Глава 3. Нагрузки.

Первая тренировка началась с теории. Ренгоку вкратце рассказал мне о демонах, об организации, об окончательном отборе и о дыхании. — Я обладаю дыханием Пламени. И моя задача обучить тебя ему. Но прежде, нужно привести твои мышцы в надлежащее состояние! От такого заявления мне стало не по себе. Я никогда не отличалась спортивным телосложением и какими-либо достижениями в спорте. Но ради безопасности моей семьи, я готова вытерпеть любые испытания, хоть и было страшно. Первым заданием от Ренгоку была пробежка. — Мало было бежать до вашего дома, нужно ещё побегать! — возмущение рвалось наружу, несмотря на мою решимость. — Никаких возражений! Выходишь за ворота и бежишь строго по дороге, так ты сделаешь крюк и окажешься снова возле поместья. Десяти кругов для первого раза тебе вполне хватит! К лесу не беги. Рано ещё. Вздохнув, я кивнула и отправилась на пробежку. Было немного страшно бежать по неизвестным улицам, но благо повороты были очевидными, и в конце концов я всё-таки добежала снова до поместья. Дома были скрыты за высокими заборами. Над ними лишь возвышались зелёные кроны деревьев. Я словно бежала по тоннелю с бесконечно тянущимися к небу стенами. К пятому кругу я уже валилась с ног, а нужно ещё столько же! Ноги подкашивались, я спотыкалась о них и падала носом в пыль. Задыхаясь, с трудом заставляя себя не сбавлять темп, хромая, я добежала оставшиеся круги. Во дворе меня ждали учитель и Сенджуро, что держал воду для меня. — Огромное спасибо! — я поклонилась и сделала несколько глотков воды, — О манна небесная! Это прекрасно! Ты чудо, Сенджуро! — Ноги ты размяла, а теперь займёмся мышцами корпуса и рук! — Как скажете. — я надеялась на небольшой отдых, но заявить об этом побоялась. Вылила оставшуюся воду себе на лицо и за шиворот и ещё раз поблагодарила мальчишку за воду, а после проследовала за Кёджуро на задний двор. Там он описал и показал мне упражнения. Под его присмотром я качала пресс, отжималась, подтягивалась и делала растяжку. Со всем учитель мне помогал, поддерживал и подгонял. — Ой-ёй-ёй, больно! — я сидела на земле, раскинув ноги в стороны и наклонилась вперёд, а Кёджуро давил мне на спину. — Ещё чуть-чуть! Скоро пойдём обедать! — А я могу написать письмо родным? — Конечно! Кое-как мы закончили с растяжкой и отправились есть. Только оказавшись в гостиной, я поняла, что отец Кёджуро наблюдал за нами. Он стоял возле окна и пил саке. Такой высокий мужчина с хмурым взглядом, от которого холодок бежал по спине, его кимоно было широко распахнуто до пояса, отчего виднелась немного волосатая грудь. Становилось немного жутко от его присутствия. — О, брат, я почти закончил готовить обед, подождёте немного? — смутился Сенджуро, выглянув из кухни. — Разумеется! Не переживай! — Может мне пока что написать письмо? — спросила я учителя. — Идем за мной! Я последовала за Ренгоку, как оказалось, в его комнату. Выглядела она на удивление скромно. Столик, подушка возле него, шкаф с книжками и небольшая тумбочка, в которой, наверно, лежит футон. Кёджуро достал стопку листов из шкафа, кисть для письма с чернилами и передал мне. Сердечно поблагодарив его, я мигом отправилась в свою комнату, трясущимися руками держа вещи, едва не роняя. Я разложила принадлежности на столике , но не успела начать писать, ибо меня позвал Сенджуро обедать. — Ты отлично справляешься! — вдруг сказал он. — Ты правда так считаешь? Мне кажется я слишком слабая. — Сейчас да, но это нормально! Не успеешь оглянуться, как отправишься на окончательный отбор! Не сомневайся в себе и двигайся вперёд с высоко поднятой головой! Весь все препятствия преодолимы. — Спасибо, Сенджуро! Мне не хватало таких слов. Ты мудр для своих лет. — он смутился и хотел было ответить, но остановился, как только перед нами вырос силуэт его отца. Выглядел он совсем злым и сверлил меня взглядом. — Отец, идём обедать! — опустив голову, пролепетал Сенджуро, и прошёл на кухню. — Я бы хотела начать наше знакомство заново! — осмелев и воодушевившись разговором с мальчиком, начала я и поклонилась перед Ренгоку, — Меня зовут Каору Фудзи! Я рада знакомству с вами! — Шинджуро. — прохрипел мужчина и ушёл в гостиную. После обеда удоном и отварным рисом мы с Кёджуро продолжили тренировку. После тренировки тела он обучал меня дыханию. И это оказалось самым сложным. Мои лёгкие взрывались от боли, а сердце выпрыгивало из ушей. Глаза постоянно слезились, а во рту был привкус крови. Под конец тренировки я потеряла сознание. Проснулась в своей комнате, за окном было уже темно, а во окно заглядывала луна. Тело ужасно болело. Любое движение отдавалось ноющей болью в каждом суставе, в каждой клеточке. — Господи помилуй мою грешную душу... — я не узнала свой голос, он был хриплый и низкий. Я прокашлялась, — Надо подышать... С ужасным кряхтением я поднялась с футона. Ноги невозможно было сгибать в колене от боли. — Как несмазанная телега! — я смеялась от собственной беспомощности, — Давай, старушка! Поднимаемся! Перевернувшись на живот, опираясь ногами и руками в пол, держа колени прямо, я попыталась встать. И вот почти получилось, как колени просто не выдержали и я упала со всей силы на них. Не удержавшись, я издала крик больше похожий на рык и упёрлась лицом в одеяло, продолжая тихонько рычать, срывая голос на писк. — Три... Два... Один! — пропищав последний слог, я поднялась на ноги. И с трясущимися коленями я пошла к выходу из дома. Приоткрыв входную дверь, я заметила сидящего на ступеньках Кёджуро. Он тут же обернулся и мы встретились взглядами. При свете луны его лицо будто сияло, однако от его глаз исходил непонятный мне холод, и стало даже страшно. Жестом руки он пригласил меня присесть рядом с ним. У меня не хватило сил скрыть кряхтение и гримасу боли, так что со стороны я выглядела как очень пожилая женщина. И смотреть в глаза Ренгоку после такого было стыдно, поэтому я смотрела на небо. — Я виноват перед тобой, — вдруг сказал он, отчего мурашки пробежались по спине, — Я не учёл, что ты слаба телом. Ты из семьи самураев, наверняка никаких серьезных физических нагрузок никогда не испытывала. — звучало это больше как обвинение, чем констатация факта, но я старалась объективно оценивать его слова, и он был прав, — Я прошу у тебя прощения за чрезмерную нагрузку на тебя в первый день. Я осмелилась взглянуть на него. И, чёрт возьми, как же он красив! — Я принимаю ваши извинения. Всё в порядке, правда! — я улыбнулась ему, и он ответил тем же, но он всё ещё выглядел грустным, брови сомкнулись домиком на лбу. — Я могу направить тебя к бывшему Столпу воды, он обучит тебя надлежащим способом и... — Нет! Ни за что! — преодолев боль, я вскочила на ноги и встала прямо перед ним, — Я не собираюсь уходить! Я решила обучаться у вас! И ни к какому Столпу не собираюсь идти! Может вы и допустили ошибку, может вы и неправильно распределили нагрузку на тело, но вы это осознали и не посмеете этому повториться! Так что давайте работать над этим вместе! Двигаться дальше с высоко поднятой головой!– я не заметила, как процитировала Сенджуро, но это очень хорошо подействовало на Кёджуро. Его взгляд снова засиял, как и днём, а улыбка стала такой живой. Он поднялся и поклонился мне, я ответила ему тем же, втянув громко воздух сквозь сомкнутые зубы. — Я буду стыдиться этой моей минутной слабости ещё очень долго! — громко и так радостно засмеялся Ренгоку, и на душе сразу стало тепло. — Здесь абсолютно нечего стыдиться! Помимо, конечно, вашего желания отправить меня как можно дальше. — Будешь меня упрекать в этом? — на какой-то миг лицо юноши приняло очень серьёзное выражение. — Буду, — ответила я и мы очень громко рассмеялись. — Несмотря на то, что я твой учитель, обращайся ко мне на “ты”, как мы и договаривались раньше. — Как скажешь! А теперь я предлагаю отправиться спать! — Идея замечательная! И у меня есть ещё одна! — Какая? — Отправить тебя в ванную. — Господи помилуй! Я же.. — в миг я осознала, что спала после тренировок вся потная и в пыли, — Я полностью согласна с вами! — Тогда идём! Я поначалу подумала, что он просто проводит меня, но он намеривался дождаться в горячем “источнике”, пока я буду обмываться. Поняв это я встала в проходе, не давая ему пройти в ванную комнату. — Я не готова к такому повороту событий! Я пойду туда одна! Ренгоку посмеялся и, пожелав мне доброй ночи, как мне показалось, ушел. Однако стоило мне отвернуться, как он резко подскочил сзади и ущипнул за бока. От резкой боли я подпрыгнула вверх,взвигнув, но при приземлении ноги не выдержали моего веса, отчего я упала на пол. Смеялись мы с Ренгоку ещё долго. Он присел рядом со мной, и мы никак не могли успокоиться. Конечно, мы и подумать не могли, что разбудили всех в доме. Я положила голову на плечо парня, продолжая смеяться. Что у меня, что у него, не было сил подняться. Так мы и уснули. *** Разбудил нас Сенджуро: — Братец, Каору! Почему вы здесь? Заспанные, с красными следами от ладоней и швов одежды, мы подорвались с места. — Доброе утро! — уж очень бодро поприветствовал Кёджуро брата и направился в ванную, захлопнув дверь, будто ничего необычного не произошло. Я же с трудом начала подниматься, и Сенджуро помог мне с этим. — Золотко ты моё! Ты словно солнышко! — благодарила я его, — Я сама не понимаю, почему мы здесь. Видимо, уснули, пока разговаривали. — Да, я слышал, — он мило улыбался. — Ой, мы разбудили? Прости, пожалуйста! — я поклонилась ему, отчего в пояснице хрустнуло несколько позвонков, их сопроводило моё «ой-ёй-ёй»! — Нет-нет, всё в порядке! Я рад, что вы дружите! Не поможешь мне приготовить завтрак! — С удовольствием, солнышко! Конечно, удовольствия моему телу не видать, но провести утро в приятной компании было бы замечательно. Сенджуро казался мне очень милым мальчишкой, хотелось давать ему славные прозвища. И, кажется, он был не против. Я хорошенько умылась, помыла руки до локтей и надела фартук. Мы приготовили дашимаки тамаго, к нему цукемоно, рис с рыбой и натто. Когда появился на кухне Кёджуро, я мигом побежала в ванную. Постаралась управиться как можно быстрее. За завтраком к нам присоединился Шинджуро. И выглядел он очень уставшим. Наверно, мы разбудили и его. Было ужасно стыдно. После трапезы, переодевшись, мы с Кёджуро отправились во двор. Целый день мы убили на программу для меня. Он учитывал мои слабые и сильные стороны, выяснял какие упражнения мне лучше выполнять сейчас, а какие со временем, изучал мои мышцы. Он грамотно распределил нагрузку в этот раз. Мне хоть и было больно при упражнениях и беге, но теперь удавалось переносить всё это. Незадолго до обеда, я наконец добралась до письма, где рассказала родителям всё, что успело со мной произойти в подробностях. И вот сложив письмо в конверт, я вышла из комнаты, чтобы попросить Кёджуро отправить ворона. На подходе к гостиной я встретила Шинджуро. Он с враждебностью глядел на меня, а я, неловко улыбнувшись, прошла мимо него. Отобедав мисо-супом, мы с учителем отправились продолжать тренировки. И к моему ужасу Шинджуро наблюдал за нами. И каждый день он присутствовал на тренировках. А через три дня Кёджуро отправился на миссию. Одной мне заниматься было сложно. Каждый раз я делала ошибки, отчего боль пронзала конечности. При дыхании я часто кашляла, сбиваясь. Сенджуро просить не могла, сомневаюсь, что он хоть что-то знает о дыхании пламени. Да и ребёнок он совсем. И мне пришлось набраться смелости, чтобы попросить о помощи у Шинджуро, как у столпа.