Часть 4

Ариэлла Рано утром мы прилетели в Нью-Йорк, получили багаж и поехали в нашу квартиру. Мы хотели жить в кампусе, но родители настояли на покупке жилья в центре Манхэттена. Квартира располагалась недалеко от университета, если ехать на метро, но у каждой из нас были свои машины. У Алисы — черный «Порше», подаренный на 18-летие. У Талии — милый красно-белый «Мини Купер». А у меня была ретро-машина красного оттенка, подарок отца на мое 16-летие. Наш дом представлял собой огромный стеклянный небоскреб рядом с Центральным парком. Мы приехали на такси. Как только мы вышли из машины и зашли в холл, я увидела девушку в очках и с копной рыжих волос. Она несла гору книг, которые вот-вот готовы были рассыпаться. Я собиралась подойти и помочь, как вдруг стопка рухнула на пол. Я поспешила к ней. Собирая книги, я заметила, что она читает «Алую букву». — Спасибо за помощь, — сказала она. — Пожалуйста. Ты читаешь «Алую букву»? — Да. — Ну и как, нравится? — Очень, это лучшая книга из всех. — Мне тоже. Я Ариэлла, это Алисия, а это Талия. — Приятно познакомиться, я Изабелла. — Мы твои новые соседи. — А, точно, я слышала об этом! Родители говорили, что приедут девочки из Англии. — Да, эти самые девочки — это мы. Мы только приехали и ужасно проголодались. — Может, посоветуешь какое-нибудь место с вкусной едой? — Конечно! В конце улицы есть итальянский ресторан, там самая вкусная паста. — Супер! Не хочешь присоединиться? — Да, с удовольствием! — Решено! — А как же вещи? — спросила Изабелла. — Ничего страшного, занесем их позже, — отмахнулась Талия. Ресторан назывался Palazzo Rosso. Как только мы вошли, нас сразу поприветствовали: — Мисс Витиелло! Рады вас видеть. Желаете ваш обычный столик? — спросила хостес Адриана. — Да, буду рада, спасибо, — ответила Изабелла. Когда мы сели, Бэлла спросила: — Так почему вы решили переехать в Нью-Йорк? — Честно? Я всю жизнь мечтала об этом городе. Здесь кипит жизнь! — призналась Талия. — А я хотела в Нью-Йорк, потому что здесь лучшие клубы в мире и нет такого контроля, как дома. Ты бы знала моего отца — он просто деспот! — добавила Лиса. — Понимаю, — кивнула Изабелла. Я долго молчала, не зная, что ответить, а потом тихо произнесла: — А я хочу здесь влюбиться. — Серьезно? — фыркнула Алисия. — Мы только что обсуждали, какой Реми кретин, а ты уже ищешь нового? Любовь — это боль, Ари. — Алисия, перестань! Если тебе попался один придурок, это не значит, что они все такие, — заступилась Талия. — А что случилось? — полюбопытствовала Изабелла. — В общем, наша Ари долго была влюблена в одного мудака, который её не замечал и спал со всем, что движется. Она, бедняжка, так старалась, чтобы он в неё влюбился, но на днях решила его забыть. И вот — снова те же грабли! — отчеканила Лиса. — У тебя был какой-то травмирующий опыт? — спросила Изабелла у Алисии. — Сколько героинь книг страдали из-за любви? Джульетта, Кэтрин, Джейн Эйр... Моя мама, мамы Ари и Талии, мои кузины... Да я сама, в конце концов, страдала! — А что произошло с тобой? — Ничего особенного... — Её парень изменил ей с другим парнем! — выпалила Талия. — Талия! — прикрикнула Алисия. — Мне жаль, что так вышло, — искренне сказала Изабелла. — Спасибо, но он просто потерял лучшее, что было в его жизни — меня. Мы рассмеялись. Принесли пасту, и она была божественна. — Изабелла, расскажи о себе, — попросила Талия. — Ничего особенного. Учусь в Колумбийском на факультете английской литературы. — Ты тоже? — удивилась я. — Я на первом курсе! Круто, будем ходить на учебу вместе. — Можно вопрос? — перебила Алисия. — Это правда, что твой отец — мафиози? — Да, — уверенно ответила Бэлла. — И если из-за этого вы не хотите со мной дружить, я пойму. Талия закатила глаза: — Дорогая, моя сестра замужем за мафиози, брат Алисии женат на девушке из мафии... Мы все так или иначе связаны с этим миром. Это не повод прекращать общение. — А что за организация? — спросила Изабелла. — «Нью-Йоркская Братва», — сказала Талия. Изабелла вся побледнела, и в её глазах я увидела что-то странное. — Изабелла, ты в порядке? — Да... Просто у нашей семьи с ними не очень хорошие отношения. А какие именно люди из организации вам родня? — Моя сестра вышла замуж за Джереми Волкова, а его сестра вышла замуж за брата Алисии. — Волковы, значит... — сухо сказала Иза. — Изабелла, что-то не так? — спросила я. — Ну, честно говоря, я ненавижу большую часть Братвы за то, что они сделали с моей кузиной и её мужем. Насколько я помню, это была не нью-йоркская, а чикагская ячейка, но сути дела это не меняет. — А что именно тогда случилось? — Будущего мужа моей кузины заставили её изнасиловать. — Боже правый! — выдохнула Талия. — Мне очень жаль, что всё это произошло. Как она сейчас? — Сейчас с ней всё хорошо. Но вы не представляете, через что ей пришлось пройти и что про неё говорили. — У вас действительно всё так строго? — спросила я. — Да, у нас всё строго, — добавила Изабелла. — Например, девушка обязана быть девственницей до свадьбы. Выходим замуж рано, в 18–20 лет. И есть традиция «кровавых простыней». Я поперхнулась чаем: — Ты издеваешься? И тебя это ждет? — Мой отец — консильери Фамилии, так что, надеюсь, меня это не коснется. — Даже если коснется — теперь у тебя есть мы! — отрезала Талия. — Девушки должны помогать девушкам. Если понадобимся — только свистни. — Спасибо, — улыбнулась Изабелла. — Кстати, можно звать тебя Бэлли? — спросила Талия. — У нас у всех есть сокращения: Ариэлла — это Ари, Алисия — Лиса, Талия — Тали. — Меня так никогда не называли... Обычно зовут Иза, но Бэлли мне нравится гораздо больше! Мы вернулись в пентхаус, забрали ключи и начали обустраиваться. Вечером я получила сообщение от родителей, ответила, что всё хорошо, и уже собиралась спать, когда в комнату без стука ворвалась Талия. — Ари, ты идешь с нами в клуб! — Талия, я хочу спать! — Но это же Нью-Йорк! Лучшее место, чтобы забыться. — Хочу, но я правда устала. — Оставь её, Талия, — подала голос Лиса. — Она сейчас включит какой-нибудь грустный фильм, будет плакать и вспоминать своего Реми. Всё, что она говорила в Лондоне, было ложью. Лиса всегда так делала: говорила гадость, чтобы заставить человека поступить наоборот. И это сработало. — Ладно, я пойду. Я оделась элегантно: черное платье, перчатки, туфли на каблуке и черная сумка. Завила волосы и заколола их черным бантом. Талия была в розовом, а Алисия — в дерзком топе и золотистой юбке. Мы решили поехать на метро, как истинные нью-йоркцы. У клуба была огромная очередь, но мы прошли по идеальным фальшивым документам, которые подарила Лиса. Внутри мы сразу отправились к бару и начали заказывать шоты один за другим. На следующее утро я проснулась в чужой огромной квартире с жуткой головной болью. Я была одета. Быстро умывшись в ванной, я уже хотела сбежать, как вдруг заметила на столе записку: «Спасибо за ночь, мне давно не было так хорошо. Валерио». Рядом лежала стодолларовая купюра. Ярость мгновенно вскипела в моих венах. Сто долларов?! Он оценил меня в сотку? Я тут же схватила телефон и начала искать ближайшую клинику, чтобы записаться к гинекологу. Если я действительно потеряла невинность с этим ублюдком, я засужу его! Я, Ариэлла Нэш, дочь влиятельнейшей семьи Лондона, оказалась «шлюхой за 100 долларов»? Не в мою смену! Слезы подступали к глазам, но вместо того чтобы плакать, я схватила ручку и размашисто написала на обороте: «И тебе спасибо за ночь, Валерио. — Ариэлла». Я накрасила губы ярко-красной помадой, оставила на бумаге отпечаток поцелуя, положила сверху 1000 долларов и вышла, громко хлопнув дверью. Кто вообще платит сто баксов? Жадный кретин. Он должен понять: я могу купить десять таких, как он. Я не помню его лица, но одно знаю точно: я стою дороже, чем все его деньги. И ему придется это уяснить — по-хорошему или по-плохому.