Часть 3

***

День первый — Сегодня мы просто пьём, — строго говорит Шэнь Цинцю. — И ничего не обсуждаем, — кивает Шан Цинхуа. — Никаких мультфильмов. — Никаких альтернативных пар. — Никаких сравнений. — Никаких граблей. Пауза. Они чокаются. — За «нет».

***

День второй Они нашли заброшенный павильон. — Здесь нас никто не найдёт. — Это звучит как начало катастрофы. Они лежат на полу и смотрят в потолок. — Братец-Огурец, а если потолок — это тоже система? — Тогда он нас осуждает. — Он молчит. — Это хуже. Они начинают смеяться.

***

Третий день Где они — никто не знет где они. Мин Фань бегает по пику. — Учитель пропал! Юэ Цинъюань мягко хмурится. Лю Цингэ молча проверяет тренировочные поля. Му Цинфан уже готовит лекарства «на всякий случай». Никто не может найти двух пропавших глав пиков. Кувшинов стало больше. — Я понял, — говорит Шан Цинхуа. — Мы наступаем не на одни и те же грабли. — А? — Они мигрируют. — …Это эволюция? — Это заговор. Шэнь Цинцю серьёзно кивает. — Значит, мы жертвы. — Жертвы прогресса. Они торжественно поднимают кувшин. [Система:] День 3. Логика покинула чат.

***

День четвёртый Они уже говорят странно. — Фырбум ля огурчини? — Нет. Грабеллини. — Ааа. Они начинают хохотать так, что один падает на бок. Снаружи проходит Лю Цингэ. Останавливается. Слышит: — Мы — не грабли. Грабли — мы. Пауза. Лю Цингэ уходит. Он не готов.

***

День пятый В Цанцюн начинают распространяться слухи. — Они ушли в затворничество? — Они медитируют? — Они постигли новый уровень просветления? Где-то в горах раздаётся: — БРАТЕЦ-ОГУРЕЦ, А ЕСЛИ ДУХОВНАЯ ЭНЕРГИЯ — ЭТО СОУС?! — НЕ-Е-Е-ЕТ, СОУС — ЭТО СОСТОЯНИЕ ДУШИ!

***

День шестой Они сидят на крыше павильона. Никто не помнит, как туда залезли. — Смотри, звёзды. — Это духовные точки сохранения. — Мы можем перезагрузиться? — Нет. — Жаль. Шан Цинхуа вдруг серьёзно: — Братец-Огурец. — Мм. — Если завтра нас поймают. — Да. — Мы скажем «нет». — Гениально. Они жмут друг другу руки. [Система:] День 6. Они придумали стратегию из одного слова.

***

Седьмой день Их находят. В старом заброшенном павильоне, где, по идее, никто не бывает. Вокруг — пустые кувшины. Много. Очень много. Шэнь Цинцю сидит на полу, прислонившись к столбу, с веером, который держит вверх ногами. Шан Цинхуа лежит рядом и философски смотрит в потолок. — Братец-Огурец… — серьёзно говорит он. — Ты когда-нибудь чувствовал, что грабли… это судьба? — Нет, — величественно отвечает Шэнь Цинцю. — Грабли — это стиль жизни. — А если мы… грабли? — Тогда мир наступает на нас. Они начинают хохотать. Лю Цингэ смотрит на это молча. Юэ Цинъюань осторожно кашляет. — Вы… в порядке? — Мы абсолютно… — Шэнь Цинцю делает паузу. — Да. — Мы постигли «нет», — добавляет Шан Цинхуа. — Что значит «нет»? Шэнь Цинцю поднимает палец: — Нет — это когда ты ничего не сравниваешь. — И всё равно смешно. — И всё равно ловят. — И всё равно грабли. Они синхронно показывают куда-то в пустоту. [Система:] Попытка быть разумными: провалена. Попытка не наступать на грабли: провалена. Статус: «хаотично, но живы». Я… кажется… тоже смеюсь.

***

— Братец-Огурец, — шепчет Шан Цинхуа на совершенно тарабарском языке, — фыбрумба ля грабеллини? — Нет, — с достоинством отвечает Шэнь Цинцю. — Это новая модель. Они снова начинают ржать. Система тихо хихикает. Лю Цингэ смотрит на кувшины. — Сколько? Му Цинфан устало: — Я не хочу считать. Юэ Цинъюань мягко улыбается. — Главное, что живы. Шэнь Цинцю внезапно очень серьёзно смотрит на Шан Цинхуа. — Братец-Огурец. — Мм? — Мы больше не пьём. Пауза. — Да. Тишина. Через три секунды: — Последний кувшин? — За «нет». [Система:] Достижение: «Отрицание». Следующее достижение: «Повторить через неделю». И где-то в горах Цанцюн снова раздаётся смех.