Глава 7

После сытного, хоть и простого ужина, Элиза занялась тем, что умела лучше всего — своим телом. Старик молча выставил на стол пошарпанную аптечку: пучки сушеных трав, спиртовой раствор с резким запахом и чистые, но грубые полоски ткани. Элиза действовала уверенно, ее маленькие пальцы двигались с точностью опытного хирурга. Она тщательно промыла рану, оставленную ей волком, и ее манипуляциями при попытке остановить кровотечение в том лесу, игнорируя жгучую боль, и наложила тугую повязку. Старик наблюдал за ней искоса, и в его глазах промелькнуло нечто похожее на уважение — обычный ребенок истошно рыдал бы от таких манипуляций, но эта девочка лишь плотно сжала губы. Старик принес ей одежду. Это были старые вещи, явно великоватые: плотные штаны и теплая туника, которая висела на ее хрупких плечах, как мешок. Но после окровавленных лохмотьев, в которых она провела последние дни, эта грубая ткань казалась королевским шелком. Едва голова Элизы коснулась жесткой подушки, сознание отключилось. Сон был глубоким и тяжелым, без сновидений. — Вставай. Пора, — голос Старика прозвучал как гром среди ясного неба. Элиза почувствовала, как чья-то тяжелая рука бесцеремонно трясет её за плечо. Она открыла глаза и увидела лишь густой полумрак — за окном не было и намека на рассвет. В комнате царил ледяной холод, от которого тут же пошли мурашки. — Что? Сейчас? — пробормотала она, ее голос всё еще был охрипшим со сна. — Но ведь солнце еще даже не взошло!Она недовольно поморщилась, чувствуя, как каждая мышца ноет после вчерашнего перехода. В прошлой жизни она привыкла к ночным дежурствам, но это маленькое, истощенное тело требовало отдыха. Однако, вопреки слабости, она дисциплинированно поднялась. Она знала, что в этом мире слабость убивает. Элиза быстро заправила кровать, аккуратно разгладив складки ткани, чем снова вызвала мимолетный удивленный взгляд старика. — Привыкай, — отчеканил он, накидывая на плечи тяжелый плащ. — Отныне ты будешь вставать раньше солнца и ложиться задолго после того, как оно сядет. Здесь не курорт, малявка. Хочешь выжить — умей переступить через «не могу». Он вышел, не оборачиваясь. Элиза поспешно натянула теплую куртку и обувь, которая была ей слегка велика, и выбежала следом. Морозный воздух моментально обжег легкие, окончательно прогоняя остатки сна. Они углубились в лес. Снег хрустел под ногами, а голые ветви деревьев в предрассветных сумерках казались костлявыми пальцами, тянущимися к ним. Шли недолго, пока деревья не расступились, открывая небольшую просеку. Это место явно использовали для тренировок: в центре стояли вкопанные бревна со следами от ударов, на паре деревьев висели грубые мишени, а земля была вытоптана до твердости камня. — И здесь я буду тренироваться? — Элиза скептически выгнула бровь, оглядывая этот импровизированный полигон. Её детский голос звучал неожиданно иронично для такой обстановки. Грейдер повернулся к ней, его фигура в сумерках казалась монументальной. — Да. И не надейся на легкую прогулку, — он скрестил мощные руки на груди. — С сегодняшнего дня я начну вкладывать в твою голову то, что поможет тебе не сдохнуть в первой же канаве. Мы разберем основы техник, стихийные преобразования и, самое главное, чакру. Я научу тебя, как чувствовать её, как направлять и для чего она нужна на самом деле. Элиза невольно сглотнула, чувствуя, как внутри разгорается опасное любопытство. В прошлой жизни она знала об этом мире из аниме, но сейчас всё было по-настоящему. Теория из экрана — это одно, но ощутить энергию, текущую по собственным жилам, — совсем другое. Она приготовилась слушать так внимательно, будто от каждого слова Грейдера зависела её жизнь. И, скорее всего, так оно и было. Грейдер стоял перед ней, скрестив руки на груди. Его фигура на фоне предрассветного тумана казалась высеченной из камня, а голос, сухой и скрипучий, разрезал утреннюю тишину, вбивая знания в голову девочки, как гвозди. — Слушай внимательно, малявка. Я не буду повторять дважды, — начал он, и в его глазах блеснул холодный огонек наставника. — Чакра — это не просто «магия» или фокус. Это фундаментальная жизненная энергия, сплав двух сил. Первая — физическая энергия, которую вырабатывает каждая из триллионов клеток твоего тела в процессе жизни и тренировок. Вторая — духовная энергия, рожденная твоим разумом, волей и накопленным опытом. Он подошел ближе, нависая над ней. — Чтобы использовать любое дзюцу, ты должна «сплетать» эти энергии внутри себя. Этот процесс называется формовкой чакры. Представь это как смешивание двух красок в идеальной пропорции. Ошибешься в пропорции — техника не сработает или сожрет твои силы впустую. Чакра циркулирует по твоему телу через систему каналов — Кейракукей. Это как кровеносные сосуды, только для энергии. На этих каналах есть 361 точка — Тенкецу. Это клапаны. Если ты научишься управлять ими, ты сможешь выпускать чакру наружу, усиливать удары или ходить по воде. Но... Грейдер сделал паузу и бесцеремонно ткнул пальцем ей в грудь, прямо в область сердца. — Твои каналы сейчас — это тонкие ниточки. Если ты попробуешь прогнать через них мощный поток энергии, они просто сгорят, а твои органы превратятся в кашу. Ты — пустое ведро с дыркой. Чтобы удерживать и направлять чакру, тебе нужен сосуд. Твое тело. Элиза слушала его, внешне сохраняя детскую покорность, но внутри у неё всё так и кипело. «Ого, он выдает базу по полной программе», — думала она. — «Физическая энергия клеток плюс духовная энергия разума... По сути, это биологический аккумулятор. Но он прав — в этом теле я даже не смогу "смешать" их правильно, у меня просто не хватит физического ресурса. Мой нынешний мозг еще слишком мал для сложной духовной концентрации, а тело — слишком слабое для генерации достаточного объема физической энергии». — Да... — тихо ответила она, стараясь придать голосу нужную долю детской неуверенности. Грейдер хмыкнул, явно не ожидая от неё глубокого понимания. Он окинул её фигуру придирчивым взглядом. — Чакра — это хорошо, но пока что нужно сосредоточиться на твоём теле, его нужно укрепить, это совершенно никуда не годится, ты тощая и тонкая, сломаешься от любого прикосновения. Без крепких мышц и выносливых легких твоя духовная энергия — просто пустой звук. Он осмотрел её пристально и оценивающе, словно прикидывая, сколько кругов она выдержит, прежде чем упадет. — Для начала начнём с обычных тренировок. Будешь каждый день бегать, отжиматься и приседать. Вот твой план на ближайшее время. Если выживешь — начнем говорить о контроле энергии. Ежедневный тренировочный план «Закалка сосуда»: Утренний кросс: 3 километра по пересеченной местности леса. (Корни, камни и рыхлый снег — твои учителя баланса). Укрепление корпуса (отжимания): 3 подхода по 10 раз. (Для твоего возраста и веса это предел, но спина должна быть прямой как струна). Взрывная сила ног (приседания): 40 раз. (Пятки не отрывать, дыхание ровное). Статический пресс (планка): 3 подхода по 30 секунд. (Тело должно стать жестким, как доска). Выносливость (вис на ветке): Удержание собственного веса на руках в течение 1 минуты. (Твои пальцы должны стать цепкими, как когти). Гибкость (растяжка): 15 минут обязательных упражнений. (Шиноби, который не может согнуться, — мертвый шиноби). Координация: 50 прыжков через поваленное бревно туда и обратно без остановки. — Это твой минимум, — Грейдер холодно посмотрел на неё. — Если упадешь — вставай. Если стошнит — умойся снегом и продолжай. Твоя задача — не просто делать упражнения, а научиться чувствовать каждое свое сухожилие. Элиза посмотрела на свои маленькие ладошки. Для её нынешнего возраста это была нагрузка, близкая к пытке. Обычный ребёнок просто не выдержал бы такого темпа. Но она не была обычным ребёнком. Она была взрослым человеком, запертым в теле крохи. — Я поняла... Эм? — Грейдер. — Я поняла, Грейдер-сан. С чего начинаем? Старик указал пальцем в сторону густой чащи. — С бега. И не вздумай останавливаться, пока не вернешься на эту поляну. Я пойду следом и буду следить. Вперед! И Элиза побежала. Её маленькие ножки в неуклюжих ботинках начали месить снег, а сердце с первых же метров застучало как бешеный молот. Тренировка началась.