Глава 17 (финал)

— Предатели — сказал Леон. Я в ужасе закрыла рот руками. Этого не может быть! Принц Феликс упал на пол. Потекла маленькими струйками красная кровь Феликса. Лука взял и надел корону на голову. Но она обожгла его. Он быстро сбросил её. — Отец! —сказал Лука, направив свой меч на него — Коронуй меня и останешься живым! — Ты не заслуживаешь быть королём, Лука! Морро останавливается и сжимает зубы, словно исполняет тяжелую обязанность. На голове у него тот красный берет, что я раньше видела в нагрудном кармане. Сегодня он освежит его. На берете появятся новые пятна крови. Но я не могу поверить, что он делает это по чьим-то приказам. Должно быть, он вошел в союз с Лукой и сбил с толку шпионов Феликса. Он поставил везде своих командиров, изолировав королевскую семью от тех, кто хотел помочь ей. Это он организовал все так, чтобы Лука нанес удар в тот момент, когда никто этого не ожидал. Это он рассчитал так, чтобы, во избежание смертельного проклятия, корону взяли тогда, когда она не лежала на чьей-либо голове. Зная его, я уверена — переворот спланировал он. «Коронации — такое время, когда возможно многое». — Лука, перворожденный, чью бы ты ни пролил кровь, править Эльферией ты не будешь никогда. Ты недостоин короны. Я закрываю глаза и готовлюсь к худшему. Король Леон встречает смерть с достоинством и грацией. Он не суетится и держится с королевским величием, как будто уже перешёл в мир баллад и песен. Сплетя пальцы, он не издает ни звука, когда один из рыцарей быстрым и жестоким ударом обезглавливает его. Прокатившись по помосту, его голова останавливается у тела Феликса. Все принцессы плачут без остановки. — Сестры. — Лука идет к ним. Самоуверенности в голосе поубавилось, а мягкости добавилось. Он похож на человека, оказавшегося в ужасном сне, но отказывающегося просыпаться. — Кто из вас коронует меня? Коронует и останется живой. Уронив нож, вперед выходит Кейлия. На ней золотой корсаж и синяя юбка, а на распущенных волосах венок из ягод. — Я, — говорит она. — Я короную. Сделаю тебя королем, хотя пятно твоих деяний всегда будет омрачать твое правление. «Никогда, как и всегда, слишком сложное понятие для смертных», — думаю я и злюсь на себя за то, что вспомнила Адриана. Да еще сейчас. Отчасти я даже рада, что она сдалась. По крайней мере все закончится. Стрела из-под крыши, просвистев по совершенно иной, чем в прошлый раз, траектории, бьет Кейлию в грудь. Руки ее взмывают, как будто рана — это что-то неприличное, и ее надо закрыть. Потом глаза закатываются, и она падает без единого звука. Зато Лука кричит в отчаянии. Морро отдает приказ, и его люди целятся в потолок. Несколько человек бегут по ступенькам вверх. Другие, обнажив мечи, взлетают на бледно-зеленых крыльях. Он убил ее. Призрак . Проталкиваюсь к помосту. Мимо требующих еще крови. Я и сама не знаю, что буду делать, если попаду туда. Рия подбирает брошенный сестрою нож. В синем платье, с ножом в дрожащей руке, она напоминает птаху, пойманную до того, как ей удалось взлететь. Рия — единственная настоящая подруга Бриджит в Фейриленде. — Будешь драться со мной, сестра? У тебя ни меча, ни брони. Перестань, для такого слишком поздно. — Слишком поздно, — говорит она и вонзает лезвие себе в горло, чуть пониже уха. — Нет! — кричу я, хотя мой голос тонет в воплях толпы и еще более громких стенаниях Луки. Я больше не могу видеть смерть и закрываю глаза, хотя меня толкают со всех сторон. Лука требует найти Адриана и привести его сюда, и только тогда глаза открываются сами собой. Но Адриана нет. Есть только тело Рии. И ужас… ужас… — Клянитесь Верховному Королю, — продолжает вызвать Лука. — Мы не клянемся королю, а только короне, — кричит кто-то. Это лорд Ллойд из Двора термитов. Выйдя вперед, он останавливается перед цепью рыцарей. От Луки его отделяет дюжина стражей, но лорд Ллойд не выказывает страха. — У тебя, убийца, есть три дня. Через три дня я уйду без присяги. И я буду не один. Его слова тут же разлетаются под смешки и шепот. Я прячусь по столом. Мне очень страшно. Я думала, что смерть больше не удивит меня, но. Ошиблась. Здесь слишком много крови. Потом скатерть поднимается, в глаза ударяет огонь свечи, и фигура в маске хватает меня за руку. Скрючившись под столом, я не могу достать меч, поэтому выхватываю спрятанный в корсаже нож. Уже собираюсь ударить — и тут узнаю нелепые башмаки с заостренными мысами. Адриан — Ты смертная, — сообщает он. В другой руке у него опущенный вниз пустой кубок. — Тебе здесь небезопасно. Особенно если собираешься в каждого тыкать ножом. — Мне небезопасно? — пропускаю мимо ушей нелепое заявление. Удивительно, он ведет себя так, словно всегда заботился о моей безопасности — в том смысле, чтобы обратить ее в опасность. Напоминаю себе, что сейчас он, должно быть, в шоке и сильно переживает и, возможно, поэтому ведет себя странно. Трудно лишь представить, что принц настолько неравнодушен к кому-то, что способен скорбеть. Сейчас ему, кажется, даже до себя нет дела. — Забирайся сюда, пока тебя не узнали. — Играть в прятки под столом? Ползать в грязи? Типично для твоей породы, но ниже моего достоинства. — Он неуверенно смеется, словно ожидает, что я его поддержу. Но мне не до смеха. Сжимаю кулак и бью его в живот — как раз туда, куда нужно. Он падает на колени. Кубок, глухо звякнув, катится в грязь. — Оу! — громко стонет Адриан, и я, пользуясь моментом, затаскиваю его под стол. — Мы выберемся отсюда, и никто не заметит, — говорю я. — Прячемся под столами и продвигаемся к ступенькам, потом на верхние уровни дворца. И не убеждай меня, что ползать — ниже твоего достоинства. Ты все равно такой пьяный, что едва держишься на ногах. Слышу, как он фыркает. — Ну, раз уж ты настаиваешь. — Разглядеть выражение лица трудно из-за темноты, к тому же он в маске. Пробираемся под столами. Выбираемся, и выходим в коридор. Оглядываюсь и вижу, что Адриан остановился. Сидит на полу, рассматривает собственную руку. Кольцо на пальце. — Он меня презирал. — Голос звучит спокойно, буднично. Принц будто забыл, где находится. — Лука? — спрашиваю я, думая о том, что видела в доме Мэри. — Мой отец. — он фыркает. — Я почти не знаю остальных своих братьев и сестер. Разве это не забавно? Принц Феликс — тот и видеть меня не хотел во дворце, поэтому выгнал. Не знаю, что сказать. Жду. Странно, что он ведет себя так, будто способен испытывать эмоции. Мгновение спустя, кажется, приходит в себя. Взгляд, посверкивая в темноте, останавливается на мне. — А теперь они все мертвы. Благодаря Морро. Нашему славному генералу. Зря они ему доверяли. Я щурюсь. — Пойдем! Когда мы уже достаточно далеко,прижимаю его к стене и достаю нож. — Что? Тоже хочешь убить? —улыбается он, затем притягивает меня за талию и медленно наклоняется, затем целует меня в губы. Я не понимаю что происходит. Я отталкиваю его. — Что ты делаешь?! —злюсь я. Он все продолжает ухмыляться. — Зачем ты все время ухмыляешься? —меня раздражает его улыбка. — Я улыбаюсь когда нервничаю —говорит он смотря на меня. Меня сегодня не раз будут шокировать. — Я хочу предложить тебе кое-что получше жизни, — говорю я, тыкая в него ножом. — Уверена, что привела меня сюда только для разговора? — Я привела тебя, чтобы заключить сделку. Его брови ползут вверх. — Звучит интригующе. — Что, если тебе не потребуется прятаться в глуши? Что, если есть альтернатива Луке на троне? — Адриан явно не ожидал услышать такое. Все равнодушие и развязность моментально слетают с него. — Такая альтернатива есть, — медленно произносит он. — Я. Только из меня получится никудышный король, и мне эта мысль очень не нравится. Кроме того, Лука вряд ли возложит корону на мою голову. Мы с ним никогда особо не ладили. — Кажется, ты жил в его доме. — Я складываю руки на груди, стараясь выглядеть неприступной, и гоню от себя воспоминание о том, как Лука наказывал Адриана. Сейчас мне не до сочувствия. Он вскидывает голову и смотрит на меня сквозь блондинистые пряди волос. — Может, мы потому и не ладили, что вместе жили. — Мне ты тоже не нравишься, — напоминаю я. — Ты уже говорила, — лениво усмехается он. — Итак, если не я и не Лука, то кто? Я прячу взгляд — Не стану вдаваться в подробности, но у меня есть план. Адриан мрачнеет. — Ты уверена? Кивком головы подтверждаю свои слова. Не хотелось говорить об этом. — У Акиты королевская кровь —говорю я. И это правда. Она потерянная дочь бывшего короля Леона. —она вполне может стать хорошей королевой. И если ты согласишься с моим планом, я дам тебе все, что попросишь, и даже больше. Но мне нужно кое-что от тебя — клятва. Я хочу, чтобы ты поклялся мне служить. Он снова разражается лающим смехом, как тогда, когда кинжал вонзился в дерево стола. — Ты хочешь, чтобы я отдал себя в твое распоряжение? Добровольно? — Думаешь, я шучу, но я серьезна. Серьезнее некуда. — Руки у меня сложены на груди, но я незаметно себя щипаю, чтобы не сделать ненужного движения, не сказать лишнего слова. Я должна выглядеть абсолютно собранной и уверенной в себе. Сердце бьется учащенно. Чувствую себя как во время игры в шахматы с Морро когда еще была ребенком: вижу выигрышные ходы, забываю об осторожности — и меня застает врасплох его комбинация, которую я не смогла предугадать. Напоминаю себе, что надо успокоить дыхание и сосредоточиться. — Наши интересы совпадают, — соглашается Адриан. — Зачем тебе моя клятва? Набираю в легкие воздуха. — Я должна быть уверена, что ты меня не предашь. С короной в руках ты слишком опасен. Что, если, в конце концов, ты возложишь ее на голову брата? Или вдруг захочешь ее для себя? Похоже, он обдумывает мои слова. — Могу тебе точно сказать, чего я хочу. Поместья, в которых живу. Хочу, чтобы мне их отдали вместе со всем содержимым и населением. Дом Мэри. Я его хочу. — Договорились, — соглашаюсь я. — Хочу все до последней бутылки в королевских подвалах, вне зависимости от того, насколько они старые и редкостные. — Они будут твоими, — обещаю я. — Хочу, чтобы Таракан научил меня воровать, — заявляет он. Я удивлена и какое-то время не знаю, что сказать. Да, он знает его. Он шутит? Не похоже. — Зачем? — наконец спрашиваю я. — Может пригодиться. Кроме того, Таракан мне нравится. — Отлично, — не совсем уверенно говорю я. — Постараюсь найти способ договориться с ним. — Ты действительно уверена, что можешь обещать все это? — Адриан испытующе смотрит на меня. — Уверена. Обещаю. И обещаю, что мы помешаем Луке. Мы захватим корону Волшебной страны, — небрежно бросаю я ему. Сколько обещаний еще раздам, прежде чем меня призовут к ответу? Надеюсь, не очень много. Адриан бросается в кресло. С этого начальственного места он хладнокровно рассматривает меня, по-хозяйски расположившись за столом. Внутри у меня что-то сжимается, но я не обращаю внимания. Я сделаю это. Стараюсь умерить дыхание. — Я могу поступить к тебе на службу на год и один день, — говорит он. — Этого мало, — заявляю я. — Не могу. — Думаю, это достаточно, что бы ты добилась своего. —Говорит он. По крайней мере у меня будет запас времени. Я вздыхаю. — Прекрасно. Мы договорились. Адриан направляется ко мне через комнату, и я понятия не имею, что он собирается сделать. Если снова поцелует, то, боюсь, меня опять охватят желание и унизительная дрожь, как в первый раз. Но он опускается передо мной на колени; я так поражена, что у меня в голове вообще не остается мыслей. Он берет мою руку в свою, его длинные прохладные пальцы обвивают мою ладонь. — Очень хорошо, — нетерпеливо говорит он, голос его звучит совсем не так, как у вассала, присягающего госпоже — Маринетт Дэпен-Чэн, дочь смертной плоти, я клянусь, что буду служить тебе. Я стану твоей рукой. Стану твоим щитом. Я буду действовать в согласии с твоей волей. И да будет так в течение одного года и одного дня… и ни минутой дольше. — Ты даже усовершенствовал клятву, — замечаю я, хотя шутка получается неловкой. Когда принц произносил обет, то, как мне показалось, словно стал выше. Будто это он тут командует. Адриан поднимается, одним текучим движением отдаляясь от меня. — Что дальше? — Возвращаемся в зал. Ухожу из зала, но когда поворачиваюсь, то вижу Бриджит с Каем. Я быстро прячусь, чтобы меня не заметили. Тяну Адриана с собой. Когда они успели уйти? — Я спросил разрешение у твоего отца. —сказал Кай. «На что разрешение?» — думаю я. Подсматриваю и вижу, он берет руку Бриджит и надевает кольцо. — Я люблю тебя, Кай — говорит сестра, затем Кай притягивает её к себе, и они целуются. У меня округляются глаза.Теперь все до меня доходит.То как Бриджит смотрела на меня, когда я гуляла с Каем, как спрашивала, ничего ли нет между нами… Избранник Бриджит — это Кай. *** Внутри меня бушует огонь. Я очень зла. На Кая, на сестру. Как она могла со мной так поступить?!. Значит они играли со мной в игру. Адриан странно на меня смотрит. Я думала он будет смеяться надо мной. Он ничего не говорит. За что, я ему благодарна. Зову Акиту. Прошу её постоять рядом со мной. Она щурится, и странно смотрит на меня, но соглашается. Я иду в Зал, но когда захожу, что — то взрывается, и все мы падаем. Это бомба! Когда мы поднимаемся, то видим как корона со звуком упала к ногам. О нет. Бриджит. ** Отдай мне корону, — приказывает Лука, подходя к ней. На его пути встает Ллойд и упирается ладонью в грудь Луки — Подожди. — Он не обнажает меча, но я вижу, как у него под плащом посверкивают ножи. Лука пытается оттолкнуть руку Ллойда, но у него ничего не получается. Я быстро подхожу к сестре и беру корону с её рук. — Что ты делаешь? — кричит она — Доверься мне. —говорю я, хотя моё к ней доверие испарилось. — Принц Адриан, — зову я. — Это для вас. Быстро иду к нему. — Стойте! — кричит Лука. — Остановите их немедленно! — Он больше не собирается играть в политику и вытаскивает меч. По всему залу со зловещим скрежетом из ножен выползают мечи. Я слышу, как заколдованная сталь стонет в воздухе. — Адриан — зовет Лука. — Я тебя знаю. Знаю, ты предпочел бы, чтобы я занимался нелегкой работой правителя, а ты наслаждался бы властью. Знаю, ты презираешь смертных, негодяев и глупцов. Подойди! Я никогда не плясал под твою дудку, но у тебя кишка тонка, чтобы противостоять мне. Принеси корону. — Принеси мне корону, Адриан, — требует Лука. Принц Адриан бросает на своего старшего брата такой же холодный расчетливый взгляд, которым Лука смотрел на тех, кому обламывал крылья, кого бросал в реки или навсегда прогонял от Двора. — Нет, брат. Я этого не сделаю. Если бы у меня не было другой причины, чтобы выступить против тебя, я бы выступил тебе назло. — Покажи ей — шепчу я Адриану. — Покажи ей что надо делать. Опустись на колени. — Они подумают… — начинает он, но я перебиваю. — Просто сделай это. Адриан опускается на колени, и толпа замолкает. Мечи возвращаются в ножны. Движение замирает. — О, это занятно, — негромко говорит лорд Ллойд — Кем может быть этот ребенок? Или чей он? — Ройбен обменивается с королевой Аннет почти незаметной улыбкой. — Видишь? — спрашивает Адриан у Акиты, и делает нетерпеливый жест. — Теперь ты, — шепчет Аките Адриан, все еще ни о чем не подозревая. Смотрю на Морро. Он удивлён. Но ждёт, что будет дальше. — Велю тебе всю следующую минуту не шевелиться, — шепчу я ему в ответ. Адриан замирает. — Давай, — говорю я Аките — Как мы делали. И с этими словами Акита возлагает корону на голову Адриана и надвигает на брови. — Короную тебя. — Девчачий голос звучит неуверенно. — Королем. Верховным Королем Волшебной страны. — Она смотрит на меня. Ждет, пока кто-нибудь скажет, что она все сделала хорошо, что она справилась. Я киваю Все дружно ахают. Лука рычит от злости. Раздаются хохот и радостные крики. Всем понравился сюрприз, а фейри больше всего по душе сюрпризы. Адриан в бессильной ярости смотрит на меня. Потом, когда минута истекает, встает на ноги. В глазах горит знакомый гнев — ярко, как сигнальный костер, жарко, как угли, которые горячее любого пламени. На этот раз я заслужила гнев. Ведь обещала, что он удалится от Двора со всеми его махинациями. Обещала, что будет свободен от всего этого. И солгала. Не то чтобы я не хочу видеть Акиту Верховной Королевой. Хочу. И она ей станет. Но есть только один способ сохранить трон к ее совершеннолетию, когда она научится всему, что должна знать, а именно — посадить на трон кого-то еще. Пять лет — и Адриан сможет его оставить, отречься в пользу Акиты и жить так, как он хочет. А до тех пор ему придется греть трон моей как бы сестры. Лорд Ллойд опускается на одно колено, как и обещал. — Мой король, — произносит он. Интересно, чего будет стоить его обещание. Он помог короновать Адриана но неизвестно, чего попросит. А потом все в зале, начиная с королевы Аннет, королевы Тарин и лорда Северина, принимаются радостно кричать. На другом конце зала Бриджит потрясенно таращится на меня. Наверное, считает меня сумасшедшей: ведь я посадила на трон Адриана которого презирала. У меня нет возможности объясниться с ней. Вместе со всеми опускаюсь на колени, и она тоже. Все мои обещания выполнены. Адриан долго глядит на присутствующих, но выбора у него нет, и он это знает. — Встаньте, — произносит он, и мы повинуемся. Я делаю шаг назад и растворяюсь в толпе. Адриан всю жизнь был принцем Волшебной страны. О чем бы он ни мечтал, он знает, чего от него ждут. Он умеет очаровывать толпу, веселить ее. Адриан тут же приказывает убрать битую посуду, принести новые стаканы и налить вина. Он произносит тост, от которого хохочут все лорды и дамы — «за сюрпризы и за преимущества появления на коронации в стельку пьяным». Я замечаю, что костяшки пальцев на руке, которой он держит кубок с вином, побелели от напряжения, но, кажется, на это обратила внимание только я. Все же я удивлена, когда он поворачивается и находит меня горящим взглядом. Кажется, что во всем зале нас только двое. Он снова поднимает кубок и кривит губы в подобие улыбки. — И за Мари, сделавшую мне сегодня подарок. За который я намерен ее отблагодарить. Вокруг меня поднимают бокалы, а я надеюсь, что вздрогнула не слишком заметно. Звон хрусталя. Снова льется вино. Опять звучит смех. Бомба толкает меня локтем в бок. — Мы вошли сюда, назвав твое кодовое имя, — шепчет она. Я даже не видела, как она прошла сквозь запертые двери. — Какое? — чувствую себя как никогда уставшей, и в ближайшие пяти лет мне вряд ли удастся по-настоящему отдохнуть. Жду, что сейчас она скажет: «Лгунья». Она загадочно улыбается. — Как какое? Королева Оказывается, я до сих пор не знаю, как смеяться. ** Спешиваюсь со своего скакуна и направляюсь во дворец. Там у меня теперь есть покои: большая гостиная, спальня за двойными, запирающимися на замок дверьми, гардеробная с пустыми шкафами. Мне нечего в них повесить, кроме немногих вещей, взятых из дома Морро и выбранных в «Таргете». Буду жить здесь — поближе к Адриану, использовать свое влияние на него, чтобы дела шли гладко. А под замком станет возрождаться Двор теней, разведывательная и охранная служба Верховного Короля. Они получат свое золото — прямо из его рук. Чего я пока что не сделала, так это не поговорила с Адрианом. Покинула его, отдав короткие распоряжения, а он смотрел со знакомой неприязнью в глазах, достаточно сильной, чтобы почувствовать беспокойство. Но я с ним обязательно переговорю. Мне не выгодно и дальше оттягивать нашу встречу. И все же к королевским палатам я подхожу с тяжелым сердцем, а ноги будто свинцом налиты. Стучусь, и чопорный камердинер с вплетенными в светлые волосы цветами извещает меня, что Верховный Король пошел в большой зал. Нахожу его там, развалившегося на престоле Волшебной страны, смотрящего на меня с тронного возвышения. В зале никого, кроме нас двоих. Иду через огромное помещение, и звук шагов эхом отражается от стен. Адриан одет в бриджи и жилет, сверху сюртук, подогнанный по плечам, резко сужающийся в талии и доходящий примерно до середины бедра. Одежды пошиты из неразрезанного бархата насыщенного бордового цвета; на лацканах и плечах отделка из бархата цвета слоновой кости, жилет выполнен из того же материала. Весь наряд покрыт золотым шитьем, высокие сапоги украшены золотыми пуговицами и пряжками. Вокруг шеи брыжи из светлых совиных перьев. Блондинистые волосы обрамляют лицо Верховного Короля роскошными кудрями. Игра теней помогает заметить его худобу, длинные ресницы, безжалостную красоту лица. Я поражаюсь тому, насколько сильно он похож на настоящего короля Волшебной страны. И пугаюсь, потому что мне невольно хочется преклонить колени; я мечтаю лишь о том, чтобы он коснулся моей головы своей унизанной кольцами рукой. Что же я наделала? Долгое время он оставался тем, кому я доверяла гораздо меньше других. А теперь должна с ним возиться, согласовывать его желания с моими. И вряд ли клятва послужит надежным противоядием от его сообразительности. Что же, во имя всего святого, я натворила? Между тем продолжаю шагать к трону. Стараюсь сохранить холодное, как лед, выражение лица. Он улыбается, но улыбка невероятно надменная и застывшая. — Год и один день, — напоминает он. — И моргнуть не успеешь, как пройдет. И что ты будешь делать потом? Я подхожу поближе. — Рассчитываю уговорить тебя остаться королем, пока Акита не будет готова. — Может, я войду во вкус и стану править, — вызывающе говорит он. — Может, я вообще никогда не отрекусь. — Я так не думаю, — отвечаю я, хотя всегда знала, что такая вероятность существует. Возможно, убрать его с престола будет труднее, чем посадить на него. У меня с ним договор на год и один день. Один год и один день для того, чтобы заключить сделку на более длительный срок. «И ни минутой дольше». Он широко ухмыляется, скаля зубы. — Не думаю, что стану хорошим королем. Никогда этого не хотел. Ты сделала из меня марионетку. Прекрасно, Мари дочь Морро, я буду твоей марионеткой. А ты правь. Разбирайся с Лукой с Ллойдом, с Тарин — владычицей подводной. Ты будешь моим сенешалем, то есть станешь делать всю работу, а я буду пить вино и заставлять подданных смеяться. Может, в качестве прикрытия для твоей сестры я и бесполезен, но не жди от меня, что я попробую стать полезным. Я ожидала чего-то другого, возможно, прямой угрозы. Почему-то мне кажется, что это еще хуже. Адриан поднимается с трона. — Иди занимай место. Голос его исполнен угрозы, от него прямо исходит опасность. Цветущие ветви так густо выпустили шипы, что лепестков почти не видно. — Ты этого хотела, не так ли? — спрашивает он. — Ради этого всем пожертвовала? Ну, давай. Все это твое..