Глава 2. Задание

Глава 2. Задание Драко ужинал и думал о задании загадочной мисс Г., стоял в душе и упорно игнорировал требующий внимания член — и всё равно думал о задании мисс Г. Он был заинтригован, возбуждён, заинтересован и немного потерян. Строки в книге, которую он обычно читал перед сном, упрямо складывались в: «Хорошие мальчики не кончают без разрешения», и глаза постоянно соскальзывали со страниц, уставляясь в дальний от кровати угол. Похоже, угол он уже выбрал, а вот исполнить задание не решался. Было странно — стоять голым в углу и просто ждать. Он ведь мог просто написать ей, что всё сделал, если захочет. Никто его не проверяет. Но сама ситуация была непривычной и интригующей. Член предательски подрагивал в пижамных штанах, кулаки непроизвольно сжимались. На него никто не смотрит — он может попробовать и остановиться в любой момент. Последние пару лет жизни были невыносимо скучны, и властная мисс Г. казалась почти завораживающей. Столько лет он боролся со своими сексуальными предпочтениями, которые не вписывались в общепринятые рамки, что желание махнуть рукой на условности настойчиво тянуло его за собой. Он перечитал столько литературы и пересмотрел столько видео о BDSM, что теперь эти сцены маячили перед глазами, соблазняя поддаться. С ухмылкой он вспомнил, как, переступив через установки чистокровных снобов, с помощью вездесущего Забини освоил магловскую технику и открыл для себя мир порно. Это были долгие недели бесконечной мастурбации и наблюдения за искусственно созданными сценами подчинения. Тогда он понял, чего ждёт от секса и чего ему всегда не хватало в партнёршах. Но найти подходящего человека и открыться так никому и не удалось. Жёсткое воспитание, привычка держать лицо и статус семьи не позволяли произнести это вслух. Были попытки ещё в послевоенное время, но они заканчивались недоумёнными взглядами и острым чувством унижения. Быстро, чтобы не передумать, он стянул пижамные штаны и пошёл в намеченный угол. Член стоял по стойке смирно ещё с момента переписки, издевательски подрагивая и напоминая, насколько ему нравится вся эта ситуация. «Что тут сложного — просто постоять в углу и подумать о своих фантазиях?» Мысли закружились, вспоминая просмотренные ролики: порки, связывания, наказания, ошейники, цепи, игрушки, подвешивания, зажимы. Всё вращалось калейдоскопом, и в каждой сцене на месте актёра он видел себя. Он поймал себя на мысли, что стоит в углу уже больше десяти минут, голый и возбуждённый, фантазируя о порке. Время засечь он не догадался. Тяжело вздохнув, Драко двинулся к кровати. Член подпрыгивал при каждом шаге; он был так перевозбуждён, что казалось — может кончить от одного колебания воздуха. А ему ещё нужно было довести себя и не прийти к финалу. Это казалось странно возбуждающим и запретным. И эта нелепая поза… Ладно сидя, стоя, лёжа — но на четвереньках. Он покосился на простыни как на предателя и забрался на кровать, принимая приказанную позицию. Оперевшись на колени и одно предплечье, он обхватил ладонью член, медленно поглаживая. «Смазка явно не пригодится», — мелькнула мысль. Ладонь и так была влажной от преэякулята, стекавшего с головки уже пару часов. Пары движений хватило, чтобы приятное покалывание разлилось по позвоночнику. Малфою хотелось застонать, но он помнил приказ и стиснул зубы, сохраняя молчание. Он уже был на грани: бёдра самовольно толкались в кулак, яички подтянулись ближе к телу, член готов был извергнуться на постель. Он яростно задвигал бёдрами, стараясь угнаться за нарастающим удовольствием. «Хорошие мальчики не кончают без разрешения», — прошептал в памяти приятный голос. Тело обволокла сладкая истома начинающегося оргазма, но Драко успел вовремя сжать головку и остановить движения. Опорная рука подкосилась, ноги конвульсивно дёрнулись в наказание за прерванное удовольствие. Он завалился на бок, повторяя как мантру: — Я хороший. Немного спермы всё же скатилось с кончика члена, пачкая простыни. Негромкий стон непроизвольно вырвался из горла, нарушая приказ. Полежав несколько минут в позе эмбриона и пытаясь привести мысли в порядок, Малфой поднялся, игнорируя болезненно пульсирующий член, и потянулся за палочкой, очищая себя и постель. Устроившись на спине, он попытался уснуть, но картинка происходившего на этой постели крутилась в голове: как он бесстыдно толкался в собственную руку, как стискивал зубы, пытаясь не стонать, как стоял в углу, словно нашкодивший юнец. Член болел от перевозбуждения; заснуть в таком состоянии было невозможно. Он перевернулся на живот, но простыня, коснувшись чувствительной головки, только усилила ощущения. Он тихо застонал и непроизвольно толкнулся в мягкую ткань. «Не кончать… Не кончать… Не кончать…» — набатом билось в голове. В конце концов, устроившись на боку, Малфой задремал, вымотанный напряжением этого вечера. Тревожно-эротические сны заставляли его метаться по постели. Во сне он лежал привязанный по рукам и ногам к своему рабочему столу, а красивая девушка мучила его часами, поглаживая то соски, то яички, то член, оставляя в подвешенном состоянии. Он умолял о разрядке, но она лишь усмехалась над его метаниями. Язык не слушался, в голове плыл туман. — Мадам… — простонал он во сне. — Можно, — услышал в ответ. Он начал кончать без прикосновений — и в этот момент проснулся, бесстыдно вжимаясь членом в матрас и заливая спермой многострадальную простыню. Отдышавшись и наспех очистив беспорядок, он почувствовал, как щёки заливает яркий румянец. Он не кончал во сне с подросткового возраста. Боясь передумать, он призвал блокнот мисс Г. и написал: «Контракт». А затем, поддаваясь неведомому порыву, добавил ниже: «Я был плохим».