Тяжесть Ложной Короны

      Прошло 4 года с момента поступления Джуди Хоппс на службу в полицию Зверополиса. Любое запутанное дело ей было по зубам, особенно вкупе с обострённым чувством справедливости и огромным количеством энергии в молодом теле. Она много трудилась ради этого момента – теперь ей вручают бейдж Сержанта. Капитан Буйволсон отдал честь и растроганная Джуди, виляя хвостиком, отдала честь в ответ. Ник стоял в общей толпе и гордился своей подругой, ведь если кто и заслуживает повышение до Сержанта, то это она. Она раскрыла много громких дел, для народа – героиня, для преступников – «выскочка ушастая». С новой должностью у нее прибавятся обязанности, а Ник теперь не просто напарник, а подчинённый офицер. Не то, чтобы он хотел быть в подчинённом состоянии, особенно зная пылкий характер Джуди, но выбора ему особо не давали.       – Помни, Джуди, пока что у тебя испытательный срок. Тебя легко могут понизить обратно до офицера, так что будь более ответственной, - напомнил ей Шеф и был абсолютно прав.       Сорвиголова Джуди после каждого задания по поимке преступников выходила с какой-либо травмой. Вот почему в полицию раньше брали только крупных животных, их травмировать сложнее, но, справедливости ради, они менее юркие, чем мелкие животные. Терять кого-то из офицерского состава во время миссий невыносимо больно. Каждый сотрудник – часть его стада, если опираться на его инстинкты, и он надеется, что Сержант Хоппс понимает его беспокойство о ней самой. Он просто хочет уйти на пенсию со спокойной душой, а не после того, как случится панихида в память о Джуди.       – Ну что, Морковка, я вижу в твоих глазах еще больше энтузиазма для получения новых травм, - ловко подколол ее Ник, ведь она опять сломала лапу – третий раз за год. А до этого еще были растяжения, ушибы, ножевые и пулевые ранения и, конечно же, смертельная доза яда гадюки.       – Больше никаких игр! Теперь я буду серьёзной. Может быть, мне даже дадут в подчинении стажера! Будем работать командой!       – Мне и тебя одной достаточно, ты вывозишь за целую команду. Иногда кажется, что я волочусь хвостом. Ник потянулся, разминая затёкшую шею.       – Ладно, пошли в курилку.       Вместе с напарницей он подвергается смертельной опасности не меньше. Да, такова доля полицейских, но даже они не забывают о своей безопасности. С таким рисковым образом жизни лис нашёл успокоение в сигаретах и уже держал в руках пачку, пока направлялся на заднюю площадку полицейского участка, где была установлена зона для курильщиков.       Джуди абсолютно не поддерживала вредную привычку Ника, запах сигарет ее раздражал, особенно, когда нужно сосредоточиться на запахе улик. Но лучше пусть Ник курит, чем запьёт, думала крольчиха. В курилке была особая обстановка, звучит странно, но там думается лучше. Наверное потому, что нет суеты вокруг, в отличие от самого полицейского здания и всего города в целом.       – Предлагаю взять самое сложное дело! Так я с легкостью докажу, что достойна звания Сержанта! – крольчиха ходила из стороны в сторону и не умолкала.       В какой-то момент уже даже у Ника начал дергаться глаз, хотя за 4 года, он уже вдоль и поперёк изучил характер подруги.       – Я надеюсь ты просто оговорилась и хотела сказать «Мы». Если уж я в твоём подчинении, Сержант, то пусть и мои заслуги хоть что-то для тебя значат.       – Да, Ник, ты прав. Прости, пожалуйста, мне нужно просто отоспаться и с трезвой головой думать обо всём. Ох, сердце не на месте от волнения!       Лис тяжело выдохнул, затушил окурок и потянулся. Чтобы не быть брюзгой, он вновь натянул свою хитрую улыбку и похлопал Джуди по плечу. Он просто устал и хотел поскорее домой, чтобы отоспаться.       – Ладно, Морковка, если хочешь действительно крупное дело, то я видел много папок о пропавших без вести, которые Буйволсон лично помечал как «глухарь» одну за другой в архиве. Можем завтра попросить ознакомиться. Полагаюсь на твой острый кроличий ум! Радости его напарницы не было предела. Никому не говорите, что она радуется пропавшим без вести зверям и что Ник считает ее радость милой.       – До завтра, напарник! – успела крикнуть Джуди и побежала скорее до станции метро, наплевав на то, что врач запретил ей бегать еще какое-то время, пока идет восстановление ее передней лапы.       Ник смотрел ей вслед, пока она не исчезла у входа в метрополитен, он выдохнул дым через нос и выбросил окурок в урну. Лис переживал за эту крольчиху не меньше их Шефа, и просто надеялся, что эта молодая бойкость у нее пройдёт раньше, чем она успеет вырыть себе не нору, а могилу.       Идеальную тишину нарушил Буйволсон.       – О, Уайлд, хорошо, что еще не ушёл. Там в КПЗ сидит один, пойманный в состоянии наркотического опьянения, так что утром, когда он протрезвеет, допросите его с Хоппс. Папка с уголовным делом и информация об обыске будет у Когтяузера.       – Хех, она хотела что-то более серьёзное из дел взять.       – Пусть начнёт с малого, чтобы обошлось без очередных травм при исполнении. Мы ведь оба не хотим, чтобы она опять была на мушке.       Ник промолчал, но в его вздохе и томном взгляде прослеживалось абсолютное согласие с Капитаном. Он просто кивнул, не смотря на Шефа.       – Отлично. До завтра, - Буйволсон накинул на себя куртку и ушел в сторону служебной парковки к своей машине.       Утром Джуди чуть ли не вприпрыжку добралась до полицейского офиса, в предвкушении невероятного запутанного дела, о котором говорил вчера Ник. А вот и ее напарник, уже ждёт ее, прислонившись к стойке регистрации Бенджамина Когтяузера, приветствуя подругу взглядом в приспущенных солнечных очках. Крольчиха подбежала к нему и начала тянуть за рукав, скорее-скорее, они должны получить этот «глухарь», пока кто-то другой его не забрал, но ее пылкий настрой оборвал Когтяузер.       – Джуди, дорогая, притормози на мгновение. Шеф уже передал тебе дело о торговле… – он нагнулся и прошептал ей на ухо, — ну… «котиками». Ник выровнялся после небольшой встряски от напарницы и увидел, как у нее упали ушки, настолько она расстроилась.       – Ну, не переживай, Морковка, пока начнём с малого и если раскроем торговца без травм, то Буйволсон точно оценит твоё старание и даст дело покрупнее, – лис потрепал свою зайку по голове, буквально процитировав слова Буйволсона. Это для ее же блага, хотя бы пока не снимут повязку с лапы.       – О, я уверен это будет действительно интересное расследование. Сегодня утром пришёл ответ из лаборатории, – Когтяузер вручил ей папку с делом. – У подозреваемого была при себе доза неизвестных грибов, и даже лаборанты таких раньше не видели, – дополнительно протянул отчет результатов анализа крови подозреваемого и найденных при нём галлюциногенов.       Джуди тяжело вздохнула, пробежавшись глазами по материалам дела. Абсолютно ничего интересного, но работа полицейского не всегда бывает веселой, иногда есть и рутина с простыми наркоманами. Она поблагодарила Когтяузера и тяжелым, немного раздраженным шагом направилась в сторону КПЗ.       – Ну что, похоже, что сегодня ты у нас «злой коп»? Я будут тогда «добрым», – отшутился Ник и, кажется, сумел немного поднять настроение напарнице. По крайней мере она уже не хмурилась и уши вновь были торчком.       А еще заядлым торчком был несчастный барсук в камере для допросов. Кажется, у него не было денег даже на нормальную одежду, не то, что на адвоката. На нем был старый грязный плащ, переживший множество природных стихий, что есть в Зверополисе, но всё еще согревающий своего хозяина; задние лапы были стоптаны, изранены от долгой бродяжной жизни и перемотаны ветхими повязками. В камере стояла жуткая вонь, даже вентиляция не справлялась. Этот барсук сидел молча за холодным металлическим столом в таких же холодных «браслетах» и даже не поднял глаз, когда в комнату допроса вошли Ник и Джуди.       – Добрый день, мистер Норков, меня зовут Сержант Хоппс, это мой помощник Офицер Уайлд. Надеюсь, Вы чувствуете себя лучше. Вам ранее уже должны были зачитать ваши права.       Джуди и Ник присели на стул напротив барсука. За все время работы офицером она уже столько мелких карманников и хулиганов ловила и допрашивала, так что и к этому делу она отнеслась с офицерской серьезностью. Даже если дело на пару часов, она выполнит его на 100%.       – Вы задержаны по подозрению в незаконном хранении и приобретении контролируемых веществ и в нахождении в нетрезвом состоянии в общественном месте.       Барсук молчал. Как будто он маленький ребенок и не понимает, что делал что-то незаконное и что он сядет за это. Даже если он сядет в тюрьму, у него хотя бы будет крыша над головой, еда и душ. Да, без дозы первое время будет очень тяжело, но за столько лет он уже привык плыть по течению и просто выживать.       Николас чувствовал напряжение этого парнишки, Джуди уже достаточно на него надавила ролью «плохого копа», пора подключиться «хорошему копу» и на контрасте подкинуть ему небольшой «пряник». Он мягко коснулся плеча Джуди, чтобы вступить в разговор самому.       – Бро, слушай, у нас нет цели повесить на тебя всё это уголовное дело. Ты всего лишь жертва обстоятельств, с кем не бывает. Давай так, ты нам расскажешь, кто тебе толкнул эту дурь, а мы без труда сможем переквалифицировать твоё дело так, что тебя всего лишь отправят на лечение. Там тебе помогут справиться с зависимостью и соцслужбы вернут тебя к нормальной жизни, хорошо?       Норков впервые поднял свои красные от усталости глаза, сделал глоток воды и внимательно смотрел на Ника. Он не вчера родился и понял, что они разыгрывали спектакль «добрый/злой коп», но перспектива рехаба с последующей помощью звучало лучше, чем ломка и насилие долгие годы в тюрьме. Доверять лису, который в прошлом сам был бандитом, было либо глупо, либо безумно. Двум наказаниям не бывать, а остальное его не должно ебать.       – Ладно. Скрывать мне нечего. Можно сигаретку, пожалуйста?       – У нас тут курить не…       – Конечно, братан, держи.       Ник перебил Джуди и сделал исключение разок, дав ему одну из своих сигарет и подкурил своей зажигалкой. Сержант смотрела сердито на его самоуправство, и он понимал, что она ему еще выскажет за неподчинение, но это будет потом. А пока пусть Норков говорит.       – Я дурь разную покупал, но эти грибы, скажу честно, лучшие. Дешевые и вставляют охуенно.       – Мистер Норков, я попрошу Вас выражаться цензурно, наш допрос записывается на аудио, – нахмурилась Джуди, но сохранила хладнокровный вид офицера, продолжая параллельно изучать отчет из лаборатории об этих грибах и их эффекте.       – Хорошо. Ну короче, я их брал у кота. Такого песчаного цвета. Расти звать, вроде. Откуда он их берет я в душе не еб… не знаю.       – А как давно Вы его клиент? – подняла глаза Хоппс и передала документы лабораторного анализа Нику.       – Раза три покупал те грибы. Меня с ним один приятель свёл, он ему Винт толкал, но потом стал только по грибам.       – Угу. А как бы ты описал эффект от этих грибов? Просто из любопытства, раз тебе и твоему приятелю так они зашли?       – Это даже с Винтом не сравнится! Я чувствовал такое счастье и был готов идти за кем угодно, энергии вагон! Доверчивость это один из главных минусов, потому что меня в первый раз избили и трахнули банда бродяг с соседнего района, и я чувствовал боль, но не было ни страха, ни гнева. Я радовался, что меня пиздят!       – Мистер Норков! Это последнее замечание Вам, прошу Вас выражаться цензурно или я внесу в протокол допроса «неповиновение сотрудникам полиции».       – Извините. Я постараюсь, – барсук взялся за голову, чтобы вспомнить еще что-то. – Второй главный минус — это отходняк. Другой раз мы собрались заброшенной станции метро.       – Та, которая на улице Январской и ведёт в тупик? Я просто других заброшенных в Тундратауне не знаю, – уточнил Ник.       – Да-да, та, что в тупик сразу идет. Там тепло и там жил раньше мой приятель. Ну и, короче, собрались мы закинуться второй раз грибами там, чтобы избежать лишних глаз. Отпустило нас через три дня, и Хэнк, ну, приятель мой, тяжело заболел. Я уж боялся, что он умрёт... По крайней мере, это спасло его от зависимости, больше он грибы не покупал, вернулся к водке.       – Знаете ли Вы еще покупателей, кроме вашего друга?       – Да не варюсь я в том. Мне главное вкинуться и забыться. И так жизнь полное дер… отстойная.       Ник немного прищурился, что-то вспоминая. В его голове всплыл один знакомый образ кота с таким же именем.       – Позволь мне кое-что уточнить о том коте, у него, случайно, не был выбритый хвост, забитый татуировками?       – Да, я, кстати, это сразу заметил. Сделал ему комплимент.       – Этой информации нам более чем достаточно, спасибо дружище. Я выполню своё обещание, можешь мне верить.       Офицер Уайлд с добродушной улыбкой встал и абсолютно искренне пожал ему руку. Бомжу, к которому никто даже близко не хотел подходить, брезговал, прогонял или игнорировал. Норкову остаётся только надеяться, что он действительно сдержит обещание.       Джуди так и не поняла, что сейчас произошло. Она вышла из комнаты для допросов вместе с напарником и уже про себя рычала.       – Ник, ты нарушил все правила допроса подозреваемых! Если эту запись будут прослушивать в суде по его делу, нам же дадут выговор! Я – Сержант! Ты – офицер в моём подчинении!       – Тогда, как Сержант, ты знаешь, что я могу просто подать заявление о переводе в подчинение другого Сержанта или вовсе заявление на увольнение. Если уж нам дали работу по поимке драг дилера, то стоит, хотя бы, проявить немного эмпатии к тем, кто не виноват, а просто оступился в жизни.       Ник вновь тяжело вздохнул, смотря на подругу.       – Как ты когда-то дала шанс мне… – Он обошёл крольчиху и направился в курилку, оставив ее в пустом коридоре.       Джуди барабанила ногой, ходила из стороны в сторону и ворчала. Ее напарник был прав, и ей было стыдно. Она пошла за ним в курилку, снова опустив уши. Лис уже немного остыл, выкинув окурок. Джуди прислонилась к перилам вместе с ним и смотрела в даль.       – Ты прости меня. Я опять зазналась, будто корону надела. По факту, я все так же простой офицер, как и ты. Команда?       Она протянула ему лапку, чтобы пожать ее. Ник, лишь тихо усмехнулся и потрепал подругу по голове. Он всё равно долго не стал бы сердиться на своего Сержанта, эта зайка ему слишком дорога.       – Забей, Морковка, я не в обиде.       – Ты правда выполнишь своё обещание ему?       – Я хоть и лис, но я не мудак. Да и мне просто по-человечески* его жалко. Барсук ни в чем не виноват, ему просто нужна помощь. Я скажу тебе так: иногда, поступить правильно – не значит по-закону.       – Ник, закон для всех один. И мы его представители. Мы должны подавать правильный пример зверям.       – Ты придёшь к этому, однажды.       – Ладно. Давай вернёмся к нашему делу. Ты упоминал, будто знаешь того кота.       Джуди подняла свои заметки в блокноте. «Кот Расти песчаного цвета с татуировками на хвосте. Предполагаемая порода: Барханный Кот».       – Я весь город знаю и этого придурка, а иначе я назвать его не могу, тоже. Он молодой, неопытный, но я даже не думал, что он погорит на таком дебильном моменте. Если уж ты дилер, то имей посредников, чтобы не палиться покупателям. Искать, где он сейчас находится, бессмысленно.       – Почему? Он имеет сеть подпольных лабораторий, по выращиванию этих грибов?       – Что? Нет, я ж говорю, он тупой. Он обычная шестёрка мистера Бига. Ну, вернее уже Миссис Бига. Мальчик «Подай-принеси».       – То есть, ты хочешь сказать, что Фру-Фру промышляет наркобизнесом?! Да быть такого не может!       – Э-э-э… Маловероятно. Но я точно знаю, что он работает на Бига. У меня самого, если честно, зуб на него. Он карточный долг мне торчит.       — Значит, поехали в Тундратаун. Нужно всё разузнать.       Крольчиха сразу оживилась и потянула Ника за руку. Опять торопиться, опять бежать.       Она написала сообщение Фру-Фру с просьбой о встрече. Эта мышка никогда не отказывает в встречах доброй куме. Даже в самый загруженный час всегда найдется время, чтобы пропустить бокальчик вина.       По дороге они заехали в цветочный за букетом. Всё же нужно почтить память покойного Мистера Бига, пока его дочь всё еще в трауре. И подарок для крестницы Джуди, у которой сейчас, кажется, эмо период. Дети так быстро растут.       Их полицейский патрульный автомобиль остался на парковке в Тундратауне и там же их подобрали белые медведи в лимузин. Нельзя, чтобы полицейский маячок появлялся близко к месту, где живёт глава мафии. По крайней мере их не пихают больше в багажник как раньше и не зажимают с двух сторон огромными медвежьими тушами. Спокойная поездка в салоне, как и положено дорогим гостям.       Бурозубка уже ждала их в своем доме, в окружении гордой стражи полярных медведей. Она поцеловала крольчиху в обе щёки и Козлов принял букет цветов из ее лап в память об ушедшем отце мафиози. В комнате для встреч всё еще был траур, зеркала и картины завешаны черной вуалью.       – Джуди, дорогая моя!       – Здравствуй, тётя Джуди, – не отрываясь от экрана игровой приставки, поздоровалась юная Джуди Биг, сидя на диване рядом с мамой. Ношение траура в ее случае было как стиль жизни. Но не стоит думать, что она не скучает по доброму дедушке.       – Мы сожалеем об утрате, миссис Биг, – поддержал Ник, не выдержав суровых взглядов полярных медведей на себе.       – Спасибо большое, я правда в порядке.       Фру-Фру вытерла слёзы и глубоко выдохнула, всё же перед гостями нужно держаться прямо и уверенно, как ее всегда учил отец.       – Ты писала, что нужно срочно поговорить. Что-то личное или по работе? Я просто так соскучилась, дорогая.       – Прости, Фру-Фру, сейчас это по работе. Ник, расскажешь, что знаешь, пожалуйста?       – Расти Рыбкинс еще работает на Вас? – не стал «тянуть кота за хвост» лис.       На мафию Бига работало много сотрудников, прямо или косвенно, но Расти она знала хорошо, пусть он и не был приближённым к «первому лицу».        – Рыбкинс? Да, он мой посредник в закупке шёлка.       – Шёлка? – Сержант Джуди уже была готова расстроиться, что они вышли на ложный след.       Фру-Фру так обрадовалась. Нельзя упускать момент, чтобы похвастаться друзьям.       – О, это лучший шёлк, который я видела в своей жизни! У меня новое хобби, я создаю изысканные наряды эксклюзивно на заказ. Я искала материалы, чтобы немного удешевить производство, ведь нити тутового шелкопряда дороговаты. Я послала некоторых посредников на поиски дешевых аналогов, тут ко мне пришёл Расти и показал вот это, – она щёлкнула маленькими пальчиками и один из охранников медведей подал ей моток шёлковых нитей. – Вы только взгляните, это же настоящий шёлк! Но какой-то особенный. Он невероятно прочный и сама ткань получается переливающейся. Джуди, покажи им своё платье.       Мама отвлекла дочку от игры, и маленькая мышка встала и покрутилась, демонстрируя своё модное готическое платье, которое ей сшили.       – Чудесное платье, Джуди, тебе очень идёт, – Хоппс осторожно пощупала качество ткани и не могла не согласиться с Фру-Фру, материал выглядит дорого.       Старшая бурозубка аж пищала от возбуждения, делая пометки в свой блокнот.       – И самое главное, этот шёлк стоит в 10 раз дешевле, особенно, если закупать большой партией, а сама ткань по итогу не отличима от настоящей. Ох, я так загорелась идеей! Джуди, я сошью тебе платье в подарок!       – Ой, что ты, не стоит, мне не так часто приходится надевать платья, – поджала смущённо ушки Джуди. Ей нужно сосредоточиться на деле, – давай с тобой потом встретимся и обсудим это, хорошо?       – Ох, да, конечно, что ж это я, – Фру-Фру села обратно на свой маленький диван. – Так в чем же провинился Расти?       – Тем, что родился, придурок кошачий, – пробурчала под нос младшая Джуди, закинув ноги на кофейный столик, но все всё равно услышали ее слова, так что маме пришлось сделать ей замечание.       Ник встал на защиту слов девочки. Ему нравится вайб этой готки, может они подружатся.       – Не-не, она права, я лично сам знаком с ним.       – Мы расследуем дело о распространении галлюциногенных грибов.       Сержант продемонстрировала сейф-пакет с дозой гриба, изъятой у Норкова. Фру-Фру внимательно посмотрела на пакет, обнюхала и нахмурилась. Если это правда, то, где вообще ее подчиненный нашел поставщика наркотиков? Она знает главных дилеров марихуаны, но даже старший Биг никогда не пересекался с этими подонками. На их разговор отвлеклась младшая Джуди, чисто из любопытства. Она обнюхала издалека улику и от запаха у нее сильно зачесался нос.       – Мам, ты же помнишь, что мистер Плимбо торгует не только шёлком? Он предлагал нам такие же грибы, я помню их болотный запах.       – То есть ты хочешь сказать, что этот облезлый кошак скупал за моей спиной наркотики? На мои деньги!       Фру-Фру была категорически против наркотиков, как и ее покойный отец. Это грязный, недостойный бизнес, они выше него. И сейчас ярости старшей бурозубки не было предела, она рычала и пищала. Белый медведь налил ей вина в крохотный бокал, чтобы его начальница немного успокоилась.       – Можете рассказать, кто такой Плимбо? – Джуди достала свой блокнот.       Мама Бурозубка еще была на взводе, крепко сжимая бокал с вином, поэтому вступить в разговор, пусть и нехотя, решила юная Джуди.       – Мы лично его не видели, по описанию очевидцев сложно сказать, что это за животное, – она показала в своём маленьком блокноте примерный не самый идеальный фоторобот этого торговца. Он выглядел скорее зелёным пришельцем с четырьмя руками, в одежде старого моряка, на огромной рыбе с кучей разных вещей, сундуков, баулов и прочего.       – Это какая-то шутка? – поднял бровь Лис, разглядев этот крошечный рисунок младшей Джуди и за это словил очередной суровый взгляд белых медведей.       – Я рисовала по словесному описанию. Ну извините, мистер Уайлд, что я не великая Художница! – фыркнула мышонок и села на диван, скрестив руки на груди. Дружбы ему с ней не видать.       Фру-Фру отложила бокал с вином в сторону.       – Мне не важно, как выглядит торговец. У него, действительно, был огромный ассортимент товаров. Некоторые очень странные и, порой, даже пугающие. Но меня интересовал только шёлк. Он привозит его стабильно раз в неделю крупной партией. Рыбкинс ее выкупает и передаёт моим ассистентам, – указала она на своих подчиненных мишек. – Но раз Расти ослушался моего указания закупать только шёлк, считайте, он уволен задним числом. Производить закупки дело не хитрое.       – Значит можно поймать его в следующий раз прямо за лапу, в момент передачи товара от контрабандиста этому блохастому! – Ник расплылся в хищной улыбке, предвкушая месть.       – Можете делать с ним всё, что угодно, мне уже абсолютно всё равно. У меня лишь одна просьба, дорогая… Я не хочу, чтобы нарушилась поставка шёлка, надеюсь вы понимаете, – шутки в сторону, Фру-Фру говорила серьёзно.       Ник опередил слова Джуди, пока она опять не подставила их своей прямолинейностью. Он сказал то, что хотела услышать бурозубка мафиози в данный момент и это ее успокоило.       – Мы подумаем, что можно будет сделать. Может удастся просто поговорить с этим… Кем бы он ни был. Миссис Биг заглянула в свой телефон, чтобы проверить заметки, но всё равно это не ее работа менеджерить свои же встречи.       – Когда там следующая поставка, напомните? – вопрос автоматически был адресован охране-менеджерам.       – Следующая встреча с Плимбо запланирована на Ледяном пляже у пирса в Тундратауне, четверг в 3:35 am. Как обычно, Рыбкинс прибудет туда в 3:20 am, – сообщил расписание медведь Козлов.       Ник выпал от этих внезапных слов. Кажется, он за все года работы на мистера Бига ни разу не слышал, чтобы медведь Козлов произносил хоть слово, кроме недовольного хмурого стона.       – Он умеет разговаривать? – и лучше бы лис молчал, ибо сам поплатился за лишнюю эмоциональность. Медведь Кевин схватил его маленькое тощее тельце и поспешил выпроводить за дверь. Довольная Фру-Фру помахала уходящим полицейским. У них всех еще очень много работы сегодня, а солнце высоко.       – Как закончите расследование, приходи, поболтаем.