"Коньки"

Арамона ворчал. Ничего в этом ворчании нового не было, да и не мешало оно клирику. За годы жизни в Лаик Супре попросту привык ко всему происходящему. Мерное недовольство Капитана резко перешло на громкий возглас. — СУПРЕ! Герман поднял глаза на Арамону. — Чего вам угодно, капитан? — Лениво отозвался клирик. — Сегодня ты идёшь развлекать унаров. Арамона с довольным видом полюбовался на вытянувшееся лицо клирика. — В окрестностях школы лежит озеро, сейчас оно покрыто льдом. — Почему бы вам самим не сводить туда своих подчинённых? — Прошипел Герман. — Давай-давай! Кости разомнёшь, жеребят погоняешь, почувствуешь себя в моей шкуре! А то больно спокойно ты живёшь, а ну п-шел! Герман уже чувствовал. И не раз. Из зимы в зиму Арамона заводил одну и ту же песнь, мол, своди, и их выгуляешь, и сам свежим воздухом подышишь. Не то чтобы ему не нравилась такая активность — унары, если к ним хорошо относится, отвечают взаимностью, да и весело это. Ерошился он для вида, чтобы нахальный капитан понимал, что так просто его не взять. Клирик вздохнул, глянул в сторону окна. Вроде тихо, вроде спокойно… — Иди! Иначе выпру отсюда к Леворукому и хрен ты в свою галерею попадешь! Аргумент. Излюбленный способ призвать к совести святого отца. — Ладно, ладно! — Буркнул клирик. — Убедил. Свожу я твоих жеребят. Оказавшись в коридоре, Аспид показал двери Арамоны пару неприличных знаков. Присоединиться к Сузе-Музе, что ли…

***

Унары сегодня были в хорошем расположении духа. Похоже, выспались. Когда Арамона вошёл в залу, вскочили, вытянулись. — Господа унары! — Протянул Арамона с довольной миной. — Сегодня занятий не будет! Вы будете сидеть по комнатам и молиться! Полюбовавшись расстроенными жеребятами, Арамона хохотнул. — Тц, ладно… Отец Герман! Отдаю их тебе. Развлекайся. — И ушел, искренне радуясь, что есть теперь на кого свалить вину, если кто-то из унар пострадает. Унары оживились. — Ешьте. — Махнул рукой Аспид. — Никто не собирается держать вас под замком. Наш дорогой капитан наоборот наказал мне вывести вас на свежий воздух. Жеребята аж засветились. Мрачное поместье хоть и воспитывало в молодых дворянах дисциплину, радости особо не вселяло. Серо, сыро, и холодно, нравится только крысам и таким как он — Герман — заинтересованным в древних рукописях. Крыс, кстати, надо как-то вытравить, погрызут ведь все, да окна законопатить… — Господа Унары. Жду вас через час в тренировочном зале. Оденьтесь теплее. Юноши послушались, и все как один, утеплились. — Молодцы. — Кивнул Отец Герман. — А теперь… — и отпер один из складов. — Выбирайте, чтобы по размеру были. Внутри оказался коньки. Одни, как оказалось, уже болтались у клирика за спиной, который с довольным видом наблюдал, как жеребята, вытащив сундук, выискивают подходящее снаряжение. Наконец (ещё пол часа спустя) унары были готовы. Арамона с окна наблюдал за процессией, удаляющейся в лес. И улыбался. Не ему этих мальчишек по всем окрестностям собирать, не ему строить… Красота. Озеро оказалось большим и покрытым плотным слоем льда. — Переобувайтесь да шнуруйте туже. На лёд первым пойду я. Сюда посылали людей, вроде обошлось без происшествий. Но далеко не разбегайтесь, иначе не сносить мне головы. Сохранить голову святого отца хотелось всем. Хоть какая-то передышка от постоянных криков капитана. Клирик действительно первый ступил на лёд, и неожиданно легко скользнул дальше. — Давайте, по очереди! — Разрешил он. — Только Создателя ради, не убейтесь! И меня не убейте… Следующим оказался унар Валентин. Следом Арно, Ричард, Норберт (или всё-таки Йоганн?), Эстебан, Паоло, Йоганн (или.?)… Началось что-то безумное. Как они собирались придерживаться правила «не убейтесь» было неясно, ведь каждый поголовно унар за какие-то пятнадцать минут успели упасть. Герману пару раз удалось поймать не очень устойчивых, но в очередной раз он и сам оказался среди тех, кто растянулся на льду. — Все с синяками придем, вот Арамона рад будет… — Выдохнул Аспид, садясь. — Вы в порядке? — Идиот, сказали же, осторожнее… — Да что я… Наперебой загалдели унары. Испугались походу. Над Капитаном бы похохотали, а тут даже руки тянут. Клирик осклабился. Да, он давно не подросток, он явно об этом пожалеет, но… Руку Аспид принял, поднял на ноги, и скомандовав «догоняйте!» помчал вперёд. Вернулись они незадолго до ужина, после которого уставшие унары разбрелись по спальням. Арамона светился от счастья, видя настолько спокойных и тихих унаров. Но особую радость вызывал уставший Супре. — Ну, — заискивающе начал капитан, — как тебе мои унары? От едкой улыбки Аспида стало противно. — Очень хорошие мальчики. Умные, честные, в главное послушные. Не понимаю, чего вы на них так взъелись… Теперь ликовал Герман, наблюдая за закипающим Арамоной. День определенно удался.