ГЛАВА 1. АКТ ОДИН

20 лет после падения Метеорита «Элмма». Пятое июля 2045 года. Я сидел на крыше небоскреба без стекла, под лучами солнца, и смотрел на ржавый город из десятка таких же домов. — Эй, мне рассказывали, что раньше был интернет. Слышал о нём? — Оливер сел рядом со мной. А ведь и правда... Мне отец столько рассказывал про интернет, телевизоры и многое другое из его жизни. То, что сейчас можно увидеть где-то в земле, как хлам. Элмма сломала это всё... Название народное, учёные там по-умному как-то называют. Никто не использует их обозначение. Я глянул на Оливера и улыбнулся. — Даа... Там можно было найти что угодно. Я поднялся, схватился за ржавую антенну и посмотрел вниз. Подул ветер, и я пошатнулся на краю небоскрёба. А внизу не спеша торговали люди, и стоял громкий шум голосов. Выпрямил спину и посмотрел на море. Там, возле порта, толпились ржавые корабли. На одних стояли уличные столбы, и на них висели паруса, местами залатанные досками. Оливер подошёл и положил руку мне на плечо. Тоже посмотрел на море. — Говорят, что на Американском побережье создали интернет. Я поднял свой рюкзак и закинул туда блокнот с рисунками. — Бред какой-то. Не могли такого сделать. Я задумался. Может, там есть место, куда не доходят волны Элммы? Чисто теоретически такое может быть. Но тогда почему Фракции Америки такие же, как Европиан? Начал спускаться по ступенькам и остановился. — А ты идёшь, Оливер? Оливер подошёл, держа руки за спиной. — Хочу ещё полюбоваться видами. Скоро ведь эти небоскребы превратятся в пыль. Я уже скрылся от Оливера и услышал: — Эй! Кай! Иди сюда. Срочно. Что же там у него случилось? Я поднялся обратно, и Оливер ткнул пальцем в море. Вдалеке проплывал трёхпарусный фрегат. Удивительно красивый, он был другим, в отличие от тех, что стоят в порту. Но паруса — серого цвета. Я достал блокнот и быстро набросал эскиз, пока фрегат не скрылся за горизонтом. Оливер удивлённо глянул на меня. — Ты знаешь, что это за корабль? Я продолжал делать наброски. — Фрегат какой-то. Красивый. Оливер подошёл и встал напротив, закрывая солнце. — Эх ты. Это не просто фрегат, а «Паллада». Моя рука дрогнула, и я провёл грубую линию через весь рисунок. — Бред какой-то. «Паллада» в Океании плавает. Там её территория. Оливер посмотрел в море, туда, где был фрегат. — Говорят, уже потопили три торговых судна на пути от Америки к нам. Я вырвал листок, порвал рисунок на части и выкинул. Этот фрегат потопил судно возле Индии, где был мой отец... Он просто плавал в Индию по работе. Был инженером, проектировал что-то. Я закинул блокнот в рюкзак и быстро начал спускаться по лестнице с небоскрёба. Выбежав на улицу, я врезался в прохожего. — Смотри, куда прёшь! Побежал дальше и забежал в свою квартиру. Распахнул шторы и уселся за дубовый стол отца. Достал одну из папок и начал искать проект в Индии. Я порезался об лезвие, лежавшее в папке. — Ай. Засунул палец в рот и пошёл искать в ванной бинт. По дороге захватил свечку и поставил на раковину. — Где же этот бинт? Вот нашёл! Я открыл аптечку, и оттуда выпала фотография. На ней был отец, а на фоне — что-то большое, металлическое. На снимке была крупная надпись: «Лос.Прототип.2043». Хм. Что это? Лос? Лос-Кабос? Я перевязал палец, вернулся в комнату и подошёл к пожелтевшей карте на стене. Начал водить пальцем и вспоминать места, где был отец. Так, ну он был в Чили. Там есть вроде город Лос-Андес. Ещё в Мексике часто бывал. Там точно есть город Лос-Кабос. Я упал на кровать. Этих городов с приставкой «Лос» — десятки... И зачем я это ищу? Взглянул ещё раз на фотографию при свете из окна. Отец один. Стоп. Подождите. А на что его фотографировали? Фото цветное и хорошего качества. По размерам похоже на полароидное. Я внимательно посмотрел на фото. Ничего не ясно. Огромная, на весь фон, штуковина из чистых металлических пластин с заклёпками. Надпись — и всё. Может, где-то есть место с электричеством? Американское побережье? Я начал ходить по комнате. В Америку нельзя. Страшно. «Паллада» прямо возле Портана проплыла... Почему ей никто ничего не сделал? Плывёт фрегат на серых парусах, видно с берега. Можно же перехватчиков отправить и потопить его. Зашёл на кухню и достал какую-то ржавую консерву. Может, отправиться в Индию, узнать, что там за проект был? А зачем мне это? Что я ищу? Я вышел на балкон и посмотрел на людей, сидящих в парке под большими деревьями. Что будет, если я прибуду в Индию? Открыл банку тушёнки, начал поддевать ножом и есть. Вот я приехал, нашёл проект — и что дальше? А может, он делал что-то против волн Элммы? Я сел на стул. Подул лёгкий ветерок. Сложно... И главное, отец много рассказывал про свою работу, но всё вылетало из головы. Я встал и глубоко вздохнул. Плыть в Индию и потратить от 6 месяцев... Ради чего? А вот в Мексике отец часто бывал. Посмотрел на голубое небо и поправил волосы. До Мексики около месяца... Может, сможем проскочить, и «Паллада» не тронет? Видно было, уплыла куда-то в другую сторону. — Поплыву. Я вернулся в комнату и провёл рукой по карте от Портана до Мексики. Может, нужно отклониться от торгового маршрута? А какой капитан согласится на это? Я задумался. Да любой готов... Только проблема в том, где взять? Золотых монет у меня почти нет. Да и серебра — только на прожить. Ладно... Пойду в порт хотя бы узнаю цены. Я вышел на улицу. Солнце грело голову. На улице стоял шум торговли и пахло хлебом, гнилью, табаком. — Молодой человек, подкиньте Портан-евро. Я глянул на старого мужчину. У меня около двадцати портанских евро и пять портанских золотых. — Держи. — я положил ему серебряную монету с гербом Портанской Федерации. — Спасибо! Пусть с вами будет удача. Я пошёл дальше. Хех, удача... Надеюсь, поможет и даром меня повезут. Я вступил в лужу, как только зашёл на территорию порта. Мда... Удачу он мне забыл пожелать... Вокруг ходили матросы, носили бочки на железные переделки. В небе летали чайки. Я прошёл по деревянному настилу к кораблям и подошёл к какому-то дядьке, стоящему возле корабля. — Добрый, а вы в Мексику не плывёте? Дядька исподлобья глянул на меня. — Хрена мне туда плыть? Золото там насыпали? — Вряд ли... А за сколько бы поплыли? Дядька улыбнулся и поправил пальто. — 20 портанских золотых, 11 бостонских золотых, — дядька задумался, — или 7 золотых Федераций Океании. Я от цен опешил, сделал шаг назад и наступил на ногу какой-то девушке в треуголке. И меня сразу ударил в живот громадный мужчина. — Куда прёшь, идиотина? Я свернулся на деревянном настиле от боли. Рядом проходили матросы и чуть не наступали на меня. А дядька уже общался с кем-то другим. Я, не вставая, повернул голову в сторону уходящей девушки. Выглядела она довольно обычно для моряка: свободные чёрные штаны, ботинки, серая кожанка. Но у неё ещё была треуголка. Капитан? Торговец? Да за что меня так ударили? Я же мог извиниться. Я с усилием поднялся на дрожащие ноги. Не люди, за просто так бить. Я не похож на боксёрскую грушу. Я побежал и догнал девушку и громилу. — Стой! Извинись за удар, а я извиняюсь за свой поступок. Девушка не обернулась. Громила глянул на неё. Она кивнула, и громила направился ко мне, закатывая рукава. Похоже... Стоит бежать... Дипломатией здесь не пахнет. Я развернулся и побежал к концу деревянного настила. Громила спокойно шёл за мной. Я остановился на краю и начал осматриваться. Выходов нет. Громила уже начал подходить. Его лицо было грубое, безволосое. Выход один... Я достал мешочек с монетами, сильно сжал его в руке, прыгнул в воду и поплыл. Вода была густая, маслянистая. Очень холодная. Я проплыл несколько минут и вылез за обрывами на скалистый берег. — Хух... Я весь был в жирной воде, и воняло от меня ужасно. А солнце грело и усиливало запах. Я встал и вылил воду из кроссовок. Нужно пройтись по берегу и помыться в более чистой воде. Я не готов так идти в город. Я начал идти по скалистой береговой линии и через минут пять остановился, разделся. Забежал в воду и начал отмывать жир с волос и тела. Раздались голоса. Я заплыл за скалу. На берегу шли десять человек и несли ящики и бочки. Дальше по линии берега я увидел лодку. Матросы? Вряд ли... Почему к порту не пристали? Легче же таскать. А потом я повернул голову и вдалеке увидел стоящий на якоре корабль. Паруса были спущены. Его было сложно рассмотреть — очень далеко стоял. Эти люди с того корабля? Почему не в порту стали на якорь? Контрабандисты? Скорее всего... Вода была ужасно холодная, и волны толкали меня на скалу. Через десять минут лодка отошла от берега, и я выбежал из воды. Быстро прополоскал одежду и надел на себя. — Хоть как-то... Я осмотрел одежду, а после вернулся в порт и подошёл к тому же дядьке. — Добрый... Ещё раз. Дядька улыбнулся и посмотрел на меня. — Выглядишь не очень. Плохой день? Не отвечай, мне похер. — Давай бартер. Дядька удивлённо глянул на меня. — И что такой, как ты, готов мне предложить? — Квартиру. Дядька опешил, посмотрел по сторонам. — Где квартира? — В десяти минутах от порта. Дядька осмотрел меня внимательно и снял кепку. Вытер потный лоб. — Документ Портанской Федерации на собственность есть? Я удивлённо глянул на него. — Разумеется. Дядька свистнул, и с ржавого корабля за его спиной вышел мужик. — Покажешь нам квартиру? Я задумался. А безопасно ли показывать квартиру двум незнакомым людям? Вряд ли. — Нет. Принесу документ, когда будем отплывать. Дядька нахмурился и посмотрел на мужика. — Ладно. В пять утра чтобы здесь был. Я кивнул и начал уходить. Дядька крикнул вслед: — Всё из квартиры сразу выкинь. Эхх. Стоит ли оно того? Я пошёл по дороге порта. Навстречу мне шла та девушка в треуголке, но без громилы. Я выдохнул и прошёл мимо неё. От неё пахло приятными духами. Что-то сладкое. Я обернулся и посмотрел на девушку. Она стояла и общалась с людьми возле ангара. А потом бросила взгляд на меня. Я резко отвернулся и упёрся во что-то большое. Поднял голову и увидел того самого громилу. Беда... — Слушай, я не хочу про... Резкий удар в живот, я согнулся, и из моего рта вылетел стон. Громила оттолкнул меня в сторону. — Не мешайся, крыса. Я лежал в грязной луже порта, а живот пульсировал от боли. Я плюнул кровью и через минут десять смог подняться. Но выпрямиться было тяжело. Шатаясь, я пошагал домой. По пути люди обходили меня и говорили какие-то гадости. Крыса? Почему я крыса? Я же человек, который пришёл в порт с торговым предложением. Кто тогда для них люди? Если я крыса? Я зашёл домой и упал на пол рядом с кроватью. Боль не проходила, и тело болело. Пол был холодный. Одежда мокрая. Но встать я не мог и просто стащил одеяло с кровати и накрылся им. Удачи он пожелал... За один портанский евро — такая удача? Хрен с ним. Я начал медленно засыпать. Солнце уже зашло. Темнота и тишина. Прости, отец. Еду искать что-то про тебя... Но отдаю часть тебя. Странно... Что меня ждёт в Мексике? Я заснул.