Часть 9

Прошло три дня. Скарамучча не писал. Люмин проверяла телефон каждые пять минут. На парах, в столовой, дома, перед сном. Ничего. Тишина. Тарталья продолжал писать. Каждый день. Но Люмин отвечала всё реже, всё короче. В среду он позвонил. Она сбросила. Тарталья: «Всё в порядке? Ты меня избегаешь?» Люмин смотрела на сообщение десять минут. Люмин: «Просто много дел» Тарталья: «Может встретимся? Поговорим?» Люмин: «Не могу. Извини» Она заблокировала телефон и бросила на кровать. Ху Тао заметила. В четверг, в столовой, она спросила напрямую. – Что с тобой? Ты странная последнее время. – Всё нормально. – Нет, не нормально. Ты постоянно в телефоне. Что-то ждёшь? – Нет. Ху Тао посмотрела на неё долго. – Это из-за кого-то? Люмин не ответила. – Из-за Тартальи? – Нет. – Тогда из-за кого? Люмин встала. – Мне пора на пару. Ушла, не дожидаясь ответа. Ху Тао смотрела ей вслед с тревогой.

***

В пятницу вечером, когда Люмин уже легла спать, телефон завибрировал. Она схватила его, сердце забилось быстрее. Скарамучча: «Ты где?» Люмин смотрела на экран, не веря. Он написал. После трёх дней тишины. Люмин: «Дома» Пауза. Две минуты. Скарамучча: «Скучно?» Люмин: «Немного» Скарамучча: «Хочешь погулять?» Люмин замерла. Перечитала сообщение. Люмин: «Сейчас? Уже поздно» Скарамучча: «И что? Боишься?» Люмин сжала телефон. Это был вызов. Она знала. Люмин: «Нет» Скарамучча: «Тогда выходи. Жду у твоего подъезда» Люмин вскочила с кровати. Подошла к окну, выглянула вниз. Там, под фонарём, стояла чёрная машина. Скарамучча прислонился к ней, с телефоном в руке. Он посмотрел вверх. Увидел её. Помахал. Люмин отпрыгнула от окна, сердце колотилось. Она не думала о том, откуда он узнал ее адрес. Что она делает? Родители спят. Уже одиннадцать вечера. Она никогда не уходила из дома ночью. Телефон завибрировал снова. Скарамучча: «Ну что? Или ты правда боишься?» Люмин посмотрела на дверь своей комнаты. Потом на телефон. Потом на окно. Она оделась быстро – джинсы, худи, кроссовки. Взяла телефон, ключи. Прошла по коридору тихо, на цыпочках. Родители спали за закрытой дверью. Телевизор не работал. Она открыла входную дверь бесшумно. Вышла. Закрыла. Спустилась по лестнице. На улице было холодно. Она дошла до машины. Скарамучча открыл дверь пассажирского сиденья. – Садись. Люмин села. Закрыла дверь. Внутри пахло кожей и его одеколоном. Скарамучча завёл машину и поехал. Молча. Люмин сидела, сжав руки на коленях, не зная, что сказать. – Ты первый раз убегаешь из дома? – спросил он через несколько минут. – Я не убегаю. Просто вышла. – Ночью. Не сказав родителям. – ...Да. Он усмехнулся. – Правильная девочка становится неправильной. Люмин промолчала. Они ехали минут двадцать. Город проплывал мимо – пустынные улицы, редкие фонари, закрытые магазины. Скарамучча остановился у смотровой площадки на окраине. Заглушил двигатель. – Пошли. Они вышли. Холодный ветер бил в лицо. Смотровая площадка была пустой. Внизу раскинулся город – огни, дороги, река. Скарамучча прислонился к перилам. Достал сигарету, закурил. – Красиво, да? Люмин кивнула. Действительно красиво. Они стояли молча. Ветер шумел в ушах. Люмин мёрзла, но не хотела показывать. – Почему ты позвал меня? – спросила она наконец. – Любопытно. – Что любопытно? – Ты. – Он посмотрел на неё. – Ты правда вышла. Ночью. К незнакомому парню. Не боишься? – Ты не незнакомый. Ты друг Тартальи. – Это не делает меня безопасным. Люмин замолчала. Он был прав. Скарамучча затянулся, выдохнул дым. – Он звонил тебе? – Кто? – Тарталья. – Да. – Ты ответила? – Нет. Он усмехнулся. – Почему? Люмин не знала, что ответить. Потому что думала о другом? Потому что ждала сообщения от него, а не от Тартальи? – Просто не хотела. – Понятно. – Он затушил сигарету. – Он тебе нравится? – Не знаю. – Как можно не знать? – Просто не знаю. Скарамучча посмотрел на неё долго. – А я? Я тебе нравлюсь? Люмин замерла. Сердце пропустило удар. – Что? – Простой вопрос. Она не могла ответить. Губы не двигались. Скарамучча шагнул ближе. – Ты вышла ночью, потому что я позвал. Ты игнорируешь Тарталью. Ты пошла в курилку после того, как я назвал тебя правильной. – Он наклонился к ней. – Всё это не просто так. Люмин отступила на шаг. – Я не... – Не лги. Ты плохо это делаешь. Он смотрел на неё, и она не могла отвести взгляд. Его глаза были тёмными, непроницаемыми. Но в них плясали искорки – он наслаждался моментом. – Ты ждёшь, что я скажу тебе что-то? – спросил он. – Что ты особенная? Интересная? Люмин молчала. – Не скажу. – Он выпрямился. – Потому что ты пока не доказала. – Что я должна доказать? – Удиви меня. Я говорил. – Как?! Он пожал плечами. – Это твоя проблема. Не моя. Он развернулся, пошёл к машине. – Пошли. Отвезу тебя домой. Люмин стояла, глядя ему вслед. Слёзы подступили к глазам, но она сдержала их. Они ехали обратно молча. Скарамучча остановился у её подъезда. – Приехали. Люмин открыла дверь, вышла. Обернулась. – Почему ты так делаешь? – Что именно? – Играешь. Он посмотрел на неё через открытое окно. – Потому что могу. Уехал. Люмин стояла, глядя на красные огни машины, пока они не исчезли за поворотом. Потом поднялась домой. Тихо. Родители всё ещё спали. Она легла в кровать, уставившись в потолок. Телефон завибрировал. Скарамучча: «Спокойной ночи» Люмин заблокировала телефон, не ответив. Но всю ночь не могла заснуть. Потому что поняла – она проиграла. Он затянул её. И она не могла выбраться из желания понравиться ему.