Часть 17 Танец со смертью

Всё решили секунды. Корсаков отступил к стене, вжимаясь спиной в холодный бетон. Его глаза метались между Алисой и его людьми, которые уже пришли в движение. Первый бык — тот, что с татуировкой на шее, — рванул вперёд, не дожидаясь команды. Он был огромен. Под два метра, с кулачищами размером с небольшие арбузы, он явно привык решать вопросы грубой силой. Никакой техники, никакой хитрости — просто разогнаться и снести противника массой. Алиса видела таких сотню раз. Она не стала уклоняться далеко — только чуть сместилась в сторону, в самую последнюю секунду, когда его кулак уже летел в её голову. Кулак просвистел в сантиметре от виска, а она уже подсекала его опорную ногу, используя инерцию его собственного движения. Бетонная пыль взметнулась в воздух, когда он рухнул. Гулкий, тяжёлый удар — и тишина. Он даже не застонал. Просто вырубился, ударившись головой о пол. — Один, — спокойно сказала Алиса. Второй бык — тот, что пониже, но шире в плечах, — оценил ситуацию быстрее первого. Он не стал лезть врукопашную. Вместо этого из-за пояса появился нож. Длинный, с наборной рукояткой, профессиональный. — Девочка, не рыпайся, — сказал он, поигрывая лезвием. Нож мелькал в его руке, описывая восьмёрки, привычные, отработанные до автоматизма. — Будет больно. Очень больно. Но если не будешь дёргаться — может, отделаешься лёгким испугом. — Посмотрим, — ответила Алиса. Она вытащила свой нож. Тот самый, чёрный, с матовым лезвием, не отражающим свет. В её руке он смотрелся продолжением пальцев — естественно, органично, почти красиво. Бык усмехнулся. Он явно не воспринимал её всерьёз — женщина, да ещё и с таким маленьким ножом. Что она могла сделать против его опыта, его силы, его злости? Дальше было как в танце. Он сделал первый выпад — резкий, хлёсткий, целя в живот. Алиса ушла в сторону, даже не глядя на нож, просто чувствуя его движение корпусом. Лезвие пропороло воздух там, где только что была она. Второй выпад — сверху, в шею. Она присела, пропуская удар над головой, и тут же шагнула вперёд, сокращая дистанцию. Бык отшатнулся — слишком близко, ножом на такой дистанции не поработаешь. Он сделал шаг назад, перехватил нож поудобнее, перешёл в глухую оборону. Теперь он смотрел на неё иначе — не как на жертву, а как на противника. Опасного. Алиса улыбнулась. Это была не та улыбка, какой улыбаются друзьям или близким. Это была улыбка хищника, который наконец встретил достойную добычу. Она начала двигаться вокруг него. Медленно, плавно, как вода. Бык поворачивался, стараясь держать её перед собой, но она была быстрее. Каждый его шаг запаздывал на долю секунды, каждый разворот — на полкорпуса. — Ты чего мечешься, шавка? — прохрипел он, пытаясь скрыть страх за бравадой. — Стой на месте, дай я тебя... Он не договорил. Алиса сделала ложный выпад слева, он дёрнулся парировать, и в этот момент она вошла в клинч. Близко. Слишком близко для его длинного ножа. Её лезвие полоснуло по предплечью — неглубоко, но достаточно, чтобы мышцы свело судорогой. Нож со звоном покатился по бетону. Бык взвыл, зажимая рану здоровой рукой. Алиса не стала добивать — просто добавила удар ногой в колено, туда, где сустав не защищён мышцами. Хруст. Второй крик. И он рухнул рядом с напарником, скрючившись от боли. Всё заняло меньше минуты. Алиса выпрямилась, убрала нож. Дыхание было ровным, пульс — чуть выше обычного. Как после хорошей тренировки. Она посмотрела на Корсакова. Тот стоял, прижавшись спиной к стене, и смотрел на неё с ужасом. Его холёное лицо стало серым, губы тряслись, руки дрожали так, что часы за полмиллиона жалобно позвякивали о бетон. — Ты... ты монстр... — прошептал он. — Ты не человек. Ты демон. Чудовище. — Нет, — Алиса покачала головой. Она чувствовала странное спокойствие. Не пустоту, как раньше, а именно спокойствие. — Я просто девушка, которая защищает того, кого любит. Корсаков сполз по стене, сел на корточки, закрыл голову руками. Он что-то бормотал, но слов уже нельзя было разобрать. Сзади послышался шум. Топот множества ног, лязг металла, резкие команды. В склад вбегали люди.