~ Глава 24 ~

Белла ​помедлила ​всего ​секунду ​— ​а ​потом, ​как ​будто ​поддавшись ​искреннему ​порыву, ​шагнула ​вперёд ​и ​обняла ​его. ​Это ​был ​неловкий ​жест ​— ​полный ​добрых ​намерений, ​но ​неуверенный, ​незнакомый. ​Нэйт ​замер, ​удивлённый, ​затем ​почти ​рефлекторно ​обвил ​её ​одной ​рукой, ​стараясь ​ответить ​на ​объятие, ​не ​усугубляя ​неловкость. ​ ​— ​Всё ​хорошо, ​— ​прошептал ​он, ​хотя ​в ​груди ​уже ​начал ​завязываться ​тугой ​комок ​чувств. ​Он ​так ​долго ​избегал ​этих ​эмоций, ​что, ​когда ​кто-то ​их ​увидел ​— ​это ​оказалось ​невыносимо ​обострённым. ​ ​И ​именно ​в ​этот ​миг ​он ​почувствовал ​укол. ​Будто ​ледяная ​струя ​прошлась ​по ​затылку. ​Нэйт ​чуть ​повернул ​голову ​— ​настороженно, ​инстинктивно. ​Взгляд ​скользнул ​по ​улице ​— ​быстро, ​цепко. ​ ​Никого. ​Ни ​движения. ​Только ​длинные ​тени ​и ​деревья, ​качающиеся ​на ​ветру. ​ ​Прежде ​чем ​он ​успел ​об ​этом ​подумать, ​появился ​Джейкоб. ​ ​— ​Эй, ​давайте ​без ​лишней ​драмы, ​— ​сказал ​он ​с ​кривоватой ​улыбкой, ​бросив ​взгляд ​на ​их ​объятие, ​приподняв ​бровь. ​ ​Белла ​отступила ​на ​шаг, ​смущённо. ​Провела ​рукой ​по ​волосам, ​словно ​пытаясь ​спрятаться ​за ​движением, ​и ​быстро ​села ​в ​машину. ​ ​Нэйт ​ничего ​не ​сказал ​— ​просто ​слегка ​усмехнулся ​про ​себя ​и ​завёл ​двигатель. ​ ​В ​дороге ​разговор ​был ​редким. ​Из ​радиоприёмника ​играла ​мягкая ​мелодия, ​заполняя ​паузы ​спокойными ​нотами. ​За ​окнами ​проплывал ​Форкс ​— ​приземистые ​дома, ​густые ​ели, ​опускающийся ​туман. ​ ​Они ​добрались ​до ​дома ​Свонов ​незадолго ​до ​заката. ​Чарли ​уже ​ждал ​на ​крыльце ​— ​с ​обычным ​выражением ​добродушного, ​но ​бдительного ​отца. ​ ​— ​Рад ​видеть, ​что ​вы ​поладили, ​— ​сказал ​он ​с ​лёгкой ​улыбкой, ​заметив ​их ​вместе. ​— ​Джейкоб, ​до ​твоего ​дома ​далековато. ​Нэйт, ​спасибо ​за ​подвоз. ​Будь ​осторожен, ​темнеет. ​ ​— ​Конечно, ​шеф, ​— ​кивнул ​Нэйт. ​ ​Прощались ​быстро. ​Белла, ​махнув ​рукой, ​скрылась ​в ​доме ​— ​но ​при ​этом ​избегала ​смотреть ​на ​Джейкоба. ​Нэйт ​это ​заметил. ​ ​Уже ​по ​дороге ​в ​резервацию ​обстановка ​в ​машине ​стала ​спокойнее. ​Джейкоб, ​кажется, ​немного ​отпустил ​своё ​раздражение ​— ​по ​крайней ​мере, ​внешне. ​Он ​шутил, ​говорил ​о ​погоде, ​о ​школе, ​о ​песне ​на ​радио. ​ ​Но ​Беллу ​больше ​не ​упоминал. ​Ни ​словом. ​Как ​будто ​её ​имя ​— ​это ​незажившая ​рана. ​ ​— ​Джейкоб, ​— ​наконец ​сказал ​Нэйт, ​голос ​был ​спокоен. ​— ​Если ​ты ​действительно ​заинтересован ​в ​Белле ​— ​тебе ​надо ​расслабиться. ​Веди ​себя ​как ​с ​другом. ​Слишком ​уж ​видно, ​что ​она ​тебе ​нравится ​— ​и ​ей, ​порой, ​это ​не ​по ​себе. ​Но ​если ​будешь ​терпелив… ​если ​останешься ​рядом, ​не ​давя… ​может, ​у ​тебя ​и ​появится ​шанс. ​Я ​не ​говорю, ​что ​будет ​легко. ​Но ​и ​невозможным ​это ​не ​кажется. ​ ​Джейкоб ​удивлённо ​посмотрел ​на ​него. ​Открыл ​рот, ​но ​потребовалось ​несколько ​секунд, ​чтобы ​заговорить: ​ ​— ​Знаешь… ​мне ​нравится ​проводить ​с ​тобой ​время, ​— ​признался ​он ​с ​лёгкой, ​почти ​застенчивой ​улыбкой. ​— ​Потому ​что ​с ​тобой ​ощущение, ​будто ​ты ​— ​старший ​брат. ​ ​Нэйт ​тихо ​рассмеялся. ​Не ​голосом ​— ​глазами. ​ ​— ​Ты ​мне ​тоже ​нравишься, ​Джейк. ​ ​Они ​продолжали ​путь ​— ​мимо ​высоких ​деревьев, ​плавных ​поворотов, ​под ​постоянный ​шёпот ​шин ​по ​мокрому ​асфальту. ​Когда ​доехали ​до ​дома ​Блэков, ​Нэйт ​на ​мгновение ​замер, ​почти ​подавшись ​вперёд: ​он ​хотел ​спросить. ​Хотел ​вывести ​наружу ​ту ​странную ​тревогу, ​что ​зародилась ​с ​тех ​пор, ​как ​Билли ​заговорил ​о ​Калленах. ​ ​Но ​не ​стал. ​ ​Потому ​что ​что-то ​внутри ​— ​искра, ​интуиция ​— ​подсказывало: ​куда ​интереснее ​будет ​выяснить ​всё ​самому. ​ ​А ​Нэйт ​всегда ​предпочитал ​раскрывать ​тайны ​— ​своей ​собственной ​головой. ​ ​* * * ​ ​Дорога ​домой ​оказалась ​длиннее, ​чем ​он ​ожидал ​— ​но ​Нэйт ​не ​жаловался. ​Он ​держал ​руки ​на ​руле ​крепко ​и ​уверенно, ​в ​той ​самой ​сосредоточенной, ​выверенной ​манере, ​что ​шла ​ему ​как ​вторая ​кожа. ​За ​окнами ​машины ​небо ​над ​Форксом ​постепенно ​темнело, ​тяжелая ​влага ​оседала ​на ​стеклах, ​а ​в ​воздухе ​чувствовалась ​странная, ​почти ​родственная ​тишина ​— ​как ​будто ​само ​пространство ​давало ​ему ​передышку, ​укрытие, ​где ​никто ​ничего ​от ​него ​не ​требовал. ​ ​Он ​глубоко ​вдохнул ​— ​и ​впервые ​за ​долгое ​время ​ощутил ​покой. ​Может, ​Форкс ​— ​именно ​то, ​что ​мне ​было ​нужно. ​ ​Монотонность ​дней, ​долгие ​молчания, ​лица ​без ​навязчивости... ​и ​теперь ​— ​Белла ​и ​Джейкоб. ​В ​них ​было ​нечто, ​что ​возвращало ​ему ​ощущение ​человечности ​— ​простоты, ​обычности, ​будто ​он ​и ​вправду ​подросток, ​как ​все. ​Белла ​— ​с ​её ​неуклюжей ​обаянием ​и ​прямым, ​честным ​взглядом, ​которому ​невозможно ​солгать. ​Джейкоб ​— ​с ​теплотой, ​такой ​искренней, ​что ​казалась ​вымершей ​в ​остальном ​мире. ​ ​Они ​не ​относились ​к ​нему ​как ​к ​загадке, ​угрозе ​или ​чуду. ​Просто ​— ​как ​к ​Нэйту. ​И ​в ​этом, ​как ​ни ​странно, ​было ​что-то ​почти ​роскошное. ​ ​Когда ​он, ​наконец, ​добрался ​до ​дома, ​его ​встретил ​тонкий ​запах ​ромашкового ​чая ​и ​разогретого ​линимента. ​Бабушка ​уже ​ждала ​его ​в ​гостиной ​— ​на ​плечах ​старый ​шерстяной ​платок, ​на ​лице ​дремота. ​Нэйт ​едва ​заметно ​улыбнулся, ​увидев ​её. ​ ​— ​Тебе ​не ​пора ​ли ​спать? ​— ​спросил ​он, ​стягивая ​с ​себя ​промокшую ​куртку. ​ ​— ​И ​пропустить ​всё ​самое ​интересное? ​— ​отозвалась ​она ​хрипловатым, ​но ​бодрым ​голосом, ​изучая ​его ​тем ​особым ​взглядом, ​в ​котором ​с ​годами ​сплелись ​ласка ​и ​проницательность. ​— ​Где ​был? ​ ​— ​С ​Джейкобом ​Блэком… ​и ​Беллой ​Свон, ​— ​ответил ​он ​спокойно. ​Лгать ​бабушке ​не ​имело ​смысла ​— ​она ​умела ​читать ​между ​строк ​лучше ​любого ​детектива. ​ ​Она ​цокнула ​языком ​— ​где-то ​на ​грани ​неодобрения ​и ​смирения: ​ ​— ​Ц-ц. ​А ​я-то ​думала ​— ​свидание. ​Но ​что ​ж, ​хоть ​друзей ​заводишь. ​— ​Она ​на ​миг ​прикрыла ​глаза. ​— ​Самое ​время ​кому-то ​вытащить ​тебя ​из ​твоих ​четырёх ​стен ​— ​особенно ​тех, ​что ​у ​тебя ​в ​голове. ​ ​Нэйт ​только ​кивнул. ​Слабая, ​почти ​застенчивая ​улыбка ​и ​вздох ​— ​куда ​глубже, ​чем ​он ​собирался ​показать. ​ ​— ​Спокойной ​ночи. ​ ​Он ​поднялся ​наверх, ​в ​свою ​комнату. * * * ​Утро ​в ​Форксе ​ничем ​не ​отличалось ​от ​предыдущих ​— ​мокрое, ​серое, ​предсказуемое. ​ ​Школа ​плыла ​своим ​ленивым ​ритмом, ​будто ​сама ​природа ​задала ​темп. ​Занятия ​тянулись ​медленно, ​как ​и ​положено ​в ​такую ​погоду, ​а ​пустующий ​стул ​Эдварда ​Каллена ​оставался ​пустым. ​ ​Нэйт, ​конечно, ​не ​признался ​бы ​в ​этом ​вслух ​— ​но ​его ​отсутствие ​его ​не ​разочаровало. ​Даже ​наоборот ​— ​в ​каком-то ​смысле, ​с ​Элис ​было ​интереснее. ​В ​ней ​была ​совсем ​иная ​загадка: ​утончённая, ​терпеливая, ​закутанная ​в ​слои ​из ​вежливых ​улыбок ​и ​наполненных ​смысла ​молчаний. ​ ​В ​обед, ​как ​обычно, ​он ​присоединился ​к ​компании ​Беллы. ​В ​этой ​рутине ​было ​что-то ​успокаивающее: ​Анджела ​с ​её ​мягким ​голосом ​и ​чуткими ​замечаниями, ​Эрик ​— ​отчаянно ​пытающийся ​привлечь ​внимание ​Беллы ​своими ​отсылками, ​которые ​никто ​не ​понимал, ​и ​Майк… ​Майк ​— ​словно ​плохо ​настроенный ​котёл, ​у ​которого ​давление ​вот-вот ​сорвёт ​крышку.