Не деньгами едины

      Неделя после потери первого контракта выдалась тяжёлой для них обоих. Какаши ходила в университет, стиснув зубы. Каждое утро, подходя к серому зданию с облупившейся краской на колоннах, она чувствовала, как внутри всё сжимается в тугой, болезненный узел. Слухи не утихали- наоборот, после статьи в жёлтой прессе они разрослись с новой силой, как сорняки после дождя.       Теперь на неё смотрели не просто как на "девушку миллионера"- это было бы ещё полбеды. Теперь на неё смотрели как на героиню скандальной хроники, как на персонажа грязных сплетен, которые обсуждали в курилках, в столовой, в коридорах между парами.       Она чувствовала эти взгляды физически. Они были разные. Кто-то смотрел с завистью- острой, зелёной, ядовитой. Девушки с её потока, которые раньше не замечали её существования, теперь провожали взглядами, полными такой ненависти, будто она лично у них что-то украла. -Повезло же некоторым,- слышался шёпот за спиной- Продалась богатенькому и рада.       Кто-то смотрел с презрением- особенно преподаватели. Хирузен после той лекции вообще перестал её замечать, будто она была пустым местом. Другие преподаватели, кто помоложе, косились с любопытством, смешанным с осуждением.       А кто-то просто пялился с больным, нездоровым любопытством, будто она была экспонатом в кунсткамере. Эти взгляды были самыми тяжёлыми- в них не было ни злости, ни зависти, только какое-то животное желание поглазеть на "падшую женщину".       Какаши старалась не обращать внимания. Холодная маска опускалась на лицо, как только она переступала порог университета. Спокойное, отстранённое выражение, лёгкая полуулыбка, взгляд сквозь собеседника- всё это помогало держать лицо.       Но внутри всё кипело. Каждый шёпот отдавался болью в груди. Каждый взгляд оставлял невидимый синяк. Каждое слово, долетевшее до слуха, врезалось в память, как заноза. Она держалась. Ради Наруто. Ради себя. Ради них.       Наруто тоже изменился. Он старался не показывать вида- уходил по утрам с той же тёплой улыбкой, целовал её на прощание, говорил "до вечера". Но Какаши чувствовала. Она научилась читать его как открытую книгу- по едва заметным морщинкам у глаз, по напряжению в плечах, по тому, как он сжимал челюсть, думая, что она не видит.       Он стал позже приходить с работы. Если раньше он возвращался к семи-восьми, стараясь успеть к ужину, то теперь его не было до одиннадцати, до двенадцати, а иногда и до часа ночи. Он уходил раньше- вставал затемно, пока она ещё спала, и исчезал, оставляя только записку на холодильнике: "Уехал. Люблю. Целую".       Чаще задерживался в кабинете с документами. Она просыпалась ночью оттого, что его не было рядом, и находила его сидящим за столом с чашкой остывшего кофе и горой бумаг. Он смотрел на них невидящим взглядом и не замечал, как она подходит, укрывает пледом, забирает чашку. -Иди спать,- шептала она. -Сейчас,- отвечал он- Ещё немного.       Это "немного" растягивалось до утра. По ночам она просыпалась и видела, что он не спит. Лежит с открытыми глазами и смотрит в потолок, где играют тени от уличных фонарей. Его дыхание было неровным, тело напряжённым, будто он готовился к бою. -Всё в порядке?- спрашивала она, прижимаясь к нему, кладя голову ему на грудь. -Всё хорошо,- отвечал он, целуя её в макушку- Спи.       Рука его гладила её по волосам- механически, успокаивающе. Но она чувствовала, что мысли его далеко. Она не верила. И ждала. Ждала, когда он сам захочет рассказать. Когда перестанет её беречь и позволит разделить эту ношу.       Это случилось в пятницу. Какаши вернулась из университета пораньше- последнюю пару отменили, преподаватель заболел. Обычно она радовалась таким подаркам судьбы, но сегодня это только усилило тревогу. Слишком много времени, чтобы думать. Слишком много тишины, чтобы прислушиваться к себе.       В доме было тихо. Слишком тихо. Обычно в это время Наруто ещё на работе- его машины нет у входа, в кабинете темно, только служанка бесшумно двигается по комнатам. Но сегодня чёрный внедорожник стоял на привычном месте, блестя лаком в лучах осеннего солнца.       Сердце тревожно ёкнуло. Она разулась, повесила куртку и бесшумно прошла вглубь дома. Заглянула в гостиную- пусто. На кухню- тоже. Поднялась на второй этаж.       Свет в кабинете горел. Дверь была приоткрыта. Какаши замерла на пороге, боясь войти и боясь не найти.       Она нашла его в кабинете. Наруто сидел за огромным дубовым столом, уронив голову на руки. Перед ним лежали какие-то бумаги. Множество бумаг- отчёты, контракты, какие-то документы с красными пометками, которые бросались в глаза даже с порога. Пустая чашка кофе стояла на краю стола, рядом с ней- пепельница с окурками.       Какаши замерла. Он почти не курил. Только в самые напряжённые моменты, когда нервы сдавали окончательно. Раньше она видела его с сигаретой от силы раза три.       Он не слышал, как она вошла- настолько был погружён в свои мысли, в свою боль, в своё отчаяние. Плечи его подрагивали- или ей казалось? -Наруто..?- позвала она тихо, боясь спугнуть.       Он вздрогнул. Резко поднял голову, и она увидела его лицо. Таким она его не видела никогда. Уставшим- да, это было. Он часто уставал после переговоров, после долгих дней в офисе. Расстроенным- бывало, когда что-то шло не по плану. Но сейчас в его глазах было что-то другое. Пустота? Отчаяние? Безысходность?       Глаза, обычно сияющие яркой синевой, потускнели, стали какими-то серыми. Под ними залегли тени, которых раньше не было. Губы сжаты в тонкую линию, на лбу пролегла глубокая морщина. Он выглядел постаревшим лет на пять. -Какаши,- сказал он, пытаясь улыбнуться. Эта попытка была мучительной- улыбка вышла кривой, неестественной- Ты рано. А я тут.. работаю.       Голос его звучал хрипло, будто он не говорил несколько часов, а только курил и пил этот чёрный кофе. -Что случилось?- спросила она, подходя ближе и садясь на край стола, рядом с бумагами. Она взяла его за руку- пальцы были холодными, несмотря на тепло в комнате- Не ври мне, пожалуйста. Я вижу, что что-то не так. Я же чувствую.       Он молчал долго. Очень долго. Смотрел на неё, на бумаги, снова на неё. В его глазах боролись желание всё рассказать, разделить эту тяжесть, и привычка держать всё в себе, не грузить её своими проблемами, защитить от этого мира. -Наруто,- позвала она тихо, сжимая его пальцы- Я здесь. Я с тобой. Что бы ни было.       А потом он выдохнул- тяжело, обречённо, будто сбрасывая с плеч непомерный груз- и сказал: -Саске Учиха. -Кто?- не поняла она. Имя показалось знакомым, но она не могла вспомнить, где слышала его раньше. Может, в новостях? Или Наруто упоминал? -Мой.. конкурент,- Наруто криво усмехнулся, и в этой усмешке было столько горечи, что у неё защемило сердце- Бывший друг. Бывший партнёр. Теперь- враг. Самый опасный из всех, что у меня были.       Какаши слушала, затаив дыхание. Она никогда не слышала, чтобы он говорил о ком-то с такой болью. -Мы начинали вместе,- продолжил Наруто, откидываясь в кресле и глядя в потолок, будто пытаясь разглядеть там прошлое- Лет десять назад. Ты могла слышать эту фамилию. Их семейный бизнес всегда был в этой сфере. Они монополисты, аристократы, у них связи на самом верху. Их фамилия- бренд сама по себе.       Он замолчал, провёл рукой по лицу, будто стирая усталость. -Но Саске захотел своего,- продолжил он тише- Своего имени, своих денег, своей власти. Не хотел быть просто "ещё одним Учихой". Мы познакомились в университете, подружились. Решили, что вместе сможем больше. -И что случилось?- спросила Какаши, хотя уже догадывалась. -Мы объединились,- пожал плечами Наруто, но в этом жесте не было равнодушия- только боль старой раны, которая никак не хотела заживать- Открыли первый автосалон. Я вкладывал душу, идеи, работу. Он- деньги и связи. И всё шло хорошо. Пока не пошло. -А потом? -А потом он решил, что я слишком много на себя беру,- усмехнулся Наруто- Что тяну одеяло на себя. Что все лавры достаются мне, а он остаётся в тени. Хотя я никогда.. я никогда не хотел его затмить. Мы были командой. -И что случилось?- повторила она. -Он ушёл,- просто сказал Наруто- Открыл свой бизнес. И все эти годы пытается меня утопить. Честно и не очень. Использует любые методы- подкупы, шантаж, грязные статьи в прессе, переманивание партнёров. А теперь.. он добился своего.       Он протянул ей один из документов. Какаши взяла дрожащими руками, пробежала глазами- это был контракт с какой-то крупной компанией, поставка машин для сети отелей, огромные суммы, от которых у неё голова пошла кругом. Семь нулей. Восемь. Она сбилась со счёта. И внизу, красными чернилами, было написано: "Контракт расторгнут в одностороннем порядке". -Это тот контракт, о котором ты говорил?- спросила она- С Вальтеррой? -Нет,- покачал головой Наруто- С Вальтеррой я потерял неделю назад. Это другой. Крупнее. Сеть отелей по всей стране. Мы работали над ним два года. Два года, Какаши. Переговоры, встречи, уступки, компромиссы. И сегодня они позвонили и сказали, что переходят к Учихе. -Но почему?- не поняла она- Из-за той статьи? Из-за этих дурацких слухов? -Из-за статьи,- кивнул Наруто, и в его глазах мелькнула злость- И не только. Саске раздул из мухи слона. Распустил слухи, что я неплатёжеспособен, что у меня проблемы с законом, что я связан с криминалом, что мои активы арестуют. Нанял людей, которые обзванивали моих партнёров и распускали грязь. В общем.. классика конкурентной борьбы. Чем грязнее, тем лучше. -Но это же ложь!- воскликнула она‐ Ты же ничего такого не делал! Ты честный! -Это бизнес,- горько усмехнулся Наруто- Здесь правда мало что решает. Решает репутация. А моя репутация сейчас..,- он развёл руками- Сама знаешь.       Какаши смотрела на него и чувствовала, как внутри разрастается вина. Опять. Снова. Из-за неё. Из-за того, что её увидели, из-за того, что Сакура разболтала, из-за того, что она вообще появилась в его жизни. -Это я виновата.. я..,- прошептала она, и голос её дрогнул. Глаза защипало, к горлу подступил горький ком. -Какаши,- перебил он резко, даже слишком резко, и она замолчала, вздрогнув. Он встал, подошёл к ней, взял за плечи, заглянул в глаза. Его пальцы сжимали её так сильно, что могло быть больно, но она не чувствовала боли- Не смей. Слышишь? Не смей себя винить. -Но... -Никаких "но",- он почти кричал, но это был крик отчаяния, а не злости- Саске искал повод. Любой повод. Если бы не статья, он нашёл бы что-то другое. Подставил бы, обманул, купил бы кого-то. Он всегда ищет. Всегда. Это его суть. Это не ты, это он. Ты слышишь? Не ты!       Она посмотрела в его глаза. В них была усталость, боль, но не было ни капли злости на неё. Только на себя, на Саске, на весь мир, который устроен так несправедливо. -Что теперь будешь делать?- спросила она тихо. -Буду разбираться,- ответил он, отпуская её плечи и снова опускаясь в кресло. Движения его были медленными, будто у старика- Искать новых партнёров. Перетряхивать бюджет. Сокращать расходы. Возможно, придётся затянуть пояса. -Насколько всё плохо?- спросила она прямо, глядя ему в глаза.       Наруто помолчал. Долго. Очень долго. В комнате было слышно только тиканье старых часов и его дыхание. А потом он ответил, и каждое слово давалось ему с трудом, будто он вытаскивал их из себя клещами: -Если ещё пара таких контрактов сорвётся- придётся продавать часть бизнеса. Может быть, даже сеть салонов на севере. Это всё, что я отстраивал годами. Или искать крупные кредиты под огромные проценты. А это.. не быстро и не просто. Это годы долгов. Годы работы на банки.       Какаши прижалась к нему, обхватила руками, прижимаясь всем телом. В груди всё сжималось от боли за него, за этого сильного мужчину, который сейчас сидел такой потерянный, такой уязвимый, такой.. человечный. -Я с тобой,- прошептала она в его плечо, чувствуя, как слёзы текут по щекам- Что бы ни случилось. Слышишь? -Знаю,- ответил он, гладя её по волосам, перебирая серебристые пряди- Это единственное, что сейчас держит меня на плаву. Ты.

***

      В следующие дни Какаши наблюдала за ним. Наруто пытался держаться, но она видела. Видела каждую мелочь, каждый намёк на то, что происходит у него внутри.       Видела, как он сидит ночами над документами- сгорбленный, напряжённый, с красными от недосыпа глазами. Как пьёт кофе литрами, забывая про еду. Как отвечает на звонки с таким лицом, будто ему сообщают очередную плохую новость- и каждый раз после разговора его плечи опускаются ещё ниже.       Видела, как он сжимает кулаки после разговоров. Как трёт переносицу, пытаясь снять напряжение- этот жест она замечала теперь постоянно. Как застывает, глядя в одну точку, и не слышит, когда она к нему обращается.       Он похудел. Скулы заострились, под глазами залегли тёмные круги, которые не проходили даже после выходных. Рубашки, которые раньше сидели идеально, теперь болтались свободнее. Улыбка, его тёплая, солнечная улыбка, появлялась всё реже, а когда появлялась- была какой-то натянутой, вымученной, будто маска, которую он надевал специально для неё.       Она хотела помочь. Но чем? У неё не было ни денег, ни связей, ни опыта в бизнесе. Она ничего не понимала в этих контрактах, переговорах, партнёрах. Всё, что она могла- быть рядом. И она была.       Готовила ему ужин, хотя он почти не ел- только ковырялся вилкой в тарелке, думая о своём, а потом извинялся и уходил в кабинет. Заставляла ложиться спать, хотя он ворочался до утра, а потом вставал ещё до рассвета. Обнимала, когда он возвращался с работы разбитым, и молчала, давая ему возможность просто быть рядом, чувствовать её тепло.       Через неделю после потери контракта с сетью отелей Наруто пришёл домой поздно. Настолько поздно, что Какаши уже начала волноваться. Часы показывали половину второго ночи.       Она сидела в гостиной, завернувшись в плед, и смотрела в одну точку на стене. Телефон лежал рядом- она набирала ему уже четыре раза, но он сбрасывал, отвечая только короткими сообщениями: "Занят", "Потом", "Не волнуйся".       Как тут не волноваться? В голову лезли всякие мысли. Авария? Проблемы? Что-то случилось? Она гнала их, но они возвращались снова и снова. Когда дверь наконец открылась, она вскочила, уронив плед на пол.       Наруто вошёл медленно. Очень медленно, будто каждый шаг давался ему с трудом, будто ноги его не держали. Лицо было серым- не бледным, а именно серым, землистым. Глаза потухшие, пустые, без огня. Плечи опущены, спина ссутулена. Пиджак висел на локте, галстук болтался где-то сбоку, рубашка была помята и расстёгнута на несколько пуговиц.       Он посмотрел на неё, и в этом взгляде было столько боли, столько отчаяния, столько безысходности, что у неё сердце оборвалось и упало куда-то вниз. -Что случилось?- выдохнула она, подбегая к нему.       Он молчал. Просто обнял её, прижал к себе так сильно, будто боялся потерять. Так сильно, что она едва могла дышать- рёбра сдавило, но она не жаловалась. Она обняла его в ответ, чувствуя, как дрожит его тело.       И стоял так долго. Слишком долго. Уткнувшись лицом в её волосы, вдыхая их запах, будто это было единственное, что держало его в реальности, не давало провалиться в чёрную бездну. -Наруто,- прошептала она, гладя его по спине, чувствуя, как под пальцами перекатываются напряжённые мышцы- Скажи мне. Что бы ни было, скажи. -Ещё один контракт,- глухо сказал он, не поднимая головы. Голос его звучал так, будто он говорил из глубокого колодца- глухо, безжизненно- Самый крупный из оставшихся. Сеть отелей на побережье. Мы вели переговоры полгода.       Он замолчал, сглотнул. -Сегодня они объявили, что уходят к Саске.       Какаши замерла. -Это.. конец?- спросила она, боясь услышать ответ. -Не конец,- ответил он, но голос его звучал так, будто он сам в это не верил- Но близко. Очень близко.       Она отстранилась, посмотрела на него. На его осунувшееся лицо, на глаза, в которых вместо обычного огня, вместо той жизни, что всегда в них горела, была только усталость и пустота. На морщинки, которые появились у губ за эту неделю. -Ты поэтому не брал трубку?- спросила она тихо. -Не хотел, чтобы ты слышала меня таким,- признался он, и в его голосе было столько вины, будто он совершил преступление- Думал, справлюсь, переварю сам, приду домой нормальным. Не вышло. -Ты дурак?- сказала она, и в голосе её зазвенели слёзы- Самый настоящий дурак.       Он поднял на неё удивлённые глаза. -Мы же вместе,- продолжила она, чувствуя, как слёзы текут по щекам- Мы всё делим пополам. И радость, и горе. И победы, и поражения. Ты не должен защищать меня от своей жизни. Я хочу быть в ней. Всей. -Какаши... -Ты не должен нести это один,- перебила она, хватая его за руки, сжимая их так сильно, будто могла передать ему свою силу- Я не могу помочь деньгами, у меня их нет. Я не могу помочь связями, у меня их тоже нет. Но я могу быть рядом.       Она говорила быстро, горячо, захлёбываясь словами: -Я могу обнимать тебя, когда тебе плохо. Я могу молчать, когда тебе нужно молчать. Я могу говорить, когда тебе нужно слышать голос. Я могу готовить тебе ужин, даже если ты не будешь его есть. Я могу сидеть рядом, пока ты работаешь ночами. Я могу любить тебя. Всегда. Это.. всё, что у меня есть... Но это всё- твоё.       Наруто смотрел на неё, и в его глазах что-то менялось. Усталость не уходила, боль не исчезала, но появлялось что-то другое- благодарность, любовь, надежда. То, без чего он, оказывается, не мог жить. -Я люблю тебя,- сказал он просто, и в этих словах было всё. -И я тебя,- ответила она, вытирая слёзы- Очень. А теперь пойдём. -Куда? -На кухню. Я тебя накормлю, потому что ты, судя по всему, сегодня не ел. И вообще, наверное, не ел неделю. А потом спать. Завтра новый день. И мы будем его решать вместе. -Вместе,- повторил он, пробуя это слово на вкус- Хорошо звучит. Лучше, чем всё, что я слышал сегодня.       Они пошли на кухню. Какаши разогрела ужин, который приготовила ещё днём- тушёное мясо с овощами, его любимое. Поставила тарелку перед ним, села рядом.       Он ел послушно, как ребёнок, и смотрел на неё так, будто она была единственным светом в этой тёмной комнате. Каждый его взгляд говорил "спасибо". Каждый глоток- "я люблю тебя".       А потом они легли спать. Она прижалась к нему, положила голову на грудь, слушая, как бьётся его сердце. Ритм был спокойным, ровным- впервые за долгое время. -Какаши..,- позвал он тихо, когда она уже проваливалась в сон. -Мм? -Спасибо тебе... За то, что ты есть.       Она улыбнулась в темноте. -Всегда пожалуйста.

***

      Утром, когда Какаши проснулась, Наруто уже не было рядом. Сердце тревожно ёкнуло, но она тут же услышала звук душа из ванной. Он дома. Он никуда не ушёл. Просто встал раньше.       Она лежала, глядя в потолок, и думала. Думала о том, как помочь. Деньги? Их нет. Связи? Тоже нет. Но должно же быть что-то, что она может сделать. Что-то своё, особенное, что покажет ему- она с ним не из-за денег, не из-за статуса, не из-за всего того, что сейчас рушится. Что-то, что скажет: "Я люблю тебя. Я верю в тебя. Ты справишься".       Идея пришла внезапно. Она вскочила с кровати, накинула халат и побежала в свою комнату- ту, где хранила свои художественные принадлежности. Альбомы, карандаши, маркеры, тушь, кисти- всё это ждало её, разложенное по полочкам. Она села за стол, открыла чистый лист плотной бумаги и задумалась.       Что он значит для неё? Что она хочет ему сказать? Как выразить всю эту любовь, всю эту благодарность, всё это "спасибо" за то, что он есть, за то, что он выбрал её, за то, что не бросил, когда всё пошло под откос?       Рука сама потянулась к карандашу. Первые линии легли легко, будто ждали этого момента. Она рисовала, не задумываясь, отдаваясь потоку. Солнце поднималось всё выше, лучи скользили по столу, по её рукам, по бумаге. Она не видела ничего, кроме листа.       Линии ложились на бумагу одна за другой, создавая образ. Ангел. Но не тот слащавый, пухлый ангелочек с картинок в детских книжках. Другой. Сильный. Суровый. С мечом в руке, поднятым для удара. С крыльями, расправленными за спиной- большими, мощными, каждое перо прорисовано с любовью.       И лицо. Лицо, в котором угадывались черты Наруто- его волевой подбородок, его решительный взгляд, его светлые волосы, развевающиеся на ветру. Его родинки на щеках. Его ямочки, которые появлялись, когда он улыбался. Ангел-воин. Тот, кто сражается. Тот, кто не сдаётся. Тот, кто защищает.       Она рисовала и думала о нём. О том, как он сражался за неё- с её недоверием, с её страхами, с её прошлым. О том, как он защищал её от всего мира- от сплетен, от осуждения, от грязных статей. О том, как он не сдался, когда всё пошло прахом.       Когда рисунок был готов, она долго смотрела на него. Потом добавила несколько финальных штрихов- блики в глазах, тени под крыльями. Взяла тонкую кисть и тушь, чтобы обвести контуры. Внизу, в углу, мелким изящным почерком вывела: "Моему герою". И отложила карандаш. -Что это?       Она вздрогнула и обернулась. Наруто стоял в дверях, мокрый после душа, с полотенцем на плече, в одних домашних штанах. Капли воды блестели на его коже, волосы были взлохмачены. Он смотрел на неё с любопытством и чем-то ещё- надеждой? -Это..,- она замялась, чувствуя, как краснеют щёки. Взяла лист, прижала к груди, будто защищая- Это тебе. -Мне?- удивился он, подходя ближе.       Она протянула ему рисунок, боясь поднять глаза. Сердце колотилось где-то в горле. Наруто взял лист, посмотрел. Замер. И долго-долго молчал, разглядывая каждую линию, каждую деталь, каждое перо на крыльях. Тишина тянулась бесконечно. Какаши боялась дышать. -Это.. я?- спросил он наконец, и голос его звучал как-то странно- хрипло, сдавленно. -Ангел.. с твоим лицом,- пояснила она, всё ещё не поднимая глаз, вцепившись пальцами в край халата- Ты мой ангел-хранитель. Ты защищаешь меня. Ты сражаешься за меня. Я хотела.. сделать что-то своё. Не купить, а сделать своими руками. Вложить душу.       Она сглотнула, набралась смелости и продолжила: -Потому что у меня.. нет денег, нет связей, нет ничего, кроме этого. Кроме моих рук и моего сердца. И я хотела сказать тебе спасибо. За всё. За то, что ты есть. За то, что ты выбрал меня. За то, что ты не бросил, когда всё рушится. За то, что ты.. мой герой.       Она подняла глаза и обомлела. Наруто смотрел на рисунок, и по его щекам текли слёзы. Он не рыдал, нет- он просто стоял и плакал, не скрывая, не стесняясь, позволяя этим слезам течь. -Наруто..,- выдохнула она, вскакивая- Ты чего..? Тебе.. не нравится? Я могу переделать, могу по-другому... -Нравится?- перебил он, и голос его сорвался. Он засмеялся сквозь слёзы- странно, нервно, счастливо- Какаши, это.. это лучшее, что мне кто-либо дарил.       Она замерла. -Ты понимаешь?- продолжил он, вытирая слёзы свободной рукой, но они всё текли и текли- Мне дарили машины. Последние модели, эксклюзивные, с доставкой из-за границы. Мне дарили часы, которые стоят как квартира. Мне дарили яхты, контракты, акции, элитную недвижимость.       Он шагнул к ней. -Но никто никогда не дарил мне.. часть себя. Свою душу. Своё сердце. Своё время. Свои руки, которые рисовали это. Никто не смотрел на меня так и не говорил таких слов.       Он подошёл к ней, обнял одной рукой, прижимая к себе, другой продолжая сжимать рисунок, будто величайшую драгоценность. -Ты нарисовала это для меня,- прошептал он ей в волосы, и его голос дрожал- Ты вложила сюда всю свою любовь. Я чувствую это. Я вижу это в каждой линии. И это дороже всех денег мира. Дороже всех контрактов, всех салонов, всего, что у меня есть.       Какаши прижалась к нему, чувствуя, как её собственные слёзы текут по щекам. -Я хочу набить это,- вдруг сказал он. -Что?- она отстранилась, не веря своим ушам. -Эту татуировку,- он показал на рисунок- Я хочу набить её себе. Чтобы она всегда была со мной. Чтобы я всегда помнил, что у меня есть ты. Что есть кто-то, кто видит во мне ангела, а не просто бизнесмена, не просто кошелёк, не просто статус. -Ты.. серьёзно?- выдохнула она. -Никогда не был серьёзнее,- ответил он, и в его глазах, ещё мокрых от слёз, горел тот самый огонь, который она так любила- Я хочу носить это на коже. Всегда. -Я.. могу сделать её,- предложила она робко, чувствуя, как сердце колотится ещё быстрее- У меня есть оборудование, я тренировалась на искусственной коже. Если ты доверишься мне... -Доверюсь,- перебил он, не давая ей договорить- Конечно, доверюсь. Ты- всё, чему я доверяю в этом мире. Ты- единственная.       Они стояли посреди комнаты, обнявшись, и улыбались сквозь слёзы. Солнце заливало комнату золотым светом, пылинки танцевали в воздухе, и в этом моменте было столько счастья, столько тепла, столько настоящего, что никакие кризисы, никакие контракты, никакой Саске Учиха не могли этого разрушить. -Я так люблю тебя, Какаши,- сказал Наруто, глядя ей в глаза. -А я тебя,- ответила она, улыбаясь- Мой ангел.       Он усмехнулся, поцеловал её в лоб, потом в кончик носа, потом в губы- нежно, долго. -А ты- моя ириска,- прошептал он, отстраняясь- Расписная, колючая, но самая сладкая. И никакой кризис этого не изменит. -Никакой,- согласилась она.       И впервые за долгое время Какаши почувствовала, что они действительно справятся. Потому что вместе. Потому что любовь- это не только когда хорошо и легко. Это когда плохо- и ты всё равно рядом. Это когда ты даришь не деньги, а душу. Это когда он плачет над твоим рисунком и говорит, что это лучшее, что у него есть.       Она посмотрела на него, на этого сильного мужчину, который не побоялся быть уязвимым перед ней, и поняла: всё будет хорошо. Что бы ни случилось.