Глава 3

Солнце щедро заливало Коноху, его лучи играли яркими бликами на изумрудной зелени деревьев и черепичных крышах домов. Легкий летний ветерок, словно нежное дыхание, шелестел листвой, разнося по округе тонкий аромат цветов. Казалось, сам воздух пропитался безмятежностью, окутывая мирно гуляющих жителей невидимым покровом покоя. «Какаши Хатаке стал джонином в таком юном возрасте? Поразительно! Завтра нужно будет что-то подарить ему на праздновании, — пронеслось в мыслях Ханаби, внимательно изучающей официальное объявление Деревни. — И на лице действительно еще нет того шрама на левом глазу…» — Что ты планируешь подарить ему завтра? — спросила Рин Нохара, шагая с подругой по оживленной улице. В её голосе звучало искреннее любопытство. — Какаши, — честно и немного смущенно ответила Рин. — А почему ты спрашиваешь? Я давно заметила, как ты постоянно споришь с Обито или пристально следишь за ним. Признайся, он тебе нравится? — Нравится, но совсем чуть-чуть! — буркнула Ханаби, мгновенно заливаясь краской и отворачиваясь. — Я просто присматриваю за этим чудиком, чтобы он не натворил глупостей. А ты, значит, Какаши любишь? Он же такой… отстраненный и холодный, как зимний рассвет. — Не знаю, — Рин легко пожала плечами, словно пытаясь стряхнуть с себя неясные чувства. — Но в нем есть что-то неуловимо притягательное. К тому же, он всегда защищал меня, еще когда мы вместе учились в Академии. А в последнее время… я стала им искренне восхищаться. — Ладно, — Ханаби поспешно сменила тему, чтобы скрыть собственную неловкость. — Так что насчет подарка? Может, качественный набор кунаев для шиноби высокого ранга? — Отличная идея! — Рин радостно улыбнулась. — Ему как джонину это точно пригодится.

***

На следующий день у тренировочной площадки неподалеку от Академии царило праздничное оживление. Друзья и соратники собрались, чтобы поздравить юного Какаши Хатаке с официальным повышением до ранга джонина. Рин, смущенно улыбаясь, первой шагнула вперед и вручила ему компактную, тщательно укомплектованную аптечку. — Это тебе, Какаши, — мягко произнесла она. — Чтобы ты всегда был готов к любым неожиданностям на миссиях. — А я вот что приготовила, — с явным восторгом продемонстрировала Ханаби Хьюга набор острых кунаев. — Для настоящего джонина. — Спасибо, — ответил Какаши Хатаке, принимая подарок. Ему было приятно, но в то же время неловко находиться в центре такого внимания. В этот момент к ним подошел Обито. Его взгляд был устремлен не на Какаши, а на Рин. Из-за спины он неловко вытащил букет ярко-алых роз. — Рин, это… это тебе, — выдохнул он, протягивая ей цветы и отчаянно краснея. — Ты сегодня просто красавица. Давай встречаться, а? Рин, потрясенная неожиданным признанием, удивленно взглянула на Обито. Казалось, он совершенно забыл о присутствии своего лучшего друга. Не в силах сдержать злость, Ханаби подошла к нему и со всей силы ударила по затылку. — Ты чего?! — воскликнул Обито, потирая ушибленное место. — Опять нарываешься? — Это тебе за то, что ты идиот! — прошипела Ханаби. — Забыл, кого сегодня поздравляют? Обито в ярости схватил ее за короткие каштановые волосы. — Ах ты! — вскрикнула она, отчаянно пытаясь вырваться из его железной хватки. В потасовке Ханаби вырвала букет из его рук. Ярко-алые розы рассыпались по земле, их бархатистые лепестки медленно кружились в воздухе, прежде чем упасть на примятую траву. Обито, не выдержав обиды, повалил девочку на землю. — Не трогай её, Обито! — крикнул Какаши Хатаке, бросаясь к ним. — Обито, прекрати! — взмолилась Рин Нохара, испуганная вспышкой агрессии. Однако Обито был слишком взбешен. Какаши схватил его за плечо, пытаясь оттащить, но тот лишь сильнее стиснул пальцы. — Отпусти ее, я сказал! — разозлился Какаши и резким броском через себя сбил Обито с ног. Тот рухнул на землю, потеряв равновесие. Ханаби, растрепанная и злая, тут же поднялась на ноги. — Ты никогда не станешь Хокаге! — выкрикнула она на прощание и бросилась прочь, стирая кулаком злые слезы. — Ханаби, подожди! — закричала Рин, бросаясь следом за подругой. Какаши остался наедине с Обито. Воздух между ними сгустился от напряжения. — Что это было? — голос Какаши звенел от горького разочарования. — Ты совсем с катушек слетел? Обито, тяжело дыша, поднялся с земли. На его лице на мгновение мелькнула тень раскаяния, но он тут же упрямо тряхнул головой. — Она сама напросилась! Вечно лезет не в свое дело! — прорычал он и со злостью пнул валяющийся букет. Однако в этом жесте чувствовалась скрытая внутренняя борьба. — И вообще, почему ты позволяешь ей так себя вести? — Ты обидел Ханаби! — воскликнул Какаши, сжав кулаки до побеления костяшек. — Ты ведешь себя как ребенок! — Как ребенок? — Обито усмехнулся, и в его глазах мелькнула ревность, смешанная с болью. — Ты не видишь, Какаши, как сильно Рин тебя любит? Учиха резко отвернулся, избегая продолжения разговора, и, не поднимая глаз, молча пошел прочь. Какаши остался один среди помятых роз. Слова друга эхом звучали в голове, накатывая холодной волной отчаяния. Ему было невыносимо осознавать, что Обито мог так поступить. — Ты тоже не видишь, что Ханаби любит тебя, — тихо прошептал Какаши, глядя на искалеченный букет. Алые лепестки, похожие на капли крови, рассыпались по земле — словно символ их запутанных отношений и разбитых сердец.