Боги, что за дичь

Ночь приходит медленно. Стаилз лежит, уставившись в потолок, пока тени на стенах вытягиваются и сгущаются. Он больше не слышит шёпота. Не чувствует липкого давления под черепом. Нет насмешки, нет скользкой радости от разрушения. Только он и это почти хуже. Почти. Последствия оглушают, но в сердце зарождается крохотная надежда, что он- теперь только он. Самобичевание выматывает быстрее демона. Мысли крутятся по кругу: больница, огонь, искры, лица. Он прокручивает каждую секунду, пытаясь найти точку, где мог остановиться. А мог ли? Или он просто хотел это сделать, а лис лишь дал разрешение, отключил метафорические тормоза? Он переворачивается на бок и закрывает глаза. — Пожалуйста просто поспать, - шепчет он в темноту. Без снов, голосов и огня. Просто пожалуйста. Он проваливается....сам не знает куда. Слишком резко, слишком глубоко. Он падает не в темноту - в крик. Не свой. Женский. Совершенно незнакомый. Он подскакивает на кровати, задыхается, но воздух есть. Это его комната, его родная кровать. Всё на месте, но только паника, она чужая. Ужас врывается в него ударной волной, как если бы кто-то открыл дверь и впустил ураган. Страх такой, что у него сводит грудную клетку. «Нет. Нет. Нет. Это не может быть правдой.» Мысль не его, голос тоже. Женский, сорванный. Это не шепот и не привычная уже лисья насмешка, а настоящий, надломленный голос, который болит. Он резко садится в кровати. — Что за чёрт?! Ответа нет, но паника только усиливается. В сознании вспыхивают неясные обрывочные образы: холодный асфальт, сирена, чьи-то руки, свет фар, чужое тело, чужая смерть. И принятие "Я умерла." Эта мысль звучит в нём так отчётливо, что у него перехватывает дыхание. — Прекрати, - шепчет он. - Это не смешно. Это не ты. Он ждёт, что из этого вывернется знакомая усмешка. Что голос станет хриплым, скользким. Сейчас лис по-настоящему его пугает Но нет, ответа нет, чужой воли тоже, только ужас. Он чувствует, как чужая паника переплетается с его собственной. Сердце начинает биться слишком быстро , уже непонятно, где и чья это реакция. — Кто ты? — выдыхает он. Внутри- резкий всплеск, ответ не словами, а чувствами потерянности и неизбежности. Темнота. Замкнутое пространство вокруг. ощущение, что тебя вырвали из одного кошмара и бросили в другой. «Где я?..» Голос тихий, сорванный. Он хватается за виски. — Нет. Нет. Нет. Это опять трюк. Но если это трюк -почему в нём нет злорадства? Почему он чувствует её дрожь так ясно? Почему её страх не подпитывает его, а наоборот - делает слабее? Она не контролирует его тело и не перехватывает движения. Она… Где-то глубоко внутри, там, где заключается сама его суть, там где раньше был холод и тень в бинтах. Стаилз замирает. Все изменилось, это парень понимает с пугающей чёткостью. Там, где раньше ощущалась чужая воля, теперь лишь легкое присутствие. Оно тёплое, живое и...сильно растерянное. — Ты… - он сглатывает. - Ты не он. Долгая пауза. Потом едва слышно словно из глубины сознания приходит мысль-ответ: «Я не знаю, где я.» И в этих словах нет ни капли игры, только непонимание, только ужас человека, который точно знает, что умер и проснулся в чужой голове. Стаилз чувствует, как его собственная паника отступает на шаг,потому что теперь он не один в страхе. Теперь страх - общий.