Часть 10

Ривер, как это часто случалось, оказалась в кабине пилота посреди ночи, наслаждаясь успокаивающим видом звезд и покоем пока команда спала. Кроме одного. Мэл не спал в своей каюте, обдумывая план их следующего задания и думая, что немного проголодался. И действительно, через несколько мгновений Ривер услышала характерный звук открывающегося люка. Он направился к кухне, а когда вернулся через несколько минут, оказался на мостике, а не в своей каюте. — Думал ты здесь, — сказал он, садясь в кресло с закуской в ​​руке. Затем он заметил сверток у нее на коленях и понизил голос до шепота. — Как оказалось так что ты присматривать за ребенком в такой час? Ривер улыбнулась, глядя на спящую племянницу. — Я сама вызвалась. Она не переставала кричать, а Кейли очень устала. — Меня очень забавляет, как эта малышка замолкает каждый раз, когда ты держишь её на руках. Ривер улыбнулась. Она провела пальцем по мягким волоскам на голове Рен. Саймон и Кейли назвали свою дочь Серенити — из-за всего, что «Серенити» значила для них обоих, — но маленькой Серенити Ривер Тэм не было и дня, как Мэл заявила, что это имя «слишком большое для такой крошечной девочки», и стали называть её Рен. Это имя прижилось. — Мне нравится быть с ней, — призналась Ривер Мэлу. — Она такая тихая. — Дорогая, у тебя на борту полно людей, которым так не кажется. Ривер рассмеялась. — В смысле, в голове. Я не против, если она плачет — у неё такой спокойный ум. Такая простая. Последние несколько месяцев были удачными для команды. Они покинули Ядро, решив остаться ближе к Внешнему Кольцу, и, поскольку за Ривер никто не гнался — за исключением редких, но безуспешно пытавшихся взять у неё интервью репортёров, — им было проще выполнять свою работу. — Знаешь, какой сегодня день? — спросила Ривер, отрывая взгляд от Рен и глядя на Мэла. Мэл слегка нахмурился. — Рен сегодня месяц, не так ли? — Да. Но прошло и два года с тех пор, как я проснулась на Серенити. — Правда? Ну, это что-то невероятное, — Мэл улыбнулся. — И ты всё ещё с нами. — Я никогда тебя не благодарила. За два года, что я здесь, я ни разу тебя не сказала спасибо, — Рен начала шевелиться на руках у Ривер, её простой, формирующийся разум просыпался, и Ривер почувствовала голод. Через минуту она, вероятно, будет кричать во весь голос, зовя Кейли. — Тебе не нужно меня благодарить, Ривер, — тихо сказал Мэл. — Я хочу. На Осирисе ты говорила мне, что я выжившая, но и ты тоже. Мое присутствие здесь не облегчило тебе выживание, — Воспоминания Ривер о ее пробуждении на Серенити все еще были, но так сильно смешивались с нестабильностью ее психики в то время, что местами это казалось почти сном. Но она понимала. Она совершила несколько очень безумных поступков, за которые большинство, если не все, капитаны выбросили бы ее в первую же неделю. Мэл этого не сделал. Если бы не это, Ривер знала, что была бы мертва, или того хуже. Она хотела все это сказать, но сейчас ее эмоции были настолько сильны, что она не была уверена, что сможет выразить это ясно, а она хотела, чтобы все было предельно ясно. И Рен начал шуметь. Ривер встала, осторожно держа ребенка на сгибе одной руки, и подошла к Мэлу. Она наклонилась и поцеловала его в лоб. — Спасибо. Мэл взял её свободную руку и сжал её. — Без тебя всё было бы не так, мой маленький альбатрос. Пронзительный вой Рен рассек воздух, и Мэл вздрогнула. — Она хочет к маме, — сказала Ривер. — Тогда лучше отнеси её туда. И поспи сегодня ночью — завтра утром мы будем приземляться в Нью-Холле по работе, и мне нужно, чтобы ты была начеку. Ривер вышла из кабины. — Я всегда начеку. Она остановилась у люка Саймона и Кейли и постучала по нему кулаком, хотя уже чувствовала, что Кейли подходит к двери, несомненно, услышав крик Рен. — Это твой дом, Рен, — прошептала Ривер кричащему ребёнку. — Это хороший дом, с хорошими людьми. Воь увидишь. Из комнаты позади снизу она услышала, как Джейн закричал. — Кто-нибудь, заткните уже этого ребёнка! Когда Кейли открыла люк, Ривер посмотрела на Рен и поправила. — Ну, в основном хорошие люди.