Глава 55

Одно нажатие освободило бы меня от общества непостоянного, странного молодого человека, готового подставить лезвие к моей шее. Эта возможность расправляла мне крылья. Признаться, еще давно у меня возникло желание однажды ею воспользоваться. Вот так все высказать и переиграть день. А вот лишаться жизни естественным или насильственным путями не хотелось, опыт весьма неприятный. Досадно, что нельзя было послать всех к черту и нажать на кнопку «выход». Тогда бы я наскребла храбрости, чтобы подойти к главному герою и отвесить ему пощечину, нет, отпинать его. Он этого явно заслуживал. Однако мне не позволили воспользоваться даже той малой возможностью, что мне предоставила система. В момент, когда я потянулась и вот-вот нажала на согласие, мою ладонь перехватили. Шут бросил меч и повалил меня на спину. — Трусость, говоришь? Я попыталась протянуть руку к системному окну, но Шут припечатал ее к полу. — Но ведь сейчас дрожишь именно ты. Таймер над его головой исчез. — Испуганная псина лает только издалека. Если к ней приблизиться — тут же поджимает хвост. «Псина?.. Это он сейчас обо мне?» — Сегодня я услышал много чего занятного. «Время для ответа истекло» Системное окно исчезло. «Нет, нет, нет! Пожалуйста!» Из меня вырвался раздосадованный стон. Я зажмурилась, испытав горечь от упущенной возможности. Система разрешает рыться в разделе игровых событий всего раз в день. Беспросветность моего положения придавила тяжелыми плитами к холодному полу сильнее, чем ладони Шута. «Я идиотка! Потратила драгоценное время на бахвальство!» Мои легкие издали жуткий хрип. — Убить тебя так просто было бы большим упущением. С тобой, Черин, хочется быть более оригинальным, использовать фантазию… — он медленно повел головой полукругом, будто представил нечто, доводящее его до экстаза. — Обычные методы закончили бы нашу игру слишком быстро. Мои легкие издали жуткий хрип. «Вот бы я могла заразить его, тогда бы я посмеялась над его агонией» — Я же говорил тебе, Черин — о смерти и думать не стоит. Прежде мои должники отрабатывают. И умирают только тогда, когда я посчитаю нужным. «То есть он будет перед этим меня пытать?» — Нет! Отпусти меня! Отпусти! Я вновь начала отчаянно сопротивляться, что только усугубило мой кашель. — Но розыгрыш зашел слишком далеко. — Р… Розыгрыш? — удивилась я. Шут поднялся, после чего потянул меня за руку, заставив упасть в его объятия. Хотя… Объятиями сей странный жест было назвать тяжело. Отчего-то этот парень делал это столь неумело и неловко. Просто обхватил меня руками, прижимая к себе чуть ли не до хруста костей. Совершенно непривычно и неприятно. Я попыталась отпихнуть его от себя, однако из-за усталости все мои движения стали вялыми, потому Шуту не составляло труда удерживать меня рядом — это все равно что прижимать к груди строптивую кошку. И, судя по раздающимся смешкам, его забавляло мое сопротивление точно как детей забавляли животные, отчаянно стремящиеся вырваться на свободу. То есть его совершенно не волновало, как я себя при этом чувствую. Прояви он не чуткость, а хотя бы банальную эмпатию, раскинул бы мозгами и догадался, что мне может быть неприятен контакт с тем, кто только что угрожал лишить меня жизни. Впрочем, требовать подобного от здешних, тем более от Шута — дело бессмысленное. Я продолжала дрожать, испытывая первобытный ужас. Вся ситуация, в которой я оказалась, создавала мне идеальную почву для сильного беспокойства, от которого уже кружилась голова. «Нет, я точно схожу с ума» Если таковы эмоциональные аттракционы для взрослых, то я явно не фанат подобных развлечений. Впрочем, и на это Шуту было, очевидно, плевать. Он рад был покатать меня на качелях, каруселях, крутых горках — в общем, на всем, от чего начинало мутить. А то, что я застала, однозначно нежелательное как для Озета, так и для Шута, прочнее повязало меня к очередной шаткой конструкции, которую мне готовил сей мир. Наверное, теперь одним богам известно, как сложится моя дальнейшая судьба. — Да отпусти же меня… — потребовала я в который раз. «Надо попытаться вызвать системное окно вновь. Вдруг все же получится переиграть этот день?» Этот бес будто чуял мои намерения, потому заблокировал мои движения. — Ты же хотел убить меня, разве нет? Так чего медлишь? — Зачем мне убивать тебя и марать руки? Ты и сама вот-вот избавишься от плоти. «Это однозначно ложь. Я же видела над его головой таймер. Система предупредила меня. Он однозначно… Хотел меня убить. Планировал, точно планировал!» — Я мог бы просто запереть тебя здесь, сломать тебе ноги и отрезать язык, затем наблюдать за тем, как скверна поражает твои тело и душу. А перед твоей естественной кончиной мы бы хорошенько поразвлеклись. Я бы с упоением наблюдал за тем, как ты медленно слабеешь в моих руках. Это, конечно, не открытие, однако как меня удивляло, с каким наслаждением он описывал подобную жестокость. Я слышала, что он говорил это с улыбкой, с больным, нескрываемым весельем. Кажется, он из тех садистов, которые искренне смеются, когда рассказывают о чужих мучениях. — Что ты… Что ты несешь, чокнутый?! Я снова начала брыкаться. — Мне нравится твой запах. Наверное, я бы сохранил его на память, воссоздал бы его в парфюме. — Фу, фу, противно! Перестань говорить эти отвратительные вещи! — Наверное, и хруст твоих костей подобен красивой мелодии? «Хватит издеваться надо мной!» Шут начал прижимать к себе все теснее, и мне стало страшно — вдруг действительно собрался сломать мне ребра? Его руки задрожали, как и мои, однако его дрожь имела совершенно иную, больную природу. — Вот так, Черин, — его объятия ослабли. — Теперь ты понимаешь, почему тебе лучше не думать о смерти? Я выдохнула и робко кивнула. Не хотелось отвечать, иначе бы вырвалась очередная грубость. Мало ли, еще решится претворить в жизнь свои угрозы. — Так, значит, ты решила воспользоваться реликвией, чтобы отправиться в северо-восточную провинцию… Шут на мгновение ослабил хватку, доставая из кармана ручку Юпитера, и в этот момент я попыталась высвободиться, но и эта попытка провалилась — ему ничего не стоило обхватить меня одной рукой и крепко прижать к себе. — Что ж, раз ты столь отчаянно желаешь навестить родные края, я, так уж и быть, составлю тебе компанию, — он воспользовался реликвией, создав портал. — В конце концов, женщине опасно отправляться одной. «С тобой куда опаснее, потому избавь меня от своего общества!» — озвучить это я не успела, ведь он вошел внутрь портала. Божественное сияние поглотило нас.

***

Солнце палило степные просторы. Мы очутились на землях Плутона. Из-за того, что мне было все тяжелее передвигаться, Шут тащил меня на руках. Я тяжело дышала, так, будто задыхалась от астмы, и все отхаркивала скверну на любезно предоставленный шутовской платок. — Недавно хотел убить, а теперь спасаешь? — я тихо хмыкнула. Странно, как быстро я начала слабеть. Может, так сказался на мне стресс? Не было сил даже улыбнуться, не говоря уже об очередной попытке высвободиться. — Ничего подобного, — ответил Шут. — Без тебя будет невыносимо скучно, — а затем начал трясти меня, из-за чего я чуть не упала на землю. Только когда я схватилась за мужские плечо, Шут прекратил эту дурость. — Не волнуйся, Черин, ты не умрешь. Пока я рядом, твоя жизнь в моих надежных руках. «Надежных?» Я бы возразила, да только не было смысла тратить на него энергию. Он вновь крепче притянул меня к себе. «И чего это он меня жамкает? — удивилась я. — Что за внезапный порыв тактильности?» В итоге мы добрались до деревни.