Часть 12. Не хочу

Айзава не знал что и думать, когда к нему внезапно ворвался Шинсо с безумными глазами и телефоном в руках. У них был вечерний тихий час перед ночным патрулём, так что вопрос о том, что такое там могло быть, раз Хитоши осмелился разбудить его, напрашивался сам собой. Но для начала этому ребёнку надо было успокоиться. Он и двух слов связать не мог. — СООБЩЕНИЕ! ИЗУКУ ПЛОХО! НАДО ЧТО-ТО СДЕЛАТЬ! — Успокойся, сделай вдох и выдох. — Шинсо последовал инструкциям, — А теперь скажи, что случилось? — Изуку прислал мне местоположение! Надо срочно выдвигаться! Он в опасности! — Почему ты так думаешь? — У нас был с ним договор, это долго рассказывать, но он точно в опасности! Местоположение, даже без подписи, значит это точно что-то срочное! — Я не совсем понимаю твою позицию, не мог ли он просто по ошибке отправить тебе это сообщение? — Нет, точно нет. В последний раз когда кто-то из нас отправлял местоположение, нас похитили и чуть не продали в рабство. — что? — Поэтому у меня есть все основания полагать что сейчас Мидория находится в смертельной опасности. А его местоположение сейчас... — Он снова что-то открыл в телефоне — ...В Хосу... — Шинсо подскочил к телевизору и включил его. Там в прямом эфире транслировалась мясорубка. Сообщалось о существах с открытым мозгом. Ному. Вот теперь Айзава забеспокоился. Не просто забеспокоился, он был в панике, не показывая этого. Хосу. Иида тоже был там. Как и Убийца героев. Но даже если они решат выдвигаться прямо сейчас, они успеют только на спасательные работы. И тем не менее, он всё равно поедет. Он просто надеялся что ему не придётся снова опознавать тело одного из его учеников. — Шинсо, бери свой геройский костюм и на выход.

***

— Пап... кажется мы с-случайно победили Убийцу героев. Шото весь дрожал. Изуку тоже дрожал, но стал всхлипывать тише. Он представлял эту сцену. Двое подростков, хватающиеся друг за друга, как за маяк надежды, и мертвый одноклассник в паре метров от них. Просто пиздец. — Старатель, эти дети... действительно вдвоём его одолели. Но вот третий ребёнок... — Индеец взглянул на тело Теньи — ...не пережил этой встречи. — он сам был испуган, осознавал что ещё минута и он следующий? Про герои вокруг Старателя замерли. Никто не был в силах сказать и слова. Пока громкий голос Старателя не пронзил пространство — Вы целы? Вместо ответа Шото молча показал свою руку с торчащими из нее стилетами. После указал на бок Мидории и стал тащить их обоих к выходу. Изуку перестал всхлипывать, но слёзы не останавливались. Он смотрел на Старателя мутным, убитым взглядом. В ушах стоял белый шум. Когда его вели к выходу. Когда он слышал сирены скорой помощи. Когда ему задавали вопросы. Когда Гран Торино задавал ему вопросы. Когда- — БЕРЕГИСЬ! — И вот он уже парил над ночным городом. Резко вернулась ясность восприятия. Вместе с ней пришла паника. Где-то вдалеке его окрикивали. Его снова хотят убить. Он видел пламя Старателя, летящего ему на встречу, но он был слишком далеко. Слишком. Пока когти пронзали его плоть, в голове стала вырисовываться идея побега. Если он зарядит по ному 70% одного за всех, то все могло бы получиться. Но бить стоило не вверх, а в бок. Иначе он прилетит в землю слишком быстро, разбившись насмерть от удара. Он собирался снова сломать себе кости. Исцеляющая девочка его убьёт если он, конечно, выживет сегодня. Раздробив средний палец на левой руке, Изуку на огромной скорости летел по городу. Ну, по крайней мере, он освободился из лап Ному. Он попытался смягчить своё падение используя уже безымянный палец и 20 процентов силы. Этого должно было хватить. Он снова ломал одни и те же кости. Смогут ли слепить его нервные окончания еще раз? Надо было использовать правую руку. Он прогадал момент. Слишком поздно шёлкнул. Наверное, он плохо соображал из-за потери крови? Когда он сбегал из хватки Ному, кусок его бока остался в когтях у монстра. Самому Мидории в качестве сувенира остались два колотых ранения в животе. Они неприятно хлюпали. Изуку влетел спиной в стену позади. Удар выбил из легких весь воздух. Он безвольно скатился вниз на асфальт. Голова больно стукнулась о землю. Вот же чёрт. Всё тело онемело от боли. Ему нужно дойти- доползти до более или менее проходимого места, чтобы его могли найти. И только после этого можно было бы вырубаться. Мыщцы гудели и не слушались. Сознание медленно ускользало от него. Опять.

***

Айзава вместе с Шинсо уже прибыли в Хосу. Последние полчаса им пришлось идти пешком из-за повреждения дорожных путей. Они оба были на взводе. Сейчас Хитоши помогал разгребать завалы, пока учитель метался между попытками спрашивать у других про-героев о своих учениках, напряженными звонками по телефону и оказанием первой помощи пострадавшим. Тяжёлая ночка. В какой-то момент Шота наткнулся на Мануала. И после этого всё пошло наперекосяк. Герой сообщил ему о том, как потерял Ииду во время переполоха и что не видел его уже около четырёх часов. Их разговор прервал звонок на телефон Мануала. С каждым словом, вылетающем из динамика, его глаза округлялись всё сильнее и сильнее. В уголках глаз выступили слёзы — ...Д-да, сейчас приеду. — Что случилось? — Это-это звонок из больницы. И-иида... его доставили в больницу. Он... он мёртв. — В этот момент сердце Сотриголовы остановилось.

***

И вот Айзава снова здесь. Опознавал тело своего ученика. Он опять не справился. Опять подвёл своих учеников как учитель. Опять не предотвратил то, что должен был предотвратить. И теперь Иида погиб. Он больше никогда не зайдёт за классным журналом, больше никогда не поругается с Шинсо и Мидорией, больше никогда ничего не сделает. Что ещё хуже, так это присутствие Тодороки и Мидории там. Как же ему было жалко этих детей. Особенно Мидорию. Старатель сообщил, что именно он видел смерть Ииды от и до. А после всего этого, как будто быть свидетелем смерти уже второго его одноклассника мало, его унёс Ному, дополнительно повредив ему внутренние органы. Изуку нашли только через час в отключке. Существо отнесло его на другой конец города, прежде чем он смог вырваться. Как же так. Двое учеников, его двое учеников сразились с Убийцей героев, выжили и победили. Победили, но какой ценой? Прямо сейчас они оба находились в больнице, к счастью, в стабильном состоянии. Мидории сделали переливание крови и зашили живот, Тодороки наложили 15 швов. Завтра, когда они очнутся, ничего не станет лучше. Всё будет только хуже.

***

Когда Изуку проснулся, первым, что он почувствовал, стала боль. Второй вещью была ненависть к себе. Он снова всё видел и ничего не сделал. Ни-че-го. Ничегошеньки. Ничего значимого. Никого не спас. Ещё и Тодороки в это втянул. Он ведь из-за него тоже чуть не умер. Мидория был такой бестолочью. Как он сможет стать героем, если даже своих одноклассников спасти не смог? На стуле рядом с ним спал Хитоши. Как он тут оказался? Он медленно перевёл взгляд в другую сторону и заметил собрата по несчастью. Шото был в больничной одежде с перевязанной рукой. И в этом тоже был виноват он. Почти сразу после него проснулся Хитоши. Он почти мгновенно бросился к Изуку с объятиями. — Ты слышишь!? Хватит так делать! Я не переживу ещё одного твоего потенциально смертельного вброса! — Мидория почувствовал, что его старались не сильно сжимать. Какие травмы у него вообще были? Когда они оба выплакались друг другу, Тодороки рассказал о событиях после того, как его утащили. Оказывается, Стейн сразу активизировался и попытался напасть на Ному, слизав чью-то кровь. Вероятно, Убийца героев предполагал, что она принадлежала монстру, но это было ошибочное суждение. Тем не менее, все, кто был на месте, остались стоять на ногах. Когда злодей понял, что причуда не сработала, то просто встал и завел монолог о подлинном и фальшивом героизме. Со слов Шото, это было настолько впечатляюще, что все замерли не в силах пошевелиться. И только после того, как Стейн потерял сознание, Старатель двинулся за ним и не успел. Тодороки младший был очень зол от этого факта. Похоже, он винил Старателя в некоторых травмах Мидории. Шинсо немного не въехал в суть происходящего, пока Шото не начал пересказывать всё со своей точки зрения. Внезапно он остановился в середине рассказа. — Погодите, а Шинсо вообще можно знать это? — Даже если нет, я бы всё равно узнал об этом, вне зависимости от обстоятельств. — Тодороки смерил его недоуменным взглядом, но продолжил историю. Пока не дошёл до точки кипения. На ней Мидория закрыл себе уши. Он не хотел переживать это снова. И не мог обработать всё что произошло буквально вчера. Это так сильно напоминало ему первый день после USJ. Через минуту Хитоши убрал его руки от ушей. Его взгляд был наполнен сожалением. Хитоши было жаль его? Конечно ему было жаль тебя, он же твой друг. Но что тогда насчёт Ииды? Внезапно к ним зашли люди. Много людей. Впереди всех стоял человек- или собака в официальном костюме. — Я Цурагамаэ Кенджи, глава полицейского управления Хосу. — По левую сторону от него стоял Мануал, а по правую знакомый детектив и учитель Айзава. — В обычное время и при обычных обстоятельствах, вас бы обвинили в нелицензированном использовании причуд, гав. Но, учитывая ситуацию, вам ничего не будет предъявлено, гав. Сейчас вам, студентам, нужна поддержка общества как-никогда раньше, гав. Именно поэтому в новостях вас объявят как людей, победивших Убийцу героев. Я благодарю вас за это. — Он встал почти под идеальным углом в 90 градусов. Это напоминало ему Ииду — Остальное вам расскажет ваш преподаватель. — На этой ноте он удалился. Мидория понимал, почему им дали забрать все заслуги себе. Он был уверен, что если бы Иида не погиб, то их заслуги приписали бы кому-то другому. Старателю например. Но общество сейчас крайне нестабильно, и героя, взявшего заслуги, обвинили бы в некомпетентности из-за допущения смерти ещё одного студента UA. Но что, если эти же самые студенты просто отбивались от самого известного серийного убийцы в Японии? Тогда они бы стали героями, а погибший Иида мучеником. Вот и всё. Закрыть глаза на то что они не следовали приказам, было проще простого. И это худшая слава которую мог получить Мидория. Он ненавидел это. Не хотел этого. Айзава проинформировал их о том, что стажировки досрочно закончены. Не то чтобы Мидория мог снова выйти в патруль. Если новости опубликовали сегодня утром, то их классный чат был обязан взрываться. У него не было сил заниматься этим. Пусть Хитоши сам напишет о том, что с ними произошло. Сейчас Изуку хотел заниматься только своими самоуничтожительными мыслями. Он почти уверен что его курс у Гончего Пса снова будут корректировать. Как и у Шинсо. Как и у Тодороки. Ему просто снова повезло выжить.