После удара

***

      Бывают дни, когда нет настроения что-либо делать. Нет вдохновения, нет желания брать в руки холст и карандаш. Но сегодня Лили так и тянуло что-то нарисовать. Семья летела на самолёте первым классом. Однако никто из них не наслаждался удобствами.       Рита то и дело перепроверяла свой телефон. После того как она в очередной раз перезагрузила его, мать семейства с огромным разочарованием заметила, что связь магическим образом не появилась.       —Дети, у вас ловит интернет?! — Спросила она в очередной раз, с более встревоженным и нервным голосом.       Рокерша чувствовала себя так, словно её победу отобрали в последний момент. Она уже чувствовала это. На конкурсе талантов Роял Вудс молодая звездочка и её группа поразила всех членов жюри. Но даже несмотря на их усилия, в конечном итоге победу одержала группа, выступившая после них. А ведь победа была почти в кармане! Сейчас происходило нечто похожее. Её счастье было перекроено плохой новостью. И нет, она не винила свою сестрёнку в этом. Иногда жизнь просто отстой. И почти всегда приходится принимать это как данное.       Мать продолжала что-то говорить на фоне, жалуясь на всё подряд. Луна резко выключила свой телефон и глубоко вздохнула.       —Мам, успокойся, ни у кого здесь нет ни интернета, ни связи! — Ответила ей Луна, еле сдерживаясь. Она и сама хотела бы позвонить Сэм. Несколько часов назад она предупреждала её и объяснила ситуацию. Но чувство вины Луны то и дело сеяло сомнения в ней. А вдруг она не поняла? А вдруг не поверила? Может, она названивает, а Луна не может поднять трубку?       —Ну, народ! Давайте успокоимся... — Говорил им отец семейства, не скрывая собственную панику. Он то и дело расспрашивал бортпроводников, сколько им ещё осталось лететь. Те лишь вежливо отвечали, что они совсем скоро приземлятся. — А из чего сделан этот соус? — Временами переспрашивал Линн Лауд, так и не дождавшись ответа.       —Извините, сэр. Я не повар и не могу вам точно сказать, из чего состоит соус. Но раз уж это УСТРИЧНЫЙ соус, то думаю главным ингредиентом должна быть устрица. — Ответила ему бортпроводница, хотя Линн казался не сильно заинтересованным. После этого старший из Лаудов на время перестал тревожить окружающих.       Луан была тише обычного. Она лишь смотрела на облака сквозь иллюминатор, задумавшись о своём. Актриса вновь стала походить на себя до прилёта в Роял Вудс. Лили заметила, что та не произнесла ни одного каламбура, ни одного анекдота во время всего их полёта. А ведь всего несколько часов назад, она запускала комедийный конвейер и не собиралась останавливаться.       —Извините, мэм, но нет. Мы вам уже сказали, в этом рейсе нет Wi-Fi. Сожалеем, что это приносит вам неудобства, но у нас большой каталог фильмов. — Стюардесса с усталым видом и уже с натянутым вежливым тоном делала всё, лишь бы Рита Лауд оставила её наконец в покое.       —Дорогая, успокойся. Осталось всего полчаса! Вот-вот приземлимся и быстро доедем до Ланы! — Линн не знал, что ему ещё сделать, чтобы мать его детей наконец успокоилась и просто досидела до конца полёта. Чего уж скрывать, он не мог успокоить самого себя. Мысли о дочери полностью заполонили его разум.       Рита же, казалось, никого не слушала. Она вновь набрала номер Лолы и ждала ответа. Но вместо гудков, она услышала ожидаемое сообщение о том, что связи нет. Сейчас она напоминала девочку-подростка, томительно ожидающую звонок от своего молодого парня. Миссис Лауд перечитывала каждое сообщение, которое было отправлено Лолой перед их вылетом. "Лана в больнице", "Она попала в аварию", "Мам, можешь прилететь?". Вчитываясь в каждое слово, в каждую букву, мать всё больше и больше корила себя за то, что сейчас не рядом со своими дочерями. Она должна их обнять, прикрыть, защитить. Но вместо этого, Рита застряла тут, в самолёте, который всё никак не хотел приземляться.       Лишь одна Лили выглядела максимально спокойной. Настолько, что впервые за долгое время её никто не замечал. Все были заняты чем-то другим. Она вновь почувствовала себя не центром внимания, а наблюдателем. Человеком, который уделял это внимание другим. И, признаться честно, эта роль нравилась ей куда больше. Она царапала свой альбом, в который раз пытаясь передать беспокойство своей семьи. Что она сама чувствовала? Ну, разумеется, волнение и переживание за свою старшую сестру.       Но она не могла показывать своё беспокойство так открыто, как этого делают другие. Со стороны может казаться, что младшая из Лаудов занимается совсем не тем, чем следовало бы заниматься в таких случаях. Она подметила интересную деталь. Когда происходит что-то тревожное или стрессовое, отец начинает говорить громче. И голос становится весь такой дрожащий и неуверенный, будто младшеклассник впервые выходит на сцену перед огромной публикой. Мать же постоянно оглядывается по сторонам, спрашивает всякое и честно говоря, достаёт повторяющимися вопросами. И делает вещи, которые гарантированно не принесут никакой пользы, при этом повторяя это раз за разом.       Что касается Луны, то тут есть два варианта. Она может углубиться в своё сознание и не издавать никаких звуков. При этом Лили уверена, что в голове у неё всё равно будет играть музыка. А есть второй вариант, который менее приятен для ушей окружающих. Рокерша может достать свою гитару, врубить звук на максимум и истошно орать на всю улицу. К счастью для окружающих, с собой она не притащила инструменты. Разумеется, второй вариант она видела всего пару раз, да и то она была ребёнком. Но такие случаи крепко закрепились в её голове. Лили, разумеется, не хотела бы проверять, совершает ли Луна данный ритуал и по сей день.       Луан же кардинально поменяла своё поведение. Когда кто-то или что-то сильно расстраивало комедиантку, она могла устроить серию розыгрышей не хуже, чем на первое апреля. Может, поэтому все сознательно пытались не обидеть её? Но сейчас она не сильно отличалась от Луны. Обе молчали и просто таращились в одну точку. Более молодую Луан не остановило бы то, что они находились в самолёте. Хотя бы одну пакость она могла устроить.       Блондинка в один момент так увлечённо начала зарисовывать бумагу, что казалось, будто она хотела проникнуть внутрь своего творения. Если бы кто-то из семейства обратил на неё внимание, то непременно сделал бы замечание по поводу осанки, что не стоит так сидеть и что нужно беречь спину. В самый разгар процесса её рука резко дёрнулась в сторону и карандаш отлетел прямо на голову Луны. В самолёте началась сначала небольшая, а затем и весьма заметная тряска. Луна недовольно что-то пробурчала в сторону Лили, не удивляясь и не пугаясь внезапной турбулентности. Где-то слышался плач ребёнка и голос матери, пытавшейся успокоить его.       —На, лови, Лили! — Кинув карандаш, крикнула Луна.       Лететь было уже недалеко, а ритм был сбит. Лили хоть и поймала свой карандаш, дальше рисовать картину не хотела. Тут уже и Луна начала ворчать, и Луан понемногу подкалывать окружающих, да и родители будто бы очухались после такого. Лили отложила свой альбом и наконец завалилась на своё сиденье. Натянув на себя свою улыбку, младшая тоже вклинилась в разговор. Лауды вновь стали самыми шумными в самолёте. Но за этим шумом скрывалась молчаливая тревога.

***

      Она проснулась. Слышала далёкие голоса, чувствовала чьи-то прикосновения к руке, но никак не могла открыть глаза. Веки казались стальными. В очередной раз, она попыталась пошевелить пальцами. Не все из них слушались. Спустя время, Лана почувствовала боль в груди. Затем голову пронзила резкая боль, отчего глаза сами открылись. Было ярко, очень ярко. Свет от ламп на какое-то время не давал ей осмотреться.       —Лана! — Крикнул до боли знакомый голос. Когда же её глаза привыкли, то она наконец смогла увидеть свою сестру. — Боже, спасибо, ты очнулась!       Лола бросилась к ней, но сразу же пожалела. Лана скорчилась от боли, из-за чего Лола быстро освободила её и извинилась. Гонщица не понимала, почему Лола была рядом, а сама она лежала в... палате? Но совсем скоро поняла, что случилось. Лана помнила этот удар. Машина несколько раз перевернулась после того столкновения со стеной.       —Кто выиграл? — Сухо спросила она. Её сестра нахмурилась.       —Тебе что, кубок дороже жизни?! Ты чуть не умерла из-за этой гонки, а теперь спрашиваешь, кто выиграл? — Лана просто смотрела на раздражённую сестру, какое-то время молча наблюдая за ней.       —Кто выиграл, Лола?       —Кимберли. — После этих слов, Лана тяжело вздохнула. Она попыталась ударить рукой по матрасу, но не смогла этого сделать. Её взгляд скользнул вниз. Одна рука была в гипсе, вторая была вся в бинтах. Она с большим трудом подняла более-менее целую руку.       —Чёрт! — Блондинка пыталась встать с кровати, но тут же почувствовала острую боль в груди и рёбрах. Лола тут же поспешила успокоить её и не дать ей навредить самой себе.       —Лана, тише. Тебе нужно отдыхать, не вставай! — Но Лану было тяжело успокоить. Она, несмотря на всю боль, настойчиво пыталась подняться. — Чёрт тебя подери, ты не бульдозер! Тебе нужно отдыхать, женщина!       —Отдых подождёт, я должна...       —Что ты должна? Лана, гонка уже окончена. А тебе нужно восстановиться! Прошу тебя, успокойся. — Хоть гонщица пыталась изо всех сил, на данный момент она не могла противостоять своей сестре. По правде говоря, ей было очень тяжело двигаться телом. Даже простые касания Лолы вызывали дискомфорт.       —И что доктор сказал?       —Я его позову, пусть он сам расскажет тебе обо всём! — Сестрица вышла из палаты. Лана пролежала где-то пять минут в одиночестве, осматриваясь. Везде было светло, белые стены, всяческие аппараты, картины с разным содержанием. От мотивирующих продолжать борьбу до антирекламы всяческих вредных вещей. Некоторые надписи звучали как угрозы.       Лола наконец вернулась, а за ней следом зашёл врач. Тот держал в руках блокнот, пролистывая страницы. Остановившись на одной из них, он присел рядом. Лана внимательно наблюдала за ним, с надеждой на то, что тот скажет что-то оптимистичное.       —Как себя чувствуете, мисс Лауд? — Спросил тот, примерно понимая её физическое состояние. Лана широко улыбнулась.       —Чувствую себя как огурчик! — Доктор ей не верил. Он слегка прикоснулся к её левой руке. Лана тут же выпустила приглушённый стон. Мысленно она прокляла себя за это.       —Хм... Итак, у нас перелом правого плеча, ушибы левой руки и обоих коленей, переломы рёбер, перелом левой голени, сотрясение мозга и ещё куча мелких ушибов в разных частях тела. — Блондинка была удивлена, что заработала столько травм. За всю жизнь у неё не набралось бы столько, сколько она получила за одну неудачную гонку.       —Через сколько мне можно будет начать тренироваться? У меня скоро гонка, я должна быть готова до...       —Никаких гонок до полного восстановления! Вы не можете в таком виде управлять транспортом, а участвовать в гонке уж тем более. — Жёстко отрезал её врач.       —И через сколько я могу участвовать в соревнованиях?       Мужчина глубоко вздохнул. Он видел много таких пациентов, как она. Непоседливые дети, настойчивые старики, вечно занятые бизнесмены или политики. Каждый из них не особо думал о здоровье, считая, что дела не могут подождать.       —Вы будете восстанавливаться минимум месяц. А то и два.       —Через месяц, значит, я могу вернуться...       –Нет, мисс. Только тогда, когда вы полностью восстановитесь. Вы должны будете проходить обследования регулярно. Даже если вы будете чувствовать, что уже здоровы, вы всё равно должны будете прийти сюда. Если мы поймём, что ваше состояние действительно пришло в норму, вот только тогда сможете приступить к своим гонкам.       —Но ведь... Сезон в самом разгаре! Я не могу надолго быть вне игры! Может, есть способ ускорить...       —Лана! Врач сказал тебе отдыхать. — Рявкнула Лола, раздражённая поведением сестры.       —Увы, мисс, нет никакого быстрого пути. Вашему телу нужно время. А до тех пор отдыхайте и не напрягайте себя. — С этими словами тот встал и попрощался с ними, обещав ещё раз зайти.       Лауд таращилась в стену, обдумывая все слова врача. Она всё думала, как бы ей найти способ быть в тонусе, даже если она была... такой? Лола щёлкнула пальцами, пытаясь вывести её из транса.       —Ну, чемпион, заставила же ты меня волноваться... Ты, наверное, проголодалась, хочешь, я принесу тебе что-нибудь?       —О, я хочу бургер, побольше сыра и...       —Нет, Лана, тебе сейчас нельзя тяжелую пищу. Врач мне сказал, что тебе лучше поесть супа или бульона.       —Это ещё почему?! — Сказала она это с недовольством, но тут же испытала резкую тошноту. Голова иногда кружилась.       —Твои обезболивающие могут раздражать твой желудок. А если ты съешь свой бургер, то он сразу же вылезет обратно.       Лана не стала спорить с сестрой, особенно когда она сама удостоверилась в том, что еда действительно может выскочить наружу. Лола снова вышла из палаты и пропала на какое-то время. Гонщица вспомнила про своих деток. Как они там? Достаточно ли тепло её ящерицам? Хватает ли корма её собакам? А как там дела у её змеи? Вылупились ли маленькие змейки?       Как и в детстве, та не прекращала подбирать животных. Огромный дом был ей нужен именно для того, чтобы в нём держать всех своих друзей.       Лола несколько раз бывала в гостях и ночью просыпалась от удивления, что её ногу обхватывала змея. Та в ужасе кричала и выбежала из комнаты, прямо к Лане. По всему дому была слышна её ругань. После такого Лана приготовила для своей сестры отдельную комнату, куда её питомцы не могли войти. Она даже дрессировала их и говорила, что проход в это сакральное место запрещён. Неясно, помогла ли дрессировка или то, что Лола закрывала на ночь дверь на замок, а окна открывала редко. За такое время, близнецы отвыкли от некоторых привычек друг друга. Так, принцесса и забыла, что у её сестры очень навязчивые дети.       —А вот и я! — Появилась Лола, держа на руках миску мясного бульона. — Не бургер, но тоже очень вкусно.       Лана хотела сама взять миску и поесть, но как бы она ни старалась, ухватиться по нормальному за миску не удалось. Но она не прекращала свои попытки и делала вид, что всё под контролем. Блондинка чуть не уронила посуду, из-за чего Лола выхватила суп из её рук.       —Давай лучше я. — Она зачерпнула супа и поднесла ложку к рту Ланы. Та смотрела на свою сестру недовольно, будто бы её только что оскорбили. — Что? Лана, не будь ребёнком. У тебя ру...       —Ладно, ладно. Просто это так... — Лола нахмурила брови и всем видом показывала, что её руки устали держать ложку в таком положении. Гонщица наконец открыла рот и съела первую порцию.       —Видишь, всё не так уж и страшно. К тому же, я твоя сестра. — Не всегда Лоле удавалось аккуратно подносить прибор. Отдельные капли попадали на одежду Ланы и постель. Но её близнецу, кажется, было уже всё равно. Забыла она и про тошноту. Её разум думал только о том, как бы утолить голод.       Вкус у еды был весьма неплохой. Она боялась, что больничная еда будет отвратной, как было в её детстве. о ли в больницах Роял Вудс работали отвратительные повара, то ли, повзрослев, Лана научилась ценить больничную еду. Мясо было мягким, оно почти таяло во рту. Овощи и вода идеально дополняли эту нежность. Девушка даже забыла о бургере, поглощая здешний супчик от руки сестры, словно младенец ел от руки матери.       Когда же Лана обратила своё внимание на кормящую её руку, то сразу встревожилась. Разве у Лолы всегда были такие тощие руки? Кости на пальцах так выпирали, словно вот-вот прорвут кожу. Когда они общались недавно по видео, Лана заметила, что Лола значительно похудела. Но теперь, когда она вживую видела сестру, то беспокойство её возросло стократно. Передвинув свой взор на её лицо, Лана нашла ещё больше поводов для беспокойства. Усталый вид, истощённый взгляд, щеки западали внутрь и казались безжизненными. Её губы были сухими, тонкими и бледными. Макияж сестры давно перестал скрывать её истощение. Лола, видимо, не смывала и не обновляла свой макияж за время своего пребывания здесь. Это было очень непохоже на неё.       —Эй, Лолс.       —Да? — Спросила та, поднеся очередную ложку.       —А ты сама поела?       —Да. — Кратко ответила Лола, надеясь, что Лана просто примет этот ответ и не будет допрашивать её. Разумеется, Лана не была бы Ланой, если бы не докапывалась к сестре.       —Точно? Ты выглядишь уставшей. Я уже не голодна, может, поешь и поспишь?       Лола убрала почти пустую миску и глубоко вздохнула.       —Лана, я в порядке. Ты бы о себе беспокоилась. — Она гладила сестру по перебинтованной голове. — Я клянусь, я поела и не устала.       —Клянешься-клянешься?       —Да.       —Ты в этом стопроцентно уверена?       —Да.       —А если...       —Лана, хватит! — Резко выдала Лола, лишь спустя секунду пожалев об этом. — Прости, я знаю, я не хотела орать. Просто... со мной всё хорошо. Я обещаю, что после того, как всё закончу, я займусь своим здоровьем и буду есть больше.       Лана, однако, хотела точно в этом убедиться. Протянув свой мизинец сестре, гонщица смотрела ей прямо в глаза. Лола улыбнулась и ответила своим пальцем.       —Боже мой, Лана, нам уже не по шесть лет.

***

      Лауды прилетели во Флориду. Запыхавшиеся и уставшие, они тем не менее быстро выбежали на улицу. В руках у них было много чемоданов и сумок, будто они собирались не навестить члена семьи, а лететь на Гавайи.       —Линн, тебе стоит ехать в отель и занести наш...       —Отель?! Чёрт, я забыл! — Ошарашенно вспомнил отец семейства. В какой-то момент ему даже казалось, что он забронировал отель.       —Ты забыл забронировать отель? — Раздражённо спросила Рита. Они находились прямо у входа в аэропорт и не знали, что делать с чемоданами. Не врываться же им в больницу в таком виде.       —Прости, чёрт, я найду нам отель, а вы идите...       —Алло, здравствуйте, да, хотела бы забронировать номера. Нас пятеро. Хорошо, спасибо. — Не успел Линн даже достать телефон, чтобы посмотреть ближайшие отели в округе, Луан забронировала им номера.       —И что бы я без вас делал? — Радостно сказал отец, обнимая дочь.       —Нам нужно уже идти и заселяться. Я с папой поеду в отель, а вы идите к Лане. — Скомандовала актриса, забрав чемоданы у родни. Луан вызвала такси, и семья разделилась на две группы.

***

      Лили пошла вперёд, как только услышала номер палаты. Она быстро сканировала надписи на стенах и на дверях, иногда готовясь рвануть с места и бежать, как ей казалось, в правильную палату. В очередной раз, она прошла мимо, ожидая, что увидит не тот номер. Но на этот раз, ей пришлось поворачивать назад. Лили, даже не постучав, ворвалась в палату, сильно удивив Лану и Лолу.       —ЛАНА! — Она бросилась к сестре, не успевшей даже осознать происходящее. Лили не хотела навредить ей, но увы, всё-таки успела. С каждой секундой, боль по всему телу нарастала. Она хотела остановить сестру, но ей и не пришлось.       —Лили, отпусти её! Не видишь, ей больно! — Крикнула Лола, отчего Лили в ужасе отпрыгнула от сестры. Она посмотрела на Лану, пытавшуюся казаться менее уязвимой. Та быстро натянула на себя довольную улыбку, хотя было понятно, что это даётся ей с трудом. Затем, младшая обратила внимание и на вторую сестру.       Та немного поворчала, но быстро смягчилась.       —Ну чего встала? Меня обнимать можно. Или ты любишь Лану больше меня? — Лили наконец вышла из ступора и шока, а потом медленно подошла к Лоле, мягко обнимая. Она сама не понимала, почему так осторожничает. Из-за того, что испугалась? Вероятнее всего. Или из-за того, что Лола казалась такой... хрупкой?       —Мы тебя вроде видели прошлым летом, но ты всё равно так выросла. — Боли в теле наконец утихли, и блондинка могла нормально говорить.       Рита и Луна не заставили себя долго ждать. Те лишь аккуратно выглянули в комнату. Поняв, что это та самая палата, зашли в неё. Мать встала в центре, не дойдя до койки своей дочери. Она так и стояла, пока её глаза наполнялись влагой. Луне же было неловко. В отличие от Лили и Риты, она не видела близнецов уже давно.       —Ну и чего вы встали? Я вообще-то ещё жива! — Рита сделала несколько шагов к ней.       —Мам, только не обнимай её сильно! — Успела крикнуть Лили, всё ещё чувствуя себя виноватой.       —Пустяки, можешь обнимать меня как хочешь. Я просто была не гото...       —Слава богу, ты жива! Мой малыш, ну как же так?!       —Знаешь, когд... когда я сказала как хочешь, я думала ты всё-таки будешь чуть нежнее...       Луна мягко оттащила мать, чтобы Лана могла дышать. Поняв свою ошибку, мать семейства извинилась перед дочкой. Луна же не стала вешаться к больной сестре, а просто протянула кулачок. Но быстро поняла, что это было глупым решением. Обе руки Ланы были не в лучшем состоянии. Луна быстро сообразила и просто потрепала её по волосам.       Рита обратила внимание и на Лолу. Та будто бы пряталась, подправляла свою одежду и даже иногда вставала за Лили. Мать на это не сильно обратила внимание и крепко обняла. Лола ответила тем же, но быстро завершила объятие. Мать хотела бы подольше восполнить свою тоску, но видимо её дочка этого не хотела.       —Где папа? — Спросила Лола, переводя тему разговора.       —Они с Луан заселяются в гостиницу. Скоро они тоже будут здесь. — Ответила Лили.       —Что говорят врачи? — Ожидаемо спросила Рита.       —Ну... — Лола во всех подробностях описала все травмы и проблемы своего близнеца. Лана же делала вид, что ничего серьёзного в этом списке нет. — Наворотила наша Лана дел.       —Кошмар! Лана, я же говорила тебе быть осторожнее! Я так и...       —Да брось, мам. Всё нормально. Мне сказали, что через месяц я мо...       —Нет-нет-нет! Врач тебе сказал, что ты придёшь в приемлемое состояние. Но в гонках тебе ещё нельзя участвовать! — Лоле не нравилось, что та пыталась всеми способами вернуться на трассу. — Я тебе запрещаю прикасаться к рулю, женщина!       —Лола, не начинай...       —Она права, милая. Мне жаль, но ты в таком состоянии не должна подвергать себя риску.       Она была раздосадована. Эти слова били больно, ведь в глубине души, она всё же осознавала это. Тело не обмануть. От этого ей и было неприятно. Невооружённым взглядом было видно, что та выглядела расстроенной. Будто бы все пытались её задавить.       —Эй, чуваки, расслабьтесь. Дайте ей немного воздуха, ладно? Не душните. — Луна прекрасно понимала свою сестру. Тяжело, когда собственное тело не слушается тебя. Она мягко коснулась плеча Ланы. — Не волнуйся, сеструха. Всё наладится, я два месяца не могла петь из-за операции.       —Спасибо, Луна. — Улыбнулась она, хоть и грусть в глазах никуда не исчезла.       —Народ, мы, наверное, лучше выйдем. Там медсестра на нас уже орёт! — Сказала Лили, параллельно пытаясь успокоить ворчащую медсестру. Та была недовольна, что к пациенту без разрешения врача ворвалась такая орава.       Лола же подошла к Лане.       —Ты уж извини, Лана. Но я должна лететь. — Услышав это, её близняшка сразу загрустила.       —Может останешься, всего на день? Я тебя так долго не видела и...       Лола чувствовала, что телефон в её кармане всё ещё гудел и был готов взорваться. За всё время её пребывания здесь, ей не давали покоя. Во время разговора с Ланой, ей писали и писали. Катерина молила её взять трубку, боссы писали ей на почту настолько часто, что часть их писем автоматом попадала в спам.       —Прости, Лана. Но я не могу, у меня всё горит, я и так уже потеряла своё время... — Гонщица сразу почувствовала вину. Из-за неё у Лолы проблемы? Чёрт, и почему она...       —Выздоравливай. — Она чмокнула сестру в лоб. — И больше не пугай меня так, ладно? У меня только один близнец.       Лола вышла из палаты, оставив Лану глубоко в своих мыслях. Она замечала, что сестра постоянно отвлекалась на телефон. Постоянно печатала что-то, параллельно ведя разговор с ней. Иногда отходила в коридор, откуда слышался её громкий голос. Но только сейчас она поняла, насколько сильно могла навредить своей сестре. Хотела бы она, чтобы Лола оставалась с ней. Но сейчас, она никак не могла остановить её.       Раньше ей казалось, что она никогда не сможет причинить Лоле вред. Она могла устроить пакости, ругаться с ней, ломать её игрушки, но никогда не думала о том, что действительно сможет сделать нечто большое. И что же думала о ней Лола сейчас? Вдруг она ненавидела её за то, что сорвала ей такое крупное мероприятие? Если и не ненавидела, то может затаила обиду?       И как же ей извиниться перед ней, чтобы это не выглядело как жалкая попытка оправдаться? В детстве, когда она случайно ломала её игрушки или портила платья, Лола могла отомстить жестоко. Заставляла платить, а если денег не было, заставляла выполнять унизительные поручения. Но сейчас они почти не обижали друг друга, а сама Лола казалась такой спокойной, несмотря на все эти проблемы.       Могло ли это значить, что Лола и вовсе не держала зла? Может, она себе накручивает всякое и на самом деле ситуация не так уж плоха? Сотрясение мозга может вызывать паранойю? Лана не знала, но у неё было и первое, и второе. Ей нужно было так или иначе загладить вину перед ней.

***

      Лана понимала, что рано или поздно ей придётся столкнуться с последствиями. Но она не ожидала, что вся команда приедет так сразу. Шеф сел рядом и просто смотрел на неё, будто молча говоря, что тот её предупреждал. Аналитик принёс с собой кучу бумаг, статистику, нынешнее положение рейтинга, но Лана была настолько уставшей, что не пыталась вникать во всё это. Ей хотелось, чтобы врач пришёл и приказал всем идти по домам.       —Если бы ты финишировала второй, ты бы удержала огромный отрыв! Зачем было рисковать и лезть туда? Чёрт, даже третье место было бы хорошим результатом. — Из раза в раз повторял ей аналитик, показывая ей очередную стопку бумаг с его расчётами.       —Ладно, признаю, я переоценила свои силы. Но если бы мне повезло...       —Тебе не помогло бы везение. Вероятность того, что манёвр удастся, составляла примерно десять процентов или даже меньше.       —Не волнуйтесь, ребята. Я успею выздороветь к следующей гонке. Видите, я... — Она попыталась подняться и показать, что свободно контролирует своё тело. Жаль, что её организм считал иначе. — Ай, подождите, я сей...       —Лана, прекрати это. — Наконец заговорил шеф. — Я не могу тебя пустить, пока ты не покажешь мне справку о полном восстановлении. Пока я не увижу письменное и не услышу устное разрешение врача, ты так и будешь находиться в запасе!       —В запасе?! Но... моя машина, это...       —У нас есть резервный пилот. Он будет участвовать в гонках на твоей машине. — Лауд была напугана. Её хотели заменить? Но как они...       —Но это же мой номер! Это моя машина! — Сама идея, что её номер и машина не принадлежат ей, пугала её. Она получила этот номер в качестве наследия от своей наставницы. А машину проектировала вместе с другими механиками и производителями!       И её дитя мог просто так забрать какой-то резервист, даже и понятия не имеющий, как устроена её машина? А она знала свою крошку в мельчайших деталях. Даже во сне она могла заново собрать эту малышку по памяти. Но тем не менее, она была ещё и тем человеком, кто угробил и себя, и машину за одну гонку...       —Этот номер прежде всего принадлежит команде, юная леди. И я не могу допустить, чтобы из-за тебя команда терпела неудачи. — Шеф был строже, чем при прошлых неудачах. Тогда он просто отчитывал её, заставлял работать больше, учиться анализировать своих соперников. Но сейчас он отнимал у неё право делать даже это.       —Нет, нет, босс, подожди! Я быстро приду в порядок, я обещаю! Мы же команда, вы не...       —Лана, никто тебя не заменяет. — Наконец смягчился босс, прекрасно понимая её. Он и сам был бывалым гонщиком. И был в одной команде с Флетчер. Его самого также на время отстраняли. — Ты по-прежнему наш гонщик. Просто отдохни, тебе это нужно.       —Но я...       —Лана. Хватит. Дальше мы сами, а ты вернёшься, как только отдохнёшь. И надеюсь, впредь ты будешь осторожнее.       —Разумеется, ты наверняка потеряешь свою позицию в рейтинге. — Всё никак не прекращал их аналитик, ещё больше закапывая настроение Ланы. — Кимберли достаточно финишировать третьей, нет, даже четвёртой, чтобы урвать у тебя лидерство. Если ты пролежишь так ещё...       —Эй, хватит уже. Ты перебарщиваешь, хорош уже! — Шеф не хотел, чтобы Лауд поникла и потеряла уверенность в своих силах. Юная звезда их команды не должна была угасать так быстро. — Значит так, ты будешь слушать всех своих врачей, будешь выполнять все их рекомендации и будешь под постоянным наблюдением! Если надо будет, пусть семья твоя будет сторожить тебя. Знаю я тебя, если захочешь, доползёшь до гаража...       —Ладно. — Сухо ответила она, будто бы даже не скрывая своё намерение нарушить этот приказ.       —Не слышу энтузиазма в голосе!       —Так точно, сэр!       —Уже лучше. Хорошо, парни. Дадим ей время всё обдумать. Уверен, что у неё с башкой не всё в порядке после такого удара! — Сказал шеф, слегка посмеявшись и поведя за собой всю команду.       —Да всё у меня там нормально... — По крайней мере, она хотела верить в это.

***

      Всё семейство наконец собралось в коридоре. Лола ушла несколько часов назад. Родители не хотели её так сразу отпускать, но им так и не удалось убедить принцессу остаться на ещё один день. Отец, увидев свою перебинтованную дочь через стекло, взревел до того, как успел зайти в палату.       —Эх, папа, папа. — Прошептала Лана, слегка улыбнувшись. Некоторые люди совсем не меняются со временем.       Когда тот вошел в палату, Лана надеялась, что отца хоть успели предупредить и он не бросится крепко обнимать её. К счастью для неё, он даже не успел подойти к её кровати и вновь заплакал, упав на пол. Матери пришлось оттаскивать его из палаты и успокаивать снаружи. Пока родители пытались успокоиться, Луан наконец вошла в палату.       —Я хотела спросить, как себя чувствует пациент, но, судя по всему, его уже вытащили в коридор. — Лана издала небольшой смешок. Ей не стоило смеяться, ведь рёбра жутко болели. К счастью, Луан не стала доводить её до смеха.       Актриса лишь присела рядом. Лана внимательно рассматривала её, удивляясь, что внешне она всё ещё была узнаваема. Когда она смотрела её фильмы, то иногда не признавала актрису в кадре своей сестрой. Уж слишком она была разной на экране и в жизни. Луан никогда не была самой заботливой старшей сестрой. Чаще всего она прибегала к Лори за помощью. А когда та уехала, к Лени.       Но зато Луан была более открытой к детским играм и забавам. Она могла подыграть ей и Лоле, иногда играя злодея или монстра в их играх. Конечно, они не всегда ладили или были уж слишком близкими друг к другу. Да и Лане никогда не нравилось, что старшая сестра могла включить режим безумного клоуна и терроризировать весь дом своими шутками. Но были и свои плюсы. Та могла выпечь слишком много пирога для своих проделок, из-за чего она могла угостить младших сладким.       Правда, иногда сладкое хотели и старшие сёстры. В конечном итоге, пирог никому не доставался. А убирать весь бардак приходилось всем. Помнила она и то, что за обещание не трогать её на первое апреля, Лана чинила реквизиты и механизмы Луан. Но авантюра не удалась. Как только Лана передала бомбу-вонючку сестре, та взорвалась у неё в руках. И как можно было ожидать, последующее первое апреля было незабываемым.       —Как думаешь, сколько он ещё будет рыдать? — Спросила Луан, смотря, как отец то успокаивался, а потом вновь поддавался эмоциям, глядя на них.       —Пока он успокоится, я уже буду ходить на своих двоих.       На несколько секунд повисла неловкая тишина. Ни первая, ни вторая не знали, о чём болтать. Дома и в детстве это было не так заметно, ведь все они так или иначе пересекались и были вынуждены работать вместе. Но сейчас, они понятия не имели, как именно между собой разговаривать. Луан всё же решила взять инициативу на себя, ведь она пришла навестить сестру и должна была интересоваться её делами.       —Как твои питомцы? Я видела, что у тебя их много.       —А, мои детки! Они все большие молодцы. Я даже научила Лидию пользоваться унитазом! — Луан с недоумением смотрела на Лану. — А, ты не знаешь... Ну, Лидия — моя домашняя змея. Она очень умная.       Казалось, что разговор должен был пойти дальше, но Луан слишком долго придумывала новую тему для обсуждения. Она ничего не понимала в том, в чём интересовалась её сестра. К счастью, Лана не стала поддерживать тишину.       —Кстати, я смотрела твой фильм про гонщиков. Честно скажу, там всё показанное неправда!       Лана критиковала всякое. Столкновения, показанные в фильме, должны были уничтожить шины и подвеску машины, а она всё продолжала ехать. Машины взрываются после переворота, а герои, общаясь по рации, всё равно филигранно управляли автомобилями. Луан внимательно слушала своего главного критика, кивая, будто понимает всё сказанное. В конце же, она оправдалась тем, что является лишь актрисой и все эти вопиющие нарушения были из-за постановщиков.       —Ох, сестра, тебе стоит стать режиссёром! Я бы даже стала каскадёром для твоих актёров! — Воодушёвлено сказала Лана. Луан же сказала, что ей сперва стоит восстановиться после травм, а уже потом думать о таких вещах. Впрочем, никто бы не одобрил её карьеру в каскадерах. Лола уж точно.       Разговор о каскадёрах напомнил Луан одного её знакомого, который постоянно украшал свою экипировку и защиту одними и теми же цветами, с одним и тем же рисунком ястреба. Иногда это доходило до абсурда. После того как его выписали из больницы, тот явился на костылях. И, естественно, они были и перекрашены, и обклеены изображением одного и того же ястреба.       —Почему бы тебе не модернизировать свою коляску? Покрасить её в крутой цвет, добавить огней, пару дви...       —Чёрт, да ты гений! Как же я сама не догадалась до этого?! — Лана начала перечислять всякие детали, которые она приделала бы к инвалидной коляске для повышения скорости. Комедиантка не ожидала, что сестра воспримет эти слова уж очень серьёзно.       —Вы все в Роял Вудс? Прям все?! — Шокированно спросила блондинка, думая, что почти вся семья была дома, а они с Лолой остались за бортом.       —Нет, только я и Луна. Ну и Лили, разумеется. Мы снова поселились в своей комнате, между прочим.       —Ого, а ты надолго?       —У меня небольшой отпуск. Буду примерно до лета.       —А вот и я! — Наконец осмелился войти Линн Лауд с красными глазами и мокрой одеждой. Тот легонько приобнял Лану, стараясь не причинить боль.       В палату зашла и Рита, на всякий случай, вдруг Линн вновь устроит сцену прямо на глазах Ланы. Это было и неважно. Они с Луан прекрасно видели, как их отец плакал посреди коридора. Некоторые врачи и медсёстры подумали, что этот мужчина потерял кого-то дорогого. К счастью для них, это было не так.       Лили тоже подошла к ним, боясь, что упустит какой-то важный разговор. Семья принялась обсуждать, кто первым переночует с Ланой. Рита хотела быть первой, Луан также захотела остаться с Ланой. Сюда же пытался вставить свои пять копеек и Линн, но его быстро вычеркнули из списка.       —Я хочу остаться с Ланой. — Заявила Лили.       —О нет, ты...       —Мам, ты уставшая. Тебе нужно поспать и отдохнуть. — Рита и вправду выглядела измотанной перелётом и переживаниями.       —Я могу остаться с ней, я...       —Нет, я хочу быть первой, прошу! — Отрезала Лили, твёрдо стоя на своём. Никто не понимал, почему Лили так хотела остаться с Ланой. Может сильно соскучилась по ней? Или хотела, чтобы семья отдохнула?       —Ладно вам, пусть остаётся. Потом сами как-нибудь решите, кто следующий. — Лане было даже приятно от того, что за неё идёт маленькая борьба.       —Хорошо, тогда я следующая. — Сказала Рита, опередив Луан.       —А, так вот вы где! — Луна появилась в комнате, заинтересованная, о чём же спорила семья. — О чём речь?       —Я остаюсь с Ланой на ночь! — Гордо заявила младшая, словно заранее защищая свою позицию. Но Луна даже и не пыталась претендовать на это. Ей по правде говоря, хотелось немного пространства и времени подумать.       —Ну, ладно. Поздравляю?       —Спасибо! — Ответила Лили, искренне радуясь.       В палате стоял достаточно громкий шум. Семейство всё обсуждало всякие новости, давая Лане больше информации насчёт дома, планов, недавних событий.       —Не хочешь поехать с нами домой? Нам было бы легче и спокойнее за тобой присматривать там. — Опять послышалось это предложение. Довольно заманчиво, она и сама хотела побывать в родительском доме после гонки, но теперь... Теперь ей казалось, что она должна быть рядом с командой и быстро встать на ноги. Словно без неё всё развалится.       —Ребята, я не могу, я же долж...       —Ты будешь лежать на этой койке ещё долго. Вряд ли ты сможешь гонять на своих тачках так скоро. — Лили не хотела упускать возможность затащить ещё одну сестру в Роял Вудс. Она хитро улыбалась, обдумывая разные варианты убеждения. — У меня новая приставка, мы можем вместе поиграть, как только ты сможешь двигать руками.       —Лили, доктора мне не позволя...       —ДОКТОР, СРОЧНО В ПАЛАТУ 221! — Громко крикнула Лили, отчего медсёстры из коридора в панике начали искать лечащего врача Ланы в суматохе. Семья была в шоке от действий блондинки, а родители краснели от стыда.       —Что такое?! Мисс Лауд, вы...       —Мы можем её забрать домой? — Спросила Лили, невинно улыбаясь. Доктор переваривал ситуацию и даже подходил к Лане, осматривая её и спрашивая, всё ли в порядке. Убедившись, что пациенту ничего не грозит, он посмотрел на виновницу паники.       —Домой?! — Задумался врач. Казалось, что тот ответит отказом и Лане даже не придётся отбиваться от уговоров семьи. — Хм, да, думаю это хорошая идея...       Доктор понимал, что Лана могла доставить много неудобств и требовать выписать её раньше срока, как только та хоть чуточку восстановится. А вдали отсюда, гонщица вряд ли сможет навредить себе, тем более под присмотром своих родных.       —Если состояние Мисс Лауд придёт в норму, через полторы-две недели её можно будет выписать. Но вы должны будете обеспечить ей бережный уход!       —Разумеется! — Решила за неё Лили.       —Я подумаю. — Ответила им Лана, не собираясь так просто сдаваться и улетать. В один момент она даже подумала, что могла бы симулировать осложнения и придумать симптомы. И тогда её уж точно никуда не увезут. Но она быстро поняла, что это довольно детский и глупый поступок. Хотя если подумать... Нет, её быстро поймают на лжи и тогда будет не только грустно, но и позорно.       —Ты уверена? А может, ты всё таки хочешь и просто стесняешься признаться? — Давила Лили, пытаясь удостовериться, что сестра улетит вместе с ними.       —Лили, хватит, она же сказала, что подумает! — Сказала мать, оттащив Лили от Ланы, чтобы та не стояла так над душой. Врач, поняв, что больше им не нужен, вышел с палаты, думая о том, какая же странная у его пациентки семья.

***

      Всё семейство, кроме Лили и Ланы, покинуло больницу. Была уже ночь, а Лане провели очередной осмотр перед сном. Медсёстры рекомендовали поспать, чтобы тело восстанавливалось быстрее. Лили сидела рядом и наблюдала, как ей перевязывают бинты. Зрелище было не из приятных, но в то же время подало несколько идей для её картин.       Когда же медсёстры вышли, сёстры остались одни в палате. Лана повернулась к сестре и увидела, как та пристально за ней наблюдала.       —Ну и чего же ты хотела? Почему ты вызвалась остаться? — Спросила Лана, не понимая, зачем ей тратить своё время и сидеть тут вместе с ней.       —Ничего.       —Колись, ты же ведь чего-то хочешь, верно?       —Нет, правду говорю, ничего.       —Да? Странно, я думала, что у тебя есть просьба. — Внезапно, Лана почувствовала, как её ноги под гипсом чесались. — Эй, Лилс, ты не могла бы мне ножки почесать?       Лили без лишних вопросов принялась помогать сестре, но это не помогало. Гипс был слишком толстым. Тогда Лили достала оставленную кем-то вилку с небольшого столика и стала расчёсывать нужные места. Лана даже не спросила, чистая ли эта вилка. Всё, о чём она думала, — как избавиться от этого неприятного чувства.       —У меня только одна просьба. — Сказала Лили, не переставая делать то, что делала. — Пошли с нами домой!       —Лили...       —Представь, как нам всем будет весело! Как в старые времена!       —Можешь прекратить, Лили.       —Нет, ты послушай! В Роял Вудсе стало лучше! Знаешь, что скоро откроют новый торговый центр? А ещё!       —Лили, можешь перестать чесать мне ногу.       —А, ой, извини! — Бросив вилку обратно на стол, та продолжила тараторить. — Нет, ну ты смотри, там открылись новые компьютерные клубы, можем каждую неделю ходить туда и играть в игры. Можем даже...       —Хорошо, Лили, я подумаю. Я тебя поняла. — Старалась успокоить её Лана. Ей хотелось поменять тему, иначе она чувствовала, что младшая скоро задавит и задушит уговорами. — Как школа? У тебя разве не учёба? Почему ты тут?       —Переводишь тему? Школа — ужасный способ переводить темы...       —Ладно, ладно... Как идёт твой бизнес?       —Бизнес? Какой бизнес? — Удивлённо спросила Лили, не понимая, с каких это пор на её имя зарегистрирован бизнес.       —Ты вроде говорила, что продаёшь свои рисунки людям.       —А, ты про это... Ну, я довольно популярна! Ага! И бабки гребу, так что не нужно мне отправлять деньги! — Пригрозила она, хотя вряд ли Лана или кто-либо ещё перестанет это делать насовсем. — Я сама могу обеспечивать себя.       —Хорошо, а над чем ты сейчас работаешь?       —О, я сейчас тебе всё покажу! — Она достала из рюкзака планшет и судорожно начала перелистывать свой виртуальный альбом. — Смотри! — Лана увидела на планшете какого-то самурая с двумя клинками и в синих доспехах. Детализация и реалистичность картинки поражала, будто бы внутри экрана поместили настоящие железные мечи и настоящего человека.       —Огоооооо, круто! А для чего ты это нарисовала?       —Меня попросили сделать обложку для какой-то игры мальчики из школы. Обещали хорошо заплатить. Если их игра, конечно, выстрелит...       —Что ещё есть?       Лили пролистала ещё несколько раз, показывая различные арты и концепты для всяких заведений Роял Вудс. За эти работы она уж точно получит свой гонорар, в этом можно было не сомневаться.       —Это что, наш дом? — Спросила Лана, когда мельком заметила среди кучи изображений знакомый силуэт.       —О, да, это папка для семьи. — Лили открыла папку и показала кучу нарисованных картин. Тут было всё. Комнаты из их дома, родители, позирующие в гостиной, Луан в школьные дни, ещё молодая и неопытная Лори играет в гольф, Линн забивает гол для своей команды.       —Эй, а где картина со мной? — Пожаловалась Лана, не найдя глазами себя.       —Вот ты! — И перед Ланой появилась не гонщица и чемпион множества гонок, а подросток. Девочка-подросток, окружённая зверьками и валяющаяся в луже. Не такое она себе представляла, когда Лили сказала, что нарисовала всех членов семьи. Они все были такими... прошлыми?       —А где машина? Где мои кубки?       —Лана, это семейный альбом. Тут нет места для такого! К тому же, место машины в этом альбоме заняла вот эта красавица! — Лили вывела на экран картину, которая у Ланы вызвала прилив ностальгии. На ней шестилетняя Лана и отец с дедушкой обнимали Фургзиллу, со слезами на глазах. Она начала вспоминать тот день. Фургзилла сломалась и им пришлось попотеть, чтобы достать нужную запчасть у самого проектировщика этих фургонов.       —Фургзилла... Да, эта крошка и у меня в сердце занимает отдельное место! — Лана взяла планшет и детально рассмотрела картину. Затем она нажала куда-то по экрану и увидела себя, в мусорном ведре с помоями во рту. — Оу...       —Ага, я и сама в шоке, что ты бы...       —Червячков захотелось...       —Фу!       —Что?       —Некоторые вещи просто не меняются... — Лана не поняла, что имела в виду Лили. Да и не хотела понимать. Её мысли перевелись в сторону "экзотических" блюд, которых она давно не ела.       Лили задумалась, а затем улыбнулась.       —Ланааааа.       —Что?       —А давай я... Давай я тебя нарисую!       —Что, сейчас? Ну ладно, посмотри в моём телефоне, там долж...       —Нет, ты не поняла, я хочу нарисовать тебя сейчас. Ты будешь моей моделью! — Лана не понимала, зачем художнице рисовать её в таком виде. В этом же нет никакой красоты или эстетики...       —Но я же вся в бинтах, может просто возьмёшь мою фотку и...       —Ну пожалуууууйстаааааа. — Лили вновь воспользовалась своим волшебным словом. Вдобавок к этому, она задействовала и щенячьи глазки, чтоб уж наверняка!       —Х-хорошо, и что мне нужно делать?       —Ничего! Просто лежи смирно и не двигайся! — Звучало довольно скучно и муторно. То есть, как это нельзя двигаться? Первое время Лана постоянно ворочалась и пыталась лечь поудобнее, чтобы спина и ягодицы чувствовали себя уютно.       —Вот, попробуй лечь так! — Лили легонько подправила позу Ланы, отчего та была недовольна. Она же ведь только нашла удоб... А эта поза была не такой уж и плохой. — Удобно? Ну всё, теперь не дёргайся!       Оставшуюся ночь, в которой они бодрствовали, Лили аккуратно дорисовывала портрет. А лунный свет, что идеально падал на лицо Ланы, ещё сильнее подталкивал Лили добавлять детали и фантазировать. Совсем скоро, из обычного портрета вырисовывалась необычная, но красивая картина с дамой в бинтах.

***

      —Ну наконец-то! Мне так надоело лежать в этой больнице. А как мои детки, кто с ни...       —Твои детки в шоколаде, не волнуйся ты за них! — Луна похлопала её по плечу, помогая ей встать и сесть в коляску.       Лана подписала все нужные бумаги, а её команда настоятельно рекомендовала ей отдохнуть дома, не приближаясь к гаражу. В очередной раз прошипев "Я зззнааааююю', Лауд в конце концов согласилась полететь вместе с семьей. Лили и Рита улетели несколькими днями ранее. Младшей не хотелось возвращаться в Роял Вудс и опять идти в школу. К тому же ей придётся догонять остальных. Да и не хотела она оставлять Лану. Ей хотелось вылететь вместе с ними, но увы, родители настояли на том, чтобы младшая вернулась домой.       Лана с теплом вспоминала ту ночь, когда Лили осталась с ней. Когда младшая заснула прямо на стульчике, та хотела подвинуться и уложить сестру рядом. Но кровать была слишком маленькой для двух людей. Тогда она попыталась разбудить её и отправить в гостевую зону. Там были диван, одеяла и всё, чтобы отдохнуть. Но когда Лили открыла глаза, то лишь пробубнила что-то себе под нос и дальше вернулась ко сну, будто она спала на самой удобной кровати на свете.       Лана махнула рукой и заснула. Утром Лили уже не было. А на её месте сидела уже мать.       Отец, завершив оформление бумаг, и получив рекомендации от врача, пришёл к ним. Луан была внизу и разбиралась с багажом. Параллельно с этим, готовился медицинский микроавтобус для перевозки Ланы до аэропорта. Линн помог Луне вытащить блондинку из палаты и они вместе спустились на лифте. Луан их уже ждала, вызвав такси и подготовив багаж.       Линн сел в микроавтобус вместе с дочкой, а сёстры сели в такси и следом поехали за ними. Когда они доехали, Лану передали службе сопровождения пассажиров с ограниченной мобильностью. Семье пришлось немного подождать, пока их зарегистрируют и проверят билеты. Но в конце концов, они также оказались в самолёте и были готовы возвращаться домой. Полет обещал быть быстрым.       Лану усадили в специальное место, предоставляя все удобства и услуги. Рядом находился медперсонал и её состояние периодически проверялось. Сама же девушка смотрела на то, как самолёт начинал взлетать. В какой-то момент она могла видеть широкие дороги города, на которых катались десятки тысяч машин. Чуть дальше были видны совсем мелкие очертания их тренировочной трассы, где возможно, начинает свои первые заезды её замена.       Машина была на ремонте. Значит, резервист пока не может ей пользоваться. Это было очень эгоистичное, собственническое отношение. Лана это знала. Понимала, что должна быть профессионалом, что результаты команды не должны подвергаться опасности только из-за неё. Но в конечном счёте, именно она и давала команде этот самый результат. И из-за этого то и считала, что восемьдесят восьмой номер принадлежал только ей.       Как бы она сейчас ни рассуждала, ничего уже не изменишь. Команда отправила её домой, подальше от гонок и работы. Они находились далеко в небе, где земля уже не была видна. Но не сказать, что Лана была сильно расстроена. Лана не выбирала срок своего отлучения. Однако она сама приняла решение улететь, сама захотела провести время с семьёй. Это хоть немного, но возвращало ей чувство контроля. А вместе с чувством контроля возвращалась и крошечная надежда на то, что финальную гонку она завершит сама.