Часть 13 Вампир.

Видимо, не только мы с Сушихой решили сегодня отметиться. На горизонте всё больше и больше появлялось людей в странных костюмах. Сегодня я как никогда могла затеряться в толпе — раньше же я всегда чувствовала себя белой вороной… Я шла своей обычной дорогой, но сегодня не торопилась, зная, что Сушиха, скорее всего, даже не вышла. Пройдя половину пути, я смутно увидела силуэт в красном. Луна поднялась выше, и в её свете блеснули рыжие волосы. Это была она. Хозяйка вечера. Она не спеша двигалась мне навстречу, и мне казалось, что этот день — какой-то сбой в матрице. Ведь вечер не может быть одновременно таким прекрасным и таким ужасным. Подойдя ближе, Сушиха улыбнулась мне. И, несмотря на то, что я не особо верующая, мне вдруг отчаянно захотелось перекреститься. — Ну чё, женщина, сегодня уходим в загул? — сказала она, слегка потряхивая своими бидонами. — Ага… — ответила я на отьебись. — Кстати, с днём рождения… Я достала из рюкзака пивной набор и тут же почувствовала мерзкий шлейф рыбы — след от её же подарка. — Ой, это мне? Спасибо! — обрадовалась Сушиха. — Да не за что… Я вообще не знала, что дарить. Решила, что тебе зайдёт. — Чё, куда идём? — На трубы! — гордо заявила она. — Хорошо… в пивнуху заходим? — Ты чё, какая пивнуха! Сегодня праздник. Я водяру из дома взяла… Не сказать, что я сильно обрадовалась. Но, как говорится, начал играть — играй до конца. Мы шли по главной улице Татарки в наших карнавальных нарядах, и проезжающие мимо корыта чуть ли не сносили нас с ног. Дойдя до самой тёмной части улицы, мне стало не по себе. Я старалась держаться ближе к необъятному боку Сушихи и идти с ней в ногу. Где-то вдали послышался протяжный рык. И с оглушительным ревом, с горящими фарами, мимо нас пронеслось разваливающееся корыто. Сушиха злобно цокнула, провожая его взглядом. Мы медленно двигались к центру Татарки. Людей становилось всё больше, и все взгляды были обращены на нас. Мне было не по себе — казалось, из темноты за нами наблюдают. — А куда мы идём? — настороженно спросила я. — В парк. Там посидим, а то на трубах холодно. И правда, в последнее время холод добрался и сюда. Но мороз пробирал меня не из-за погоды — по коже пробежали мурашки, когда, проходя мимо «Тройного» магазина, я поймала чей-то косой, полный неприязни взгляд из стоящего рядом корыта. Мы направились в сторону Татарского парка. Там со всех сторон стояли машины. Подойдя ближе, я старалась не смотреть на них. Но знакомый голос всё же окликнул меня. Олежик в темноте выглядел ещё меньше, чем обычно. Рядом стоял Ильяшка — неподвижный и молчаливый, пахнущий чипсами с крабом. Мне не хотелось к ним подходить, особенно вместе с Сушихой. Неловкая встреча могла легко превратиться в позорное воспоминание. Но Олежик сам подошёл и поравнялся с нами на тропинке. — Привет! Чё не здороваешься опять? — Да я не узнала вас…— намекая на их хеллуинские костюмы. — А-а… Чё, гулять сегодня будете? — спросил он, бросив взгляд на Сушиху. Та молча стояла, прижимая к пузу бутылку водки. — Ну давай, только чуть попозже, ладно? — сказала я, надеясь, что он поймёт намёк. — Ну окей… тогда напишешь. — Хорошо, — соврала я. И мы с Сушихой скрылись в темноте. — Ты что, реально хочешь с ними гулять? — злобно прошипела она. — Да нет, я сказала, чтобы он отстал. Все лавки были заняты. Только одна, последняя, будто ждала нас. Мы сели, и Сушиха тут же разлила водяру с дешёвым соком по пластиковым стаканам. После неубедительного тоста за неё мы выпили это дьявольское пойло, и меня чуть не вывернуло уже с первого глотка. Зато на Сушиху напиток подействовал отлично — она снова превратилась в гуру отношений и психологии. Несмотря на неудачный брак и развод, она с упоением раздавала советы. Я пила чаще, надеясь быстрее отключиться и не слушать этот бред. Когда в бутылке осталось меньше половины, я вдруг начала улавливать смысл её слов. Веселье было в разгаре. Но темы стали совсем не весёлые. — Насть, нахуя ты опять с ними общаешься? — спросила Сушиха. — Я не общаюсь… просто встретила недавно. Он предложил погулять. — Ты не понимаешь, что ли? С этого всё и началось. После этого у тебя с мужиками не клеится. — В смысле? — выдавила я, уже плохо соображая. — В прямом. С тех пор как произошло, сама знаешь что, у тебя всё через жопу. Сквозь алкогольный туман где-то глубоко я понимала, что Сушок, возможно, права. — Это всё ерунда… — отмахнулась я. — Ну ладно. Не хочешь — не слушай. Но я всегда оказываюсь права, — выдала она свою коронную фразу. Пили молча. Я чувствовала, что дошла уже до предела. После долгих уговоров Сушиха наконец согласилась идти домой. Мы с трудом поднялись и, шатаясь, пошли по узкой тропинке обратно. Выходя из парка, я почти ничего не соображала, но отчётливо помню — в темноте мелькали знакомые лица. Они смотрели нам вслед. Я обернулась. Рядом с Олежиком и Ильяшкой стоял мой бывший «хороший друг» Кирилл. И хоть я не испытывала к нему абсолютно никаких чувств, я не могла отрицать того факта, что он невероятно похож на него. В один момент меня отбросило назад — на несколько лет в прошлое. Наверное, именно тогда все началось .

***

Пол года назад.

Я помню тот вечер, как будто это было вчера. Идя по тёмной аллее из магазина, чья то рука зажала мне рот. Мир закружился, и я потеряла сознание, падая в крепкие объятия. Когда проснулась, тьма окутывала комнату, воздух был тяжёлым, пропитанным запахом дешевого спиртного и шашлыка. Мои запястья и лодыжки были прикованы к холодным прутьям кровати, цепи слегка позвякивали при каждом движении. Я знала, что это он. Сердце колотилось в предвкушении — страх мешался с возбуждением. Дверь скрипнула, и он вошёл, силуэт в полумраке. Его шаги были медленными, уверенными. Он приблизился, и я почувствовала жар его тела. — Как тебе такие игры? , — прошептал он, проводя пальцами по моей щеке, спускаясь ниже, к шее, где пульсировала вена. Его прикосновения были нежными, но властными — руки его скользнули между бёдер, раздвигая ноги насколько позволяли цепи, пальцы проникли в мою мокрую киску, лаская клитор круговыми движениями, заставляя тело дрожать от удовольствия. Он кусал кожу на внутренней стороне бедра, оставляя следы, и я знала, что он хочет большего — хочет меня целиком. Наконец, он отстранился, его глаза горели в темноте лихорадочным блеском. —Скажи, кто я, — потребовал он хриплым голосом, прижимаясь губами к моему уху. — Скажи, или я возьму тебя прямо так. Я задыхалась, тело горело от его ласк, разум кружился где то далеко. С усилием, выдавливая слова сквозь пересохшее горло, я прошептала: —Вам... вампир.

***

На следующее утро я еле встала с кровати. Вампир был очень старателен ночью, из-за чего у меня тогда сильно подкачивались ноги. — Ты прекрасно выглядишь, — сказал Вампир, заходя в комнату. «Он всегда появлялся неожиданно…» Проигнорировав его нелепый комплимент я отвернулась к окну — и вдруг заметила, что небо уже начинало светлеть. Медленно, лениво. Где-то за стенами поднималось солнце, карабкалось вверх, спеша залить всё вокруг своим тёплым, почти обжигающим светом. — Ты что, не ложилась спать? Я же предупреждал, что тебе понадобятся силы, Настя… — приблизился он, обнимая меня за талию. Он встал слишком рано. Заспанный, растрёпанный, вымотанный. От рубашки тянуло чем-то знакомым и родным… шашлыком. Я даже на секунду отвлеклась на этот запах. — Ты принимала ванну? — Нет… — ответила я после короткой паузы. — Значит примем ее вместе? — шумно вдохнув запах моих волос, прошептал он. «Неужели ночи ему было мало?» - думала я. На нём была только рубашка да трусы — будто он и не собирался одеваться. Когда он меня развернул к себе, в его глазах мелькнуло что-то хищное. Он быстро стянул с себя трусы, и прошептал мне на ухо: — Пошли. Вампир, как обычно, даже не подумал спросить, хочу ли я этого. Просто потянул меня за собой — к тёмной двери, которая резко выделялась на фоне стены. Ванная была небольшой. Раковина, ванна на двоих и узкая полка, заставленная кремами, шампунями и гелями. Голубая плитка поблёскивала в тусклом свете лампы, а в воздухе стоял тяжёлый запах мужских носков. — Что, нравится? Тут мы с тобой ещё не пробовали… — сказал он, жадно глядя на меня. — Не… не знаю… — выдавила я. Он подошёл вплотную. От него шёл жар. И в следующую секунду он впился в меня поцелуем — резким, жадным, почти болезненным.

***

Я до сих пор помнила все наши встречи. Помнила, как в один момент я решила, что с меня хватит. В тот день, пока он спал, я встала с кровати. Тихо. Почти бесшумно. Быстро оделась, наспех провела рукой по волосам и на секунду остановилась. Вампир сладко спал, иногда похрапывая. Я смотрела на него — и понимала, что делаю это снова. Снова ухожу. Всё было точно так же, как в прошлые наши расставания. Но это было окончательным… Тогда я уже поняла, что наши отношения не ведут никуда. Кроме постели, у нас ничего не было. Это было больно. Очень. Наверное, дело было не только в нас. Нам мешало слишком многое. Но если честно… где-то глубоко внутри я всегда знала — у нас просто разные пути. Он был резкий, грубый, невоспитанный, иногда откровенно глупый. И всё равно… Меня к нему тянуло. Словно что-то сильнее меня самой, снова и снова, возвращало меня к нему. Наши отношения были… токсичными. Он никогда не хотел ничего серьёзного. Только одно — секса. Перед этим он напивался пиваса, его лицо становилось багровым, словно у него поднялось давление, и доставал свой «Маргулис», вот так вот, заканчивались все наши ссоры. Но в тот раз я не стала с ним спорить, просто закрыла дверь, раз и навсегда. «Хватит», — оборвала я воспоминания, возвращаясь в холодный центр Татарки. — Насть, прекрати в облаках летать, — схватила меня за локоть Сушиха и потащила прочь от парка. В моей пьяной голове всё ещё крутились воспоминания о неудавшихся отношениях. На мгновение я хотела поделиться ими с Сушихой, но вовремя остановила себя. «Не стоит ворошить прошлое.» — решила я. Прошлого не вернуть. И это было к лучшему. Да, порой тоска накрывала меня, напоминая о крепких, потных объятиях Вампира. Но я не хотела быть с ним. Уж точно не сейчас. Он сам особо не пытался меня вернуть — чему , честно сказать, я была рада.