Часть 11

Огромный черный дракон стремительно набирал высоту, пронзая плотные северные облака. Полуразрушенный Винтерфелл с каждой секундой оставался все дальше внизу, постепенно растворяясь в серой утренней дымке. Холодный встречный ветер жестко бил Иккингу в лицо, растрепывая волосы и выдувая из легких едкий запах гари. Юноша крепко прижимался к теплой шее Беззубика, инстинктивно цепляясь за твердые отростки чешуи. Сквозь жесткую шкуру он отчетливо чувствовал, как мощно и ритмично бьется сердце его дракона, уносящего их подальше от опасности. Иккинг с трудом обернулся, чтобы в последний раз взглянуть на оставленную позади крепость. Замок Старков за время их пребывания успел стать для него настоящим домом в этом суровом мире. Теперь же некогда неприступные стены и массивные ворота лежали в руинах, оплавленные яростным пламенем. Кузница, псарня, конюшни и почти половина жилых башен превратились в дымящиеся пепелища, погребая под собой десятки людей. Лишь древняя богороща чудом уцелела среди всеобщего хаоса, безмолвно возвышаясь над телами погибших обитателей твердыни. Несмотря на весь ужас произошедшего, наездник совершенно не винил дракона, ставшего ему настоящим братом, за устроенную кровавую бойню. Иккинг прекрасно понимал, что Беззубик действовал исключительно из инстинкта самосохранения и слепой преданности. Ночная Фурия просто пыталась защитить его от агрессивно настроенных людей, чья враждебность перешла все разумные границы. В тот момент у них не оставалось иного выбора, кроме как проложить себе путь к свободе через огонь и разрушения. Инстинкты зверя сработали безупречно, реагируя на прямую угрозу жизни единственного близкого человека. — Всё будет хорошо... — тихо произнес юноша, пытаясь успокоить скорее себя, чем своего верного спутника. Одной рукой он продолжал крепко держаться за шейные шипы, обеспечивая себе равновесие во время стремительного полета. Пальцы другой руки нервно сжимали рукоять меча Инферно, который надежно покоился в ножнах на поясе. Оружие оставалось в ножнах, напоминая о том, что непосредственная битва завершилась и настоящая опасность временно миновала. Голос Иккинга едва пробивался сквозь оглушительный свист ветра, но дракон безошибочно уловил знакомые интонации своего наездника. В ответ Беззубик издал низкое, вибрирующее урчание, словно подтверждая слова юноши и разделяя его надежды на лучшее. Однако где-то в глубине души Иккинга уже начало зарождаться тяжелое, гнетущее чувство вины за разрушенный очаг и искалеченные людские судьбы. Теперь обратного пути точно не существовало, а их пребывание в Вестеросе навсегда и безвозвратно разделилось на «до» и «после» этого рокового утра. Никто не мог даже предположить, что ясное начало летнего дня обернется для всех столь масштабной трагедией, замысел которой был ведом разве что Великому Творцу. Впереди их ждала лишь полная неизвестность, холодное пронизывающее небо и долгий полет в поисках нового пристанища. Во внутреннем дворе наполовину разрушенного Винтерфелла медленно оседала густая каменная пыль, обнажая истинные масштабы произошедшей катастрофы. Король Роберт Баратеон, тяжело кряхтя и грязно ругаясь сквозь зубы, с огромным трудом поднялся на ноги. Тучный монарх инстинктивно держался за ушибленный бок, морщась от саднящей боли при каждом неловком движении. Обведя налитыми кровью глазами дымящиеся руины, он увидел лишь разорванные тела своих гвардейцев и перепуганных насмерть северян. Повсюду виднелась кровь, стоны раненых сливались с плачем детей, а выжившие солдаты пребывали в таком глубоком шоке, что едва ли понимали происходящее. — Проклятие! — яростно прокричал король во весь голос, уставившись в затянутое дымом небо, где совсем недавно скрылся их крылатый враг. — Я почти достал его, клянусь, я почти его убил! Если бы мне вовремя подали мой собственный боевой молот, я бы размозжил этому монстру череп прямо здесь! В бешенстве отшвырнув в сторону бесполезный обломок чужого оружия, Роберт тяжело задышал, до хруста сжимая огромные кулаки. Его обветренное лицо багровело от гнева, а взгляд выражал лишь слепую, всепоглощающую ярость уязвленного воина. — Я собственными руками вырву голову этого проклятого ящера! — вновь взревел Баратеон, распугивая и без того дрожащих от страха слуг. — Я соберу армию Семи Королевств, дойду до самого пекла, но насажу башку этого ублюдка на пику! Я убью Рейгара Таргариена еще раз, и мне плевать, что он вернулся с того света в облике дракона! Гнева в Роберте сейчас было столько, что он с готовностью бросился бы в бой голыми руками. Король искренне верил, что похититель его возлюбленной Лианны восстал из мертвых исключительно ради кровавой мести. Эддард Старк стоял среди обломков в нескольких шагах от монарха, тяжело опираясь на свой валирийский двуручный меч. Хранитель Севера молча слушал гневные угрозы старого друга, хотя внутри него все буквально оборвалось от пережитого ужаса. Он находился в глубочайшем потрясении, все еще не в силах до конца осознать то, свидетелем чего только что стал. Неведомое чудовище обрушилось на его древний дом, сжигая людей заживо и обращая многовековые башни в груды почерневшего камня. Нед лично пытался спасти домочадцев, бросаясь с мечом на огнедышащего монстра, но теперь чувствовал лишь полное внутреннее опустошение. «О, Старые Боги, за что вы так с нами?» — с горечью мысленно вопрошал лорд Винтерфелла, пустым взглядом оглядывая разоренный двор. Внезапно его затуманенный разум пронзила леденящая мысль, заставившая сердце забиться с удвоенной силой в груди. Он вспомнил о самом дорогом, что у него было, и родительская паника мгновенно вытеснила оцепенение. Эддард резко выпрямился, забыв об усталости, и начал судорожно вглядываться в пыльную пелену. — Дети! Где мои дети?! — охрипшим голосом крикнул он, торопливо шагнув вперед через обломки и лужи крови. — Папа! — тут же звонко отозвалась Арья, вынырнув из-за разрушенной телеги и намертво вцепившись в камзол отца. Эддард тяжело опустился на колени, крепко обнимая дрожащую дочь и чувствуя, как по щекам непроизвольно катятся скупые слезы. — О, моя милая девочка, ты цела? — с тревогой выдохнул он, внимательно осматривая ее перепачканное сажей лицо. Девочка лишь торопливо кивнула, не в силах вымолвить больше ни слова от пережитого страха. В этот же момент из-за пелены едкого дыма появились Робб и Бран, которые сразу же поспешили к родителю. — Отец, мы здесь! — крикнул старший сын, тяжело дыша и придерживая бледного младшего брата за плечо. Нед поднялся на ноги, оглядывая мальчиков с огромным облегчением, все еще до конца не веря в такое благословение судьбы. — Вы как, не ранены? — быстро спросил лорд Старк, стараясь мыслить здраво, несмотря на бушующие внутри эмоции. Робб уверенно мотнул головой, заверив отца, что с ними все в порядке, и пообещал немедленно разыскать мейстера Лювина. Однако в голове Хранителя Севера бился еще один тревожный вопрос, который тут же озвучила пришедшая в себя Арья, с тревогой спросив о матери. Ответом им послужил отчаянный, надломленный крик леди Кейтилин, бежавшей через двор и едва не спотыкавшейся о вывороченные камни. — Нед! — воскликнула она, в слезах бросившись к своей семье и крепко обхватив дрожащими руками мужа и детей. — Кэт... — с невыразимым облегчением выдохнул лорд Старк, бережно прижимая к себе супругу. Робб, Бран и Арья бросились к матери, наперебой выкрикивая ее имя и цепляясь за измазанное пеплом платье. Леди Кейтилин опустилась перед ними на колени, судорожно ощупывая их лица и плечи, словно все еще не веря собственным глазам. Сквозь подступающие рыдания она безостановочно шептала слова горячей благодарности богам за их чудесное спасение. Эддард дал жене несколько мгновений, чтобы крепко прижать к себе детей, прежде чем осторожно коснулся ее вздрагивающего плеча. Немного успокоившись, лорд Старк серьезно посмотрел в заплаканные глаза жены, готовясь услышать самое страшное. — Кэт... — хрипло произнес он, с замиранием сердца вглядываясь в ее побледневшее лицо. — Где Санса и наш маленький Рикон? Они были с тобой, когда всё началось? Кейтилин торопливо вытерла дрожащей ладонью мокрые от слез щеки, размазывая по коже едкую сажу. Она заметила неприкрытый страх в глазах мужа и поспешила развеять его худшие опасения. — Они живы, Нед, с ними всё в порядке, — сбивающимся, но уверенным голосом ответила она, переведя дыхание. — Когда начался этот огненный кошмар, верный мейстер Лювин вовремя перехватил их. Он сразу же увел младших в крипты, они надежно спрятаны в безопасных подземельях замка. Услышав эти слова, Нед медленно прикрыл глаза и тяжело, прерывисто выдохнул. Он почти физически почувствовал, как невыносимая тяжесть, сковавшая грудь с момента появления огнедышащего чудовища, постепенно спадает с его напряженных плеч. — Слава богам... — едва слышно прошептал Хранитель Севера, опираясь на рукоять меча. — Хвала Старым Богам. Несмотря на разрушенный замок, десятки бессмысленно погибших людей и витающий повсюду стойкий запах гари, его самое главное сокровище было сохранено. Впервые за это проклятое утро Эддард вознес искреннюю, немую благодарность своим суровым покровителям. Его семья чудом уцелела в огненном аду, и пока они оставались вместе, у них сохранялась робкая надежда пережить эти темные времена. Неподалеку от Старков, во внутреннем дворе наполовину разрушенного замка, разворачивалась совершенно иная картина. Сир Джейме Ланнистер, некогда гордый и безупречный рыцарь Королевской гвардии, медленно и неуверенно пытался подняться с покрытой пеплом брусчатки. Его великолепные позолоченные доспехи были перепачканы сажей, сырой землей и его собственной мочой, выдавшей неконтролируемый животный страх перед дыханием смерти. Цареубийца оставался бледным как полотно, покачиваясь на ослабевших ногах и не в силах совладать с крупной дрожью во всем теле. Скрыть пронзивший его первобытный ужас оказалось для воина задачей совершенно непостижимой, и, сделав лишь один неверный вдох, он вновь беспомощно рухнул на колени прямо в грязь. В его затуманенном сознании раз за разом эхом раздавался безумный, скрежещущий голос мертвого короля Эйриса, повторяющий один и тот же страшный приказ. — Сжечь всех! Сжечь всех! Сжечь всех! — вопил призрак прошлого, заставляя рыцаря схватиться за голову. — А-а-а-а! — истошно закричал Джейме, не в силах выносить эту внутреннюю пытку. В этот момент прославленный мечник переживал тяжелую паническую атаку, сопровождающуюся острой диссоциацией и ретравматизацией на фоне мощнейшего триггера. Глубоко укоренившийся посттравматический стрессовый синдром, связанный с событиями восстания Баратеона, слился воедино с новым острым шоковым состоянием, окончательно сокрушив его психику. Впервые за многие годы Ланнистер почувствовал себя абсолютно беспомощным, жалким и ничтожным перед лицом древней, непостижимой мощи. Страшные легенды о Таргариенах и их огнедышащих чудовищах внезапно обрели пугающую, осязаемую реальность прямо посреди сурового Севера. Тем временем из-за частично уцелевших каменных стен гостевого крыла стремительно выбежала королева Серсея. Ее всегда надменное и холодное лицо теперь исказилось от неподдельной паники при виде развернувшегося кровавого месива и стонущих раненых солдат. Не обращая внимания на творящийся вокруг хаос, она стремглав бросилась к принцу Джоффри, который забился в угол под обрушившимися деревянными балками. Наследник престола сидел прямо на земле, размазывая по бледному лицу грязную жижу, смешанную со слезами и кровью из сломанного при падении носа. Его роскошные одежды были безнадежно испорчены, а на щеках виднелись свежие, кровоточащие ссадины. — Мой милый, мой бедный мальчик! — истошно причитала королева, падая на колени и крепко прижимая к груди всхлипывающего сына. — Матушка... матушка… матушка! — жалобно заскулил Джоффри, вцепившись в ее платье и окончательно растеряв всю свою напускную королевскую спесь. — Дракон... там был дракон... дракон! Серсея продолжала судорожно гладить трясущегося принца по волосам, пытаясь хоть немного успокоить его расшатанные нервы. Внезапно она подняла голову и бросила полный неприкрытой, обжигающей ненависти взгляд на стоящего неподалеку лорда Старка. В ее воспаленном рассудке именно Хранитель Севера и весь его проклятый древний дом были безмолвно признаны главными виновниками этой чудовищной катастрофы. Пока в Винтерфелле десятки людей гибли в утреннем кошмаре, Тирион Ланнистер находился в теплом борделе Зимнего городка и на удивление крепко спал. Его глубокий сон прервала местная девица, которая бесцеремонно начала трясти карлика за плечи. Девушка была напугана до смерти, а по ее бледному лицу градом катились слезы. Она тяжело дышала, отчаянно пытаясь подобрать слова, чтобы объяснить причину охватившей улицу паники. — Милорд, вставайте! Умоляю, вставайте! — срывающимся голосом прокричала она. — Что... во имя Семерых, что случилось? — сонно пробормотал Тирион, с трудом разлепляя глаза и пытаясь сфокусировать взгляд. — Дракон, милорд! — задыхаясь, ответила проститутка. — Что ты несешь? Какой еще дракон? — Вставайте же, дракон напал на замок! Спросонья Тирион ровным счетом ничего не понимал, но доносящиеся с улицы истошные крики и призывы о помощи заставили его мгновенно протрезветь. Он поспешно натянул на себя одежду, путаясь в рукавах, и пулей выскочил из комнаты на морозный воздух. Оказавшись снаружи, карлик замер: сотни жителей Зимнего городка высыпали на улицы, с первобытным ужасом наблюдая за густым черным дымом. Замок Старков, еще вчера казавшийся несокрушимым, теперь пылал, выбрасывая в серое северное небо густые столбы копоти и пепла. — О, черт подери! — грязно выругался Бес и со всех ног бросился в сторону крепости. Тирион бежал так быстро, как никогда в своей жизни, не обращая внимания на сбитое дыхание и боль в ногах. Приблизившись к главным воротам Винтерфелла, он застыл как вкопанный, широко распахнув глаза от неподдельного изумления. Вместо надежных дубовых створок и крепкой надвратной арки перед ним зияла огромная, почерневшая от гари брешь. Многовековая каменная кладка была выворочена наружу с такой чудовищной силой, словно твердыню совсем недавно штурмовала мифическая армия великанов. Осторожно переступая через дымящиеся обломки и расколотые гранитные плиты, Тирион медленно и неуверенно вошел в разрушенный внутренний двор. Картина, открывшаяся его взору, больше напоминала самые мрачные страницы исторических хроник о временах кровавого Завоевания Вестероса. Повсюду в неестественных позах лежали изуродованные тела гвардейцев в изрядно помятых доспехах. Промерзлую северную землю обильно покрывали лужи свежей, еще не успевшей запечься крови, смешанной с пеплом и грязью. Чуть поодаль стоял король Роберт, бледный и покрытый свежими ссадинами, который истошно орал на перепуганных слуг. В слепом бешенстве тучный монарх размахивал обломком своего боевого молота, совершенно не обращая внимания на творящийся вокруг хаос. Неподалеку от него королева Серсея суетливо вытирала шелковым платком окровавленное лицо ревущего Джоффри. При этом она с обжигающей ненавистью поглядывала на застывшего в оцепенении лорда Старка. Бес усиленно потер глаза, искренне надеясь, что все происходящее — лишь затянувшийся пьяный бред, но ужасающая реальность никуда не исчезала. Сквозь пелену дыма и суету выживших Тирион наконец заметил своего старшего брата и поспешил к нему, ловко лавируя между убитыми солдатами. Джейме Ланнистер выглядел так, словно только что лично заглянул в Преисподнюю и оставил там львиную долю своего рассудка. Его обычно безупречные, сияющие на солнце золотые доспехи теперь были покрыты толстым слоем серой пыли и жирной копоти. Прославленный рыцарь стоял на коленях в грязи, совершенно не реагируя на стоны раненых и суматоху разрушенного двора. — Во имя всех Семи Пекл, Джейме, что здесь вообще произошло, пока я спал? — ошарашенно спросил карлик, дергая брата за грязный край плаща. Цареубийца медленно перевел на него абсолютно пустой взгляд, полностью лишенный привычной насмешливости и фирменного высокомерия. — Дракон, Тирион, — хриплым, надломленным голосом ответил Джейме, глядя сквозь него. — Дракон... Безумный Эйрис вернулся! И с этими словами Ланнистер вдруг зашелся жутким, истерическим смехом, от которого у Беса кровь застыла в жилах. Этот смех, граничащий с абсолютным безумием, прозвучал для карлика громче любых рушащихся стен. Услышав столь немыслимое заявление от лучшего мечника королевства, Тирион смог лишь нервно сглотнуть пересохшим горлом. Привычный цинизм мгновенно покинул его, уступив место леденящему пониманию истинных масштабов случившейся трагедии. В это холодное северное утро он окончательно осознал, что их привычный миропорядок только что рухнул навсегда, погребенный под дымящимися руинами Винтерфелла. Уцелевшие стражники и слуги, выбравшись из укрытий, спешно принялись оказывать помощь раненым. Мейстер Лювин, благополучно переживший атаку в подземельях вместе с остальными домочадцами, немедленно приступил к своим обязанностям. Как только непосредственная угроза миновала, старый лекарь организовал импровизированный лазарет прямо во дворе замка. Работы было много: стоны пострадавших не утихали, а немногочисленные выжившие находились в состоянии глубокого шока. Люди передвигались среди дымящихся обломков словно тени, еще не до конца осознав истинные масштабы случившейся трагедии. К огромному облегчению лорда Старка, его семья избежала серьезных увечий, отделавшись лишь ссадинами и сильным испугом. Убедившись, что хозяевам замка ничто не угрожает, мейстер переключил свое внимание на высокопоставленных гостей. Первым делом Лювин осмотрел Роберта Баратеона, который к тому времени уже пришел в себя. Король был невероятно зол, сыпал проклятиями и безостановочно глушил неразбавленное вино прямо из кувшина. Лекарь старательно промыл его раны, наложил тугую повязку на ушибленный бок и с большим трудом помог тучному монарху подняться на ноги. Эддард не отходил от жены и детей ни на шаг, все еще инстинктивно ожидая возвращения крылатого чудовища. Мысль о том, что он мог в одночасье потерять самых близких людей, леденила душу Хранителя Севера. Большинство уцелевших солдат оказались слишком слабы или напуганы, чтобы держать оружие, поэтому о какой-либо защите руин не могло быть и речи. В этой гнетущей атмосфере всеобщего оцепенения выделялась лишь младшая дочь Неда. Арья цеплялась за рукав отца и настойчиво, раз за разом, повторяла одни и те же слова. — Дракон унес Джона! — со слезами на глазах кричала девочка, дергая Эддарда за камзол. — Я сама видела, как он схватил его! Мы должны немедленно погнаться за ним и спасти Джона! Однако никто из взрослых даже не помышлял об организации спасительной погони. Выжившие были настолько парализованы первобытным ужасом, что избегали произносить само слово «дракон» даже мысленно. Отныне на Севере это понятие стало страшнее любого смертельного проклятия. Ближе к вечеру лорды и их свита собрались в руинах Великого Чертога. Помещение тонуло в стойком запахе гари, а часть массивной дубовой крыши была полностью уничтожена огнем. Сквозь огромный пролом в зал заглядывало бледное небо, откуда на почерневшие каменные плиты медленно оседал серый пепел. Слуги спешно расчистили пространство вокруг единственного уцелевшего стола, за которым разместились высокопоставленные участники совета. Атмосфера была накалена до предела: каждый присутствующий нутром чуял, что Семь Королевств оказались на пороге пугающих потрясений. Роберт Баратеон тяжело опустился во главе стола, до хруста в костяшках сжимая кубок с вином. Лицо короля багровело от непрошедшей ярости, а каждое резкое движение отдавалось тупой болью в перевязанном теле. — Это Рейгар, Нед! Сам проклятый Рейгар вырвался из ада в драконьей шкуре! — громогласно взревел монарх, с такой силой ударив кубком о столешницу, что вино брызнуло на дерево. — Кто-то ему все доложил! Этот ублюдок прилетел сюда за нашими душами! Он покалечил меня, убил твоих людей, разрушил замок и улетел безнаказанным. Но я соберу знамена, объявлю всеобщий сбор и лично прикончу эту тварь! Его голова окажется на моей пике, чего бы мне это ни стоило! Рядом с правителем напряженно застыла королева Серсея. Ее глаза блестели от плохо скрываемой паники, плотно смешанной с обжигающей злобой. — Его Величество абсолютно прав, этот монстр должен быть уничтожен, — холодно процедила Серсея, сверля Хранителя Севера подозрительным взглядом. — Но меня больше волнует, лорд Эддард, как вы могли не знать о живом драконе на своих собственных землях? Тварь таких размеров не могла появиться из ниоткуда. Ваше неведение слишком похоже на тщательно спланированный заговор против Железного Трона! Эддард Старк выслушал обвинение молча, хотя внутри него бушевала настоящая буря из горечи, страха и возмущения. Он стоял совершенно неподвижно, измученный и бледный, словно за одно утро постарел на целый десяток лет. — Мой дом никогда не плел заговоров против короны, Ваше Величество, — твердо ответил Нед, демонстративно обращаясь только к королю, чем смертельно оскорбил Серсею. — Клянусь Старыми Богами, о существовании этого чудовища я знал не больше вашего. Но сейчас я призываю вас к благоразумию — у нас просто нет оружия, способного сбить дракона в открытом бою. Тяжелый разговор лордов был внезапно прерван звонким, полным отчаяния детским криком. — Папа, дракон же унес Джона! Мы должны его спасти! — вновь вмешалась Арья, протиснувшись вперед. — Джон мертв! — не выдержав нервного напряжения, сорвалась на крик бледная Санса. — Хватит говорить о нем! Дракон сожрал его, оставь нас в покое! — Нет! — истошно завопила младшая сестра. — Он не мог умереть! Он видел бога, у него есть валирийский меч! — Он мертв, Арья, просто мертв! — сквозь слезы повторила Санса во весь голос. Не помня себя от горя и ярости, Арья с кулаками бросилась на старшую сестру. Девочки сцепились прямо перед ошарашенными лордами; младшая отчаянно дергала Сансу за волосы, осыпая ее ударами. — Лучше бы дракон сожрал тебя! Дрянь! — рыдала Арья, пока подоспевшая леди Кейтилин и няньки тщетно пытались разнять дерущихся. — Хватит! — рявкнул Эддард так громко, что эхо ударило в уцелевшие стены. Он лично растащил дочерей по сторонам. — Немедленно уведите их в покои, и чтобы духу их здесь не было! — Их комнаты разрушены, милорд... — робко попыталась возразить одна из служанок. — Найдите целые! Уберите их отсюда! — безапелляционно отрезал Старк. Женщины поспешно увели плачущих девочек прочь, хотя Арья уже тогда решила для себя, что вскоре незаметно проберется обратно. Тем временем сир Джейме Ланнистер молча наблюдал за этой сценой, держась в тени за спиной сестры. Цареубийца оставался неестественно бледным после своего утреннего падения перед мордой огнедышащего монстра. Обычно острый на язык прославленный рыцарь теперь хранил глубокое, мрачное молчание. В его голове до сих пор пульсировал призрачный приказ Безумного Короля, а в ноздрях стоял фантомный, удушливый запах заживо сгоревшей человеческой плоти. Тирион, внимательно наблюдавший за искаженными от страха и гнева лицами присутствующих, решил вставить свое веское слово. Карлик искренне надеялся хоть немного разрядить обстановку, пока военный совет окончательно не скатился в бессмысленную истерику. Запрыгнув на уцелевшую дубовую скамью, он прочистил пересохшее горло и обвел лордов многозначительным взглядом. — Не могу поверить, что в нашем мире действительно существуют драконы, — негромко произнес Ланнистер. — А еще сложнее поверить в то, что из всех присутствующих я мечтал увидеть эту тварь больше всего, но по злой иронии судьбы благополучно проспал всё нападение в борделе. Шутка Беса повисла в тяжелой, звенящей тишине полуразрушенного зала. Если кому-то и было смешно от его слов, то разве что ему самому, поэтому карлик лишь нервно переступил с ноги на ногу и поспешно приложился к кубку с вином. Тем временем Робб Старк хранил мрачное молчание, неподвижно стоя по правую руку от лорда-отца. В мыслях наследника Винтерфелла до сих пор отчетливо звучали недавние слова брата о Боге, пророческом бремени и тяжелом пути, который тому предстоит пройти. Робб прекрасно понимал, что Джон не был безумцем или хладнокровным предателем: юноша просто отчаянно защищал свою собственную жизнь и своего верного чешуйчатого друга. — Да как ты вообще мог не знать, что в твоем собственном лесу прячется огромная огнедышащая тварь?! — с новой силой закричал Роберт Баратеон. Тучный монарх грузно навис над треснувшим столом, брызгая слюной и сверля старого друга налитыми кровью глазами. — Я клянусь своей честью, Роберт, что для меня это такой же колоссальный шок, как и для всех вас! — не отступал Эддард, вынужденно повысив голос в ответ. — Твоя хваленая честь окончательно ослепила тебя, Нед, если ты умудрился не заметить проклятого дракона прямо под своим носом! — в бешенстве прорычал король, с размаху ударив пудовым кулаком по столешнице. — Как я могу заметить то, чего ни разу в жизни не видел?! Спор между разъяренным правителем и Хранителем Севера становился всё более ожесточенным, стремительно перерастая в откровенную взаимную ругань. Пока лорды осыпали друг друга упреками, сир Джейме Ланнистер напряженно молчал, оставаясь в тени. Внезапно прославленный Цареубийца почувствовал, как в его голове наконец-то сложился весь этот сложный, запутанный пазл. Рыцарь вспомнил далекую Башню Радости, бесславную гибель принца Рейгара на водах Трезубца и то, как лорд Старк вернулся с Юга с чужим младенцем на руках. Гордый северянин долгие годы утверждал, что это его незаконнорожденный сын, но его неестественная преданность тайне матери бастарда всегда вызывала при дворе множество вопросов. Разум Джейме, до этого затуманенный пережитым шоком, начал проясняться, по крупицам восстанавливая детали утреннего кошмара. Он отчетливо вспомнил, как бастард уверенно пытался успокоить разъяренную тварь, и это ему почти удалось, пока в глаз ящера не прилетела шальная стрела. Неизвестно откуда взявшийся дракон, безоговорочно признавший юношу своим законным всадником, стал последним и самым неопровержимым доказательством скрытой в нем валирийской крови. Лорду Старку удавалось обманывать Семь Королевств десятилетиями, но древнего магического зверя, чующего кровь наездника, провести было невозможно. В это же самое время в Великий Чертог, стараясь держаться в густых тенях, незаметно проскользнула Арья. Девочка сбежала из своих покоев, воспользовавшись неразберихой среди напуганных служанок, и теперь внимательно прислушивалась к разговорам взрослых. — Этот дракон мог бы сжечь здесь абсолютно всех, ведь мы для него — лишь жалкие, надоедливые букашки, — громко и отчетливо произнес Джейме, выходя вперед и наслаждаясь произведенным эффектом. — Укротить такую ярость можно лишь одним способом: если всадник сам отдаст приказ прирученному зверю. Как известно, простому человеку невозможно подчинить дракона. А вот тайный сын кронпринца Рейгара Таргариена вполне способен управлять подобным созданием. — Что ты вообще такое несешь, Цареубийца?! — хрипло рявкнул Роберт, резко оборачиваясь к Ланнистеру с перекошенным от гнева и непонимания лицом. — Я говорю о том, что Нед Старк долгими годами водил нас всех за нос, выдавая родного племянника за своего бастарда, — абсолютно спокойно продолжил рыцарь, глядя прямо в глаза побледневшему Хранителю Севера. — Ответьте нам честно, лорд Эддард: ваш бастард Джон Сноу... — Он Старк! — звонко выкрикнула Арья, выбегая из своего укрытия и со злостью глядя на золотоволосого рыцаря. Джейме лишь на мгновение скосил глаза на ребенка, ничуть не смутившись такой заминке, и хладнокровно закончил свою мысль. — Джон — это сын вашей драгоценной сестры Лианны и принца Рейгара? Тот самый последний живой дракон, которого вы так заботливо прятали на Севере от гнева Баратеона? После этих слов весь разрушенный зал погрузился в мертвую, леденящую тишину. — Лжец, изменник и предатель! — пронзительно завизжала Серсея, чье всегда надменное и красивое лицо мгновенно исказилось от неконтролируемой, первобытной ярости. — Этот проклятый дом годами укрывал отродье Безумного Короля прямо у нас под носом, втайне планируя мятеж! Королева впала в настоящую, буйную истерику. Ее голос то и дело срывался на хрип от переполнявшей ее всепоглощающей ненависти к лорду Старку и всему Северу. — Роберт, ты должен немедленно казнить Эддарда за государственную измену и гнусное укрывательство злейшего врага короны! — истошно кричала она, указывая трясущимся пальцем на застывшего в оцепенении Неда. — Они подло насмехались над тобой все эти долгие годы, бережно выращивая драконье семя в твоем собственном королевстве! Услышав это обвинение, король Баратеон тяжело осел на уцелевшую деревянную скамью. Его глаза расширились от ужасающего, разрушительного осознания правды, а руки инстинктивно сжались в огромные пудовые кулаки. Тяжелая, удушающая тишина повисла в полуразрушенном Великом Чертоге, нарушаемая лишь треском догорающих балок, свистом северного ветра в проломах крыши да истеричными всхлипами Серсеи. Тучный монарх сидел ссутулившись и тяжело дышал, словно загнанный, смертельно раненый медведь. Его налитые кровью глаза неотрывно смотрели на Эддарда, отчаянно пытаясь найти в лице старого друга хоть каплю раскаяния или же полное опровержение этих страшных слов. Вся жизнь Роберта, много лет назад выстроенная на искренней любви к похищенной Лианне и жгучей ненависти к Рейгару, в одно мгновение дала чудовищную, непоправимую трещину. Осознание того, что плод этой связи все это время жил на Севере прямо за его спиной, медленно, но верно сводило короля с ума. — Это правда, Нед? — голос правителя прозвучал неожиданно тихо и надломленно, окончательно растеряв всю свою былую громогласную мощь. — Скажи мне, глядя прямо в глаза, что этот проклятый Цареубийца нагло лжет, что ты не прятал от меня драконье выродье в собственном доме! Все присутствующие в зале замерли, затаив дыхание. Десятки глаз устремились на лорда Старка в ожидании его ответа, от которого теперь зависели судьбы целых королевств. Роберт тоже ждал, надеясь на чудо, но Эддард даже не отвел взгляда. Лицо Хранителя Севера оставалось бледным, однако в нем читалась лишь непоколебимая решимость: он понимал, что время скрывать правду истекло. — Это правда, Роберт, — твердо произнес Нед, и от этих простых слов весь зал содрогнулся. — Я дал клятву своей сестре на ее смертном одре, когда она истекала кровью в Башне Радости. Я поклялся Лианне защитить ее новорожденного сына любой ценой, потому что прекрасно знал, что твоя слепая ярость к Таргариенам не пощадит даже невинного младенца. — Невинного младенца?! — Роберт внезапно вскочил на ноги, с бешенством отшвырнув в сторону тяжелый кубок, который с оглушительным грохотом покатился по каменному полу. — В его жилах течет кровь насильника, кровь сумасшедших, и он только что доказал это, натравив на нас огнедышащего монстра! Ты предал меня, Нед, предал нашу многолетнюю дружбу и осквернил память той самой женщины, которую мы оба так отчаянно любили! Ты укрывал этого проклятого драконьего бастарда! — Нет, Роберт, я не скрывал от тебя драконьего бастарда, — спокойно, чеканя каждое слово, возразил Эддард. — Я скрывал драконьего принца. В этот момент казалось, что весь мир замер. Присутствующие синхронно выдохнули недоуменное «Что?», отказываясь верить собственным ушам. — Джон не бастард королевской крови, — продолжил лорд Старк, возвысив голос. — Он законный сын принца Рейгара Таргариена и моей сестры. Лианна никогда не была похищена, да она и не позволила бы себя украсть: она была слишком искусным воином и наездницей для обычной леди. Вспомни Рыцаря Смеющегося Дерева на Харренхоллском турнире — это была она. Она могла постоять за себя с мечом в руках. Именно тогда Рейгар отыскал ее, и, как поется в этих проклятых песнях, они искренне полюбили друг друга. — Что ты такое несешь, Нед?! — прорычал Роберт, не в силах осмыслить услышанное. — Рейгар Таргариен не крал мою сестру! — отрезал Старк. — Она сбежала с ним по собственной воле, потому что категорически не желала выходить замуж за тебя. Ты совершенно не знал ее, к моему огромному сожалению, а Рейгар сумел разглядеть, какой она была на самом деле. Король стоял как громом пораженный. — Она сама тебе это сказала?! — взревел он, хватаясь за голову. — Да. На смертном одре она рассказала мне всё и умоляла защитить ее сына. — Но Рейгар Таргариен уже был законно женат на принцессе Элии Мартелл, и у него были от нее дети! — вновь вмешалась в разговор королева. — Ваша драгоценная сестра — обычная шлюха, а этот бастард абсолютно незаконен! При слове «шлюха» глаза не только Эддарда, но и самого Роберта вспыхнули неконтролируемой яростью. Монарх резко развернулся и прямо на глазах у потрясенных Джоффри, Томмена и Мирцеллы со всего размаху ударил жену кулаком по лицу, выбив ей зуб. — Заткнись! — рявкнул король. Серсея отлетела в сторону и кубарем покатилась по каменному полу. Весь зал оцепенел, шокированный столь грубой расправой над королевой. — По древним традициям Таргариенов моя сестра стала его второй законной женой, — продолжил Эддард, воспользовавшись повисшей тишиной. — Джон — полноправный Таргариен и истинный наследник Железного Трона. От этой чудовищной по своим масштабам правды у присутствующих перехватило дыхание. Выходило, что истинный король Вестероса все это время мирно прятался в самом сердце Севера. — Стража, немедленно схватите этого изменника! — сплевывая кровь, вновь истерично завизжала Серсея с пола, но ни один гвардеец даже не шелохнулся. — Чего вы ждете, трусы?! Услышав повторный приказ, несколько рыцарей Ланнистеров с лязгом обнажили мечи и начали медленно, неуверенно надвигаться на лорда Винтерфелла. Однако Робб Старк, до этого момента пребывавший в глубоком шоке (он догадывался о родителях Джона, но законность брака стала для него настоящим открытием), мгновенно пришел в себя. Наследник Севера решительно шагнул вперед, закрывая собой отца, и его тяжелый стальной клинок со звонким свистом покинул ножны. В ту же секунду все уцелевшие северные гвардейцы в чертоге ощетинились копьями и мечами, образуя плотное защитное кольцо вокруг своего сюзерена. В воздухе остро запахло большой кровью: одно неосторожное движение могло спровоцировать жестокую резню прямо на пепелище замка. — Уберите оружие, остановитесь именем короля! — рявкнул Роберт, тяжело опускаясь обратно на скамью и массируя пульсирующие виски. — Здесь и так пролито слишком много крови по вине этого проклятого дракона. Монарх поднял тяжелый, полный невыразимой боли и горечи взгляд на человека, которого долгие годы считал своим самым близким братом. — Я лишаю тебя титула Десницы и объявляю государственным изменником, Эддард из дома Старков, — процедил Роберт сквозь крепко стиснутые зубы. — Заковать его в цепи и подготовить к немедленной отправке в Королевскую Гавань, где его будет ждать суд короны. А за голову этого драконьего ублюдка я назначаю награду, равную казне целого королевства! Услышав приговор, Эддард решительно выпрямился, и его рука крепче перехватила рукоять обнаженного меча, ясно давая понять, что он не собирается так просто сдаваться. — Я не позволю заковать себя в цепи в моем собственном разрушенном доме, Роберт, — сурово произнес Хранитель Севера, не отводя взгляда от побагровевшего короля. В ту же секунду дети Старков, всё это время находившиеся под надежной защитой северных гвардейцев, решительно выступили вперед. Робб, крепко сжимая рукоять своего меча, плечом к плечу встал рядом с отцом, всем своим видом демонстрируя готовность сражаться насмерть. — Только через мой труп, жирный олень! — яростно крикнул юноша, бросая вызов самому монарху. — Я никому его не отдам! Следом за братом из толпы выскочила Арья. Девочка сжала кулаки, грозно сверкая глазами на южных рыцарей и совершенно не собираясь отдавать свою семью на растерзание. — Идите все к Семерым Пеклам! Отца не отдадим! Суки! — звонко закричала она, не стесняясь в выражениях. Леди Кейтилин, находившаяся в глубочайшем потрясении от услышанной тайны происхождения Джона, растерянно переводила взгляд с мужа на короля. Шок от осознания того, что ненавистный мальчишка оказался сыном Лианны, окончательно выбил ее из колеи. — Нед... скажи мне, умоляю, это правда? — срывающимся голосом спросила Кейтилин, делая нерешительный шаг к мужу. — Ты все эти годы позволял мне ненавидеть его, скрывая правду даже от законной жены? Эддард лишь виновато опустил глаза, не проронив ни слова. Он продолжал держать глухую оборону против надвигающихся королевских гвардейцев, понимая, что сейчас не время для семейных объяснений. Обстановка в зале накалилась до предела, звон обнажаемой стали становился всё громче, и до начала кровавой резни оставались считанные мгновения. Понимая, что любая искра сейчас приведет к неминуемой бойне, Робб Старк решил взять ситуацию под свой контроль. — Пожалуйста, опустите мечи и давайте все просто успокоимся! — громко крикнул наследник Винтерфелла, отчаянно пытаясь перекрыть нарастающий шум. — Я даю вам слово чести, что Беззубик совершенно не хотел причинять кому-либо вреда просто так. На него напали первыми, его спровоцировали ваши же гвардейцы, и он действовал исключительно из инстинкта самосохранения! Юноша искренне пытался воззвать к голосу разума, совершенно не понимая, какую фатальную оговорку он только что допустил в своей пылкой защитной речи. — Беззубик? — услышав это нелепое имя из уст собственного сына, Эддард Старк резко обернулся, и его глаза округлились от неподдельного изумления. Опустив тяжелый меч острием в пол, Хранитель Севера в полном недоумении уставился на Робба. — Беззубик? — тихо, но предельно отчетливо переспросил лорд Винтерфелла, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — Ты назвал этого огнедышащего монстра по имени, Робб? Ты что, всё это время знал о существовании дракона и молчал?! Лицо юноши мгновенно побледнело. Он осознал свою роковую ошибку, которая с потрохами выдала его соучастие в величайшей тайне брата. После этих слов в полуразрушенном Великом Чертоге воцарилась абсолютно мертвая, звенящая тишина. Весь зал буквально замер, парализованный очередным шокирующим открытием, прозвучавшим из уст наследника Севера. Король Роберт, Джейме Ланнистер и даже бьющаяся в истерике Серсея застыли на месте, отказываясь верить собственным ушам. Оказалось, что не только сам бастард, но и будущий лорд Старк был лично знаком с драконом и, судя по всему, покрывал его существование в лесах. Эта крошечная, случайно вырвавшаяся деталь в один миг превратила весь дом Старков из невольных заложников ситуации в прямых соучастников грандиозного государственного заговора. Робб тяжело сглотнул, чувствуя, как на него устремились десятки потрясенных взглядов. Юноша медленно опустил меч, понимая, что отпираться и лгать дальше не имеет абсолютно никакого смысла. Тайна, которую братья так бережно охраняли, вырвалась на свободу, оставив после себя лишь пепел и руины. Сделав глубокий вдох, Робб смело посмотрел прямо в изумленные глаза отца. — Да, лорд-отец, я действительно всё это время знал о существовании дракона, — твердо и отчетливо произнес наследник Винтерфелла. — Я знал о нем практически с самого начала, с того дня, как случайно нашел Джона в Волчьем лесу. Помнишь, я рассказывал тебе, что мы по ночам ходили в бордель Зимнего Городка? Я соврал. Мы не были в борделе, мы посещали дракона и заботились о нём. По залу прокатился глухой ропот, смешанный со стонами раненых, но Робб упрямо продолжил свой невероятный рассказ. — По словам Джона, он нашел драконье яйцо, которое упало с неба во время солнечного затмения. Он вырастил его и назвал Беззубиком, потому что этот дракон умеет прятать свои острые зубы в десны. Беззубик вовсе не безмозглый кровожадный монстр, как вы все сейчас думаете. Он невероятно умен, бесконечно предан и даже игрив. Джон проводил с ним всё свободное время, тренировал его втайне от всех нас. И я дал брату клятву чести, что сохраню его секрет, потому что прекрасно понимал, что с ними сделает король, если правда раскроется. Я хранил эту тайну ради безопасности Джона, которого всегда любил, и... ради этого милого дракона. Эддард Старк слушал сына, и его лицо становилось всё более серым, словно высеченным из старого камня. — Ты хоть понимаешь, какому смертельному риску ты подвергал себя и всю нашу семью, укрывая это порождение Рейгара?! — сорвавшимся голосом воскликнул Хранитель Севера. — Беззубик никогда не причинял мне вреда, отец! — горячо возразил Робб, делая шаг навстречу Эддарду. — Более того, я даже поднимался с ними в небо. Да, я лично летал вместе с Джоном на спине Беззубика высоко над облаками, и дракон слушался каждого слова. Если бы гвардейцы Ланнистеров не спровоцировали его сегодня, никто бы не пострадал! Услышав это немыслимое признание, леди Кейтилин тихо ахнула и в ужасе прикрыла рот дрожащими руками. — Боги... — пробормотала она. Осознание того, что ее родной первенец летал верхом на огнедышащем чудовище в компании драконьего бастарда, едва не лишило ее чувств. Король Роберт, казалось, вообще перестал дышать. Его лицо налилось густой сливовой краской, а на висках вздулись толстые пульсирующие вены. То, что еще минуту назад выглядело как стихийное бедствие, теперь окончательно приняло форму хладнокровного, многолетнего северного заговора. — Ты летал на нем... Ты покрывал драконье отродье и игрался с чудовищем, способным испепелить целые армии! — зловещим, шипящим шепотом произнес Роберт Баратеон, медленно поднимаясь со скамьи. — Нед, твои дети — такие же лживые, проклятые предатели, как и ты сам! Весь Великий Чертог погрузился в состояние парализующего шока. Мечи южных рыцарей и северных гвардейцев вновь угрожающе поднялись, готовые в любой момент начать финальную, беспощадную резню. Однако юные Старки совершенно не собирались отступать. Один за другим они смело вышли вперед, формируя непреодолимую живую стену между своим отцом и Ланнистерами. Бран, мгновенно забыв о любых страхах, подобрал с усеянного пеплом пола тяжелый кинжал и встал плечом к плечу со старшим братом. — Зарежу любого! — выкрикнул мальчик. Арья решительно выхватила из ножен свою недавно выкованную Иглу, и ее серые глаза загорелись яростным, по-настоящему волчьим огнем. — Идите сюда, суки южные! Даже маленький Рикон инстинктивно почувствовал смертельную угрозу. Он вырвался из ослабевших рук матери и с громким криком бросился к семье, злобно скаля зубы. Они сплотились в единую стаю, готовую защищать свой дом от всего мира. Чувствуя за спиной непоколебимую поддержку семьи, Робб расправил плечи и посмотрел королю Роберту прямо в налитые кровью глаза. — Я не позволю вам причинить вред моей семье и не стану подчиняться безумным приказам человека, который готов убивать невинных! — громко заявил наследник Севера. — Джон никого не предавал, он лишь защищал свою жизнь от ваших псов. Более того, раз он является законным сыном принца Рейгара, то именно он — истинный наследник Железного Трона! Я провозглашаю лорда Джона нашим единственным и законным королем, и весь Север обязательно последует за ним! Эти мятежные слова прозвучали как удар грома, окончательно разрушая хрупкие остатки былого мира. Великий Чертог мгновенно взорвался от возмущенных криков, ругани и лязга стали. — Это открытый мятеж! Убейте их всех, перережьте глотку каждому волчьему ублюдку прямо сейчас! — истерично завизжала Серсея, отталкивая от себя стражников. — Мой дед раздавит вас, жалкие северные оборванцы! Я лично отрублю голову этому наглому самозванцу! — визгливо поддакнул Джоффри, трусливо прячась за спины гвардейцев. Однако его быстро заставили замолчать: метко брошенный Арьей глиняный кувшин с глухим стуком прилетел принцу прямо в лицо. — Соси, урод! — победно крикнула девочка. Южане начали медленно смыкать кольцо вокруг северян, готовясь выполнить кровавый приказ королевы. Но юные Старки не собирались молча сносить угрозы, отвечая на них с неподдельной яростью. — Только попробуй подойти ближе, трусливый принц, и я проткну тебя своей Иглой насквозь! — угрожающе крикнула Арья, выставляя перед собой узкое лезвие. — Джон в тысячу раз лучше, сильнее и благороднее всех вас вместе взятых! — Он наш старший брат, и мы никогда не отдадим его вам на растерзание! — звонко поддержал сестру Бран, смело глядя на закованных в броню рыцарей. — Убирайтесь из нашего замка! Плохие люди, мы вас не боимся! — злобно прокричал маленький Рикон, отчаянно сжимая маленькие кулачки и готовясь броситься в драку наравне со старшими. Эддард Старк с нарастающим ужасом смотрел на своих детей, отчетливо осознавая масштабы надвигающейся катастрофы. Пятнадцать лет он отчаянно пытался сохранить хрупкий мир, оберегая тайну происхождения племянника. Теперь эта тщательно выстроенная ложь рухнула прямо на его глазах, похоронив под собой все былые надежды. Лорд Винтерфелла понимал, что неосторожная клятва Робба стала точкой невозврата в их отношениях с Железным Троном. Кровопролитная, беспощадная война между Севером и Югом казалась абсолютно неизбежной. Король Роберт уже с глухим рычанием вытаскивал длинный меч из ножен, готовый лично разрубить крестника за неслыханную измену. Понимая, что счет идет на мгновения и Великий Чертог вот-вот превратится в скотобойню, Нед набрал в грудь побольше воздуха. — А ну замолчать всем! Немедленно прекратить! — громовой рев Хранителя Севера эхом отразился от почерневших стен, оглушив присутствующих. В этом отчаянном крике сплелись властность сюзерена и глубочайший страх отца за свою семью. Сила его голоса заставила замолчать даже бьющуюся в истерике королеву Серсею. Лорды и гвардейцы инстинктивно замерли на месте, парализованные внезапной вспышкой гнева спокойного северянина. Старк тяжело дышал, переводя суровый взгляд с разъяренного монарха на своих сплотившихся детей. Ему нужно было любой ценой найти выход из этой самоубийственной ситуации, пока его дом окончательно не захлебнулся в крови. Король с силой сжал эфес меча, но всё же сделал нерешительный шаг назад. Он внимательно вглядывался в измученное лицо старого друга, пытаясь найти там ответы. Гнев в глазах Роберта на мгновение уступил место непреодолимой усталости от бесконечных предательств. — Мы должны убить этого мальчишку, Нед, пока он не сжег весь мир дотла, — тяжело, с хрипцой произнес Баратеон. — Этим проклятым драконам не место среди людей, они приносят лишь смерть и обращают замки в пепел. Я готов простить тебе эту ложь прямо сейчас. Но я спрашиваю в последний раз: ты будешь со мной? Ты будешь сражаться вместе со мною?! Эддард замер, чувствуя, как невыносимая тяжесть выбора давит на его плечи. Перед мысленным взором мгновенно пронеслись долгие годы, полные мучительных тайн и постоянного страха за жизнь племянника. Он вновь вспомнил душный, пропитанный запахом крови воздух Башни Радости, где угасала его сестра. В ушах отчетливо зазвучал ее тихий шепот с мольбой защитить невинного младенца от слепой ярости Роберта. Лорд Старк всегда старался поступать по чести, но сейчас граница между долгом перед королем и священной клятвой была стерта окончательно. Тягостную тишину зала внезапно нарушил мягкий стук когтей по каменным плитам и пеплу. Из густой тени обрушенного коридора в центр чертога грациозно вышла огромная лютоволчица. Джон назвал ее Лианной в честь своей рано ушедшей матери. Умный зверь угрожающе оскалил клыки в сторону южан, шерсть на загривке вздыбилась, а из пасти вырвалось низкое рычание. Лютоволчица непреклонно встала рядом с Роббом и остальными детьми Старков, закрывая их собой. Эддард посмотрел в глубокие глаза хищницы, и на секунду ему показалось, что в них отражается неукротимый дух сестры. Этот взгляд мгновенно развеял все сомнения в истерзанной душе Хранителя Севера. Незримое присутствие Лианны словно призывало брата до конца исполнить свой долг перед ее сыном. Эддард перевел взгляд на отважных детей, готовых без раздумий отдать жизни друг за друга, и его лицо обрело ледяное спокойствие. — Нет, Роберт, я не пойду убивать свою родную кровь, — твердо ответил Нед, опуская двуручный меч острием к полу. — Мой долг перед семьей и клятва, данная сестре, стоят выше любых королевских указов. Я отказываюсь. Услышав решение своего лорда, северные гвардейцы мгновенно сплотили ряды, плотным кольцом окружая семью Старков. Однако Нед совершенно не хотел устраивать бессмысленную резню на пепелище. Он прекрасно понимал, что в тесноте неизбежно пострадают его жена и младшие дети. — Вы находитесь на моей земле, Роберт. По древнему праву гостя я гарантирую вашей свите безопасный уход, — строго произнес Эддард, чеканя каждое слово. — Я даю слово чести, что весь ваш двор беспрепятственно покинет Север и вернется за Перешеек. Но если вы когда-нибудь посмеете прийти сюда с вооруженной армией, мы встретим вас не хлебом и солью, а сталью. Рука короля безвольно опустилась, и острие его тяжелого клинка со звоном чиркнуло по камню. Роберт Баратеон смотрел на непреклонного северянина с выражением глубочайшей потери. Он окончательно осознал, что их пути разошлись навсегда и ничего уже не исправить. Долгие годы совместных битв, радостных пиров и искренней братской привязанности в одночасье превратились в прах. — Когда-то мы были братьями, — с невыразимой горечью прошептал монарх, медленно возвращая меч в ножны. — Когда-то, — тихо, но предельно жестко отозвался Эддард Старк, ставя окончательную точку в их истории. Сборы королевской свиты прошли в гнетущей, напряженной тишине и небывалой, почти панической спешке. Южанам, которые еще совсем недавно беззаботно наслаждались пышными пирами и охотой, потребовалось всего несколько часов, чтобы навсегда покинуть полуразрушенные стены замка. Перепуганные слуги побросали большую часть громоздких вещей, торопливо загружая в скрипучие повозки лишь самое необходимое и стонущих от тяжелых ожогов солдат. Золотые знамена с оленями Баратеонов и львами Ланнистеров, прежде гордо развевавшиеся на северном ветру, теперь уныло свисали с древков, покрытые липкой серой копотью. Никто из столичных гостей больше не смеялся, не пил крепкий эль и не отпускал высокомерных шуток в адрес суровых северян. Каждым их суетливым движением руководил первобытный, животный страх перед тем, что огромный черный дракон может в любую секунду вернуться с небес. Король Роберт покинул дымящийся внутренний двор одним из первых, с глухим кряхтением взгромоздившись на своего массивного боевого коня. Монарх ни разу не оглянулся назад и не произнес ни единого слова прощания, навсегда оставляя часть своей души и многолетнюю дружбу в этих холодных краях. Следом за ним, с громким скрежетом тяжелых деревянных колес, выехала огромная королевская карета Серсеи, чьи плотные бархатные шторы были наглухо задернуты изнутри. Принц Джоффри и сир Джейме ехали верхом по обе стороны от экипажа, до побеления костяшек сжимая поводья и то и дело пугливо косясь на затянутое тучами небо. Остатки южного гарнизона во главе с хмурым Псом замыкали колонну, стараясь как можно быстрее миновать разбитые надвратные арки Винтерфелла. Великая процессия, чей приезд на Север был обставлен с такой немыслимой помпой, теперь больше напоминала жалкую вереницу отчаявшихся беглецов. Эддард Старк неподвижно стоял на уцелевшем каменном балконе надвратной башни, провожая долгим, тяжелым взглядом уходящую на юг колонну. Пронизывающий ветер безжалостно трепал его поседевшие волосы, но Хранитель Севера совершенно не замечал этого колючего холода. Глядя на то, как золотые знамена постепенно скрываются за горизонтом, он с кристальной ясностью осознал, что их многолетний хрупкий мир только что окончательно рухнул. Эта кажущаяся мирной уступка и спокойный уход южан были лишь крошечной, обманчивой отсрочкой перед неминуемой и кровавой катастрофой. Баратеоны и Ланнистеры никогда не простят ему подобного унижения, а страх перед ожившим драконом Таргариенов лишь ускорит их жестокую месть. Война Севера и Юга, которой лорд Старк так отчаянно пытался избежать всю свою сознательную жизнь, фактически уже началась прямо здесь, на пепелище его дома. Тяжело вздохнув, лорд Винтерфелла медленно отвернулся от парапета и посмотрел на свою семью, безмолвно ожидавшую его дальнейших указаний. Робб стоял рядом, решительно положив руку на эфес меча, а у его ног преданно замерла лютоволчица, продолжая чутко вглядываться вдаль. — Разошли воронов ко всем нашим знаменосцам, Робб, от Белой Гавани до Медвежьего острова, — глухим, но непоколебимо твердым голосом приказал Эддард. — Что именно я должен им написать, лорд-отец? — предельно серьезно спросил наследник, до конца понимая всю колоссальную тяжесть этого исторического момента. — Напиши, чтобы лорды немедленно созывали все свои знамена и вели вооруженных людей в Винтерфелл; нам предстоит срочно укрепить Ров Кейлин, — чеканя слова, ответил Нед. — Роберт обязательно вернется, и он приведет с собой всю военную мощь Семи Королевств, чтобы уничтожить Джона, дракона и нас всех вместе с ними. Время долгих раздумий и тайн безвозвратно прошло, Север должен быть готов к самой страшной и кровопролитной войне в нашей истории. Зима пришла, Робб. — Как прикажешь, отец, — коротко кивнул юноша и быстрым шагом направился на поиски мейстера Лювина. Однако стоило Роббу спуститься во внутренний двор, где на камнях всё ещё виднелась кровь погибших людей и отпечатки огромных когтистых лап, как его путь оказался прегражден. Младшие дети Старков, всё это время с трудом сдерживавшие свое жгучее любопытство, плотным кольцом обступили старшего брата. Арья, Бран и даже маленький Рикон наперебой начали засыпать Робба десятками вопросов о невероятном чешуйчатом существе. — Робб, ты и вправду сам летал на драконе? — с придыханием спросил Бран, дергая брата за рукав. — Да, — максимально серьезным голосом ответил Робб, безуспешно стараясь не обращать на них внимания и продолжить свой путь. Их детские глаза горели искренним, неподдельным восторгом и нетерпением, напрочь вытеснив недавний животный страх перед смертельной опасностью. Каждому из них не терпелось узнать абсолютно все тайны, которые их старшие братья так долго скрывали от семьи в лесной глуши. «Они ещё утром чуть не сгорели заживо от пламени дракона, а уже лезут с вопросами о нём», — подумал Робб, устало потирая пульсирующие виски. Он прекрасно понимал, что просто так отбиться от этой настойчивой троицы у него не выйдет. — Как именно Джон назвал этого огромного дракона? — первой выпалила Арья, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. — Его зовут Беззубик, потому что он умеет втягивать свои клыки глубоко в десны, — терпеливо пояснил наследник Винтерфелла, сдаваясь под натиском сестры. — Глупое имя, согласен. Рейгар был бы вариантом куда лучше. — А откуда он вообще взялся у Джона на Севере? — тут же подхватил Бран, жадно ловя каждое слово старшего брата. — Джон рассказал мне, что нашел драконье яйцо в самой чаще Волчьего леса во время ночной охоты, — начал свой рассказ Робб, оглядываясь по сторонам. — По его словам, это черное яйцо в буквальном смысле упало прямо с небес во время затмения, словно горящая падающая звезда. Из него вскоре и вылупился этот детеныш, которого Джон тайно выкармливал и растил вдали от чужих глаз. Младшие Старки недоверчиво переглянулись, и на их измазанных сажей лицах отразилось явное, нескрываемое сомнение. Упавшее с небес драконье яйцо звучало для них скорее как красивая присказка старой Нэн у очага, а не как суровая правда жизни. — Да не может такого быть, чтобы яйца просто так падали с неба! — возмущенно фыркнула Арья, упрямо скрестив руки на груди. — Ладно, пусть так, но каково это вообще — летать на настоящем драконе? — с горящими от предвкушения глазами перебил сестру Бран. — Это неописуемо страшно, но в то же время ты чувствуешь себя абсолютно свободным, — мечтательно улыбнулся Робб, на мгновение забыв о тревогах и вспоминая тот захватывающий полет. — Ветер бешено свистит в ушах, облака остаются далеко внизу, а весь огромный мир кажется размером с крошечную ладонь. Пока дети увлеченно обсуждали небесные полеты, Эддард Старк тяжело опустился на закопченную деревянную скамью рядом с ними. Адреналин от недавней стычки с королем постепенно отступал, уступая место сокрушительной, свинцовой усталости во всем теле. Годы брали свое, и сегодняшние колоссальные потрясения выжали из Хранителя Севера абсолютно все физические и моральные силы. У него жутко раскалывалась голова от шума, истошных криков, едкого запаха дыма и полного осознания надвигающейся кровопролитной войны. Лорд Винтерфелла устало потер воспаленные глаза грязными пальцами, мечтая лишь о нескольких часах спасительного спокойствия и тишины. — Пожалуйста, дети, отстаньте от Робба и дайте мне хоть немного покоя, — глухим, надломленным голосом попросил Нед, прерывая их щебетание. — Но отец, мы же просто хотим узнать подробности... — попытался было возразить Бран, однако Эддард предостерегающе поднял тяжелую руку. — Я сказал, хватит пустых разговоров и этих глупых детских расспросов, — строго, но без былого гнева оборвал его лорд Старк. — Наше время для беззаботных сказок и веселых игр безвозвратно подошло к концу, и теперь каждому из вас придется очень быстро повзрослеть. Южане ушли, но они обязательно вернутся с огромной армией, чтобы уничтожить наш дом и забрать наши жизни. Эддард медленно обвел тяжелым взглядом дымящиеся руины родного замка и мрачно посмотрел на затянутое свинцовыми тучами северное небо. — Зима пришла, — обреченно констатировал Хранитель Севера, произнося эти древние слова не как гордый родовой девиз, а как страшный, неотвратимый приговор.