Часть 1 Прямой эфир

Студия утопала в свете. Софиты слепили, зрители затаили дыхание, а на экранах за спинами участников уже мерцала надпись: Финальный выбор. Два месяца шоу. Два месяца свиданий, заданий, ночных разговоров за кулисами. Два месяца, в течение которых Син Рюджин перестала играть. Она влюбилась по-настоящему. — Мингю, — её голос дрожал, но она не отводила взгляда. — Я больше не хочу притворяться. Я люблю тебя. В зале послышались вздохи. Камеры приблизились. Режиссёр жестом дал команду — крупный план. Ким Мингю знал, что должно случиться. За несколько часов до эфира продюсер протянул ему лист. “Отказ. Холодный. Убедительный. Без сомнений.” Такой образ нужен шоу. Такой финал поднимет рейтинги. Он думал, что справится. Думал, что это будет просто сценой. Но он не знал, что Рюджин признается первой. Не знал, что она скажет это так искренне. Не знал, что её глаза будут смотреть на него так… открыто. В наушнике раздался голос: — Мингю. Твой текст. Его сердце колотилось так громко, что казалось — микрофоны уловят. Он посмотрел на неё. И увидел в её глазах надежду. — Мне жаль, — его голос звучал ровно, слишком ровно. — Но мои чувства… не взаимны. Тишина. Эти слова прозвучали как выстрел. Улыбка на её лице замерла. Глаза потухли — не резко, а медленно, будто кто-то гасил свет внутри. Она кивнула. Очень спокойно. Слишком спокойно. — Понимаю, — прошептала она. Но в этом «понимаю» было больше боли, чем в крике. Она сняла микрофон. Развернулась. И ушла. За кулисами Джун схватил Мингю за шиворот. — Ты в своём уме?! Ты видел её лицо?! Мингю вырвался, глаза пылали. — Немедленно отключите камеры и микрофоны! — рявкнул он операторам. Продюсер шагнул вперёд. — Эфир ещё идёт. Контроль над эмоциями, Мингю. — Это был не сценарий! — он почти сорвался. — Я не знал, что она признается! — Ты подписал контракт. Эти слова ударили сильнее. Мингю рванулся к выходу. — Пусти меня. — Нельзя, — его удержали сотрудники. — Это выходит за рамки формата. Он смотрел в сторону двери, за которой исчезла Рюджин, и впервые чувствовал себя беспомощным. Он не просто отказал. Он разбил её сердце на мелкие осколки — и сделал это перед всей страной. Рюджин молча складывала вещи в чемодан. Гримерка казалась чужой. Йеджи сидела рядом, сжимая её ладонь. — Он не заслуживает тебя. Рюджин наконец позволила слезам скатиться по щекам. — Он смотрел на меня иначе… — прошептала она. — Я чувствовала это. И в этом была самая жестокая правда. Она не сомневалась в его чувствах. Она сомневалась в себе. Поздно ночью Мингю сидел один в тёмной комнате. Экран ноутбука светился холодным светом. Он снова и снова пересматривал момент отказа. Стоп-кадр. Её глаза. — Прости меня… — прошептал он в пустоту. Но слова больше ничего не значили. Шоу получило идеальный финал. Рейтинги взлетят. А между ними образовалась трещина, которая только начинала расширяться. И никто из них ещё не знал, что эти осколки льда ранят обоих.