Глава 5. Новый дом, старые кошмары

      Сквозь приоткрытые шторы пробивался солнечный лучик, не только освещающий мрак комнаты, но и посмевший потревожить мой сон. Поморщившись, я с головой укрылась одеялом, в попытке закрыться от солнца, но одеяло с меня варварски потянули обратно.       — Роза, подъем, скоро самолет, — я резко села, сон как рукой сняло. Растерянно смотрю на Уилсона.       — Уже? Сколько времени? Мы не опаздываем?! – уже порывалась бежать в спешке за вещами, спрыгнув с дивана, вставая на ноги, как Сэм с усмешкой остановил меня, придержав за локоть.       — Тихо, тихо, все нормально. Время есть, — я глянула на часы. До вылета оставалось два часа.       — Боже, я что, забыла перед сном будильник поставить? – на лице Сокола заиграла загадочная улыбка.       — Ну, ты вчера заснула на плече Барнса, так что тебе уже было все равно на будильник.       — Я... Что?! – в ужасе и замешательстве уставилась на коллегу, который на мой растерянный взгляд громко рассмеялся. Немного отойдя от шока, сконфуженно отвернулась, закрыла лицо руками, пряча порозовевшие щеки, — Какой кошмар… — также я вспомнила, что когда мы сидели за просмотром фильма, то на диване не было ни подушки, ни одеяла. Значит, наш солдатик бывает еще и заботливым? Да он полон сюрпризов. Сэм же с улыбкой хлопнул меня по плечу.       — Да ладно тебе, не накручивай себя. Я тебе всегда говорил, что Баки хороший друг, правда, не любит этого показывать.       — А где он сам сейчас? — задумчиво окинула взглядом пустой зал. Дверь в их комнату была открыта, там его также не было.       — Он уже свои вещи собрал и положил в машину. Решил прогуляться. Ты тоже не задерживайся, — кивнула, соглашаясь с Уилсоном и поспешила собрать багаж.

***

      Через несколько часов мы уже прилетели в Берлин. От длительного перелета все мышцы затекли и больше всего я мечтала после этого лечь в кровать в нашем новом убежище. На этот раз это была небольшая трехкомнатная квартирка, попав в которую я радостно вздохнула, узнав, что у каждого будет своя комната и наконец-то появится личное пространство. Больше не придется жить в зале на диване и ежедневно лицезреть гуляющего по квартире полуобнаженного Барнса. Хотя ладно, я уже к этому привыкла, даже если он уже этого старается не делать. Я прошла в свою комнату и с облегченным стоном легла на мягкую кровать, задавая тихий вопрос самой себе.       — За какие добрые дела мы заслужили эти райские апартаменты?       — Никсон, тебя даже за добрые дела в ад не грех отправить, так что чем ты такое заслужила – хороший вопрос, — кинул проходивший мимо моей комнаты и, естественно, услышавший мое тихое – я скоро возненавижу его суперслух, – бормотание. С усмешкой закатила глаза. Я заметила, что Джеймс больше не бесит меня своим существованием. Все больше наши язвительные выражения не заходят дальше, чем просто подколки, нежели реальные попытки задеть друг друга. Уже не стремимся пристрелить друг друга, но и до приятелей как до луны шагать. Услышав какой-то шум на кухне, со вздохом встала с кровати и направилась в ее сторону. Мужчины явно куда-то собирались. Я оперлась плечом о дверной косяк, сложив руки на груди.       — Вы куда? — Сокол, укладывающий в рюкзак свой дрон, обернулся на мой голос.       — Надо окрестности проверить. Может что узнаем. Ты была уставшая после дороги, поэтому решили, что тебе лучше отдохнуть, — удивленно выгнула бровь. Вау, забота... Неожиданно, но приятно.       — Что ж, хорошо. К вечеру вернетесь?       — А если нет, то будешь скучать по нам? — усмехнулся Барнс, натягивая перчатки, дабы скрыть металлическую руку. Вернула ему ухмылку.       — Уж по тебе так точно, — Уилсон уже привычно вздохнул, но такое общение коллег ему приходилось больше по вкусу, чем раньше. Джеймс закатил глаза, но, снова посерьезнев, ответил:       — Мы возможно придем ближе к утру, так что рано не жди.       Кивнула, уже прикидывая, чем можно заняться остаток дня. Парни же, уже собравшись, пошли к выходу, и, после слов «Не скучай», кинутых Сэмом, раздался хлопок двери. Я же прошла в свою комнату и, решив заняться делом, достала ноутбук Оскара. Немного пролистав различные папки и файлы, я нашла мессенджер, в котором, к удивлению, был только один ведущийся чат, тем более со свежими непрочитанными письмами. Я отрыла его. Имени отправителя не было. Последнее смс гласило: «Жду отчет по прошедшей работе с Фредериком Астором. Также не забудь про оставшихся». Оставшихся? Я пролистнула вверх. Здесь находилась вся информация о месте положении жертв, где поймать и так далее. Но меня привлекло не это. На глаза попало письмо, от которого по коже побежали мурашки.       «Объект №1 - Розалия Никсон. Кодовое имя: Белая тигрица. В данный момент находится в Праге, из гостиницы почти не выходит. Установить слежку и докладывать о передвижении»       «Объект №2: Джеймс Барнс. Кодовое имя: Зимний солдат. В данный момент также находится в Праге, точное место положение не известно, отследить тяжело. Установить слежку и докладывать о передвижении»       Я тяжело сглотнула. Значит мы тоже есть в списке? И о нас знали в Праге?       Волнение потихоньку стало накрывать меня. Отложив ноутбук, закрыла глаза и помассировала виски. Нет, я или кто-то из парней обнаружил бы слежку, особенно с нашей с Барнсом подготовкой. М-да. Вопросов появилось только больше. Нужно больше информации. Выдохнув и взяв ноутбук обратно, углубилась в изучение каждого письма.       К концу моих поисков за окном уже стемнело. После перелета и проделанной работы меня клонило в сон, из-за чего я решила не засиживаться. Выключив ноутбук, положила его на стол и, зевая, отправилась в ванную. Вернувшись в комнату, закуталась в мягкое одеяло, но заснуть не давало волнение. Как там Сэм и Джеймс? Я пыталась заснуть, откинуть эти мысли, но вскоре стало ясно, что мои попытки тщетны, из-за чего пришлось взять телефон с прикроватной тумбочки и написать Сэму.       «Сэм, вы как? В порядке? Весь день от вас ни слуху ни духу», - ответное сообщение пришло через пару минут, когда я почти вырубилась в ожидании. «Все нормально, но мы задерживаемся. За нас не волнуйся», - я робко улыбнулась от полученного сообщения и почувствовала, как на душе становится легче. Ого, я умею за кого-то волноваться? Или я уже просто привыкла к этим двум придуркам? Усмехнувшись, я отложила телефон и наконец-то погрузилась в мирный сон.

***

      Ночной лес погружен в тишину, нарушаемая только тихими шагами. Я в обтягивающем тактическом костюме и маске иду рядом с Зимним солдатом. Нервно сжимаю в руках автомат. Все тело напряжено, слух ловит любое движение. Это мое первое важное задание, хотя я иду больше как аксессуар – а скорее как усложение – Зимнего солдата. В метрах десяти от нас послышался шорох, и я рефлекторно приготовилась к бою, опустившись на одно колено и пригнувшись. Направила автомат в предположительное местоположение потенциального врага. Зимний кинул на меня взгляд награни осуждения и раздражения.         — Это енот, — я смущенно прокашлялась и поспешила за ним.         — Прости, нервы, — он кинул на меня хмурый взгляд, от чего я поморщилась, — Да-да, эмоции и бла-бла-бла. Не начинай эту песню, — он, отвернувшись, обреченно покачал головой.         — Ты безнадежна, — идя за ним следом, скривила лицо, парадируя его, но обернувшийся в мою сторону солдат заметил мои кривляния и одарил меня презрительным взглядом. Я слабо виновато улыбнулась и прошла вперед, сев на поваленное дерево.         — Да ладно, расслабься. Я все сделаю как надо, — он вздохнул, покачав головой, показывая свои сомнения в этом.       Солдат отвернулся от меня, пройдя к опушке, и присел. Открылся вид на большой пятиэтажный коттедж, огражденный каменным забором. Здание стояло на утесе, у подножия которого бурлила горная река. Фыркнув, подошла к нему, присев на колено за его плечом.         — Ты снова намекаешь на мою бесполезность? – Зимний привычно проигнорировал мой вопрос. Я лишь недовольно выдохнула, не повторяя попыток развить тему. Все равно бессмысленно. Солдат выбежал из тени деревьев, кинув тихий приказ:         — Бегом.         Я замешкалась, но, опомнившись, последовала за ним. Подбежав к забору, он перемахнул через него, не дожидаясь меня. Рыкнула от очередного прилива возмущения, с легкостью перепрыгнув забор, оказавшись за каменной оградой, приземлилась за зелеными декоративными кустами. Никого поблизости не было, включая Зимнего.       — Солдатик? Ты же меня не бросил? – еле слышно спросила окружающую меня пустоту.         Класс. Разбираться еще самой со всем этим. Проклиная этого невыносимого человека, проползла за кустами на задний двор. На двери кодовый замок, который можно взломать, но будет долго, надо еще что-нибудь. Осмотрелась в поиске другого входа. На третьем этаже было открыто окно, через которое я бы смогла пробраться внутрь. Чудно. Собиралась уже действовать, но в паре десятков метрах от меня послышались приглушенные голоса и шаги, притихла. Мимо прошла пара охранников, светя фонарем по сторонам. Затаилась, прижавшись ближе к земле. К счастью, мужчины прошли мимо, не заметив меня.       Когда они скрылись за углом, убедилась, что никого нет. Пробежав по открытой местности, прыгнула, ухватившись за пологую крышу веранды. Подтянулась, оказавшись на ней, осмотрелась. Никого. На третий этаж не запрыгнуть, слишком высоко. Но рядом с окном шла водосточная труба. Я прыгнула и, оттолкнувшись от нее, проскользнула в окно, попав на этаж и стоя к проему лицом. Не успела обернуться, как одной рукой мне зажали рот, а другой прижали спиной к себе. Паника накрыла меня. Выпустила стальные когти и собиралась нанести удар, как рука, которая лежала на талии, перехватила мою. Рядом с моим ухом раздался вкрадчивый опасный шепот, который всегда заставлял кровь застыть в жилах.         — Котенок, тебя где носит? – узнав тот самый раздраженный, но уже почти родной голос, меня одновременно накрыло волной облегчения и злости. Он явно пошел другим ходом, не как мы обговаривали. Скинула его руку, спрятала когти, обернувшись к нему, зашипела.         — Ты обалдел?! Сам кинул, а я и…         Он кинул на меня грозный взгляд, который тут же заставил меня замолкнуть, но не отвела свой. Он обреченно покачал головой и двинулся вглубь темного коридора. Закатила глаза, но не стала спорить больше, последовав за ним. Ставки явно высоки, лишний шум может стоить многого. Потом ему выскажу все, что думаю.       Мы бесшумно поднялись по лестнице на нужный этаж. Зимний тенью проскользнул в спальню цели. Я огляделась, чувствуя, что что-то упустила. В поле моего зрения мелькнула красная лампочка. Оглянулась и оцепенела, осознав масштаб своей ошибки. Я должна была вырубить камеры, но из-за того, что мы разъединились, я упустила данный этап плана. На улице слышала какой-то шум. Возможно, нас уже увидели по камерам. Напарник снова вышел в коридор, заметив мою напряженность, нахмурился.         — Что не так? — на первом этаже стал слышен топот, направляющийся вверх. Оглянулся на лестницу.         — Я камеры не выключила, — нерешительно подняла на него взгляд, ожидая реакции. Солдат резко повернулся ко мне. Клянусь, если бы он мог, то придушил бы сейчас же и бросил на растерзание бегущей охране. На его лице отобразились все невысказанные грубые слова в мою сторону, но позволил себе только хрипло шепнуть:         — Когда выберемся отсюда, то не уверен, что ты вернешься на базу, – подняла руки в знаке капитуляции.         — Ладно-ладно, делай, что хочешь, но для начала выберемся, — подбежала к окну, открыв его и осмотревшись. Во дворе несколько охранников, но выбора нет. Перехватила автомат, готовясь к атаке, — Прыгаем? – мне хватило его кивка. Сам он напряженно вслушивался в приближающиеся шаги и всматривался в лестничный пролёт, прикидывая, сколько у нас времени на побег. Перехватил автомат, готовясь если не успеем спуститься открыть огонь.         Я выпрыгнула в окно, мягко приземлившись на газон. Тут же открыла огонь по ближайшим двум бойцам, после спрятавшись от огнестрельной очереди за большим декоративным валуном, отстреливаясь из-за камня. Зимний приземлился рядом со мной, прижавшись спиной к камню.         — Сколько? – аккуратно выглянул из-за камня, пробежавшись мимолетным взглядом по противникам.         — Насчитала около трех еще. В здании? – мой голос поглощался выстрелами и свистом пуль. Послышался вскрик боли. Минус один.         — Около пяти.         — Черт… Какой план? — подстрелила еще одного охранника. Зимний окинул двор взглядом. Он посмотрел в сторону дальнего края.         — Нам нужно туда, — с ужасом посмотрела на дальнюю точку, до которой нам придется бежать по открытому пространству. Хоть огонь был уже не столь сильным вследствие выведенных охранников, но риск велик.         — Ты спятил?! Нас подстрелят!         — Шевели ногами быстрее. Готова? — выдохнула, злясь на столь неблагоприятные обстоятельства.         — Пошли!         Мы одновременно вынырнули из укрытия, мчась под градом из пуль. Приняла свой кошачий облик, чтобы было тяжелее в меня попасть, прибавила скорости. Пули свистели со всех сторон.  У самого забора превратилась обратно, перемахнув забор.       За ним находился обрыв. Внизу виднелась полоска бурной реки. Зимний перепрыгнул ограду, приземлившись на отступе от края. Он мне кивком показал в сторону обрыва, указывая дальнейший путь. С ужасом на него посмотрела, но для других решений выбора явно не было. Солдат прыгнул в пропасть первым, я последовала за ним, сдерживая вскрик от ощущения свободного падения.       Упала в холодную воду с всплеском. С трудом вынырнула, жадно хватая ртом воздух, но меня накрыло новой волной бурной реки с головой. Быстрое течение не позволяет сопротивляться, бросая меня из стороны в сторону как тряпичную куклу, ударяя о камни. Чувствую, как воздуха мне катастрофически не хватает. Из последних сил борюсь, стараясь победить природу, но сознание начинает покидать меня. Перед глазами все плывёт, тело становится вялым и тяжелым, двигаться все сложнее. В надежде делаю последний рывок, но мне не хватает сил. Вода начинает наполнять легкие. Капля за каплей. Я совсем потеряла контроль над своим телом, поддаваясь горному течению. Перед глазами все окончательно потемнело и я потеряла сознание.       Через какое-то время почувствовала, что нахожусь не в бурлящей воде, а на каменистом берегу. Чувствую, как кто-то активно трясет меня за плечо.       — Давай, очнись! — манящий и тихий голос, как из под толщи воды. Веки все также тяжелы. Морщусь, пытаясь собраться с с силами, — ну же, Роза! — стоп... Роза? Голос становится все яснее и ближе ко мне. И я понимаю, что трясут меня за плечо не только во сне.

***

      Я резко, еще не до конца проснувшись, схватила трясущую меня за плечо руку, попыталась скинуть и вскочить на ноги, но ласковые руки придержали меня, кладя обратно на спину. Над ухом раздался тихий, успокаивающий шепот.       — Чш, солнце… Не надо так резко, голова закружится.       Теплый голос обволакивал сонное сознание, внушал ощущение безопасности. Я, щурясь, посмотрела на сидящего рядом, пытаясь рассмотреть его. В полумраке комнаты, в которую пробивались из-за плотно закрытых штор пара серебряных лучей, было тяжело разглядеть его лицо. Человек сидел рядом со мной на краю кровати, придерживая одной рукой за плечо, другой держа меня за локоть. Я слегка вздрогнула от холода от его руки. Металлического холода.       — Джеймс? — мой голос прозвучал сипло. В ответ я услышала усмешку. Мозг медленно начинал работать, и до меня только сейчас дошло его милое обращение, сонно усмехнулась, — Стой, ты назвал меня «солнце»? Это чем я тебя так озарила? — судя по тому, что в комнате на время повисло молчание, Барнс смутился. Видимо, он явно не это хотел мне сказать, Прокашлялся, стараясь придать голосу ровный тон.       — Давай сделаем вид, что ты не слышала этого, и я ничего не говорил, — с ухмылкой посмотрела на него, дразня.       — Нееет, молодец, такое не забывается, - мои глаза уже привыкли к темноте. Теперь я могла рассмотреть его. Он был в той же одежде, в которой уходил, правда слегка потрепанный и уставший. Его голубые глаза почти сияли в темноте. И да, в который раз я в них смотрю и тону. Похоже, у меня типаж на голубоглазых мужчин, но явно с более приличным характером. Этот же закатил глаза.       — Боже, я все-таки не старый? – фыркнула, все же принимая сидячее положение.       — Ага, размечтался. Ты что здесь делаешь? – на мгновение в комнате повисла тишина, после которой Барнс вздохнул, буравя взглядом пол, будто решился признаться в чем-то.       — Услышал какие-то крики у тебя в комнате, на всякий случай проверил. Тебе снился кошмар, и решил разбудить, — он поднял на меня глаза, словно в попытке найти подтверждение своим словам. Я же, смутившись от его столь непривычно пристального внимания ко мне, закусила губу, отведя взгляд.       — Спасибо… — и снова в комнате повисла неловкая тишина, которую прерывали настенные часы в коридоре. Поерзав, я уселась удобнее, набрав дистанцию от Джеймса побольше, чтобы чувствовать себя хоть как-то в безопасности. Прошу, пусть он не лезет в душу с «А что приснилось?». Барнс немного задумчиво кинул мне, будто невзначай.       — Тебе сделать миндальное молоко с корицей?       - Что? – мой вопрос вышел слишком резким, но, простите, к чему-чему, но к тому, что сам Зимний солдат будет приносить мне миндальное молоко в постель меня жизнь явно не готовила. Мужчина пожал плечами.       — Миндальное молоко. Помогает уснуть, особенно после кошмаров. Будешь? – я неуверенно кивнула. Он удалился из комнаты и вернулся уже со стаканом молока. Благодарно улыбнувшись, приняла протянутую кружку и сделала пару глотков. Он тихо сказал, будто себе, — Сам часто пил в детстве, когда плохо спал, — у меня побежали по спине мурашки. Сейчас я чувствовала его как никогда свободным и открытым мне. Неловко прокашлялась.       — Сэм тоже уже дома?       — Нет, мы, вероятно, нашли тот самый клуб, про который говорил Оскар. Сэм решил еще понаблюдать за ним с дрона, но тоже скоро должен вернуться.       Кивнула, удовлетворив свое любопытство. Допила остатки волшебного молока, которое дарило мне надежду заснуть, поставила на прикроватную тумбу рядом с ноутбуком. Джеймс проследил за моим действием. Зевнув, откинулся назад, облокотившись о стену.       — А как часто снятся кошмары? — неопределенно повела плечами. Уже чувствую, как веки начинают смыкаться и начинает клонить в сон. Чудо-средство, ничего не скажешь.       — Бывают, как и у всех, — Барнс хмыкнул, заметив, что я несильно горю желанием как-то открываться ему.       — Ты со всеми такая закрытая? — без упрека, с явным интересом спросил, глядя на меня. Он выглядел таким расслабленным, уютным, что хотелось довериться и поведать все свои тайны, но поджала губы, пытаясь держаться своих принципов, скрывать все.       — Почему так думаешь? — мужчина окинул меня взглядом с головы до ног, будто сканируя.       — Ты всегда будто играешь. Пытаешься быть дружелюбной, милой, но… — усмехнулся, глядя теперь перед собой, явно констатируя факт, — Прости, если ты собиралась оставить это в тайне, но из-за специфики моего прошлого я вижу все эти мелочи, — вновь повернулся ко мне, заглянул мне в глаза, смотря в самую душу, — Просто знай: мы с Сэмом точно не строим никакие козни против тебя. Нас ты точно можешь не остерегаться, — слегка нервно рассмеялась.       — И это мне говоришь ты — Джеймс Барнс, который, прежде чем довериться человеку, сначала перевернет все его прошлое. Будем честны: сомневаюсь, что ты доверяешь мне, – Баки пожал плечами, ему было нечем крыть.       — Возможно. Правда, может и мне пора начать доверять хоть кому-то, — протянул он задумчиво, все еще заглядывая в мои глаза. Словно придя в себя, прокашлялся, встав с постели, — Что ж… Доброй ночи. Завтра обсудим детали вылазки, — я поспешно кивнула.       — Да, конечно. До завтра.       Джеймс покинул мою комнату, тихо прикрыв за собой дверь. Откинулась обратно на кровать, потерла лицо ладонями. После кошмаров всегда жутко раскалывается голова от болезненных – как морально, так и физически – воспоминаний, но присутствие Барнса ослабило эту боль.       До сих пор, из раза в раз, при взгляде на него в голову мне лезет только один вопрос – помнит ли он меня? Одновременно я и надеялась, и боялась этого. Я столько лет пыталась собрать воедино всю картину моего прошлого, что хваталась за любую эфемерную надежду узнать хоть что-то. Но также страх лишиться моего спокойного и привычного мира заставлял молчать. Усталость одолела меня, и я снова провалилась в сон.