Глава 1

Лиза стояла у окна и смотрела на дорогу. Ту самую, по которой утром прошли туристы — трое парней, две девушки. — Тёть Лиз, ты чего там высматриваешь? — спросил Дмитрий, развалившись на продавленном диване с газетой в руках. Он вернулся в Топи два года назад, хоронить сына. И остался. Куда ехать? Работы нет, денег нет, в городе его никто не ждал. А здесь хоть дом дедовский, хоть тётка живая, хоть участок при нём остался — формально он числился в области, но по факту сидел в Топях, потому что ездить всё равно было не на чем и незачем. — За ребят этих переживаю, — ответила Лиза, не оборачиваясь. — Которые утром прошли. Молодые совсем, городские. Не знают они здешних мест. — А чё их знать? — Дмитрий зевнул. — Лес он и есть лес. Грибы, ягоды. Не маленькие, не заблудятся. — Не в лесе дело, Митя. — Лиза наконец обернулась. — Ты сам рассказывал. Люди пропадают. Пачками. Каждый год. Дмитрий помрачнел. Отложил газету. — Ну, рассказывал. Было дело. Пару лет назад группа студентов заплутала, трое так и не нашлись. Год назад мужик из района пошёл за клюквой — сгинул. Весной бабку искали, неделю по болотам лазили — только платок нашли. Ещё были ребята. — А если этот Хозяин их забрал? — тихо спросила Лиза. Они оба знали, о ком речь. Виталий Алябьев. В последние годы он появлялся в Топях редко, но его присутствие чувствовалось всегда — как запах болотной гнили, который не выветривается, сколько ни проветривай. Дмитрий хмыкнул: — Хозяин сейчас больше по Москве, по кабинетам. Ему эти молодые… — он не договорил. В этот момент дверь распахнулась без стука. — О! — раздался громкий, чуть нахальный голос. — Тут, оказывается, жизнь есть! А мы думали — как на Марсе. В дом ввалились двое. Первый — высокий, с кудрявыми волосами, в красной куртке. Глаза горят, рот растянут в улыбке — весь из себя такой свой в доску, городской, московский. Второй — худой, высокий, с прямыми тёмными волосам ниже ушей. Держится скромнее, даже чуть зажато, но взгляд цепкий, внимательный. Лиза замерла у окна. Дмитрий медленно сел на диване, набычился. — Это что за новости? — спросил он тяжёло — Надеюсь, не оторвали от важных дел? Мы к вам, товарищ майор! — сказал парень в красной куртке и с кудряшками. — Он капитан, — сказал парень с прямыми волосами. — Товарищ капитан, — поправил себя кудрявый. Лиза едва заметно усмехнулась. Дмитрий мрачно оглядел непрошеных гостей. — Чё надо? — рявкнул он тоном, не терпящим возражений. — Да мы это… проездом. Турне, так сказать, из самой Москвы. Представьтесь, пожалуйста. Вам по уставу положено. Лиза фыркнула и закатила глаза, но Дмитрий даже не шелохнулся. — Пива принеси, — бросил он Лизе, не глядя в её сторону. Она хмыкнула, но послушно пошла к старому холодильнику, который ещё с девяностых гудел, как трактор. Достала бутылку, поставила на стол перед Дмитрием, рядом бросила мутную кружку. Парень в красной куртке проводил её взглядом, улыбнулся: — Красивая у вас тут помощница. Лиза промолчала. Встала у окна, сложив руки на груди. — Козлов Дмитрий Ильич, — процедил Дмитрий, глядя на парней исподлобья. — А вы кто такие будете? — Максим, — парень в красной куртке снова протянул руку, хотя её никто не брал. — Максим Кольцов, журналист. А это… — Денис, — сказал худой. — Да у нас человек пропал! Сегодня, по горячим следам. Девушка. Мы заявление хотим подать, в розыск объявить. Можно? Повисла тишина. Максим с Денисом переглянулись. В комнате, из-за закрытой двери, послышалось мычание — глухое, тяжёлое, будто зверь во сне мучается. Лиза вздрогнула, шагнула к двери. — Она просто знакомая, — сказал Максим Лизе, когда она проходила мимо. — Это там кто? — спросил Денис. — Муж, — коротко бросила Дмитрий. Максим проводил её взглядом, потом перевёл глаза на Дмитрия: — Красивая какая… Молодая совсем. А муж, судя по звукам, старый? — Не твоё дело, — отрезал Дмитрий. — Давайте, пишите своё заявление, только на такой бумаге, что помягче, — сказал Митя. — На туалетной, что ли? — сказал парень с прямыми волосами и сел в кресло. — Вы о чём сейчас? — Через три дня. По закону раньше трёх суток человек пропавшим не считается. Так что загорайте, ребятки. А через три дня можете меня искать — у меня тут территория, сами видели, две тысячи квадратов леса да болота. Найдёте ещё. — Ты чё, оборзел, а? Капитан, давай-ка на камеру это же самое повтори! — он выхватил из кармана телефон, наставил на Дмитрия. — Станешь звездой ютуба! «Мент в глуши посылает москвичей»! Красивый заголовок! Дмитрий даже не дёрнулся. Сидел, как скала, и смотрел на Максима тяжёлым, нехорошим взглядом. — Ты чё, учить меня будешь? — спросил он тихо. — Вернётся твоя «просто знакомая». Ещё сто раз. — Да, а если не вернётся? У вас здесь вон люди пачками пропадают, — сказал Максим. — Твоё какое дело? — спросил капитан. — Журналист я. Не моё это дело и не твоё, а государства, — сказал кудрявый. Дмитрий усмехнулся. Глянул на Лизу, которая стояла у окна, освещённая закатным солнцем — молодая, красивая, с чудовищным шрамом на шее. Усмехнулся ещё раз, криво, страшно. — Да тут государство и есть я, — сказал он тихо. — Сучонок. Максим опешил: — Да? — Да. — Всё, всё, всё, ребятки, брейк! Товарищ капитан, может, по-любовно порешаем, а? — сказал парень с прямыми волосами, и они начали выходить из комнаты. — Фуражку подай, — буркнул Дмитрий, когда гости уже выходили. Лиза молча взяла с вешалки фуражку, протянула ему. Дмитрий надел её, встал, одёрнул китель. Посмотрел на Лизу — долго, тяжело. — Поосторожней тут, — сказал он негромко. Лиза кивнула. Дмитрий вышел. Дверь хлопнула. Лиза осталась одна в полутьме прихожей. Из комнаты доносилось тяжёлое дыхание Владлена, которому снова снились кошмары. Где-то за окном, на улице, слышались голоса уходящих парней. Лиза подошла к окну. Посмотрела им вслед. Такие же молодые, как она когда-то. Такие же живые. Такие же… обречённые? — Не надо было вам сюда приезжать, — прошептала она в пустоту. — Из Топей дороги нет. Только в Топи. За лесом садилось солнце. Болото дышало холодом. Топи ждали.