Глава 2. Невольник

Субъективно все случилось мгновенно. Только я потерял сознание от асфиксии, лежа на полу октагона, способность мыслить тут же ко мне вернулась, в нос ударил резкий запах нечистот и копоти. Я понял, что нахожусь в какой-то грязной и темной подворотне. Непривычно большие здания из почерневшего кирпича сходились буквой П, образуя тупик, куда, видимо, жители скидывали мусор. Спереди нависал бетонный забор, оставляя узкий проход влево и вправо. Ни окон, ни балконов лишь глухие стены да бытовые отходы по углам. Тут впору посокрушаться о нерадивых коммунальщиков, но меня удивило другое – четкость картинки при моих минус двух. Я различал каждый кирпичик, каждый скол, каждую неровность на закопченных стенах. На подозрительно шевелящиеся кучи грязного тряпья, осколков стекла и на неопознанную биомассу по углам я старательно не смотрел. С трудом поднялся на ноги, чуть не поскользнувшись на склизкой грязи. Асфальта тут не было. Как и моей привычной обуви с одеждой. Незнакомые штаны были изодраны, будто в них штурмовали препятствия из колючей проволоки. Торс закрывала жилетка из грубой ткани с шнуровкой на груди. – Кхха-кхе, у-у-у, – попытался выматериться, глядя на то, как мои голые ноги погружаются в грязь, но голосовые связки отказалтсь подчиняться. И тут до меня дошло. Тело не мое. Я попал в тело какого-то подростка не самой массивной комплекции. Низкий рост, узкая грудная клетка и тонкие ноги не оставляли сомнений – попаданец. Хотя я всегда был здоровым. В 14 лет я уже был метр восемьдесят. Наследственность и занятие спортом подарили мне лошадиное здоровье и крупное телосложение. Всего этого я оказался лишён. Печально. Зато живой. Наверное... Ладно, все это лирика. Нужно срочно выбраться отсюда, где бы я не был. Вроде травм нет, лишь небольшая шишка на затылке. Можно двигаться. Вдруг послышались лай и чьи-то крики. Я затих, прижавшись к стене. Оставалось надеяться, что это не по мою душу. Надежды не оправдались. – Он, кажется, побежал сюда! – Голоса и лай отчётливо приближались. – Сюда, господин городовой! Он прячется в той подворотне, мои собаки точно взяли след! Вор не уйдёт! Из-за поворота на меня выбежали три натуральных волкодава. Они мало напоминали обычных собак, скорее это были мутанты из Сталкера. Уже попрощавшись со своей новой жизнью, я почувствовал ЭТО. Сложно объяснить словами, но ощутил чуждую, но такую знакомую энергию внутри себя. Она, словно теплое молоко, растеклась по моему телу, пульсируя в такт сердцебиению, постепенно становясь горячее. Первый гибрид собаки с черт-знает-с-чем уже летел на меня, оскалив пасть. Нас отделяли считанные метры, когда я на чистом наитии нанес удар по воздуху, стремясь избавится от ставшей обжигающей "жидкости" в теле. Удар давался тяжеловато, будто это отработка с резиной. Но ой-цуки (простой прямой удар рукой) получился эталонный. И не только он. В момент кимэ* из кулака заструилась эта "энергия". С моим быстрым выдохом "напор" резко усилился и "горячая энергия" воспламенилась. (*Кимэ – “момент решительности”, так нам переводили. Три довольно очевидных правила: когда не бьешь, будь расслаблен, бей на выдохе, в момент удара напрягай мышцы той части тела, которой бьешь. Момент удара и есть “момент решительности”.) Огромная струя огня вылетела прямо из моего кулака, реактивным действием вдавив меня в стену. Пронзительный визг заполонил подворотню, запахло палёной шерстью и жареным мясом. Я с удивлением уставился на свой правый кулак. Это было роковой ошибкой – Это маг огня, господин! – воскликнул высокий голос. А затем суровый бас завыл: – Мои собаки-и-и! Убью тварь! Из-за поворота выбежали двое. Здоровый мужик с дубиной – очевидный обладатель баса. Второй – в подпоясанном зелёном халате и в забавной круглой китайской шляпе. И пока я рассматривал свой кулак, он запустил в мою бестолковку кирпич. Я снова потерял сознание. *** В этот раз сознание возвращалось медленно и мучительно. Я лежал на деревянном полу, по всей видимости, на дне повозки. Она мерно покачивалась на рессорах из стороны в сторону, вокруг повсюду слышались цокот и скрип. То и дело колесо телеги наезжало на камешек или попадало в яму, из-за чего меня подбрасывало то вверх то вниз. Рессоры мало спасали. Каждый такой маневр отзывался в моем теле острой болью. Похоже меня сильно били, возможно ногами. Органы чувств постепенно начали работать. Я ощутил солнечное тепло на своей коже, пахло цветами и навозом. Деревней, в общем. Не надо быть Шерлоком, чтобы понять – меня вывезли за город, на улице теплое время года, а у меня большие неприятности. Я с трудом открыл глаза и тут же зажмурился от яркого света. Проморгавшись я увидел деревянный борт, переходящий в пол, номинально покрытый соломой, лавку и чьи-то ноги в железных оковах. Попробовал пошевелить руками, но они оказались жёстко закреплены какой-то конструкцией. Ноги тоже оказались зафиксированы. Все хуже и хуже.. – Эй Джен, смотри! "Огонёк" очнулся, – сквозь шум в ушах различил я. Кто-то перевернул меня на спину лицом к слепящему солнцу. Губ коснулась деревянная чашка с водой. Я жадно прильнул к ней. Вода! Воистину, она основа жизни на Земле! Сделав пару глотков я почувствовал себя сильно лучше и рискнул снова открыть глаза. Изображение перестало двоится и приобрело четкость. На меня смотрел зеленоглазый пацан-кореец лет 11-12 и улыбался. Почему кореец? Один только вид его смазливого личика и белоснежных зубов вызывал у меня вьетнамские флэш-бэки о солистах BTC. – Привет, я – Джен. А тебя как зовут? – Кхх-хх, Лё-х-х-х-а, –- прохрипел я. – Ну будем знакомы, Ли из семьи Ха, – он в задумчивости почесал затылок, а затем предположил, – не слышал о такой. Наверное, ты издалека? Конечно, вода это хорошо, но доверять незнакомцам отучили истории из девяностых про добрых дядей, конфеты и большие черные машины. И я выбрал проверенную линию защиту любого попаданца: – Не-е помню. Головаа-а-а... – Да, такое бывает. Какой-нибудь тать трахнет по голове – седмицу сам себя не помнишь!, – сказал парень, присев рядом со мной. Я с трудом повернул шею, чтоб рассмотреть собеседника. Он был одет в серую грубую рубаху, подпоясанную простой бечевой, штаны были на тон более темные, на ногах деревянные сандали. – Но ты отомстил – спалил псин аптекаря Лао, – произнес новый знакомый, присев у моей головы, – Спас много ребят. Он пришел за новым "материалом" на рынок, когда ты у него подрезал кошелек. Хе-хе, такой переполох был! Видимо, прочитав мой недоуменный взгляд, он разъяснил: – Лао предпочитает испытывать свои новые лекарства на людях. Говорят, именно так он изобрел лекарство от чахотки. – Ложь! Обычная настойка коки с опиумом! У меня так тятя загнулся. Последнее добро продали! – прозвучало откуда-то сверху. – Мамку твою, что-ли? Раздался смех. Удивительно, тупые шутки про мамаш и здесь актуальны. Только, где это здесь? Есть пару мыслей по этому поводу. Впрочем, действие продолжилось. Тот же голос с гневом выдал: – Да, я тебя щас...! На лавке возникла возня, что привлекло внимание водителя кобылы. Над нами щёлкнул кнут. – А ну тихо там! Иначе живо кровь пущу! Угрозу восприняли серьезно и все тут же угомонились. В относительной тишине мои потуги в речь снова могли дойти до моего собеседника. – Аватар, Аанг, Кора, – едва слышно, но уже без хрипов проговорил я. – Да, был Аанг. Он ещё кого-то Азая нахлобучил. Или Озая? Как правильно, парни? – обратился неизвестный член BTC к пассажирам тюремной кареты. – "А"! – "О"! Точно "О"! Нам в приходе рассказывали. – А ты попам больше верь! – Тише, парни! Тише, – призвал всех к порядку Джен, – или хотите познакомится с кнутом? А тебе, Ли, стоило бы помыться. – Как только, так сразу, – ответил я ему. *** Мы ехали по довольно широкой просёлочной дороге вдоль реки с мутной водой. Лес то подходил вплотную к берегу, то отступал под напором лесорубов. То и дело виднелись рабочие, что спиливали незнакомые раскидистые деревья. Затем они топорами обрубали ветки и спускали стволы по обрывистому берегу в реку. Течение подхватывало их и несло по руслу. Рабочие выглядели плохо, даже жалко. Все как один босые, в грязно-серых подвернутых парусиновых штанах и с голым торсом. Сквозь загорелую кожу проступали ребра. Явно никто из них не ест досыта. То и дело кто-нибудь из них окидывал нашу повозку безразличным взглядом и вновь принимался за работу. У них своих проблем хватает в жизни. Зачем им чужие? Парень, чья "пра-бабка была знахаркой", осмотрел мои травмы и, оказалось не так все плохо. Переломов, вывихов, разрывов связок нет, а вот ушибы и синяки представлены в изобилии. Мне назначили покой и "травяной сбор, заваренный на урине". Я вежливо отказался, но искренне поблагодарил потомственного представителя народной медицины. Может, и правда он перенял опыт у своей престарелой родственницы. Для меня, как для жителя 21-го века, прабабушка – фигура больше легендарная, чем реальная. В смысле существует только в рассказах родителей. Как только я поудобнее устроился у заднего борта телеги, меня забросали вопросами. Всех интересовали, в основном, три вещи: что за семья такая "Ха", откуда я родом, и где я учился покорять огонь. У меня не было для них ответов. Не говорить же им, что я Алексей Сидоров, обычный российский студент, сдохший во время полулегального боя по правилам ММА. А все моя неуёмная гордость и нехватка денег. Нет бы пропустить мимо издёвку одногруппника мимо ушей. Но мне приспичило показать кто здесь альфа. Я вызвался делом в их зале доказать "настоящиму бойцу ММА", что мое спортивное "кунг-фу", коим я занимаюсь с самого детства, сильнее чем их. Опущу сцены, где я по-разному измывался над парнями из "группы здоровья". Всё-таки, специальная физическая подготовка рулит. Если человек регулярно занимается спортом и выступает на соревнованиях, да хоть по бальным танцам, он будет на голову выше в физическом плане любого обывателя. В конце тренировки один из парней, впечатленный моими пируэтами, предложил поучаствовать в неофициальных любительских соревнованиях по правилам ММА. Сначала я отказался, но как только услышал сумму призовых, ой-вей... Двести за победу, второе – сто, два третьих – двадцать. Я сказал что подумаю. Но думал я не тем местом, поэтому вскоре согласился. На первый бой против меня вышел такой же мешок как и мой одногруппник. Специфичные атаки из карате всерьез разогрели публику. А "хвостом дракона" я точно завоевал приз зрительских симпатий. Второй – был сложнее. Противник имел отличную боксёрскую технику и приемлемые спортивные кондиции. Этого хватило, чтобы отправить меня в нокдаун, но благодаря подсказкам секунданта я затащил бой по очкам. Третьим противником был кикбоксёр из Шторма, птенец гнезда Шлеменко. Вот тут мне и настал кабздец. Такому противнику я мог противостоять только в беге на средние и короткие дистанции. Но после двух одержанных побед, мне было море по колено. Мда... Если бы не мое желание выпендриваться, пил бы сейчас "Карачинскую" и в ус не дул... *** – Стой, родимая! – прервал своим возгласом мою рефлексию возничий. Мы остановились на Т-образном перекрестке, пропуская встречку. Тут я впервые разглядел местную "лошадь": шкура песчаного цвета, волосатая глупая морда с клювом вместо рта, и две ноги-лапы. Ясно, снова мутант, своеобразные тягловый страус. Мы свернули налево от реки, в сторону леса. Тень накрыла повозку, спасая нас от вечерней жары. Теперь дорога петляла сама по себе, а не вслед за руслом. Вскоре мы выехали из леса. Перед нами вырос холм на вершине которого сверкало белоснежное здание, окруженное невысокой стеной из красного кирпича. – Ого! Вау! – послышались возгласы моих товарищей по несчастью. – То-то же! Не видели вы такую красоту в своих грязных трущобах! Смотрите и наслаждайтесь пока можете, разреша-а-аю! – с превосходством протянул, наш водитель, не оборачиваясь. Мы подъехали к большим кованым воротам с искусным узором в виде виноградной лозы. Два стражника приветственно замахали нам: – Жонг, ты быстро! Думали, задержишься в городе. Привез рекрутов? – Ну, как видишь. Отворяй быстрее, меня ждёт холодное саке в погребе, – уставшим голосом ответил возничий. Тут же парни на скамейке зашептались: – ...Не рабы, рекруты. – Рекруты? А... кто это такие?... Пока мы проезжали ворота я успел прочитать сверху три золотистых иероглифа: Сэнь Линь Ху – лесное озеро. Это было хорошо, даже отлично. Я умею читать на местном китайском, что само по себе не хилый рояль. Но кто не умеет читать в наши дни? Да и Попаданец без роялей – не попаданец. Мы въехали на территорию виллы. Удивительно прямая для этих мест дорога усыпанная мелким гравием вела к парадному входу большого трехэтажного здания. Мраморные колонны подпирали балкон первого этажа. С него на нас смотрели, видимо, хозяева: мужчина в белом как само здание смокинге, и девочка в розовом платье, чей силуэт мелькал сквозь деревянные перила. Долго любоваться на чистую публику нам не пришлось. Повозка, объехав дом с торца, остановилась у одноэтажных построек. – Тпру-у-у-у, сто-о-о-й. Эй там, сзади! С вещами на выход! – протянул водитель страуса и сам соскочил с козел. Пока потомственный санитар помогал мне выбраться из телеги, из квадратного строения, напоминающего сторожку, вышел молодой человек в очках, одетый в полувоенную форму – тёмно-синие штаны и светлую рубашку с погонами. На груди с левой стороны у него красовалась эмблема – тот же цветочный узор что и на воротах. Сельский учитель на летних сборах. Мы выстроились в ряд, показывая какие дисциплинированные и, вообще, молодцы. Не надо нас на бить кнутом, пожалуйста. – Как и заказывали, 7 магов. Шесть покорителей земли. Седьмой, что в кандалах, маг огня. Как мне сказали на рынке, убил трёх охотничьих собако-медведей и чуть не поджарил двоих людей. Буйный... "Сельский учитель" вытащил из за спины планшет и начал записывать. – Шесть и один, да? Документы с собой? – возничий протянул ему бумажный свёрток, – А хорошо ты их выдрессировал. На буйного ничего нет? Два взгляда скрестились на мне. – Как звать? – спросил меня сельский интеллигент. За меня ответил Джен: – Его зовут Ли, господин. Он сильно получил от аптекаря в околотке, сам видел. Едва может говорить, господин. – Так и запишем... Выглядишь хреново, Ли, – обратился "учитель" ко мне, – после санобработки отведу в медпункт. Пока "интеллигент" проводил опрос остальных, возничий, повинуясь жесту очкастого, нагнулся к моим ногам и снял кандалы. Я тут же стал разминать ноги. На лодыжках огромные синяки, голиностоп едва гнется, даже просто стоять больно. Бежать в ближайшее время мне не светит. Видимо, чуть раньше "учитель" решил также. – За мной, – последовала команда от очкастого. Мы немного по петляли между хозяйственными постройками. И вышли на задний двор "конюшни". По крайне мере, это было длинное здание с загонами для "страусов". По пути мы встретили кучу людей, занятых своим делом. Но мне было не до разглядывания незнакомцев. Каждый шаг давался с трудом. – Одежду долой, – новая команда от "учителя" и палец, указывающий на круглую железную бочку. Он подозвал подвернувшегося под руку трудягу, что таскал уголь, и всучил ему шланг. А сам быстрым шагом направился в "страусиную". Пока мы снимали всю одежду, он вернулся с кусками мыла, штопаной простыней и канистрой. – Мыло вообще-то для страусовых лошадей (sic!) и пахнет не очень. Но и так сойдёт, – немного сконфуженно проговорил он, – Ждал вас только завтра. Не успел все подготовить... В канистры оказалась горючая смесь, какая-то фракция нефти. Керосин? Бочка же использовалась для сжигания всякого мусора. Вот и нашу одежду в гигиенических целях предали огню. Душ! Как много в этом слове для сердца русского слилось, как много в нем отозвалось... Ну вы поняли. Для городского жителя с доступом к горячей воде 24/7 находится в таком грязном состоянии настоящая пытка. Кстати, вода очень даже теплая. Она шла из большой черной цистерны над конюшней, нагреваемой весь день солнцем. Вспомнился летний душ на сборах... Вернусь ли я обратно? Что со мной "там", в Сибири? Как родители? – Ладно, заканчиваем. Вот вам полотенце, – кинул нам простынь "учитель". Как мило с его стороны. Мы чистые и относительно сухие стояли перед очкастым в чем мать родила. Он улыбнулся чему-то своему, поправил интернациональным движением очки и четко и громко, чтоб все слышали, сказал: – Мое имя Такеши, фамилия Ямадзаки*. Я буду вашим комендантом. Ко мне обращаться "господин комендант" или "господин Ямадзаки". Вы находитесь на территории поместья "Черные воды", что принадлежит славному клану Пу Тао. Вскоре, здесь будет полноценная академия охранных сил одноименной корпорации. А пока вы первые рекруты новой академии. Все инструкции от меня получите завтра утром на зарядке. Там же изучим строевые команды. А теперь, в жилой блок! Разбейтесь по парам и старайтесь не идти кучей, – комендант развернулся на каблуках и двинулся от конюшни. Мы последовали за ним. Стоило перерождаться в новом мире, чтоб попасть в частное суворовское училище? Вопрос риторический. Я очень вымотался за этот день. Не помню как добрался до медпункта. Как только моя голова коснулась мягкой кушетки, я тут же отрубился. (*В оригинальном сериале Народ Огня – сборная солянка из культур Азии и Океании. Все потому, что изначально они списывались точ в точ с японцев начала двадцатого века. Но создателей смутило столь однозначное сходство, и они отыграли назад, чтоб не так было похоже. Ведь, реальные японцы могут обидеться. В моем фике без купюр: Народ Огня – тру японцы с аниме-ресентиментом. Посмотреть на изначальные концепты можно тут: https://atlaculture.tumblr.com/post/644947478248079360/the-great-fire-nation-debate-part-1-the)