Глава 3. Фланн. Ничего не кончено.

Я понял, что мы смогли отвлекать Владыку достаточно долго, когда яркий свет от Альянса пронзил его ровно меж рогов. Массивные белые крылья держали Аду в воздухе, пока гигантская туша грузно падала на землю. Высоко подняв светящийся клинок в воздух она знаменует долгожданную победу. Адское пламя пожрало труп владыки и всех демонов, с которыми сражались армии существ Антагарича. Солдаты с криками облегчения и радости обнимают друг друга. Я не расслабляюсь так быстро, опасаясь засады, но вскоре меня обнимают друзья, а я похлопываю их по спине в ответ. Ада остаётся в воздухе и вглядывается вдаль. Она смотрит на реку, что пересохла из-за отсутствия луны. Я тоже думал, что с победой над Владыкой всё закончится и светила вновь воссияют на небесах. Меня наконец выпускают из бесконечных объятий, ведь ангел, что нанёс владыке последний удар устремилась к земле. Пока она обнимает каждого в нашей группе и даже некоторых солдат, подбежавший к ней, мы встречаемся взглядами. Она качает головой и я отчётливо вижу, что ее улыбка радости напускная. Ничего не кончено. Наконец она добирается до меня, прошло минут 10, не меньше. Она вздыхает, будто готовясь к новому раунду боя, но всё же с лёгкой ухмылкой протягивает мне кулачок. Я повторяю ее действие и ее улыбка ширится. – Мы справились. – Да, пожалуй. – Присмотришь за Валандией? Я полечу к придворному магу. Я киваю, она делает то же в ответ. И всё же не разворачивается мгновенно, я вижу как она медлит какие-то доли секунд. Чего она хочет? Я не успеваю понять или спросить, как она делает шаг от меня, чтобы дать размах крыльям. Моё тело работает машинально: я хватаю ее предплечье, притягивая в свои объятия. Наверное не стоило делать это, когда на нас смотрит половина населения Антагарича, но я стараюсь забыть о всех глазах, что устремлены на нас. Она замирает в напряжении от моего действия и я уже начинаю думать, что совершил ошибку. Через несколько мучительных мгновений она всё же расслабляется и прижимает меня к себе. – Я рада, что ты в порядке, – шепчет она. – Я так волновалась за тебя, когда тебя чуть не прибило его секирой. – Кто бы говорил, ангелок, ты сама в порядке? – Обычно я называю ее так в шутку, но сейчас интонация вышла слишком обеспокоенной. Она кивает, но я уверен, что это ложь. Наверняка она ужасно устала, под доспехом куча синяков и ожогов. Я видел ее порез на шее, кого она пытается обмануть? “Я тоже волновался, когда ты полезла туда, где я не могу тебя защитить”. Я не произношу этого, слова застревают в горле и я просто прижимаю ее крепче. Собирая в себе крохотные остатки магии, сохранившиеся после такого изнурительного боя, я направляю их, чтобы хоть немного излечить её тело. Она шумно выдыхает от облегчения и отстраняется. Она смотрит мне в глаза. Кажется что в них вся ее душа, все ее мысли выставлены на показ, но я не могу их прочитать. Два шага назад, она не отрывает от меня взгляд и я не смею. Взмах крыльев и она уносится в направлении арьергарда, где расположены шатры королей и приближенных. Когда всё это закончится, я заберу ее. И не на жалкий час тренировки. Если она пожелает, я заберу ее навсегда. Больше не пущу подвергать себя бесконечной опасности, больше не дам никому ее касаться, больше не буду таить важные слова. Больше не отпущу одну никуда. Это был последний раз, когда я согласился быть здесь, пока она где-то ещё.

***

Был один толк от демонов – свет. Все солдаты начали зажигать факелы, мы же устроились большим крутом вокруг Фламме. Я сижу рядом с Валандией, которая то и дело поглядывает в сторону, где скрылась Ада. Нам обоим волнительно за неё, но это почему-то не сближает, может Валандии не нравится, что я ее нянька на это короткое время. Мы одновременно встаём на ноги, когда видим крылатый силуэт, приближающийся к нам. Ада приземляется и я мгновенно читаю, что ее что-то очень взволновало. Тем не менее, она говорит со всеми спокойно: – Так, ребят. Я знаю, что все устали после этой битвы и мы несомненно заслуживаем отдыха и огромного пира в нашу честь. Послышались смешки и довольные перешёптывания. Она улыбается и продолжает: – Но подвиги нас зовут. Кажется даже самим Солнцу и Луне без нас никак. Что скажете, протянем руку помощи великим божествам? Одобрительные возгласы вызывают улыбку даже у меня. Времени на передышку нет, что же, как Ада любит говорить: “Из огня да в полымя”. – Фламме, – обращается Ада к старой подруге. – Ты поведёшь всех. Ты лучше всех знаешь местность. Она говорит следующую фразу на тон ниже, будто надеется, что мы не обратим внимание: – Я полечу вперёд, чтобы разведать обстановку. Так будет лучше. Я буду ждать Вас там. – Нет. – Я не думал ни секунды. Я знаю, что никуда ее не отпущу одну. Все замолкают. – Ребят, отдыхайте, через два часа лучше выдвигаться. Фланн, пойдём поговорим. Ее тон настолько строгий, что на ее слова даже не вызвали цепочку шуток про “серьёзный разговор”. Я встаю и следую за ней. Она идёт довольно далеко и я понимаю, что ее цель зачарованная палатка для переговоров. Статус героев открывает многие двери и вот уже командиры огромных батальонов с поклоном уступают нам свой шатёр. Ада завешивает ткань, и магия ту же глушит все звуки извне – теперь никто не увидит и не услышит нас. Она устало садиться прямо на стол, где камнями указано расположение сил армий. Я разрываюсь: с одной стороны мне хочется обнять и утешить ее, с другой стороны я пришёл услышать ее объяснение: какого чёрта она собирается делать. – Что это значит? Почему ты собираешься идти отдельно от нас? Она жалостливо смотрит на меня, будто умоляя, чтобы я принял ее позицию без споров, умоляюще произносит: – Я устала, обними меня. – Нет. Ответь. Ты серьёзно? Она устало вздыхает, залазит глубже на стол, поджимая к себе ноги: – Я видела что происходит с урожаями, Фланн. Воды почти не достать, солнца нет. Зимой нас ждёт великий голод. Он убьёт людей не меньше, чем демоны. Мы не можем позволить себе медлить, понимаешь? Эти два дня пути будут стоить нам тысячи жизней. – Нас могут перенести магией? – Нет, мы обсудили все варианты с придворным архимагом, ресурсы истощены, маги выжгли себя до последней капли, а место вокруг храма защищено от магии переноса. Пока их силы восстановятся, пока мы дойдём… А я буду там через пару часов. – Ада, ты не полетишь одна! Что там вообще за храм? Куда нам нужно? – Храм богов Солнца и Луны. Провидица сказала, там существуют их телесные воплощения и именно они пострадали от рук демонов. Нам нужно помочь им. – А если там до сих пор опасно? Божества, огненные твари, кто угодно! Ты не можешь одна улететь неизвестно куда и совсем без плана. Что значит помочь? Как ты божествам поможешь? Подорожник к ранке приложишь? – Я не знаю! Но я должна рискнуть. – Не должна, Ада, не должна, – я делаю шаг к ней и беру её руку. – Я никуда тебя не пущу, ты никуда не летишь без меня. На секунду мне кажется, что она сейчас обнимет меня. Примет мои условия. Я не могу отпустить ее одну, мы найдем другой выход. Мы что-то придумаем. – Я давно не маленькая девочка, которую нужно опекать! Я справлюсь! – Она вырывает руку и прижимает ладони к лицу, прячась от меня. – Хватит, Ада. Она сидит на этом столе безумно неудобно для меня, согнув колени и поджав ноги. Я не могу обнять ее, поэтому тянусь к спине и подтаскиваю, разворачивая боком ко мне. Она не сопротивляется, но и не смотрит на меня. Левой рукой обнимаю под её руками, правой – под коленями. Я беру ее на руки, а она, будто боясь упасть, обвивает руками мою шею. Я бы смутился, если бы не был так зол на неё. Я несу ее к мягкому дивану и сажусь, устраивая у себя на коленях. Она выпрямляется и внимательно следит за мной: рассматривает моё лицо, будто видит его впервые. Она касается рукой шрама под глазом и аккуратно проводит вниз по щеке. Ее волосы спадают на плечи, мне хочется дотронутся и я медленно беру прядь, перебирая ее пальцами. Я сглатываю, она слишком близко, я буквально чувствую как она дышит. Ее губы чуть приоткрыты, она не отрывает от меня взгляд. Я пытаюсь разбудить себя, ее, нас обоих. – Ада… – М-м-м, – она отзывается никак не меняясь в лице, всё ее внимание на мне и от этого ужасно непривычно разговаривать. Кто-то должен скинуть это наваждение и я делаю это первым. Я закрываю глаза и чуть мотаю головой. Затем снимаю ее со своих колен и усаживаю рядом. Кажется она тоже пришла в себя и уже немного расстроено смотрит на меня. – Ада, ты не можешь лететь. Я задел ее за живое, она вскакивает мгновенно: – Почему? Я же объяснила тебе всё. Назови мне хоть одну причину оставаться и искать другие возможности? “Я боюсь за тебя. Я не могу тебя отпустить. Если что-то с тобой случится, я никогда не прощу этого себе. Ты нужна мне. Давай найдём другой выход вместе”. Вместо этих слов я произношу: – Ты можешь умереть. Она ужасно зла, она в отчаянье. Явно натворит глупостей. Я тянусь к ее руке, но она не даётся: – Я не умру! Да и что вообще значит моя жизнь против тысяч? Знаешь кто первым умирает в голод, Фланн? Дети. Их организм слишком слаб и не может без еды. Иногда родители сами убивают младших, чтобы они не мучались и выжил хотя бы один ребёнок, – она говорит это со злобой, с болью, я вижу слёзы в ее глазах. Будто я не осознаю! Я тоже испытываю боль даже просто от ее слов. От того сколькие погибнут. – Великие ангелы, Ада! Я понимаю. Но… Я сам запинаюсь, когда вижу сколько отчаяния в ее глазах. Она отступает на шаг и произносит шепотом сама себе: – Я не могу… Я должна… Она разворачивается и буквально вылетает из шатра. Я мгновенно следую за ней и под взглядами солдат-зевак, хватаю ее за запястье: – Успокойся, мы что-нибудь… Яркая вспышка магии отталкивает меня на несколько метров. Громкий неприятный звук от удара головой мешает думать, но я через силу открываю глаза и вижу как девушка с ангельскими крыльями улетает прочь.