ГЛАВА 2. АКТ ДВЕНАДЦАТЬ

В течение недели я плавил железо и построил полуавтоматическую рубку скалы на энергии гиен, плюс поставил рядом два мощных ветряка. Создал форму для трёх больших кирок. И теперь целый день звучат удары кирок о скалу. Даже когда гиены отдыхают, процесс медленно идёт. Ещё начал печь кирпичи для новой, более масштабной доменной печи. Планирую сделать её с несколькими отсеками, понятное дело, подведу механику. Так же потратил кучу времени на то, чтобы сделать круглую форму трубы. Она к концу немного сужается, а сзади расширяется. Будут модульными. Проще! Не нужно ковать огромные длинные трубы. Ещё по мелочи переработал корабли. — — — Доброе утро! — начал я, заходя в обустроенную пещеру. Я сделал тут пока тканевый пол. Позже планирую заняться закатыванием пола пещеры в древесину. Уголёк уже двигала руками и головой, ноги пока не работали. Я помогал ей подниматься, и она уже сама кушала и пила. — Привет... Спасибо за одежду... — начала Уголёк и повернула голову ко мне. — Да на здоровье. Кушать будешь? Сегодня стейки из тунца и суп из краба... — Я задумался. — Да, понимаю, «помои». Да и каждый день одно и то же... Но всё же... Вот бы не сказала... Снова... Я протянул ей тарелку со стейком и закрыл глаза. Уголёк начала жевать. Наступила тишина. Около месяца прогресса понадобилось, чтобы приготовить этот стейк... Я даже не могу перечислить всё, что мне нужно было, чтобы его приготовить. И цепочки всех технологий. Этот сочный, жирный стейк... Моя титаническая работа... — Очень вкусно. На материках такое не встретишь, — жуя, ответила Уголёк. Ху-у-ух... Я улыбнулся. — Где купил? — заинтересованно продолжила Уголёк. Это был выстрел в сердце. То есть вот так она может... Взять, пойти на остров в ресторан и купить стейк. Ну, конечно... Это же проще простого... Взял, зашёл в море, оседлал акулу и поплыл на соседний остров. В порту пришвартовал акулу, закинул монету за своё судно и купил стейк. А после, держа тарелки в руках, не держась за акулу, обратно — чтобы дать ей поесть. — Ау, язык прикусил? Где купил-то? — Уголёк махала рукой. Вдох... Выдох... К чёрту. — Да я просто утречком вышел с сетью, словил акулу и тунца, быстренько обделал, пожарил стейк на акульем жире, посолил, закинул пару травок — и бац. Буквально ничего... Такой стейк всего ничего — пару часиков утром. И месяц какой-то подготовки. Тишина. Я глянул на неё — сидела и втыкала в стену. М-да... Это мой стиль вообще-то... Сто процентов думает о термодинамике тунца и его предельной силе. Считает гидравлику пасти акулы и температуру плавления металла в печи. — По поводу термодинамики тунца: там всё не так однозначно... — начал спокойно я. — Стоп. Что? Как ты это сделал? — Уголёк открыла рот. Я пожал плечами. — Я вспомнила... Корабль, на котором я плыла, потопили... Странно, что я выжила, — втыкая в стену, продолжила Уголёк. — Бывает, — я начал есть суп с крабом. — Это были не обычные пираты. А корабль с двигателями... Такие только у одного человека... — Уголёк продолжала втыкать. — Да-а-а, фрегат типа «Нокс»... Удивительный корабль... — задумчиво сказал я. — Ты знаешь этот корабль? — Уголёк бросила на меня взгляд. — Было дело, месяц назад я спал с адмиралом флота. Уголёк попыталась вскочить от удивления. — Чего-о-о?! Ты спал с Мией Адамантс?! Какого хрена? Ты кто такой? И что ты тут делаешь? — полностью шокированная, Уголёк держалась за сердце. Я выпил воды. — Да там... Отношения были какие-то абьюзивные, манипулятивные, сексозависимые. В общем, разбежались, не сошлись. — А каким боком ты здесь живёшь? — успокоилась Уголёк. Я посмотрел на неё. — Да там, в общем... Мы плыли на Карибы, я её рисовал голой, потом корабль встал здесь на стоянку, мы прыгнули с обрыва, потом начали пить вино, она предлагала себя. Ну, а я стал смертный, генерал армады, отказался, и она уплыла. Тишина. Уголёк пыталась переварить. Если бы я такую хрень услышал, я бы вряд ли поверил... Ну, точнее, я бы вообще не поверил. Хех, это моя жизнь. Я счастлив, что она звучит нереалистично! — То есть... Да бред какой-то. Если принимать серьёзно всё это, то появляется куча вопросов... Голова кипит, — начала Уголёк и взялась за голову. Я улыбнулся. — А ты уже придумал, как сбежать с острова? Большой костёр может... Хотя у тебя, наверное, и дерева нет столько... Да и огонь же нужен, — Уголёк поплыла. А я засиял. — Ну, я планирую верфь построить, потом корабль. А так сейчас доменную печь строю и паровой двигатель. Уголёк зависла. Пожалуй, на этой ноте я пойду заниматься своими делами. Хех. Костёр... Забавно. Та-а-ак. Я осмотрел фронт работ. Работы — вагоны, и только вагоны, без тележки. Тележки... Тележки... Нужно сделать тележку! Сделаю две тележки: одну под гиену, а вторую — ручную. Хм... У меня появилась безумная идея. Проложить рельсы от моей бухты до складов, до пляжа Левиафана и до пещеры. Сделать, так сказать, круг. Запомним. Я подошёл к своим автокиркам и передвинул немного вперёд аппарат. Ху-у-х. Тяжело. Пошёл на склад, начал выбирать древесину. Отдал Тому и Саре — потащили к мастерской. Та-а-ак. Теперь нужно два вала сделать металлических. Крепление, гвозди. Ещё металлические пластины для того, чтобы обмотать колёса, и сделать сами колёса из дерева. Приступим. Я достал из склада слиток металла и закинул в угли. И пока он грелся, начал пилить древесину на доски и шлифовать. И пока я занимался шлифовкой доски, вал от ветряка крутил пилу вперёд-назад и пилил толстые брёвна. Оп. Слиток готов. Я закинул его на чугунную плиту и начал отбивать. Засовывал обратно, после ковал — и так долго и муторно. Уже наступила ночь. Я только сделал длину вала. Пока он квадратный. — Ху-у-ух. Я начал отбивать углы молотом, медленно создавая восьмигранник. И так провозился до утра. Получил восьмигранную металлическую балку. Полностью вымотан. Закончу завтра. Сутки спать. Нужно сделать автомолот и подключить его к валу ветряков. Хотя нагрузка на вал будет большая... Сейчас два источника энергии: водяное колесо и два ветряка. Ещё и вал с гиенами, но он подключен только к рубке скалы. Я помылся, помыл гиен, накормил всех и пошёл в пещеру. — Привет... Чем занимался так долго? Костёр решил делать? А то твой утренний бред про верфь и корабли, печи — это абсурд, — лёжа на боку, сказала Уголёк. Приятно смотреть. Уже лежит на боку, упирается рукой в голову. Я упал на мягкую кровать — сам набил одеяло перьями чаек и подушки. — Почти... В кузнице целый день провёл, плюс доски шлифовал. Ну и вал пилил древесину. — Понятно... — недоверчиво сказала Уголёк. — А тебя не смущает, что тут в пещере стоит водяное колесо, от которого ведёт вал сквозь дыру в скале на улицу? — зевая, сказал я. — Не, я подумала, это кто-то до тебя сделал. Выглядит хорошо. Откуда у тебя дерево на вулканическом острове? — Уголёк улыбнулась. Понятно... Ну, вот встанет и сама выйдет на улицу — и будет смотреть. А чего ждать? Я поднялся с кровати и подошёл к стене, где сидела Уголёк на своей кровати. — Пошли. Прогуляемся! — Чего? У тебя мозги отшибло? Я ходить-то не умею пока что... Я взял её аккуратно под мышки и поднял. — Эй! Отпусти! Козёл! Так и знала, что ты захочешь что-то сделать со мной! — кричала Уголёк. Я молча вытащил её на улицу и посадил на скамейку. Уголёк замолчала. Я сел рядом и любовался всем, что я сделал. Нужно будет ещё сделать заборы под углом, чтобы они гасили сильный ветер. Да-а-а... Работы ещё нужно сделать. В молчании, под редкие удары кирок о скалу, ветер был не сильный. Мы просидели до рассвета. Почему я раньше её не вытаскивал на улицу? Это же полезно. Можно, конечно, было провести рельсы из пещеры на улицу и вагонетку сделать. Но смысла уже нет — она скоро и сама сможет ходить. Сколько же тут возможностей... Мне нужно заняться ещё бумагой. За ночь я ещё нашёл идею: натянуть металлические сети в воде бухты, чтобы акулы не заплывали. — Сара, — тихо сказал я. Из домика гиен вышла Сара. Домик я улучшил: он теперь прочный, вкопанный в землю и с тёплым полом. Уголёк увидела её и услышала хохот. Начала паниковать и руками пыталась уползти. — Тут гиена! Как они тебя не съели? Нужно уходить! — начала панически Уголёк. Странно, я ж при ней уже звал Сару, и она её видела. Забыла от шока? Сара притопала и начала мычать. — Приве-е-ет. Тут Уголёк, или Харибда, хочет с тобой познакомиться, — начал весело я, гладя одной рукой Сару, а второй держа Уголька, чтобы не упала со скамьи. Я взял руку Уголька и положил на морду Сары. Сара начала облизывать руку. Уголёк дёрнулась и замерла. Никакого движения. Будто Уголька выключили. Я взял и поднял Уголька, посадил на Сару. — Не больно? Ничего не болит? — начал я. Уголёк не в силах двигать ногами сидела на Саре, руками боялась коснуться. Обездвиженная. Я взял её и отнёс обратно в пещеру. Уложил в кровать, а после облил лицо холодной водой. Уголёк вернулась в сознание. Я лёг на свою кровать. Заснул. — — Последующие несколько дней я занимался созданием первой телеги. И теперь я весело топаю с тележкой по пляжам. Нужно обязательно везде застелить каменными плитами. По песку сложно передвигать. Из кусков камня, которые вырубили автокирки, я сделал тропу от складов до мастерской и до бухты. Хожу в бухту с телегой, загружаю разобранные ресурсы и тащу их на склады. И так по кругу. Ещё Уголёк пробует ходить. Я сделал ей два деревянных костыля. Рукоятки сделал из кожи мурены. — — Ну давай, попробуй, — начал весело я. — Да нет! Страшно! — крикнула Уголёк, вдавливая костыли в песок. Мы стояли на пляже бухты в утреннем рассвете. — Да просто попробуй! Если упадешь — тоже будет хорошо, — спокойно сказал я и махал ей руками. — Ты идиот? Чем лучше-то? Набрать в рот песка?! А, ну конечно, это очень хорошо, — недовольно продолжила Уголёк. Я подошёл и забрал у неё костыли. Кинул куда-то вдаль. Уголёк упала. Это увидели чайки и начали слетаться поближе. — Урод! Т-т-ты издеваешься. Всё делал специально, чтобы сейчас посмеяться надо мной! Ненавижу тебя! — кричала Уголёк, вытирая лицо от песка. М-да... — Я ушёл. Тебе бы поторопиться. Чайки-то по пятьдесят килограммов, — спокойно сказал я и показал на чаек. — Ну и тебя же они тоже сожрут! Лучше так! — агрессивно крикнула Уголёк. Я улыбнулся. — Меня они боятся, а ты на этом острове новичок. Свежая добыча, — спокойно продолжил я и уселся на песок. Пару чаек приземлились рядом с ней и начали издавать громкие звуки. Уголёк замерла от шока. Смотрела, как к ней приближается чайка. Чайка шла, поворачивая голову то влево, то вправо, и смеялась. Я сидел, наблюдал и строил руками песочный замок. Уголёк резко пришла в себя и начала ползти, толкаясь ногами. Уже что-то... Чайка запрыгнула на её спину, засмеялась и вдавила Уголька в песок. Я нацелил арбалет с металлическим болтом в чайку. Пиу. Чайка с болтом в груди закричала и резко свалилась на песок, обливая Уголька своей кровью. Я изумлённый стоял и смотрел на арбалет. Крутяк... А я думал, не выстрелит. Прототип только, что с него взять. Как говорится, и арбалет раз в год стреляет. Я подошёл к Угольку. Она что-то говорила, но я не слушал. Схватился за чайку и достал болт. М-да... Погнулся всё-таки. Нужно будет усиливать болты. Я посмотрел на чаек — все улетели. — Вставай. — Ты мог помочь! В тебе нет ни капли мужского... Я ненавижу тебя, — Уголёк ударила меня по руке и поползла сама. Я пожал плечами. Уже хоть что-то. Обернулся и глянул на остатки обломков. Нужно будет уже закончить с этим и строить верфь. Отправить её уже куда подальше. Ну, бед не делает — и пофиг. За работу! Рабочие деньки: переработка и отправка на склад, и так по кругу. Вымотанный, я улёгся спать. Уголёк как-то подозрительно молчала. Ну и ладно. Я уснул. — — Я проснулся с приятным запахом дыма дерева... М-м-м. Стоп. А чего это мне костром пахнет? Я открыл глаза и выбежал на улицу. И упал на колени. Что? Почему? За что... Один из трёх складов дерева пылал огнём. Густой столб дыма уходил в небо. Гиены рычали и бегали вокруг Уголька. Она стояла недалеко от пожара. Гиенам, видимо, что-то не понравилось в Угольке. Нет, нет, нет! Это что, она начала жечь моё дерево? Я схватился за голову и вдавливал пальцы в голову. — ЗА ЧТО-О-О?! — крикнул я в небо. — Где я провинился?! Что это за бездушного монстра я спас? За что?! Так, нужно собраться. Я ударил себя по лицу и сквозь слёзы направился к месту пожара. Мои досочки... Я их резал, чистил... Может, хотя бы в древесный уголь успею переработать? Я схватил Уголька за руку и потащил в сторону бухты. Кинул её на кусок доски. — Плыви, — сдерживая злость, ответил я. — Здесь тебе не рады. Я обернулся. — Сара, по очереди дежурить. Это теперь враг. Сара заскулила, а после захохотала. Вот и отлично. Я побежал — нужно хоть что-то успеть спасти, либо переработать в уголь. Ещё нужно быстро огородить от других складов и засыпать всё песком и водой. Не могла дождаться корабля? Ну зачем всё это? Ну, впрочем... Я улыбнулся. Так даже интересней! Откатился по дереву на пару недель. Ещё два склада есть необработанного, да и в бухте ещё есть. Я начал быстро таскать телегой песок и закидывал яму. Оставил маленькую дырку для дыма. Закончил уже под рассвет. Сутки провёл здесь. Весь был в ожогах, по всему телу волдыри. Весь в саже. Тела не чувствовал совсем. А во рту было будто угольная переработка. Я улыбнулся. Не зря сделал телегу. Так спасла меня. Я отправил всех гиен в пещеру, кроме Тома, который вышел на пост в бухте. Здесь находиться невозможно. А им-то точно будет хуже: вонь для меня ужасная, а для них — смертельная. Я через адскую боль помылся из бочки и обмазался полностью акульим жиром. Шёл в пещеру и по пути отключился.