте, с тем же блокнотом в руках. Ветер трепал страницы, но он не прижимал их. Пусть лист шелестит — он не мешает. Лив подошла ближе. Остановилась, как в первый раз, в двух шагах от него. — Ты приходишь сюда каждый день? — спросила она, тихо. Он не сразу ответил. — Почти. Только когда считаю, что день чего-то стоит. Она кивнула. Сделала шаг ближе. Заглянула в блокнот. На странице был ее портрет. Не слишком точный. Быстрые штрихи, четкая линия подбородка, чуть нахмуренные брови. Но она узнала себя — не по чертам, а по выражению. — Это… сегодня? Сондре кивнул. — Пока ты шла по пирсу. Я заметил. Она почувствовала, как щёки вспыхнули, но постаралась этого не показать. Села рядом. Не слишком близко. — А ты правда собираешься рисовать сто один рисунок? Он закрыл блокнот. — Уже начал. — И что будет на последнем? Сондре посмотрел в сторону горизонта. Молчал. — Не знаю, — наконец сказал. — Может, ничего. Пауза. Лив почувствовала, как ей хочется задать ещё сто вопросов. Но не задала. Вместо этого — сказала: — Ты странный. Сондре усмехнулся. — Я — законченный блокнот, который пока ещё не закончился. Она фыркнула. — Это ты сейчас придумал? — Или давно знал. И снова — пауза. Тихая, морская, солёная. Лив посмотрела на воду. Спросила вдруг: — А ты веришь, что если никому не рассказывать о месте, оно остаётся только твоим? Он повернулся к ней. Глаза чуть прищурены. — Я не рассказывал. — Я тоже. Они переглянулись. И это был не просто пирс. Это было начало тайны. Или конца *** На пирсе было ветрено. Волны шумели где-то сбоку, но не мешали — наоборот, словно создавали тишину между словами. Сондре сидел, прислонившись к перилам. Он рисовал. Лив смотрела на его руку — чёткие движения, будто у него внутри встроен метроном. — А ты вообще боишься смерти? — вдруг спросила она. Он не сразу ответил. Пальцы замерли, взгляд ушёл вдаль. — Иногда кажется, что это — единственное, что точно произойдёт. Всё остальное… может и не случиться. Её резинка для волос сорвалась ветром. Он поймал её на лету и протянул обратно. Их пальцы на мгновение соприкоснулись. Тепло. Молния. Она быстро убрала руку. — Ты всегда сюда приходишь? — спросила она. — Только когда хочу, чтобы меня никто не нашел, — сказал он с улыбкой. Она вдруг замерла. На секунду — будто ветер сменил направление. Будто что-то изменилось в воздухе. — Подожди, — тихо сказала Лив. Сондре обернулся. Она стояла чуть позади, взгляд застыл на холме, откуда они только что спустились. — Что такое? — Мне показалось… — Она прищурилась, вглядываясь сквозь тонкую сетку закатного света. На обочине, у сосны, что росла отдельно, мелькнул силуэт. Чуть в стороне от дороги — как будто кто-то стоял, глядел. Но в следующее мгновение — никого. Только пустой склон и игра света между ветвями. — Ты видел?.. — Лив шагнула ближе к нему. Её голос был тише обычного. Сондре обернулся, посмотрел туда, куда указывала она. — Нет. Там никого. — Я точно видела… Он нахмурился, но спокойно: — Может, прохожий. Или просто тень. Такое бывает, когда солнце садится. Лив кивнула, но тревога в груди не уходила. Как будто кто-то всё это время был рядом. Не слишком близко — но и не слишком далеко. Просто… смотрел. *** …Они шли по узкой дорожке вдоль холма. Лив немного отставала — не из-за усталости, просто не хотелось, чтобы всё это так быстро заканчивалось. — Ты же знаешь, что теперь я хочу увидеть, как выглядит рисунок номер шесть? — сказала она, чуть улыбаясь. — А если он не понравится? — спросил Сондре, косо на нее глядя. — Мне уже нравятся первые пять, — ответила она. — Даже тот, где ты забыл дорисовать крылья. Он усмехнулся и чуть коснулся её локтя, будто случайно. Она ничего не сказала. Только взглянула на него — коротко, как на вспышку. Дорожка закончилась у старого каменного забора. Дальше — их дом. Невысокий, с обшарпанными ставнями, но с уютным светом из окон. В саду — деревянная скамейка, на которой в детстве они играли с Оливером в пиратов. Сейчас она пустовала. Сондре остановился, не пересекая границу калитки. — До завтра, Лив. — До завтра, — сказала она, не двигаясь с места. Он уже разворачивался, когда в одном из окон — на первом этаже — мелькнула фигура. Мама. Лив сглотнула. Когда она зашла внутрь, дом будто выдохнул. Было тепло, пахло ванилью и мятой. В прихожей — старая вешалка, криво висящее зеркало. Справа — кухня, слева — гостиная с камином, который давно никто не топил. — Ты была с кем-то? — послышался голос мамы из кухни. Лив медленно стянула куртку. — Его зовут Сондре. Мы просто гуляли. Мама вышла с чашкой в руке. Взгляд её был внимательный, но без упрека. — Будь осторожна, ладно? Лив кивнула. А внутри всё шумело. Ветер, чайка. И имя — Сондре.