Бусины цвета рябины

— Звучит как бред, — сказала Ангельберта. — Добро пожаловать в Глубину, — ответил Кот мрачно. Они сидели за столом, собравшись всей компанией. На столе лежали красивые и длинные стеклянные бусы красно-оранжевого цвета. — Надо пробовать, — сказал Ноэль. — Если опасаешься, а я вполне понимаю твои опасения, давай так — мы отойдем от веранды, будем приглядывать со стороны. Ты выйдешь с девочками на веранду, постоишь недолго, рассыплешь бусины и уйдешь в дом. — Я сама на эту тварь хочу посмотреть, — сказала Ангельберта. — Мы с Нади, значит, у тебя заберём Сильву с Лизой и с ними в доме посидим. А ты пойдешь караулить похитителя на веранду. — Только не будь с ним рядом, когда он дособерёт бусины, — сказал Ноэль. — Он может быть опасен. Ангельберта кивнула. — Я хочу с ним поговорить, пока он бусины собирает, — сказала она. — Ну, а если не получится с бусинами, — сказал Ноэль. — Поедем завтра снова к монстрологу, выясним, что ему удалось вычитать в своих книгах. Ангельберта вздохнула, встала и взяла бусы со стола. — Тогда пошли, — сказала она. — Сделаем это прямо сейчас. У меня уже нервы не выдерживают, я хочу поскорее разобраться с этим. — Сильва, Лиза! Пойдём постоим недолго на веранде. Полюбуемся мхами. — Мы будем живцом? — спросила Сильва, спускаясь по лестнице. — Сколько я говорила, что подслушивать нельзя! — воскликнула Ангельберта. — Мы случайно, — сказала Лиза. — Как можно случайно подслушать? — спросила Ангельберта. — Мы в коридоре играли, — ответила Сильва. — Во что там можно играть?! — воскликнула Ангельберта. — В двери, — ответила Сильва. — В разные волшебные места. Ангельберта вздохнула и обняла, подошедших дочерей. — Идем. От меня ни на шаг. Просто постоим и уйдем. Потом посидите с Кристин и Нади недолго. — С тобой ничего плохого не случится? — встревоженно спросила Сильва. — Нет, зайка. Всё будет хорошо, ответила Ангельберта и поцеловала Сильву в макушку. Ноэль вышел в деревянную дверь и, пройдя сквозь веранду, отошел от неё метров на десять. Его примеру последовали Бритва, Лёд, Лео, Лиска, Кот и Мариша. Окружив таким образом веранду, они уселись на мох и приготовились ждать. Агнельберта встала с девочками у перил. Сильва и Лиза выглядели серьёзными и внимательно разглядывали равнину вокруг. Наконец, Ангельберта достала из кармана бусы и, рванула нитку. Искрясь на солнце, яркие бусы рассыпались, прыгая по доскам. Обняв девочек, Ангельберта ушла в дом и тут же вернулась одна, села на перила в дальнем конце веранды и принялась ждать. Ноэль смотрел, как блестят на солнце красивые бусины и даже себя поймал на желании их собрать. Ничего не происходило. Кусты с плодами, в горшках расставленные на веранде, как показалось Ноэлю, подросли за последние дни. Желтизна ушла с листьев. Им явно нравилось местное солнышко. Ноэль разглядывал веранду и думал о том, что нужно уже заняться тем, чтобы раздобыть туда мебель. Очень приятно было бы завтракать на этой веранде, на свежем воздухе этой зелёной равнины. Пол вот только бы, правда, застелить красивой плиточкой или паркетом, даже. Хотя при такой влажности паркет быстро придёт в негодность. Вдруг мелкий камушек ударился о щеку Ноэля. Тот повернул голову, глядя рассержено. Лео пальцем показывал на веранду. Тут Ноэль, вдруг, вспомнил, зачем он тут, и округлив глаза, посмотрел на пристройку. Ползая на четвереньках по полу веранды, босоногий рыжий мальчик собирал бусины. Ноэль поднялся и тихо пошел. Ангельберта сидела на перилах и, как и Ноэль только что, смотрела задумчиво куда угодно, только не на мальчика. Лео подбежал к Ангельберте со спины и потряс её за плечи. Она, собиралась было выругаться на Лео, но тут увидела мальчишку. Ноэль подошел почти к самой веранде. Мальчик, косясь на людей мрачным и испуганным взглядом, быстро собирал бусины в лежащую на полу зелёную кепку. На нем были порванные на коленях короткие штаны и надетая на голое тело жилетка, которая была ему явно велика. Ангельберта, глядя на Того внимательно, подошла к нему и, внезапно, села рядом с ним на пол. — Малыш, — сказала она негромко и ласково, — не бойся, я тебя не обижу. — Я сам кого хочешь обижу, — пробурчал мальчик. — Не надо. Мы не хотим ничего плохого. Я просто хочу узнать у тебя, зачем ты пытаешься похитить моих дочек. — Потому что им у вас плохо, — сказал мальчик, продолжая собирать бусины. — Почему ты так решил? — удивлённо спросила Ангельберта. — Они мне сами сказали, — сказал он. — Вы их из дома не выпускаете, и им не с кем играть. А это очень плохо, когда не с кем играть. Так нельзя. Ангельберта вздохнула и провела ладонями по лицу. — Я их не выпускаю из дома, потому что боюсь, что кто-нибудь их похитит и причинит им вред. Ты же пытался их похитить. — Я же не причиняю им вред! — воскликнул мальчик возмущенно, продолжая собирать бусины. — Ну, я же не знала! — сказала Ангельберта. — Ты же не сказал. А куда ты хочешь их отвести? — В мой замок, — сказал мальчик гордо. — Там весело, там нет взрослых и опасных никого нет. Мы там играем всё время. — А если кто-то там не хочет находиться? — спросила Ангельберта. Мальчик посмотрел на неё недоуменно. — Такого не бывает, — сказал он уверенно. — Ну, может дети скучают по родителям, — сказала Ангельберта. — Им всем было с ними плохо. Взрослые их запирали, били и не давали играть, — сказал он. — Я никогда не бью моих девочек, я их очень люблю. А не выпускала я их гулять, потому что боялась, что ты их украдешь. Они же меня тоже любят и им будет без меня плохо. Кто будет им сказки читать? И готовить им пироги кто будет? И косички заплетать и подтыкать одеяло, чтобы не было страшно засыпать? — Но им же плохо, — сказал мальчик упрямо. — Потому что они тоже напуганы, если бы я была уверена, что ты не уведёшь их и присмотришь, чтобы никто их не обидел, я бы отпускала их гулять и была бы спокойна. И они были бы счастливы. Они гуляли бы с Генри и бегали бы за ящерицами и играли здесь. Мальчик сосредоточенно собирая бусины шмыгнул носом и ничего не ответил. — А что случается с детьми в твоем замке, когда они вырастают? — Они перестают его видеть, — сказал мальчик. — И уходят. Дурацкое взросление! Зачем вы, люди его придумали! — Мы не специально, — сказала Ангельберта. — Сильва и Лиза другие. Они смогут быть счастливыми и играть всегда, — сказал мальчик. — У них будет много друзей и приключения. — Но им будет плохо без мамы. Да, бывают плохие мамы, но я же хорошая. Мальчик подумал и сказал. — Да. Ты добрая. — Давай заключим договор, — сказала Ангельберта. Мальчик заинтересованно на неё посмотрел. — Какой? — спросил он. Ноэль обратил внимание на то, что тот перестал собирать бусины. В кепке, судя по всему, уже лежали все. — Ты не будешь уводить моих девочек, пока о них заботится взрослый, который любит их и заботится о них и не обижает. С которым они сами хотят быть. А если вдруг они останутся без такого взрослого, ты их сразу же уведешь в твой замок, где им будет хорошо. — А зачем тебе это? — хитро прищурившись и наморщим веснушчатый нос, спросил мальчик. — Мои девочки не взрослеют и не стареют, а я состарюсь и рано или поздно умру. И я не знаю, будет ли кто-то, кто сможет заботиться о них не хуже меня. И я хочу, чтобы им было хорошо, когда меня не станет. Мальчик встал, отряхнул коленки и взял в руки кепку с бусинами. — Зачем вы придумали умирать? — спросил он. — Это же глупо. Ангельберта улыбнулась. — Это за нас придумали. — Ваши взрослые? — спросил мальчик. Ангельберта кивнула. — Хорошо. — Сказал он. — Договор. — Договор, — повторила Ангельберта. Мальчик покосился насторожено на Ноэля, затем на Лео. — Им просто любопытно, — сказала Ангельберта. Она вдруг протянула руку и погладила мальчика по голове, приглаживая растрепанные волосы. — Скажи, а почему ты звал Сильву и Лизу к той запертой двери в стене дома? — А, — мальчик улыбнулся и махнул рукой, — оттуда ближе. Но она оказалась закрытой, та дверь. Я не проверил сразу. — Он вздохнул. — Если бы ты была маленькой, мы могли бы все вместе пойти в мой замок. — Да, зайка, — сказала Ангельберта. — Но я к сожалению, не могу. А ты заходил в дом? — спросила она. Мальчик помотал головой. — Там у вас закрыто. Особенный дом. Не могу. Даже не видно, что там. — Ты будешь приходить? — Не часто, — сказал он. — Поиграть с Лизой и Сильвой. А то им скучно. Но часто не смогу. У меня много дел. — Хорошо, — сказала Ангельберта. — Ну… — мальчик посмотрел на Ангельберту с симпатией. — Я пойду. — Хороших тебе игр, зайка, — сказал Ангельберта. Подул ветерок и мальчик исчез. Ноэль выдохнул и вытер непонятно почему навернувшиеся на глаза слёзы. Ангельберта встала и, прислонившись к стене ангара, закрыла глаза. Бритва, Кот, Лёд и Мариша, недоуменно глядя на Ноэля, Ангельберту и Лиску с Лео, стоящих по другую сторону выеранды, поднимались со мха. — Что это было? — спросил Бритва. — Всё в порядке? — Он вас заколдовал, — сказал Лео. — Он уже был здесь. Анги просто… супер-мама. Она обо всём договорилась. Ангельберта улыбнулась. — Мне так жалко этого Питера Пэна, — сказала она. — Никто о нём не заботится. Ноэль вздохнул и достал из кармана портсигар. Он на мгновение почувствовал себя этим Питером Пэном. Мальчиком, о котором никто не заботится. С этим же чувством он прибыл в Вогельвальд. Это же он ощущал, когда думал, что Бритва умер… — Ты в порядке, — спросил Бритва, подходя. Ноэль улыбнулся ему. — А ты? — Жутко расстроен. Было до жути интересно. — Да. Это было неожиданно. Я не этого ожидал, честно говоря. — А я понимаю этого мальчишку, — сказал Лео. — Чувствуя его своим кармическим братом. — Поэтому тебя и хочется иногда обнять и плакать, — сказала Ангельберта, взъерошила Лео волосы и ушла в дом. Лео развел руками и пожал плечами, забрался на перила и встал на них, балансируя. — Дети, скажите, мы молодцы? — спросил он. — Мы молодцы, — с улыбкой ответил Ноэль. — Не слышу! — воскликнул Лео. — Хватит сиси мять, давайте хором! — Ой, иди в жопу, — сказала Мариша, раздосадованная тем, что тоже ничего не увидела. — Слезай, а то ноги разъедутся, сядешь на перила верхом и отобьёшь пипирку. — Спасибо за заботу, — сказал Лео и сел, не слезая с перил, на корточки. — А ты и правда похож… — сказал Ноэль. — Есть в тебе что-то фейское. Лео показал Ноэлю язык, достал сигареты и закурил.