Часть 17: Божественная курица и пламенная богиня

Воздух над Павильоном Павшей Звезды дрожал в предсмертной агонии криков и стали. Черная пелена Зала Духов затягивала небеса, а Сяо Ян, с лицом, искаженным демонической яростью, парил в яростном танце напротив старого призрака Чжай Сина. Их удары сотрясали сами основы мироздания, каждый взрыв Доу Ки обрушивал каменные лавины с окрестных гор. – Сяо Янь, твоя удача иссякла, как старый колодец! – прорычал Чжай Син, сжимая сам воздух в кулаке, готовый обрушить на юношу сокрушительный удар. – Глупый старик, ты заладил эту песню, как сломанная шарманка! – огрызнулся Сяо Ян, сгущая Небесное Пламя вокруг своих кулаков. Но в момент наивысшего напряжения, когда он приготовился встретить атаку лицом к лицу, что-то зашевелилось у него под ногами. -Куд-кудах! -Яркий рыжий вихрь из перьев, воплощение безумной решимости, метнулся между его ног, яростно клюя его сапоги, словно те были рассадником злейших червей. – Да что с тобой такое?! Отвали, пернатая напасть! – взревел Сяо Ян, отшвыривая курицу ногой. Та, неугомонная и оскорбленная, лишь яростно захлопала крыльями, поднимая облако пыли и перьев, и, с новым боевым кличем -Кудах-тах-тах!- снова бросилась в бой, атакуя его сапоги с маниакальным упорством. Чжай Син застыл на миг, и свирепое выражение его лица сменилось крайним изумлением. – Ты… сражаешься с курицей? Ха! Павильон Павшей Звезды пал в пучину безумия! Сяо Ян, пылая от ярости и унижения, пытался вернуть себе самообладание. – Не отвлекай меня, пернатый идиот! – он снова оттолкнул ее, на этот раз сильнее, и птица, перекувыркнувшись, улетела в сторону, громко выражая свое возмущение. *** Взгляд Сяо Яна скользнул вниз, туда, где Цин Линь, с изумрудными глазами, в которых мерцали три демонических цветка, уклонялась от молниеносных атак Белого Тяньзуна. Между ними зияла пропасть – не только в силе, но и в сердцах. Развод был горьким и окончательным, а обиды пустили глубокие корни. И все же здесь, перед лицом гибели их общего дома, она сражалась. Ярость Белого Тяньзуна нарастала – он никак не ожидал, что девчонка, едва достигшая уровня одной звезды Почтенного Воина, сможет так долго ускользать от него, используя странную силу своих глаз. – Ты мне надоела, девчонка! – прошипел Тяньзун, сжимая пространство вокруг своей ладони, готовясь к смертельному удару. Цин Линь бросила мимолетный взгляд в сторону Сяо Яна. Их глаза встретились на долю секунды – ни любви, ни нежности, лишь холодное признание необходимости. "Я держу своего демона, ты – своего," – словно говорило это безмолвное послание. Она резко отпрыгнула назад, и три зрачка в ее глазах завертелись с бешеной скоростью. – Слишком слаба? Мы еще посмотрим, старик! – ее голос прозвучал ледяным вызовом. *** Высоко на горе, в каменной башне, пространство которой лишь недавно взорвалось при появлении Сяо Яна, на каменной платформе лежал старик. Его палец, покрытый пылью веков, внезапно дрогнул. Тик. Казалось, само время замерло в ожидании этого звука. Затем пространство внутри башни, где только что бушевала энергия Яо Чэня, не взорвалось, а… распустилось. Подобно хрустальному цветку под лучами неведомого солнца, оно раскололось на тысячи сияющих осколков, не падающих вниз, а парящих в воздухе. И из этого сияния явилась она, Гу Сун Эр. Богиня, сотканная из света. Ее лицо было безупречным творением, нежным, словно вылепленным ангелами из чистейшего фарфора, излучавшим внутренний свет, подобный маяку надежды во тьме битвы. Большие миндалевидные глаза сияли неземным светло-голубым, но в их глубине таились едва уловимые розовые искорки – словно лепестки сакуры, навеки заточенные в ледяной плен, напоминая о хрупкости красоты и вечной изменчивости мира. Взгляд ее был глубоким, пронизывающим, казалось, она видела сквозь завесу времени, читая судьбы в самой пляске звезд над полем боя. Длинные волосы цвета утреннего неба струились по ее спине, но на самых кончиках переходили в нежные розовые и фиолетовые пряди, словно в каждом локоне застыл закат – вечное свидетельство борьбы света и тени в ее душе. Фигура, изящная и хрупкая, словно стебель лотоса, скрывала невероятную мощь. Каждое ее движение было легким, скользящим, будто она шагала не по земле, а между мгновениями, оставляя за собой едва заметный шлейф надежды. Ее платье было творением божественного ткача. Голубая ткань дышала и переливалась жизнью, переходя от лазури к сирени и серебру, словно слезы ангелов, упавшие, чтобы исцелить раны мира. Широкие рукава развевались при малейшем дуновении, оставляя за собой радужные шлейфы, похожие на крылья феникса. Тонкий пояс, сотканный из лунного света, сжимал талию, а в его центре мерцал камень, переливающийся всеми цветами времени – словно бьющееся сердце вселенной. Длинный подол не касался земли; казалось, сама реальность отступала перед ее чистотой и силой, признавая ее безоговорочное величие. Она была олицетворением совершенной любви, непостижимой силы и готовности к жертве – Гу Сун Эр. *** Ее появление не осталось незамеченным. Чжай Син, отбросивший наконец назойливую курицу (та теперь яростно клевала его собственный плащ), Белый Тяньзун, терявший терпение с Цин Линь, Черный Тяньзун, сокрушавший Куклу Небесного Дьявола, Сяо Ян, Почтенный Фэн, Маленький Святой Доктор – все, кто мог оторвать взгляд от своего противника, замерли, потрясенные. -Кто эта девушка? Богиня? Призрак? Новое оружие Зала Духов? -Вопросы витали в воздухе, густом от тумана и смерти. Гу Сун Эр не произнесла ни слова. Ее пронзительный взгляд скользнул по полю боя, по израненным защитникам Павильона, по черным фигурам захватчиков. В ее глазах вспыхнула холодная решимость. Она подняла руку. Пространство перед ней сжалось, заискрилось, и в ее ладони материализовался Меч. Это был не просто меч. Это было воплощение стихийного хаоса. Меч Сеон горел пламенем семи цветов, переплетающихся и танцующих вдоль идеального лезвия:Алый – Пламя Разрушения: Пылало с такой яростью, что ближайшие к Гу Сун Эр камни начали плавиться, не касаясь огня. Казалось, сама концепция защиты трещала по швам под его жаром. "Испепелит самую крепкую божественную защиту? Да, без колебаний!" – казалось, шептал клинок. "Словно боги в панике забыли свой огнетушитель!" Сапфировый – Огонь Иллюзий: Мерцал обманчиво-спокойно, но в его бликах мелькали мимолетные, пугающие видения, заставляя слабых духом экспертов Зала Духов пошатнуться. "Проникнет в разум и подчинит волю? Добро пожаловать в мой личный театр теней!" Изумрудный – Пламя Жизни: Струилось живительным теплом, и защитники Павильона, находившиеся поблизости, почувствовали, как их мелкие раны начали затягиваться, а силы прибавляться. "Исцелит любые раны? Моментальный шанс к бессмертию!" Золотой – Огонь Чистоты: Слепил ослепительным, почти болезненным светом, от которого черный туман Зала Духов начал шипеть и отступать, как живой. "Сожжет проклятия и демоническую скверну? Глубокое очищение для души!" Лиловый – Пламя Времени: Мерцало странно, искажая восприятие – движения рядом с ним казались то замедленными, то неестественно быстрыми. "Ускорит или замедлит его ход? Вечеринка затянулась? Стремительно к финалу!" Бирюзовый – Огонь Стихий: Вихрился, втягивая в себя частицы пыли, влаги из воздуха и даже слабые токи энергии земли, усиливая остальные пламена. "Повелитель ветра, воды и земли!" Белый – Пламя Истины: Горело в самом сердцевине клинка, холодным, безжалостным светом, перед которым казалось, любая ложь, любое укрытие становилось бесполезным. "Раскроет суть вещей и развеет любые тайны?" – Что за чертовщина?! – выкрикнул Черный Тяньзун, почувствовав невероятную опасность, исходящую от меча. – Уничтожьте ее! Но было уже поздно. Гу Сун Эр совершила одно плавное движение. Она не рубила, не колола. Она просто направила острие Сеона в самую гущу наступающих экспертов Зала Духов и высвободила чистый сгусток энергии меча. Это не был луч. Это была волна. Волна, сотканная из семи пламеней одновременно. Алое пламя разорвало на части самые мощные защитные артефакты и техники, как паутину. Эксперты в доспехах просто испарились в клубах пепла. Сапфировое окутало следующую шеренгу – они замерли, их глаза остекленели, лица исказились в гримасах ужаса или идиотского восторга, они начали бить друг друга или падать в конвульсиях, захлебываясь своими кошмарами. "Каждый обретет свою роль!" Изумрудное пламя пронеслось мимо защитников Павильона, и те, кого оно коснулось, вскрикнули не от боли, а от облегчения – глубокие раны затягивались, сломанные кости вставали на место, ци бурлила с новой силой. "Больше никаких страха и страданий!" Золотое выжгло черный туман начисто, на десятки метров вокруг. Фигуры в черных мантиях, полагавшиеся на демонические усиления, закричали, когда их связь с темными силами была разорвана, а их собственная скверна начала выжигать их изнутри. "Избавление от гнетущего бремени!" Лиловое коснулось группы пытавшихся контратаковать – их движения вдруг замедлились до черепашьей скорости, а один старец, готовивший долгую технику, вдруг состарился на глазах, превратившись в пыль до того, как закончил заклинание. "Хочется задержать мгновение? Время, замри!" Бирюзовое всколыхнуло землю под ногами у врагов, вызвав трещины и камнепады, связало их струями воды, вырванной из воздуха, и сбило с ног порывом ветра невероятной силы. "Повелитель стихий!" Белое пламя пронзило все остальное, достигнув даже Чжай Сина и Тяньзунов. Им показалось, что этот свет видит их насквозь, обнажая каждую слабость, каждую тайную мысль, каждый страх. На миг их уверенность дрогнула. *** Волна семицветного пламени промчалась по полю боя, как божественная метла. Десятки экспертов Зала Духов – Почтенные Воины, сильные Духовные Практики – были либо уничтожены мгновенно, либо выведены из строя, охваченные безумием, исцеленные или разоблаченные. Силы сторон изменились в мгновение ока. Павильон Павшей Звезды, еще мгновение назад стоявший на грани гибели, внезапно получил отсрочку. Гу Сун Эр опустила руку, и Меч Сеон исчез, словно никогда и не существовал. Она снова посмотрела на поле боя, ее взгляд был полон нежности и решимости. Затем она повернулась и, не сказав ни слова, пошла обратно в башню, оставив за собой шлейф света и изумления. Сяо Ян, ошеломленный, смотрел ей вслед. Курица, все еще полная ярости, клевала его сапоги, но он даже не замечал этого. Кто она? Откуда взялась эта невероятная сила? И почему она так внезапно исчезла? Вопросы роились в его голове, заглушая даже гнев на Чжай Сина. Цин Линь, воспользовавшись замешательством Белого Тяньзуна, отступила, стараясь скрыть свое удивление. Она чувствовала невероятную силу, исходящую от девушки в башне, силу, превосходящую все, что она когда-либо видела. Даже ее демонические цветки словно притихли, признавая превосходство этой новой силы. Может быть, развод не был концом всего? Может быть, надежда еще не потеряна?