Глава 13: Финал

Три дня прошло после гибели Тига. Три дня тайга молчала. Даже птицы не пели — чувствовали, что грядёт что-то страшное. Лео сидел на крыльце дома мамы Тига и смотрел в одну точку. Рядом с ним Леонелла гладила его по лапе и тоже молчала. Внутри дома лежал Тиг. Его тело не сгорело полностью — Китана успела погасить пламя. Но он был мёртв. Мёртв уже третьи сутки, и никакой Рейден не приходил его воскрешать. — Почему он не воскрешает? — спросила Леонелла тихо. — В прошлый раз же воскресил. — Не знаю, — голос Лео сел от слёз. — Может, силы кончились. Может, нельзя дважды. — А может, не хочет? — Яра вышла из дома, вытирая глаза. — Не хочет? — Лео вскочил. — Почему?! — Потому что это война, — раздался голос сзади. Китана. Она стояла за их спинами, уставшая, с тёмными кругами под глазами. — Рейден не может воскрешать бесконечно, — сказала она. — Каждое воскрешение забирает часть его силы. А нам эта сила нужна для битвы. — Для какой битвы? — спросил Лео. Китана посмотрела на башню Милины. Чёрная, высокая, она всё ещё стояла на скале, пульсируя красным светом. — Она там, — сказала Китана. — Милина. Без амулета, слабая, но живая. Шао Кан сбежал, его армия уничтожена. Осталась только она. — И мы пойдём её убивать, — подал голос Лю Кан, выходя из леса. За ним шли все: Джейд, Кун Лао, Скорпион, Саб-Зиро, Синдел. Даже Смоук материализовался из дыма, сжимая в руке амулет Шиннока. — Мы пойдём, — поправила Китана. — Дети остаются здесь. — НЕТ! — Лео вскочил. — Тиг погиб! Я имею право! — Ты имеешь право выжить, — Синдел опустилась перед ним на колени. — Тиг погиб, защищая нас. Если ты тоже погибнешь — его жертва будет напрасной. — Но я... — Лео, — Яра подошла и взяла его за лапу. — Я тоже хочу пойти. Я тоже хочу отомстить за себя, за маму, за всех. Но мы дети. Наше дело — жить. А убивать — их. Она кивнула на воинов. — Мы быстро, — пообещал Лю Кан. — Зайдём, разберёмся, вернёмся. — А если не вернётесь? — спросила Леонелла. Тишина. — Тогда вы будете знать, что мы сделали всё, что могли, — ответила Китана. Она подошла к Лео и обняла его. — Береги сестру. И помни: Тиг погиб не для того, чтобы ты умер следом. А для того, чтобы ты жил. — Я понял, — прошептал Лео. Китана развернулась и пошла к башне. За ней — остальные. Лео, Яра, Мила, Леонелла, Мартик, Вилли, Кино и горстка леммингов остались стоять на поляне, глядя им вслед. — Они вернутся, — сказала Леонелла. — Обязательно, — кивнул Лео. — У них нет выбора. --- Башня Милины встретила их тишиной. Ни стражи, ни ловушек, ни криков. Только красный свет пульсировал в окнах, да ветер завывал на верхушке. — Это ловушка, — сказал Скорпион. — Конечно ловушка, — согласился Лю Кан. — Но нам всё равно внутрь. Они вошли. Внутри башня оказалась пустой. Ни мебели, ни украшений, ничего. Только каменные стены и лестница, уходящая вверх. — Наверх, — кивнула Китана. Они поднимались долго. Минуты, часы — время здесь будто остановилось. И наконец вышли на вершину. Она сидела на троне. Милина. Без амулета, без крыльев, без былой силы. Кожа её была серой, глаза тусклыми, а на груди зияла рана — след от молота Шао Кана. Но она жила. Дышала. Смотрела на них. — Пришли, — прошептала она. Голос сел, превратился в хрип. — Наконец-то. — Милина, — Китана шагнула вперёд. — Всё кончено. Твоя армия мертва. Шао Кан сбежал. Ты одна. — Одна? — Милина усмехнулась. — Я всегда была одна. С самого рождения. Клон. Полукровка. Никому не нужная тварь. — Ты сама выбрала этот путь. — А был другой? — Милина встала, пошатываясь. — Меня создали для убийств. Я убивала. Я привыкла. А вы... вы пришли меня убивать? Ну давай, сестра. Сделай это. Китана замерла. В руке у неё был веер. Одно движение — и Милина умрёт. Но она не могла. — Ты... ты моя сестра, — прошептала Китана. — Пусть и созданная искусственно. Пусть и враг. Но сестра. — Сестра? — Милина расхохоталась. Хрипло, страшно. — Сестра не убивает сестру? А ты посмотри, сколько я убила! Там, внизу, эти зверята... их матери... их друзья... Ты думаешь, они считают меня сестрой? — Нет. Голос раздался сзади. Все обернулись. На лестнице стоял Лео. — Лео?! — Китана рванула к нему. — Ты как здесь?! — Я бежал за вами, — Лео перевёл дух. — Всю дорогу бежал. Потому что я должен это сделать. Он подошёл к Милине. Маленький леопард перед обессиленной вампиршей. — Ты убила мою маму, — сказал он. — Ты убила Яру, и Кубу, и леммингов, и Тига. Ты убивала всех, до кого могла дотянуться. И знаешь что? — Что? — прошептала Милина. — Я тебя прощаю. Тишина. — Чего? — не поверила Милина. — Я тебя прощаю, — повторил Лео. — Не потому что ты заслужила. А потому что я устал ненавидеть. Моя мама учила меня, что ненависть сжигает изнутри. Что если я буду ненавидеть — стану таким же, как ты. — Ты... ты маленький дурак, — голос Милины дрогнул. — Я убила твою маму. Ты должен меня ненавидеть. — Должен, — кивнул Лео. — Но не буду. Тиг погиб, защищая нас. Он не хотел убивать. Он хотел, чтобы мы жили. И я буду жить. Без ненависти. Милина смотрела на него. Впервые в её глазах не было злобы. Только усталость. Только боль. Только пустота. — Я... — начала она. И тут в груди у неё что-то щёлкнуло. Красный свет, пульсировавший в башне, вдруг погас. Милина вскрикнула, схватилась за сердце и упала на колени. — Что происходит? — крикнул Лю Кан. — Амулет, — выдохнул Смоук, поднимая камень, который всё это время был у него. — Он связан с ней. Даже без амулета она была привязана к нему. А теперь... — Теперь я умираю, — прошептала Милина. Она подняла глаза на Китану. — Сестра... прости меня. За всё. — Милина... — Я знаю, что не заслуживаю. Но... скажи, что ты меня прощаешь. Хотя бы ты. Китана смотрела на неё. На ту, что убивала. На ту, что мучила. На ту, что была её сестрой. — Я прощаю тебя, — сказала она. Милина улыбнулась. И рассыпалась пеплом. Ветер подхватил серую пыль и разнёс над тайгой. --- Они вернулись на поляну к вечеру. Лео шёл первым. За ним — Китана, Джейд, Лю Кан, все остальные. — Ну как? — крикнула Яра, выбегая навстречу. — Всё кончено, — ответил Лео. — Милины больше нет. — А Тиг? — спросила Леонелла. Лео промолчал. — Он не вернётся, — тихо сказала Китана. — Рейден сказал, что нельзя воскрешать дважды. Леонелла заплакала. — Не плачь, — Лео обнял её. — Он теперь с нами. Всегда. — Где? — Тут, — он положил лапу ей на сердце. — И тут, — показал на голову. — Я буду помнить его, — кивнула Леонелла. — Мы все будем, — сказала Яра. Синдел подошла к детям и обняла их всех сразу. — Война закончена, — сказала она. — Теперь можно жить. — А Шао Кан? — спросил Мартик. — Шао Кан сбежал, — ответил Лю Кан. — Но он вернётся. Они всегда возвращаются. — Но не сегодня, — добавила Китана. — И не завтра. А сегодня мы будем праздновать. — Праздновать? — не понял Лео. — Тиг же... — Тиг погиб, защищая нас, — твёрдо сказала Китана. — И он бы не хотел, чтобы мы вечно плакали. Он хотел, чтобы мы жили. По-настоящему. Лео посмотрел на неё. Потом на небо. — Ладно, — сказал он. — Давайте праздновать. В честь Тига. --- Ночью на поляне горел костёр. Дети прыгали вокруг, лемминги пытались построить пирамиду, Мартик таскал орехи, Вилли прыгал выше всех. Лео сидел у огня и смотрел на пламя. Рядом села Китана. — Ты как? — Нормально, — Лео улыбнулся. — Странно, но нормально. — Ты очень смелый, — сказала Китана. — Не каждый взрослый смог бы простить врага. — Я не простил, — поправил Лео. — Я просто отпустил. Чтобы жить дальше. — Это и есть прощение. Они помолчали. — Что будет дальше? — спросил Лео. — Дальше? — Китана посмотрела на звёзды. — Мы будем жить. Растить детей. Защищать тайгу. Ждать, когда вернутся враги. — И драться с ними? — И драться. А потом снова жить. — Звучит неплохо. — Это жизнь, малыш. Она такая. Лео кивнул. Где-то в вышине пролетела звезда. Лео загадал желание. Чтобы Тигу было там хорошо. --- ЭПИЛОГ Прошёл год. Тайга изменилась. Раны затянулись, деревья выросли, звери перестали бояться. Лео и Леонелла жили у мамы Тига. Она стала им настоящей матерью — кормила, ругала, обнимала. Яра часто заходила в гости, таская с собой Милу. Мартик, Вилли и Кино носились по лесу, забыв про войну. Леммингов стало снова много. Они размножались со скоростью света и уже заполонили половину тайги. Но их никто не трогал — все помнили, как они умирали. Китана и Джейд остались в этом мире. Рейден разрешил — сказал, что им есть кого защищать. Лю Кан и Кун Лао наведывались раз в месяц, проверяли, всё ли спокойно. Скорпион и Саб-Зиро ушли в свои миры, но обещали вернуться, если будет нужно. Синдел жила в пещере, но часто выходила к детям. Она стала их бабушкой — учила, рассказывала истории, пела песни своим страшным голосом, от которого у леммингов до сих пор подкашивались лапы. Амулет Шиннока Смоук спрятал так глубоко, что даже сам забыл, где. Но это было неважно. Главное, что он больше никому не служил. Тиг приходил к Лео во сне. Не страшный, не обгоревший. Живой. Улыбался, махал лапой и говорил: "Я же говорил, что я молодец". Лео просыпался с улыбкой и шёл жить дальше. — Скучаешь? — спросила однажды Леонелла. — Скучаю, — признался Лео. — Но знаешь, что странно? — Что? — Я не грущу. Я просто помню. И мне от этого тепло. — Наверное, это и есть любовь, — сказала Леонелла. — Наверное. Они сидели на крыльце, смотрели на закат и ждали завтрашнего дня. Тайга жила.