Пейте юноша, пейте

— А, юноша! — Голос Ворона был непривычно приветлив. Ричард запнулся на пороге, но быстро взял себя в руки. — Не стойте, ызарги под шкурами не прячутся, никто вас не покусает. Рокэ Алва привычно отдыхал у камина, на низком столике стояла бутыль и, неожиданно, чашки. Бокал, конечно, тоже был, но пустой. А ещё в комнате пахло чем-то сладким. — Садитесь, садитесь. — Позвал Ворон, перебивая струны гитары. — Дом большой, холодный, а у огня тепло. Вы не мёрзнете? — Нет... Не мерзну. — Смутился Дикон, присев у камина. — Вот и славно... Славно. Эр Рокэ отложил гитару и цапнул со стола одну чашечку. Подержал в ладонях, прикидывая, не слишком ли горячо, и вдруг протянул Ричард. — Пейте, юноша. — На губах эра играла полуулыбка. Дикон принял чашечку из чужих рук и с подозрением покосился на содержимое. Пахло, впрочем, вкусно, и на что-то ужасное совсем не походило. — Что это? — Выпейте — и узнаете. — Ворон снисходительно усмехнулся, отпив из своей. Ричард задумался. Можно просто встать и уйти, всем своим видом показав, что повиноваться и пить неизвестное пойло он не намерен. Но эр пил то же самое и делал это вполне спокойно. Хотя, Рокэ Алва прекрасно умел держать лицо... Заглянув в чашечку, Ричард поджал губы, но под внимательным взглядом синих глаз, не выдержал. Зажмурился и отпил. На отраву это не похоже, на шадди тоже, да и от чая далеко... Это было похоже на шоколад. Пока отец был жив, он привозил такое ему и сёстрам, а потом это стало невиданной для Надора роскошью и о сладости пришлось забыть. Оказывается, не навсегда. Ворон тихо посмеивался, наблюдая за реакцией оруженосца. — Вы что же, никогда не пили какао? — Подивился он. — Ка... Что? — Какао. Агарийский сладкий напиток. — Нет... — Какое гнусное упущение. Детям оно, обычно, очень нравится. — Хотелось вспылить, сказать, что он не дитя, но Ричард был слишком поражен новой вкусностью. — Отошлите сёстрам в Надор, пусть попробуют. Бедные вы северяне, всех радостей жизни лишают. Ричард медленно отпил ещё. — Вкусно? — Да... — Пейте, пейте юноша. Как видите, даже я в этот вечер предпочел какао вину. Ненавижу зиму, холодно... Дикон улыбнулся. — Спасибо, монсеньор. — Ну хоть не "эр".