Глава 5

Грейнджер выглядела ужасно. Протянув руку он закрыл за вошедшей девушкой деревянную дверь, сразу после того как она прошла мимо него. Он только что решил ее судьбу, неважно знала она об этом или нет. Грейнджер повернулась, чтобы посмотреть на него, и Драко не узнал ту, что стояла перед ним. Он не был уверен, осталась ли она такой же решительной всезнайкой, какой была во время учебы в Хогвартсе, но точно знал - эта ведьма устала. Грейнджер просто истощилась. Он смотрел, как она робко подходит к нему, но все так же упорно и неотступно. Она стояла в строгой позе, расправив плечи, пожирая его взглядом. Ему стало интересно, сколько глотков успокаивающего зелья она выпила перед тем, как прийти. Похоже, ни один из них не сработал. —Малфой. Я так понимаю, ты хочешь помочь Ордену,- наконец услышал ее голос Драко. Она явно симулировала уверенность и заставляла голос оставаться ровным. Мерлин, он давно не слышал, как она говорит. Голос был хриплым, как будто у нее не было и капли воды во рту за весь день. Он звучал совсем не так, как в последний раз, каким Драко его и запомнил. Малфой всегда знал, что эта девушка чертовски уверена в каждом слове, исходящим из ее ужасно маленьких губ. Если бы Грейнджер была чистокровной, она бы смогла управлять целой комнатой людей, лишь с помощью своей манеры поведения. Но она больше не была такой. Девушка развернулась, чтобы осмотреть комнату, на что Драко промолчал, наблюдая, как она разглядывает мебель. Почти ничего важного и экстравагантного. На следующее утро, после того, как Северус сообщил о согласии Грейнджер, Драко принялся подготавливать хижину, решив сохранить простоту комнаты. Он сомневался, что вообще когда-нибудь будет здесь есть или останется дольше, чем на еженедельную встречу с ней, но стол и стулья всё же казались необходимыми. Драко не хотел заходить каждую неделю в одну большую пустую комнату, но в тоже время, он не мог чрезмерно украсить её - это не было домом, и уж точно тем местом, в котором с ним останется Грейнджер. Эта мысль задела за живое. Он был один на один с Грейнджер - сертифицированной Золотой девочкой, и об этом почти никто не знал. Он отогнал эти мысли, осознав, что должен что-то сказать в ответ, когда она повернулась, снова встретившись с ним взглядом. Ее глаза были такими карими. —Ты помнишь условия?- холодно спросил Драко, показывая, что он властен над девушкой, стоявшей перед ним. Теперь он владел ею. —Прошу прощения. Меня обменяли на информацию.- Драко впился взглядом в ее идеально открытые глаза, чтобы дать понять, что он сделал её своей. —И сейчас, и после войны,- выдохнул он, наслаждаясь чувством превосходства, чувством чего угодно, кроме тупой ненависти, которая постоянно кипела у него в животе, ожидая возможности нанести удар. Драко не знал, какого поведения она от него ожидала. Да, это правда, отчасти он выбрал Грейнджер, потому что знал, что она не будет подлизываться к нему, как это сделали бы многие другие девушки. Нет, она определённо будет ссориться и спорить с ним, поправлять его, когда он ошибётся или сделает непристойное предположение. С ней было бы весело поиграть. Хорошее развлечение. И если бы Орден дал ей задачу соблазнить его, побудить помочь ещё больше чем он сам планировал или что-то в этом роде, для неё это окажется прямой дорогой в ад. Драко был холоден, парализован и полностью поглощен онемением. Никто, даже Золотая Девочка волшебного мира, не могла бы его согреть. У нее нет и единого шанса. Поэтому, когда Драко снова услышал её голос, говорящий, что отныне она принадлежит ему, и что тупица «надзиратель» будет действовать как узы для Непреложного Обета, он выдавил небольшую ухмылку. Она так плохо прикрывала горечь в голосе. Малфой хотел заставить её драться с ним из-за чего-нибудь или кричать на него, пока её горло не станет болеть. Он хотел от нее именно такой реакции. —В этом нет необходимости. Я буду доверять твоему гриффиндорскому слову, если ты поклянешься в этом сейчас, - позволил себе сказать Драко, делая нерешительную попытку подразнить ее. Он не ожидал, что она поклянется прямо сейчас, когда последнее слово сорвалось с его губ. Но девушка была здесь, обещая свою верность, ласковыми словами «Я твоя», и «даю тебе слово». Мерлин, было приятно снова контролировать ситуацию. Она снова заговорила, прежде чем его разум продолжил думать о силе и контроле. —Пока мы не победим, ты не должен просить не о чём, что помешает мне внести свой вклад в Орден. —Ах да, - поддразнил Драко, смотря на нее, пока продолжал говорить, - я должен убедиться, что смогу сохранить тебе жизнь, пока это не закончится. От сказанных слов лицо девушки напряглось, и её тон совпал с его. —Я хочу, чтобы ты поклялся в этом, - прошипела она. Она начала реагировать. Это был его шанс. Драко задался вопросом, заметила ли она искорку в его глазах, когда он драматично приложил руку к своему сердцу и сказал: —Клянусь. Я не буду вмешиваться в твой вклад в Орден. Но на этом он не закончил. Грейнджер уже показала ему, что может отреагировать на что-то настолько незначительное, так что теперь он хотел поиграть. Что нужно, чтобы напугать Золотую Девочку? Он хотел довести её до крайности, дать понять, что она принадлежит ему, и что у неё больше нет свободы. Он хотел вызвать у нее мурашки по коже, вызвать чувство дискомфорта как можно дольше. Ему было нужно, чтобы она усвоила кто главный, а кто нет. Грейнджер нужно было знать своё место, пока она была в этой хижине. Он цокнул и улыбнулся, прежде чем снова заговорить. —Ого, но ты подозреваешь меня, не так ли? Не беспокойся, ведь это всего лишь уловка с моей стороны, чтобы заполучить тебя, прежде чем война закончится и ты умрешь.- он наблюдал, как осознание и новые эмоции распространяются по ее лицу, принимая каждое услышанное слово. Драко это понравилось. —Не волнуйся, - продолжил он, - в знак моей искренности я не трону тебя. Пока. В конце концов, я так долго ждал, чтобы получить тебя в качестве награды, что смогу сдержать себя еще немного. Это был идеальный вариант, толкнуть её к послушанию, еще больше скрывая следы его истинных намерений в помощи Ордену. Это было то, что он усвоил до того, как связался с Орденом - он не мог никому рассказать о своих мотивах, дабы они не использовали мать против него. В его голове это звучало слишком скрытно, слишком конфиденциально, слишком осторожно. Но Мерлин знал, что ему нужно держать свою мать в саду, который он создал в своём разуме, специально для нее. Но это должны были знать только Нарцисса и Драко. Позволить Грейнджер думать, что он хочет ёе как военный приз, как игрушку, чтобы занять себя, было идеальным вариантом, чтобы она поверила. Ему нужно было выглядеть так, будто у него нет слабостей, чтобы Грейнджер ничем не смогла воспользоваться. Он знал, что у нее будет полно шансов выиграть у него, но добавление этого дополнительного слоя к рассказу о нём скрепило сделку. Она ничего не ответила, поэтому он продолжил: —А пока я позволю тебе вернуться к своему драгоценному Ордену с моей информацией, и поддержать себя и твою восхитительную компанию. Драко наблюдал, как она сжала челюсти и вдохнула, на мгновение переместив руку за спину, прежде чем вернуть ее на место рядом с собой. После минуты молчания, во время которой Драко догадался, что девушка успокаивала себя и подавляла любые возражения или аргументы, Грейнджер снова заговорила. —Хорошо. Это щедро с твоей стороны,- ответила девушка. Драко улыбнулся и снова прижал руку к сердцу, повышая голос в ложной интонации удовольствия. —Ты даже не представляешь, какую радость мне доставляет то, что именно ты говоришь это. Грейнджер прищурилась, смотря на него, явно размышляя о чем-то, что связанном с парнем. Ей казалось, что в этом ещё предстоит разобраться. В голову Драко пришла идея - такая глупая, такая идиотская, но при этом такая интересная. Если он когда-либо сомневался в желании Грейнджер поддерживать источник информации для Ордена, сейчас самое время проверить это. И он точно знал, как это сделает. Драко притворился задумчивым и посмотрел Грейнджер в глаза. —Но ты знаешь, - начал он, - может, тебе стоит дать мне что-нибудь, чтобы согреть мое холодное сердце? Воспоминания, которые сохранят во мне… мотивацию. Грейнджер уставилась на него, и Драко тут же чуть не прорвало. Смех переполнял его, начав закипать где-то сверху, прежде чем он накинул на него бетонную крышку, закрывая эмоции. Ведь его слишком интересовала реакция Грейнджер. —Что ты хочешь?- строго спросила она, как всегда жестким голосом, и очевидно серьёзно обдумывая свой выбор. Хорошо. Драко нужно было знать, что она готова сделать, а от чего откажется ради жалкой информации для Ордена. Он так сильно хотел знать, какие мысли были сейчас у нее в голове, какие образы в её сознании помогали телу расслабиться. Голос больше не дрожал, но это ставило под угрозу то, во что может вытечь этот разговор. Он хотел знать, в каком на самом деле отчаянии была Золотая Девочка. —Звучит не очень-то воодушевленно. Я, правда, обижен, - заявил Драко, надеясь нажать на нужную кнопку, заставив Грейнджер что-топредпринять - сказать что-нибудь, что остановит это. —Ты хочешь, чтобы я поцеловала тебя, или просто встала здесь, позволив тебе проклясть меня?- спросила она, мягко и медленно, смотря прямо ему в глаза. Он больше не мог с этим справиться. Бетонная крышка приоткрылась, и послышался смех. Лающий смех, такой же громкий, как когда он молча выжидал своей очереди на поверхности его разума и голоса. —Боже мой, Грейнджер. Да ты в отчаянии.- сказал Драко, произнеся слова прежде, чем он их подумал. Должно быть, она ожидала, что с этого момента Малфой будет сильно дразнить её, потому что единственный ответ был прост: —Я здесь. Я полагала, что это очевидно. Драко задумался на мгновение. Грейнджер сама призналась в этом прямо на его глазах - она ​​была в отчаянии. Это могло иметь большое значение для него. Как весело было это осознавать, когда он уверен, что сможет заставить её сделать что угодно. Но она все равно будет возвращаться, неделя за неделей, чтобы провести с ним время в обмен на простой кусок пергамента? Он мог насмехаться над ней, просто чтобы вывести её из себя, или невероятно разозлить ее. И слушать, как она кричит на него, кричит и исправляет каждое неправильное слово, которое он произносит. Он хотел сражаться с ней и спорить обо всём, что находится под солнцем: о нём, о Темном Лорде, Ордене, о дуэте всех сильнейших и многом другом. Но прямо сейчас? Прямо сейчас Драко хотел посмотреть, как она поступит. Поцелует его и будет вести себя так, как будто не презирает каждую его частичку и все, что он после себя оставляет. Он хотел, чтобы Грейнджер его поцеловала, продолжая находиться в напряжении в его присутствии. Драко не позволит ей чувствовать себя здесь комфортно. Он не позволил бы ей иметь ни капли преимущества перед ним. Он всё контролирует - он был главным, кто диктовал каждое движение Грейнджер. А теперь он собирался попросить её поцеловать его. —Что ж, у меня дуэль сегодня. Давай посмотрим, способен ли твой рот на что-нибудь, кроме разговора. В ответ Грейнджер лишь продолжила смотреть, и Драко видел, как её лицо исказилось, опасаясь того, что вот-вот произойдёт. Она выглядела так, будто ее прямо сейчас вырвет. Перед ним была такая милая девушка. Он улыбнулся, разрешив себе одновременно отказать и принять то, о чем попросит ее. —Поцелуй меня.- потребовал Драко, толкая её дальше и задевая руку. — В качестве демонстрации искренности. Драко не отступал - он не тянул ее за ниточки. Он лишь стоял на своем и не двигался, просто ухмыляясь и ожидая, когда девушка подойдёт к нему. Ее парализовало; она не действовала, не думала и ничего не делала. Она просто смотрела. Драко стало интересно, сколько минут затяжного молчания поглотит их сегодня вечером, и что Грейнджер чувствует к каждому из них. Наконец она заговорила. —Как ты хочешь, чтобы я тебя поцеловала? - спросила она не так мягко, как раньше, видимо готовясь подойти и прикоснуться к нему. Драко наслаждался её страхом и нерешительностью. Он пожал плечами. — Удиви меня. Именно тогда Грейнджер приблизилась к нему, изучая его лицо и, по-видимому, ища лазейку. Она посмотрел на него, как в первый раз. Девушка была бледная. Бледнее чем в те времена, когда Драко находил её в толпе или среди слабоумных близнецов. Он задавался вопросом, бывает ли она когда-нибудь на солнце, сколько раз в неделю она покидает Площадь Гриммо? Он никогда не видел её на поле боя, зная, что она целительница. Так что, скорее всего Грейнджер оставалась каждый день исцелять людей, которые покидали это место, чтобы ещё раз пострадать? Драко думал, что она похудела с их последней встречи. Увидев её, он понял, что она действительно похудела, и сделать такой вывод можно было не только по её фигуре, но и по лицу. Оно стала намного острее, как если бы скульптор сделал из мрамора бюст и поместил его ей на шею. Такое же острое, но в то же время такое же элегантное. Эфирное. Утонченное. Может быть, в другой жизни с её нынешней внешностью она могла бы быть балериной, исполняющей на сцене танцы с идеально отточенной техникой. Сценический свет освещал бы её лицо и ловил каждый угол и резкий поворот внешности. Он бы придавал ей такой прекрасный вид, и публика восхищалась ею - восхищалась тем, как она заставляет вещи выглядеть невероятно легкими. Возможно, в другой жизни. Потому что, когда Драко преодолел изящные черты лица, к которым он не привык, он вспомнил о войне, отражающейся в ее глазах. Такой тёмной, такой проклятой и такой стойкой. Смотря ей в глаза, Драко знал, что Грейнджер не сдаётся, и ни за что не отречётся от своей стороны в этой борьбе. Она зажгла огонь в своих глазах. И не обращала внимание на попытки других погасить его, уменьшить пламя и затушить угли. Её огонь поднимался и увеличивался в десять раз по сравнению с предыдущей высотой, сжигая все на своём пути и собираясь уничтожить ещё больше. Девушка ни за что не собиралась сдаваться, поэтому, когда она скользнула руками вверх по шее Драко, всё обрело смысл. Его взгляд встретился с её глазами, и он не мог сдержать внезапного и неизбежного желания заглянуть в ее разум, понять её мысли и разобраться во всем, прежде чем она соединит их губы и судьбу. Он не хотел, чтобы Грейнджер чувствовала его в своём разуме - это испортит момент, даст ей возможность вытолкнуть его из себя. К счастью для Драко, большинство мыслей Грейнджер располагались на поверхности разума, где он мог их разглядывать, понимать и отступать, не обращая на это внимания девушки. Таким образом, он мог видеть только её основные мысли без контекста или эмоций. Он не видел всего этого в ее памяти, как если бы использовал чистую и полную легилименцию, но ему было достаточно и этого. Драко поддался искушению лучше понять ее. Может быть, только может быть, заглянуть в её истинные мотивы. Он заглянул ей в глаза, полностью погрузившись в коричневое море, которым была она, и позволил её мыслям втянуть себя. Была только одна мысль. Фанфары в свете ... Девушка притянула его к себе, на уровень своего роста, переключив всё его внимание и мысли на настоящий момент. Драко лишь ухмыльнулся в ответ. Он позволил ей поцеловать его так, как она считала допустимым в их обстоятельствах. Грейнджер бесконечно приближалась к нему, пока не остановилась. Она скользнула по его губам, не касаясь, лишь передавая маленькие угольки от своих губ к его. Никто не шевелился, и девушка легко дышала через просвет между ними. Запах корицы и корня одуванчика донесся до его носа, всплывая в памяти, и вплетаясь в трещины окклюменционых стен, проскальзывая и проникая глубоко в разум, оставляя след в его памяти. Драко смотрел, как её глаза скользят по чертам его лица, но Грейнджер быстро отвела взгляд, позволяя щепотке веселья появиться в его глазах. Он снова поймал ее взгляд, осознавая, что в этом скором поцелуе, он словно не контролировал свой разум. Драко почувствовал, что его сознание снова вырвалось на поверхность ее мыслей. Как и в прошлый раз, Грейнджер думала только об одном. Но на этот раз всё было иначе. ...но происходило это в темноте. Она поцеловала его. Чего бы Драко ни ожидал, это было не то. За несколько минут до случившегося Драко интересовался, насколько страстным будет поцелуй, насколько яростным и агрессивным, чтобы она смогла выплеснуть весь свой гнев и ненависть, которые держала в себе, на его губы. Это было не то. Нет, Грейнджер поцеловала его сладко и медленно, проводя руками вверх по его шее к волосам, поджигая маленькое пламя на дорожке, которую прокладывали ее руки. Она сильнее прижалась губами, углубляя поцелуй, который, как знал Драко, ничего не значит для него. Его окклюменационные стены начали трескаться и ломаться от шепота ее рта. Её язык начал пробиваться, слегка касаясь губ. На вкус Грейнджер напоминала морскую соль и горький ванильный привкус успокаивающего зелья, которое, как был уверен Драко, она приняла. Разум внезапно настиг его тело, и он застыл с лежащими на нём губами Грейнджер. Прежде чем он отстранился, огонь в её глазах, как будто начал распространяться, делая все, чтобы она вот-вот загорелась прямо на месте. Он смотрел на нее, изо всех сил пытаясь залатать стены своего разума, прежде чем какие-либо воспоминания или настоящие эмоции начали выливаться из трещин. Он ожидал, что она возненавидит это, почувствовав, как её губы сильно и неохотно прикасаются к нему. Какая-то небольшая часть его даже задумалась, будет ли девушка полностью игнорировать просьбу, приблизиться к его лицу, тем самым лишив его в удовольствие поцелуя. Он посмотрел на ведьму стоящую перед ним, внезапно осознав, что возможно, ему стоит что-то сказать. Ему нужно было нарушить тишину, давившую на комнату. —Ты не участвуешь в боях, не так ли? - резко спросил он, проклиная себя за то, что не был холоднокровен и собран. —Нет. Большая часть моей работы не связана с рейдами,- ответила она. Драко знал, что она честна с ним в информации, к которой он имел доступ. Интересно, под каким углом она играет, давая ему искренние ответы о том, что делает на войне. Когда Драко позволил своим бетонным стенам заполнить пробелы, он не мог не спросить об этом именно сейчас. Он хотел - должен был - узнать, что она думает о своём положении, и посмотреть, сможет ли он получить какую-нибудь выгоду от её пребывания здесь. —Ты владеешь Окклюменцией? —Да. Грюм тренировал меня. У меня не было большой практики, но он сказал, что я достаточно хороша в этом. Ложь. Драко знал, что Грюм не способен обучить Грейнджер. Вероятно, он бы больше поверил в то, что это сделал Северус, так же как он когда-то помог Драко. —Что ж, это облегчает задачу. Были бы проблемы, если бы тебя когда-нибудь поймали, и нашли детали этой сделки в твоей голове. - сказал Драко, серьезно смотря на нее, потому что хоть и приводил правдивые аргументы в пользу такого вопроса, было важно, чтобы она не убила его. Драко рассматривал ее, гадая, как долго она выдержит, и насколько глубоко он сможет копнуть. Он склонил голову набок и усмехнулся. —Надеюсь, ты не против, если я сам проверю, насколько ты хороша. Но потом он обнаружил, что уже смотрит ей в глаза, и погружается в разум. Он знал, что должен вывести Грейнджер из равновесия, обращаться с ней как обращался бы любой другой, получивший ее. Драко пробивался сквозь все препятствия и стены, которые видел, толкаясь и царапаясь, словно не мог войти. Он знал, что сможет. Это была игра в кошки-мышки. Он слышал, как девушка задыхалась от боли, откинувшись без сил на стену, к которой он ранее прижимал ее. Драко остановился, вытащив свое сознание из её головы, позволяя дышать. —Ты на удивление неплоха в этом,- сказал парень, ожидая ответа и готовясь к новой атаке. Он знал, что застанет ее врасплох. Так и произошло. Ее стены разрушились, как только Драко вернулся в её разум. Не потребовалось много усилий, чтобы найти точку с достаточно большой трещиной, через которую можно было протиснуться. В результате чего вся эта чертова штука упала. Драко двигался в её сознании так быстро, словно пуля. Он чувствовал слабые и отчаянные попытки остановить его, оттолкнуть, но безуспешно. Грейнджер не смогла даже замедлить его. Драко размышлял, продолжая просматривать её разум и извлекать воспоминания о сегодняшнем дне, даже те, где она сказала «да». Возможно, он понял, почему она согласилась. Но что же девушка думала о нём - думала ли она о нем? Возможно, Драко хотел взглянуть на её версию поцелуя, который теперь ощущался так, будто произошёл давным-давно. Он ощущал потерю равновесия, оказавшись в мире, где Грейнджер нравилось его целовать. Но как она себя чувствовала? Хотела ли поцеловать его или просто выйти за дверь, прежде чем их губы соприкоснутся и в комнате вспыхнет огонь, охватывающий их враждебным пламенем? Однако в душе Драко подумал о лучшем варианте, когда поправлял свои мысли и приводил себя в порядок. Он снова вырвался из её разума, смотря, как Грейнджер ахает и хватается за лоб в агонии и отчаянии. Девушка не знала, что Драко действует именно так - резко врывается, а потом выходит. Часть его любила держать Грейнджер в напряжении, не позволяя даже задуматься о том, что у него есть какой-либо план действий. Но смотря на эту ведьму, другая часть Драко спотыкалась и хватала ртом воздух с чувством раскаяния. От этих мыслей боль в груди пыталась распространиться по всему телу. Драко остановил её прежде чем отвернулся от Грейнджер, не дав девушке прочесть его выражения лица. —Это обычная уловка, - сказал он, стараясь дышать ровно, подавляя самую каплю вины, которую испытывал к этой девушке. —После интенсивной атаки оклюменты думают, что справились и слегка расслабляются. Это идеальная возможность войти. Грейнджер нечего не ответила, лишь тяжело дышала и все еще пыталась держаться. Драко задумался, злилась ли она на него - в ярости за то, что без предупреждения вторгся в разум. Он продолжил. —Если тебя когда-нибудь будет допрашивать по-настоящему опытный легилимент, ты никогда не удержишь его с помощью обычной силы ментальных стен. Если бы ты была второстепенным членом Сопротивления, они вероятно, просто убили бы тебя и ушли. Но ты же член Ордена. Золотая Девочка Поттера. Если они когда-нибудь доберутся до тебя, то, скорее всего, приведут ко мне или Северусу, или даже самому Темному Лорду. Боюсь, тебе стоит освежить навыки Окклюменции. Грейнджер колебалась и на мгновение схватила себя за руки, прежде чем снова заговорила. —Как? - хриплым голосом спросила девушка, явно напрягаясь. Если раньше Драко думал, что она просто устала, то сейчас Грейнджер была измотана. —Хитрость в том, чтобы впустить их внутрь, - сказал Драко, ожидая ее ответа. —Что?- удивилась она, поддавшись ожиданию его неизбежного замешательства. —Приложи немного усилий, но, в конце концов, сделай вид, что уступишь проход. Когда они окажутся внутри, дай им ложные воспоминания или отвлеки менее важными. Ты никогда не выгонишь из себя Темного Лорда, но если он поймёт, что ты слаба, победа будет за ним. Тебе придется отказаться от чего-то достаточно ценного, чтобы спастись. Однако, это способ скрыть что-то по-настоящему важное. Он наблюдал, как она переваривает сказанные слова. Грейнджер оставалась тихой, и Драко не знал, было ли это отсутствием достойного ответа или полным замешательством и непониманием игры. Он сомневался в последнем, поскольку в любом случае Грейнджер умна - она ​​точно знала, что он имел в виду, и почему это имело смысл. Может, она ругала себя за то, что не подумала об этом прежде, чем он сказал ей. Драко заговорил еще раз. —Потрать время на размышления об этом. Если я ищу информацию о Поттере, Уизли или Ордене, от чего ты можешь отказаться, что будет являться самым большим секретом, который у тебя есть? Легилименция - это как поджечь чей-то дом. Мыслить инстинктивно, чтобы защитить и спрятать то, что наиболее важно. Ты должна научиться делать обратное. Бежать к тому, что не имеет значения. Практикуй втягивать эти воспоминания глубже в разум, как будто ты их скрываешь. Я попробую еще раз на следующей неделе. Краем глаза Драко заметил, как девушка кивнула. Он посмотрел вниз и встретился глазами с чёрной полоской на пальце, которая будто сияла в флуоресцентных лампах хижины. Касающийся холодок, напоминал ему о подарке. Драко сунул руку в карман и схватил кольцо одними пальцами. Оно казалось ледяным. Он кинул его ей, проверяя рефлексы и то, как ее разум следил за двойной атакой. Грейнджер с легкостью поймала кольцо, с трепетом посмотрев себе в ладонь. Ему стало интересно, не думала ли она, что это обручальное кольцо, и его ненормальный способ сделать предложение в лачуге, в которой она стала принадлежать ему. Их глаза снова встретились, и девушка посмотрела на него с удивлением и изумлением. Интересно, скажет ли она ему что-нибудь. —Твои Протеевые чары с пятого курса вдохновило меня, - продолжил он, позволив ей в некоторой степени довериться. Драко ухмыльнулся, согласившись со своим заявлением. Ее идея, его очарование. Он поднял правую руку, склонив голову влево, продолжая рассматривать, как глаза девушки следят за его движениями, останавливаясь на чёрной полоске безымянного пальца. — Оно ненадолго загорится, если мне нужно будет встретиться. Дважды, если это срочно. Я настоятельно рекомендую быстро появиться здесь, если он загорится дважды. Девушка надела кольцо на указательный палец левой руки, восхищаясь тем, как оно на ней смотрится, и одновременно рассматривая наложенные чары. Наверняка она заметила на нём «уведомление мне не нужно». Внезапно ему показалось, что он каким-то образом пропустил её, и защитные заклинания вокруг двери и хижины зажужжали, когда разум постепенно взял под контроль ход мыслей. —Если ты захочешь протянуть руку помощи, охранные заклинания дадут мне знать о твоём присутствии. Но лучше, если ты будешь придерживаться графика. Есть время, когда ты сможешь уйти, не вызывая подозрений? —Я выхожу за ингредиентами для зелий рано утром во вторник. Я могла бы добавить лишние полчаса, и никто не обратит на это внимания. Подойдет семь тридцать? Драко кивнул, и мысленно отметил, что не стоит назначать встречи и допросы на ранее утро. Хотя он почти с полной уверенностью мог сказать, что это время ему подойдет. Но в любое другое, которое она могла предложить, он был бы занят. —Если я не смогу прийти по какой-то причине, вернись в то же время вечером, - сказал он, предположив о любых потенциальных изменениях в плане Тёмного Лорда. Он сомневался, что это ему понадобится, но подстраховать время их встречи было бы разумным. —Что, если я не смогу?- спросила Грейнджер, прерывая внутренний разговор, который он вел сам с собой. Он встретился с ее глазами, прищурившись и обдумывая, насколько она искренна. Интересно, когда она расскажет ему, о том, что делает для Ордена. И будет ли это означать, что Драко заслужил её доверие. Он знал, что, в конце концов, она это сделает, или по крайней мере, ей будет просто удобно рассказать ему о своей жизни. Вопрос только в том - когда. Ответа не последовало, и он решил, что её вопрос был действительно искренним. Драко вяло бросил ей что-то о том, что нужно подождать около пяти минут, прежде чем войти в хижину. В любом случае он узнает заранее. Но другое дело, когда ему удастся вернуться. Грейнджер согласилась более ровным тоном, чем было ровной доска, на которой он стоял. Она явно выглядела взволновано и готовилась вот-вот уйти. Драко полагал, что вполне может разрешить ей уйти, так как видимо, это единственное в чём она сейчас нуждалась. Он ухмыльнулся, взял палочку, и быстро взмахнул ею, призвав к себе свиток пергамента и хватая его одной рукой. Он протянул его ей. Последнее, что он сделает, в завершение первой встречи. —Мой первый взнос,- сказал Драко, приглашая ее взять пергамент и отдаться ему взамен. Грейнджер протянулась руку, и обхватила противоположный конец свитка, вытаскивая и разворачивая его, чтобы увидеть скопированные чертежи и карты. Драко позволил своему разуму засмотреться на неё и подумать об этом - своей новой жизни. Помощник Ордена. Что за мир. —Я надеюсь, у Грюма хватит мозгов не использовать все сразу,- сказал он, частично шутя, но с другой стороны зная, что Аластор не был самой быстрой метлой в команде. —Твоя служба будет одним из наиболее охраняемых секретов Ордена,- ответила девушка, подтверждая ему, все то, о чём он думала переходя на другую сторону в разгар войны. —Ты бесполезен, если твое прикрытие будет раскрыто. Мы не будем рисковать. Бесполезный. Его бетонные стены казались ему тяжелыми, когда сдерживали мысли и эмоции от всей этой встречи. Мерлин, ему нужно выпить. —Хорошо, - холодно произнес Драко, не заботясь о том, как он прозвучал и как его услышат . —Увидимся во вторник. Попрактикуйся в окклюменции. Драко не стал ждать, пока она уйдёт- он не позволит ей выйти раньше него, оставив в комнате, где они поцеловались, а затем он объяснил свою единственную цель помощи ее драгоценному Ордену. Бесполезный. Не зная, куда конкретно направляется, Драко исчез с последней не заделанной трещиной своего разума.